Глава 8

Зря я называл это время медленным и размеренным. Когда надо — колёсики государственной машины начинают вращаться с такой скоростью, аж дух захватывает. Заодно, хорошего пинка получают чиновники, которые проявляют просто чудеса оперативности и расторопности.

Ровно две недели понадобилось Муравьёву, чтобы получить Высочайшее назначение генерал-губернатором Северо-Западного Края с самым широким кругом полномочий. Фактически, в подчинение Михаила Николаевича оказались шесть губерний Края и Виленский военный округ. Более того, он ещё получил право осуществлять судебное делопроизводство. В общем, нормальные такие диктаторские полномочия над огромным регионом. Самое забавное, что его предшественник Назимов, имел такие же права, но ничего особо не делал. Это мы узнали уже по прибытии в Вильно. Но обо всём по порядку.

* * *

Экзамены я сдал на удивление гладко. Нет, была собрана представительная комиссия, которая неплохо так меня погоняла по учебной программе. Повезло, что Юзек действительно хорошо учился и делал это с самого детства. Домашнее образование все дети Поклевских начинали получать в самом раннем возрасте. И речь шла не только о языках, этикете и умении танцевать. В усадьбе работали и долго жили также учителя географии, истории, арифметики и даже астрономии.

Председательствовал в комиссии Озеров, рядом с ним сидел мой классный руководитель и учителя профильных предметов. Больше всего я переживал за военные науки, так как боялся ляпнуть чего-то лишнего из терминологии своего времени. Но вроде обошлось. Так же спокойно я сдал математику и естественные науки. Здесь как раз пригодилось советское образование, хотя я чуть не запутался в терминах.

Самым въедливым оказался наш учитель географии, который будто задался целью меня утопить. Покопавшись в памяти, я вспомнил, что с этим дядечкой у нас был конфликт. Ну не давался достаточно лёгкий предмет прежнему Юзеку, хоть ты тресни. А ещё географ невзлюбил его за живость характера, лидерские качества и весёлый нрав. И не стоило юному курсанту давать взрослому человеку обидные клички. Наверное, преподаватель случайно услышал о прозвище, вот и пытался отыграться. Если учитывать, что порядки в корпусе царили весьма жёсткие, а скорее свирепые, то Юзек легко отделался. Официально телесные наказания никто не отменял — и розог могли всыпать любому учащемуся. Благо с приходом Озерова подобных дикостей стало меньше, но разного рода наказаний хватало.

Наконец, эпопея с экстернатом закончилась, и я могу уже смело прокалывать дырку в мундире под значок Пажеского корпуса, похожий на крест святого Иоанна. Далее, мне предоставлялась уникальная привилегия, которой не было у других учебных заведений империи. Выпускники могли сами выбирать место службы, включая гвардейские полки. Нужны были предварительные договорённости с командованием частей, но для большинства семейств, которые представляли ученики — это было сущей мелочью. Юзеф изначально хотел служить в кавалерии. С учётом изменившихся реалий лучше бы выбрать пехоту. Но спецназа и подобных структур пока нет. И я решил, что лучше перемещаться на лошади, чем топтать землю ножками.

Немного нервировало отсутствие новостей от Муравьёва и слухи о начале массового восстания в Царстве Польском. Официальная пресса была достаточно лаконична, но факт мятежа признала. Более всего меня поразило столичное общество. По обрывкам слухов, которыми скупо делился Петя Полторацкий, ситуация была странная. Понятно, когда тявкает вся эта эмигрантская погань вроде Герцена, Огарёва, Бакунина, Шелгунова и сволочи помельче. Можно понять оживление тайных обществ, вроде, «Земли и Воли». Но ведь сочувствие с откровенной поддержкой выражала и русская знать.

Никогда такого не понимал. Пусть эти люди поражены вирусом прогресса и прочего либерализма. Но твоя страна, фактически охвачена мятежом, русская армия ведёт боевые действия с повстанцами, а ещё возможно нападение европейских стран, которые открыто, поддерживали поляков. Как можно в этой ситуации рассуждать о свободе и праве этой нации на самостоятельность, когда над твоей страной нависла угроза настоящей войны? Общество, наоборот, должно сплотиться и единым фронтом поддержать собственную власть. Критику и недовольство можно оставить на потом.

