Глава 10

Никита

Заходим в лифт. Лиза нажимает на кнопку и двери закрываются.

— А ты не боишься приглашать малознакомых мужиков к себе домой?

— Дай подумаю, — наигранно говорит она, — нет. Точно, нет. И вообще это ты должен меня бояться.

— Я? — а я удивляюсь совсем не наигранно. Вроде как я сильнее, если она, конечно, не как жена моего друга Кирилла Кира, дзюдоистка, и вообще следователь следственного комитета… Да и член у меня сойдет за оружие массового поражения… Так чего бояться?

— Сам посуди, разведенка, у которой не было секса больше полугода, способна на многое, — двери лифта разъезжаются. На стене огромная цифра пять. Лиза выходит и останавливается возле двери. Открывает одну. Общий тамбур на две квартиры. Открывает следующую.

— Надеюсь ты не привяжешь меня к батарее?

— У тебя неведомая до сели аллергия, или высыпание какое будет от соприкосновения металла с кожей?

— Что-то я тебя уже реально бояться стал.

Лиза сбрасывает босоножки и идет в дальнюю комнату.

— Не дрейфь, я по пятницам очень добрая. Проходи в кухню, она прямо. И руки помой, ванная комната справа, — кричит она уже из-за закрытой двери.

Я в детстве, даже маму через раз слушался, а тут такое повиновение. Выполняю все, как сказала Лиза. Иду в ванную, мою руки, причем с мылом, а потом прохожу в кухню.

Квартира совершенно обычная, постройки еще девяностых. Кухня, метров восемь, не больше, да и ванная, совмещенная с санузлом, не располагает большим метражом. У нас с мамой была похожая квартира, только трешка.

Ремонт тоже не свежий. Нормальный, но не шик и блеск, а так, типа евроремонт начала двухтысячных.

Почему-то я был уверен, что Лиза обладает более современным жильем. Это как-то не подходит к ее внешности и статусности. Одевается она, по крайней мере лучше и намного дороже, чем выглядит ее жилье.

Пока я рассматривал все вокруг и пребывал в своих размышлениях, на кухню зашла Лиза, уже переодетая в домашнюю одежду. На ней была обычная белая майка и короткие джинсовые шорты.

Во всех ты — стерва, нарядах хороша.

Но сейчас она немного иная, домашняя какая-то, располагающая к общению, а не только к фантазиям на тему 18+.

— Присаживайся, чего стоишь, — говорит мне Лиза, указывая на стул.

Хочу усесться на подушку, которая лежит на стуле, а она берет и поднимает голову.

— Якубович? — вырвалась эта фамилия сама по себе. И начинаю хохотать. А Аркадич поднимает на меня недовольную морду и смотрит с презрением. Сквозь слезы смеха, добавляю, — сектор приз на барабане.

— Ты чего кота моего обзываешь? — Лиза берет кота на руки и пересаживает его на подоконник. — И не какой он ни Якубович, а Генрих.

Ну все, мой хохот переходит в истерический. Присаживаюсь все-таки на стул и пытаюсь успокоиться.

— Усы у него настоящие? — кот сидит в нескольких метрах и пялится. Наверное, я для него такой же странный человек, как и он для меня кот. Ну не может быть у кота такая расцветка, словно художник на черной морде специально нарисовал белые усищи, и это кроме тех, которые природой заложены.

— Нет блин, краской нарисовала. Конечно, настоящие.

— Первый раз такого встречаю, — вытираю в уголках глаз слезы от смеха, — а почему Генрих, а не Васька или Мурзик?

— Бывший муж рассмотрел в нем сходство с Генрихом IV Наваррским. Арсений немного повернут на антиквариате, может увидел в книжке какой его портрет, вот и решил, что кот на него похож.

— М-да… — что тут сказать, странный этот Арсений, под стать ему и Лиза, да и кота в их компанию, если честно. — Так это ты его отсудила?

— Угу, — отвечает Лиза при этом вынимая из холодильника кастрюли и овощи.

— А зачем? Ты же говорила, что он не очень хороший кот.

— Врала, — пожимает она плечом между делом, — обычный кот. Спит, ест, и гадит на лоток.

— И часто ты врешь?

— Учитывая специфику нашей работы, коллега, бывает… — Лиза ставит что-то разогреваться в микроволновку, попутно моет овощи и режет салат. Почему-то мне приятно, что она не рукажопка, а хозяйка. Конечно, надо попробовать на вкус ее еду, может готовит она так себе. Но то, что умеет держать нож в руках, уже радует. А кот в это время, отворачивается ко мне жопой, и, свернувшись в калачик, укладывается спать.

