Глава 40

Никита

Первые полчаса празднования нашей «свадьбы» я был уверен, что попал в программу «Розыгрыш». Ну не могут быть родственники такими… разными, странными, относящимися друг к другу, если не с явным презрением, то, как минимум, с завуалированным пренебрежением.

После первой выпитой рюмки я стал смотреть на них чуть иначе… Мне хватило одной, дальше я пил только воду.

Я понял в чем их явный плюс! Они хвалят меня, и поливают грязью Лизу. Я не знаю, как они уживались все то время, как стали «родней», но сегодня каждый считал своим долгом подъебнуть ее, а также вспомнить всевозможные промахи и унизительные моменты из ее жизни.

Если быть честным, то Лиза отвечала достойно и «отгавкивалась» от всех. Нет, это не была базарная грязная ругань, а тонкие едкие намеки, или фразы, которые обозначали то место, куда следовала пройди ее собеседнику, или четко указывали на его недостатки. Я понял, где Лиза набралась опыта в дебатах… Таких учителей в моей жизни не было.

Но это не главное! Я прямо чувствую, как внутри меня расчет удовлетворение от всего происходящего. Радость разливается теплом по телу, эндорфины поднимают мое настроение на максимальный уровень, я поймал свой внутренний дзен. Это ли не счастье! Разве я мог придумать лучший способ наказать Лизу за ее надменное отношение ко мне? Уверен, что нет… Все те пакости, неприятности и неудобства, которые я пытался ей доставить всю эту неделю, настолько ничтожны и мелочны, что уже вылетели из ее белокурой головки. А то, что происходит здесь и сейчас, она запомнить на долго.

Результат выше всяких похвал!

Вечер подходит к концу. Родственники с маленькими детьми уже уехали, остались самые стойкие и языкатые.

— Могу я пригласить вас на танец? — ко мне подрулила пьяненькая… Света.

— Конечно, — улыбаюсь так широко и обворожительно, как только могу, — сестра моей жены — моя сестра. — На это мое замечание Лиза только фыркает, и недовольно отворачивается в сторону.

Веду на импровизированный танцпол Светлану. Девушка она яркая, прямо очень. Макияж в стиле девяностых: радужные тени, стрелки, и помада ядрено-малинового цвета. Она крепкого телосложения, я бы сказал мужеподобного… но это на любителя. А раз у нее есть муж, значит хоть один любитель, да нашелся.

— Никита, вы чертовски привлекательны, — дыхнув мне парами алкоголя в лицо, сообщает Светик. А еще притягивает меня к себе на столько близко, на сколько это вообще возможно. Я пропустил момент, когда ее рука успела опуститься на мой зад, но как только она его сжала, я аж дернулся от неожиданности. — Знаешь, что я бы с тобой сделала?

— Ума не приложу, — откровенность и честность — мое все. — У меня скудная фантазия. Миссионерская поза — мой потолок.

— А так и не скажешь, — она манерно надувает губки. — Ох, а я в этом деле Богиня! Могу преподать мастер-класс… Хочешь поделюсь своей фантазией? — Качаю отрицательно головой, но мое согласие явно ей не нужно. — Я бы обмазала твою грудь сливками и слизывала, пока не добралась бы до самого сладкого, — и сюда еду приплела, вот уж обжора.

Это не Света, а метеор. Я снова пропустил момент, когда ее рука успела переместиться с моего зада на дружка. Прихватила она его знатно, поэтому он сжался и задрожал, как осиновый листочек на холодном ветру.

— Света, там Танька торт вынесла, пошли жрать, — почти шепотом, говорит подошедшая к нам ее мамаша. Если Светлана просто пьяна, то ее мать в стельку. В начале нашего знакомства я не заметил, что у нее косоглазие… или это от выпитого так перекосило?

— Вот там сливок и лизнешь, кошечка, — отодвигаю Свету и подталкиваю к столу.

— Мяу, — выдает Светочка — дрянная кошечка. И рукой имитирует движение кошачьей лапы, — ррр…

Почему это делает она, а стыдно мне? Ужас! Аж передернуло и мурашки по спине побежали.

Возвращаюсь обратно к женушке. Возле нее сидит тетя Роза, эту даму трудно с кем-то спутать. Все время, когда я выхватывал из толпы беснующейся родни тетю Розу, она всегда была с сигаретой в руках, такое чувство, что она перед тем, как бросить окурок, сразу подкуривает следующую. И сейчас, она дымит, окутывая Лизу сигаретным дымом.