Только в нашей стране мало чего меняется, если сравнивать с моим временем. Та же пятая колонна, которая активно выражает свою предательскую позицию. Хорошо, что нынешнее русское общество прогнило ещё не окончательно и подобные идеи поддерживает небольшой процент от общего числа образованных граждан. В масштабах страны это вообще мизер. Настоящие проблемы начнутся немного позже, когда либеральная чума поразит умы достаточно большой части общества.

Можно сказать, что в данный момент Россия стоит на определённой развязке и может пойти совершенно разными дорогами. Эдакая точка бифуркации, когда страна ещё имеет шансы на выживание в будущем. Другой вопрос, что недавняя отмена крепостного права, вбила первый гвоздь в гроб под названием Российская империя. Именно сейчас, многое можно изменить. И грамотный анализ причин восстания и требований радикальной части мятежников, можно обернуть на пользу. Сократить те же выкупные платежи по всей стране, а лучше их отменить. Но это я пока размышляю и делаю записи в своём дневнике.

К моей несказанной радости через три дня после сдачи мной экзаменов, состоялся разговор с Мосоловым. Встреча произошла не на конспиративной квартире, а во вполне себе приличном трактире. Не «Палкин» или «Данон», зато здесь кормят вкусно и сытно, без всяких французских извращений. Ещё и скатерти чистые, половые в накрахмаленных рубахах и без грязи под ногтями. А то я уже здесь насмотрелся на полное игнорирование гигиены работниками подобных заведений. Желание чего-то есть в таких местах, сразу пропадает. Потому мы с Фредди и везли с собой еду, а на постоялых дворах только спали и пили горячие напитки.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове, пока нам не подали одуряющее пахнущую солянку со свежеиспечённым хлебом. Далее мы с Александром начали наслаждаться едой. Но была в поведении секретаря некая нервическая составляющая, ранее ему несвойственная. Молодой человек старательно контролирует свои эмоции и следит за темой разговора. Может, это Михаил Николаевич так хорошо поработал, что внушил своему доверенному лицу подобные принципы поведения.

-Что случилось, Александр Николаевич? — решаю подтолкнуть собеседника к началу разговора, — Я же вижу, что вы сам не свой.

-Его Превосходительство, решил проверить часть предоставленной вами информации, — Мосолов вздохнул полной грудью, будто собирался нырять в реку и начал делиться новостями, — В частности, речь идёт о ячейке КРО[8] в Санкт-Петербурге. Несмотря на то, что часть указанных вами персон покинула столицу, было проведено задержание некоторых из них. К сожалению, Сераковский взял отпуск и убыл из Петербурга ещё до вашей встречи с Николаем Михайловичем. Но самое главное — несколько заговорщиков из офицеров были застигнуты в момент встречи на одной из квартир. И они не думали сдаваться. Произошёл самый настоящий бой. Есть жертвы среди жандармов, которые должны были арестовать мятежников. Двоим — удалось уйти, трое ранены и столько же убито. Среди жандармов и солдат гарнизона погибло пятеро и ранено девять человек. Вообще, я вам выдаю тайну, так как пока данными новостями делиться запрещено.

-А жандармы просто пришли арестовывать офицеров? Не могу понять, откуда такие жертвы. Ведь сразу понятно, что вы накрываете целое вооружённое гнездо заговорщиков. Все они офицеры, умеющие обращаться с оружием. Почему было спокойно не задержать каждого отдельно на улице или дома? Или у ОКЖ есть штурмовой отряд и ему просто не повезло?

-Не понимаю, о каких штурмовиках идёт речь. Задержание проводилось обычным путём при поддержке взвода солдат, которые оцепили район и дом. Понятно, что кто-то ошибся или заговорщики были предупреждены. Сейчас в Генштабе жуткий переполох, — Александр наклонился и прошептал последнюю фразу, — Ведь думали, что «кружок генштабистов» был разгромлен в прошлом году. Но среди убитых и задержанных практически нет поляков. Все они уроженцы Северо-Западного и Юго-Западного края, большей частью православные или униаты. Кроме выявленных заговорщиков, есть подозрения в отношении нескольких других офицеров. Шеф жандармов князь Долгоруков рвёт и мечет, грозясь уволить начальника штаба синемундирников Потапова. У корпуса никогда ещё не было таких потерь и откровенного провала. Ещё более нервная обстановка в Зимнем. Его Величество был в ярости. Всё это случилось три дня назад. А сегодня вышел высочайший рескрипт о назначении Муравьёва генерал-губернатором Вильно.