Пару минут, и на столе появляется большая тарелка с пюре и котлетами, я рядом салат из овощей, мясная и сырная нарезка, грибы, фаршированные какой-то замолодью, графин, с холодным компотом… короче, глаза разбежались, а желудок запел от радости. И самой последней на стол стала бутылка водки, выуженная из морозилки.

Лиза садится напротив.

— Наливай. Давай выпьем за знакомство.

— Ты пьешь водку? — почему у меня водка не клеится к ее образу.

— А ты нет?

— Пью.

— Так и я пью, что я хуже?

Хмыкнув, открываю бутылку и наливаю в рюмки. Спиртное аж тянется, такое холодное.

— Давай, — взяв рюмку, Лиза тянет ее к моей, — пить за здоровье, странно, конечно, поэтому давай за дружбу. — Смотрю, как она с легкостью опрокидывает ее внутрь. Следую ее примеру.

Пока я поставил рюмку на стол, Лиза уже взяла мою тарелку и принялась накладывать еду.

— Кушай.

С осторожностью пробую ее еду. Хм… вкусно, что сказать. Поэтому без стеснения принимаюсь сметать все, чем кормят.

— Слушай, — говорит Лиза, положив кусок котлеты в рот, — у меня такое чувство, что знаю тебя много лет. Как будто ты мой одноклассник, с которым я сидела на последней парте и чмырила задротов отличников.

— Навряд ли я бы делал это с тобой, так как был отличником в школе и сидел всегда на первой парте, максимум второй.

— Тогда хорошо, что ты не мой одноклассник, а то бы моя мама еще и от твоих родителей выслушивала, какая я хулиганка.

— Странно, почему ты пошла работать в органы?

— А куда нужно было идти работать? Сразу в проститутки?

— Ты прям из крайности в крайность. Не знаю, может бухгалтером, экономистом, да куда угодно… но прокурор...

— Не люблю скучную, однотипную и муторную работу. Мне нужен адреналин, энергия, движение.

— Почему тогда ушла?

— Так получилось. — Лиза задумывается, что-то вспоминая. — Считай, что я слабачка, сдрейфила.

— Тебе что-то угрожало?

— Ага, кирпич, который много лет лежал на краю крыши нашего здания. Каждый день шла на работу и думала, свалится он мне на голову, или нет? Решила не рисковать.

— Понятно. Не расскажешь? — она лишь качнула отрицательно головой.

— А что наш общий знакомый Родион, решил тоже перебраться в этот город? Он твой друг?

— Да не друг, а так… знакомый. Пару раз пересекались, общие знакомые, то да се... Решил открыть здесь филиал, спрашивал контакты нужных людей.

— Ууу… наверное, и здание выбрал под офис самое лучшее, он любит показуху, — рассматривая компот в своем стакане, интересуется она.

— Обычное. Новострой рядом с моим офисом видела? Вот там и снимает первый этаж.

— Понятно. Ну что? Накормила я тебя?

— Да, спасибо. Было очень вкусно, — Лиза смотрит на меня недоверчиво, — правда. Никогда бы не подумал, что такая как ты, может готовить.

— А чем, по-твоему, я должна питаться? Росой, или маковым зернышком?

— Почему-то я представлял, что такая красивая и яркая девушка должна жить в элитном комплексе, питаться в ресторанах и…

— И жить за счет мужика, — добавляет она. На что я улыбаюсь. — Во-первый, это не моя квартира, а съемная. А во-вторых, понимаешь, характер у меня, не к столу будет сказано — говно. А богатые мужики любят не только глазами, но и ушами, а я сюсюкать, клянчить, и расстилаться ковриком, не умею.

— Ну ты же как-то жила с мужем четыре года?

— О, ты уже справки наводил на мой счет? — покрутил рукой в воздухе, давая понять, что не очень-то и наводил, а так… слегка. — Мы с мужем ровня. Он — судья, я — прокурор. Никакого мезальянса. Никто ни от кого не зависел, оба личности, с карьерой, достатком. Обычный брак.

— Тогда почему расстались? Прошла любовь?

— А давай я вызову тебе такси? Поздно уже.

Ох, и Лиза… На такой, где сядешь, там и слезешь.

— Так может я у тебя и переночую? Раз уж накормила?

— Нет. Сегодня я только кормилка, а не давалка. Какой у тебя домашний адрес? — спрашивает, уже набрав номер такси.