Дамы общаются. Лиза эмоционально размахивает руками, а ее собеседница спокойна, как удав. Она мне чем-то напоминает гусеницу из мультика «Алиса в стране чудес»… Ей бы в покер играть, лицо — безэмоциональная маска.

— Ты хоть и умная, Лиза, но дура еще та, — слышу окончание фразы тети Розы.

— Не помешаю? О чем разговор? — встреваю, усевшись рядом.

— О мужиках и тяжелом бремени женщин, — Лиза поворачивается ко мне лицом. А там… раздражение, недовольство и… Короче, столько всего намешано, что сразу и не различить все оттенки серого настроения Лизуни.

— Ааа… — мне эта тема так близка… аж зевнуть захотелось.

— Тут знаешь, Лиза, расслабляться никогда нельзя, — продолжает развивать свою ранее озвученную мысль тетя Роза, — как в конных скачках, будешь тупить, обойдут на повороте. Вот я, например, шесть раз замужем была, и вроде все принцами были на белом коне, но нет-нет, а к цокоту копыт до сих пор прислушиваюсь, несмотря на свой преклонный возраст. Но тут надо понимать риски… Что ты приобретешь в новых отношениях, а с чем придется распрощаться… Я понимаю твое решение насчет первого брака, но тут… ты зарываешься и рискуешь остаться с носом.

Я так понимаю, что разговор обо мне? Навострил уши и затаил дыхание.

— А с чего вы взяли, что мне нужны ваши советы? — интересуется Лиза.

— Просто я не хочу встречаться с твоей родней еще раз, а если ты снова соберешься замуж, то эта встреча гарантирована. А если ты не усмиришь свой гонор, то удержать при себе сможешь только парализованного. — Лиза хмурится, открывает рот, чтобы возразить, но тетя Роза осекает ее. — Вы поедете в город, или, не дай Бог, будете ночевать здесь?

— Да, мы уезжаем, — громко говорит Лиза и резко поднимается из-за стола.

Прощаемся с оставшимся гостями. Татьяна Владимировна и Вениамин Семенович долго уговаривают остаться нас с ночевкой, но Лиза непоколебима. Как знал, что пить не стоит. Та рюмка, выпитая в начале, уже выветрилась и рассосалась по моему организму, поэтому смело сажусь за руль и везу нас домой.

Начиная сейчас разговор, я четко понимаю, что становлюсь на скользкую дорожку. Просто уверен, что он закончится скандалом. Но я устал играть. С каждым днем это становится все труднее и труднее. Бывают моменты, когда мне хочется подойти к Лизе, крепко обнять, зарыться руками в ее волосы, прислонить ее голову к своей груди и просто наслаждаться внутренним трепетом от переполняющих чувств. Это бывает редко, но все же… Если отбросить обиды и недосказанности, то… бывает. Чаще, конечно, мне хочется снять ремень и дать ей по жопе, так, по-отцовски.

— Тебе понравился вечер, — поворачиваю голову в сторону Лизы и смотрю на ее реакцию.

— Ты шутишь? — брови взлетели вверх от возмущения. — Что мне могло понравиться? Подтрунивание, издевки, колкости, оскорбления? И много такого разного. Что именно?

— Не знаю. Я думал, что в вашей семье это такой стиль общения.

— А поинтересоваться? В особо острые моменты у тебя не возникало желание заступиться за меня?

— Ну знаешь, откуда мне знать, какой это момент, острый или тупой. Лично обо мне твои родственники ничего плохого не сказали, а наоборот… Значит им виднее, какая ты… Обо мне-то они все сразу поняли, что я классный чувак.

— Ты хочешь сказать, что я плохая, а ты весь такой мягкий, белый и пушистый? Что я стерва, проедающая тебе плешь, и сука, отравляющая все вокруг только своим присутствием?

Наше выяснение отношений из машины перемещается в квартиру. Вот так, слово за слово, мы пришли к главной мысли. И заметьте, ее озвучиваю не я.

— Я бы сказал чуть помягче, но в общих чертах… ты права.

Лиза замолкает. В ее глазах непонимание. Ведь по ее логике, я должен был опровергнуть ее слова. Но сегодняшняя партия под названием «Моя игра», завершиться в ничью. Потому, что я тоже проиграл. Лиза мне реально нравится, и она единственная девушка за мои тридцать два года, рядом с которой я допустил мысль о женитьбе. Может быть, если бы мы не были оба такими упертыми и зацикленными на своих прошлых обидах, у нас все бы могло получится, но… никто из нас не переступит через свою гордыню.

— Так почему ты на мне женился, если ты считаешь меня самой ужасной девушкой в мире?

— А женаты ли мы?