А вот это надо обдумать. Половой как раз принёс нам второе, салаты и морс. Мосолов вначале хотел выпить, но я его отговорил от подобного нездорового желания.

Что касается произошедшего, то получается, именно я стал причиной начавшихся изменений. Моя попытка форсировать назначение Муравьёва изначально была наивной. Но вон как всё обернулось. Бывший министр человек деятельный и сразу решил проверить предоставленные факты. И разворошил такое осиное гнездо. Оказывается, польское подполье не уничтожено и среди его участников хватает, вполне себе русских людей, коими сейчас считаются малороссы и белорусы. Ячейка генштабистов — это вообще одна из самых позорных страниц жандармерии. Получается Россия сама добровольно и за свой счёт обучала польских офицеров, которые уже сейчас пополняют ряды заговорщиков. Ладно, всё это потом. Слишком много сумбура в голове, опять новое тело не даёт моему разуму спокойно размышлять.

Самое главное — мне не удалось вспомнить про подобные инциденты в своей реальности. Хотя я достаточно хорошо изучил историю России XVIII–XIX веков, так как люблю именно этот период. Профессиональную справку с детализацией и персоналиями выдать не смогу, но память у меня хорошая. Муравьёв точно получил назначение в конце весны и уже к осени раздавил восстание своей активной политикой. А здесь он стал генерал-губернатором гораздо раньше. Поэтому секретарь и назвал его Превосходительством вместо Сиятельства, на что я сначала не обратил внимания.

-Мне приказано ознакомить вас со сложившейся ситуацией, — продолжил разговор Мосолов, когда половой унёс тарелки, — А также Михаил Николаевич решил назначить вас своим адъютантом. Все вопросы с вашим нынешним командиром, князем Барятинским он возьмёт на себя. Вас временно переведут в подчинение Его Превосходительства.

Это просто праздник какой-то! О лучшем раскладе можно было и не мечтать. С учётом стремительности Муравьёва — отъезд в Вильно не за горами. А ещё я была зачислен в Лейб-гвардии кавалергардский полк. Да и звание корнета меня весьма обрадовало. Мы даже устроили небольшую пирушку с братом и двумя Петрами. Посидели скромно и без особого выражения восторгов. Миша до сих пор не мог отойти от смерти матери, что надо было учитывать. Мои нынешние чувства можно назвать холодной яростью и хорошо сдерживаемой злобой. Это явно заметно. Даже спокойный Полторацкий сообщил, что его иногда пугает мой взгляд. В общем, просто неплохо пообщались и разошлись. Я опять перебрался в особняк уральских родичей, откуда меня вызвал на беседу Мосолов. Представления моему нынешнему командиру пока не было — князь Барятинский был в отъезде. Потому я и маялся от безделья, всё сильнее накручивая себя. И тут вдруг такая новость!

***

-Это недостойно русского дворянина и вообще не стоит обсуждать.

Губернатор начал нервничать, хотя и не показывал этого. В узком кругу обсуждаем вопрос, который я недавно поднял. В это время высшие сановники, включая самого императора, как-то наплевательски относятся к собственной безопасности. Того же наместника Царства Польского Линдерса чудом не убили, когда он гулял в общественном саду без всякой охраны. Волна террора в России начнётся немного позже, но почему не озаботиться охраной Муравьёва уже сейчас. И ещё неизвестно какие исторические камешки я сдвинул. Может, кривая русской истории уже пошла совершенно иным путём.

-А я поддерживаю корнета, — произнёс майор Красников, — Иосиф, можете более детально изложить ваши мысли.

Надо уточнить, что адъютантом губернатора являлся именно Павел Павлович Красников, ещё с тех пор, когда Муравьёв служил в армии. Невысокий шатен, с отменной выправкой и тонкими чертами лица, майор был похож на классического аристократа, описываемого в женских романах. При этом происходил он из семьи однодворцев, карьеру делал сам, в том числе проявил себя в Крымской войне. Ещё товарищ явно был умён. По крайней мере, у меня сложилось такое впечатление. Общий язык мы нашли сразу, хотя вначале офицер переводил любой разговор в форменный допрос. Но я свои эмоции держал при себе, ничего лишнего не говорил, и постепенно Красников перестал подозревать нового члена команды во всех смертных грехах.

-Нужно сформировать несколько периметров защиты, — начинаю объяснять свой план под недовольное сопение шефа, — Внешний — это обычный караул из стрелков. Только необходимо подобрать людей толковых и внимательных. Дать им определённые полномочия, и поставить во главе грамотного офицера. Просители потекут к Его Превосходительству рекой. Так вот, её надо правильно рассекать и где надо поставить плотину. Внутренний периметр — это собственно охрана. Предлагаю сформировать её из небольшой группы офицеров и казаков. Первые будут непосредственно охранять Николая Михайловича, в том числе дежурить в помещениях. Станичники должны отвечать за выезд. Ещё я предлагаю ввести специальный режим пропусков. То есть в резиденции губернатора не должно быть посторонних, начиная с князей и заканчивая истопниками. Посетители должны подать заранее заявку и получить соответствующую бумагу. Обслуга будет полностью проверена на благонадёжность. На первых порах лучше вообще заменить её солдатами. Далее наймём нужных людей. Уж очень мне не нравится то, что происходило вокруг Назимова.

-Вы излишне резки вплоть до оскорбительных эпитетов, корнет — строго начал высказывать Муравьёв, — Но правы, по сути. Я навёл справки по работе Владимира Ивановича. Вернее, это лучше назвать бездействием и потаканием бунтовщикам. Как можно не заметить всего того, что творилось у него перед носом? Просто непозволительная беспечность, граничащая с глупостью.

Я бы высказался на этот счёт. Поведение Назимова — форменное предательство. Только в высших эшелонах российской власти подобного никогда не признают. Ведь бывший губернатор якобы пытался найти баланс в обществе. Только тайные общества и ячейки зацвели в Северо-Западном Крае бурным цветом. Ничего, Муравьёв сам это поймёт, когда мы доберёмся до Вильно. Ситуация в городе такая, будто в нём отсутствует русская власть, а правит какая-то польская вольница. Поляки реально делают что хотят, абсолютно наплевав на губернатора. Почему бездействуют представители иных инстанций, особенно жандармы, для меня загадка.

С трудом, но нам удалось убедить Муравьёва в необходимости серьёзно отнестись к безопасности. Пока же мы разошлись по своим купе заниматься текущими делами. Губернатор загрузил нас с Мосоловым некоторыми проектами. Секретарь должен был довести до ума мысли начальника о гражданских делах. Я же писал свой план, касающийся борьбы с подпольем, выявлением и нейтрализацией агитаторов. Мне очень помог Красников, с которым мы окончательно нашли общий язык. Майор хорошо знал ситуацию в Крае, так как служил в Оренбургском пехотном полку, расположенном в Вильно.

Сама поездка вызвала исключительно положительные эмоции. Ещё бы — мы ехали в специальном вагоне. Не знаю, царский он или нет, то комфорт на самом высоком уровне. Половину вагона занимал салон, где мы проводили беседы и обедали. Далее располагались четыре купе, как раз для нашей небольшой компании. Такого уровня комфорта я не видел даже в прежней жизни. Естественно, со скидкой на время. Нас обслуживало два проводника, ещё и обслуга губернатора, которая ехала в соседнем вагоне. Там же расположились Фредди с Янкой. В общем, не поездка, а сплошное удовольствие.

Кстати, первая длинная остановка нашего поезда, должна была состояться в Динабурге. Очень симптоматично, если учесть, что именно в этом городе я обрёл свою новую личность. А буквально через несколько месяцев возвращаюсь в него совершенно другим человеком.

***

После приезда в город, губернатор сразу погрузился в дела. Чем хорош Муравьёв и в корне отличается от нынешних чиновников — это колоссальной работоспособностью. Нет, он не сидит ночами в кабинете как Сталин, заставляя бодрствовать половину функционеров страны. Просто человек грамотно планирует свой рабочий день и правильно распоряжается временем. У него не бывает обедов, длящихся несколько часов, светских разговоров или дневного сна. Михаил Николаевич работает и успевает сделать всё намеченное в отведённое для этого время. Чем-то его манера вести дела похожа на Черчилля. Тот тоже не терпел авралов и считал, что чиновник обязан успевать делать свою работу в положенные часы. Если же ему требуются дополнительное время, и он остаётся на рабочем месте вечером, то это просто плохой работник. Мне такая позиция импонирует.

После прибытия нашего поезда и торжественной встречи, которая губернатору крайне не понравилась, мы разместились в доме местного главы. Отказавшись от торжественного ужина, Муравьёв назначил на утро встречу с представителями динабургского дворянства, на котором должны были присутствовать и представители близлежащих уездов. Город сейчас является частью Полоцкой губернии, которая находится в зоне ответственности генерал-губернатора.

Пока начальник с Мосоловым готовили завтрашний доклад, мы с майором решили прогуляться по близлежащим улицам. Охрану особняка поручили солдатам Ивангородского полка. Мы только обеспечили им два помещения для отдыха, договорились о кормёжке и дали кое-какие инструкции дежурному офицеру. Пока за безопасность можно не волноваться. Думаю, поляки сами ещё не знают, чего можно ожидать от бывшего декабриста и министра государственных имуществ.

Пока не стемнело, мы медленно прогуливались, обсуждая вопрос безопасности.

-Должен согласиться с вами, Иосиф, — произнёс майор, когда с улицы был полстью осмотрен особняк, — Проходной двор какой-то. Хорошо, что ивангородцы перекрыли часть здания, где расположился Николай Михайлович. Чёрный ход вообще не контролируется. За последние десять минут в ворота въехали две телеги и зашли три человека. Я понимаю, что это слуги, и привезли дрова с провиантом. Но кто мешает убийцам проникнуть в особняк под видом прислуги? Только, пожалуйста, никому не рассказывайте про ваши предположения, что губернатора можно подстрелить из хорошего штуцера, если заранее подготовить позицию. И тем более упаси вас господь упоминать о бомбе. Пока до этого не додумался ни один преступник, не будем подкидывать им подсказки.

В принципе идея здравая. Я и сам не понимаю логику нынешних террористов. Сейчас они пытаются застрелить жертву в упор из пистолета. Далее, начнут бросать самодельные бомбы. Может их замысел в том, чтобы показать окружающим, что они сами не боятся умереть за правое дело? В моём времени террористы гораздо циничнее.

-Кстати, мне понравился подпоручик, присланный командованием полка. Если с Андреем Модестовичем немного поработать, то из него выйдет толк.

К моему удивлению, Павел Павлович громко расхохотался. Обычно он весьма скуп на выражение эмоций.

-Умеете вы, корнет выразиться так, будто похвалили человека и одновременно обругали. Меня вообще удивляют ваши суждения несвойственные столь юному возрасту. Ещё и эти странные выражения. Совершенно не удивлён, что вас вызвали на дуэль. А что вы можете сказать про действия жандармов? Я точно знаю, что Его Превосходительство долго думал, передавать ли вам для ознакомления рапорт о случившейся баталии. Ему пришлось запрашивать ведомство князя Долгорукого, с которым у Михаила Николаевича не сложились отношения ещё, будучи на посту министра. Если жандармы узнают, что фактически посторонний человек читал рапорт, то нового скандала не избежать.

Про разногласия Муравьёва с жандармами я слышал. Он и не скрывал того, что считает их работу откровенно провальной. С этим трудно не согласиться.

-Группа жандармов шла на задержание потенциальных заговорщиков, совершенно не подготовившись — начал я объяснять свои мысли, — То, что они озаботились оцеплением дома и части района — единственный их грамотный поступок. Остальное просто трагедия ошибок и полнейшей некомпетентности.

Вижу, что собеседник внимательно слушает и не перебивает, поэтому продолжаю.

-На задержание пошли не безусые юнцы, а люди с достаточным опытом, двое из которых в немалых чинах. При этом им точно было известно, что ячейка заговорщиков состоит из офицеров. Наверняка командование донесло до них новости о событиях в Царстве Польском. Неужели нельзя было подготовиться? Ведь их просто перестреляли как куропаток. Хорошо, что один из нижних чинов оказался бывалым бойцом с опытом Кавказкой войны за плечами. Он и оказал основное сопротивление, не дав преступникам уйти. Именно этот вахмистр повёл за собой растерянных людей, вступил в рукопашную с оставшимися прикрывать своих подельников мятежниками. При этом обратите внимание, что наш герой действовал кинжалом. Если бы солдаты, поставленные у чёрного хода, сработали грамотно, то никто бы и не сбежал.

-Вы заострили внимание на кинжале. Почему? — Красников сразу уловил суть.

-Просто потому, что он хорош для рукопашной схватки в помещении. Далее, у трёх застреленных жандармских офицеров были револьверы, которыми они даже не успели воспользоваться. Нижние чины до сих пор вооружены капсюльными однозарядными пистолетами образца 1848 года. Чего не скажешь об их противниках, которые создали мощную плотность огня. Повезло, что патронов у них было маловато. Что не помешало беглецам прорваться сквозь заграждения. Солдаты даже прицелиться толком не успели — их перестреляли как куропаток. А теперь представьте, что у мятежников было вдоволь патронов и они запаслись ручными бомбами.

-Иосиф, меня просто пугает ваша буйная фантазия, — усмехнулся майор, хотя его взгляд был невесёлым, — Кому в здравом уме придёт в голову носить с собой бомбу и сотню патронов? Поэтому я не могу осуждать господ жандармов.

Не рассказывать же Красникову, что мы с Фредди везём целый арсенал, в том числе и несколько гранат, которые здесь называются бомбами. На меня и так косятся, как на неведомую зверюшку — не стоит плодить лишних подозрений. Хорошо, что общаюсь я только с Муравьёвым и его окружением, которые уже ко мне привыкли. Но и они могут принять неординарного юнца за сумасшедшего.

-Заичневский[9] в своей прокламации ещё год назад провозгласил террор, средством достижения политических и социальных целей. Его последователь уже стрелял в Линдерса. До этого готовилось покушение на прежнего императора, в той же Варшаве, но было раскрыто. Мир меняется и надо к этому готовиться. Если сейчас мы имеем дело с банальным мятежом, то надо учитывать завтрашний день. После подавления восстания нельзя исключать начало индивидуального террора, тем более что пример уже подан. Вслед за поляками эту моду возьмут на вооружение доморощенные борцы за народное счастье. Это обыкновенная логика, которая проистекает после изучения ситуации сложившейся с тайными обществами России. Земельная реформа стала огромным разочарованием для многих и не только крестьян. Поэтому, вскоре, его радикальные круги попытаются разрешить ситуацию тем, путём, который им удобнее. Революция в нынешней ситуации невозможна. Крестьянские бунты не организованы и быстро подавляются. Нереальны даже массовые выступления в виде мирных демонстраций, потому что большей части горожан это не нужно. Хождение в народ провалилось. Господа народовольцы с ужасом осознали, что они чужды русскому мужику. А ведь хочется чего-то изменить, войти в историю и просто доказать всем, что они не кучка неудачников. Значит, скоро эта публика перейдёт к террору.

-Интересные у вас заключения, корнет, — ответил майор после долгого молчания, — Во многом я с вами согласен, хотя не верю в описываемое вами будущее. Мы ещё обсудим эту тему, заодно попросим рассудить нас Михаила Николаевича. Думаю, что у вас уже готовы ответы, как противостоять возможной вакханалии. Пока же предлагаю заняться непосредственным обеспечением безопасности губернатора. Вы тут такого наговорили, что мне скоро в каждом встречном начнут мерещиться убийцы.

Мы как раз подошли к главному входу в особняк. К моему несказанному удивлению караульная служба была организована весьма грамотно. Два солдата, которых сменяли каждый час, стояли на улице. В здании были перекрыты подходы в наше крыло. Комнаты Муравьёва лично охранял давешний подпоручик, расположившийся в массивном кресле. Может, он не безнадёжен, и стоит привлечь его к охране шефа на постоянной основе?