Глава 18.

Я вошла в номер, и рука сама легла на оружие.

Номер в гостинице состоял из двух комнат, и в гостиной горел свет. Это меня и успокоило. Вряд ли кто-то со злыми намерениями будет включать свет.

Но почему портье не предупредил?

За столом в гостиной, развалившись в кресле, с расслабленным видом, держа в руках бокал, сидел Арман.

Теперь и про портье стало понятно. Наверняка ему продемонстрировали удостоверение столичной инквизиции.

Пиджак брошен на спинку кресла, рукава рубашки закатаны до локтя. На столе бутылка вина и накрытый на двоих ужин.

Я обратила внимание, что стоит и второй бокал, а вино именно то, которое я всегда заказываю в столице.

— Я уже умираю, так проголодался, долго же ты работаешь, — произнёс он, широко улыбнувшись и встал с кресла, отчего сразу стало казаться, что гостиная в номере маленькая.

— Привет, — сказал он, делая шаг навстречу.

— Здравствуй, Арман, — сказала я, уклоняясь от объятий.

Прозвучало холодно. И он это заметил. Он всё всегда замечал, и мне это нравилось. Не надо было объяснять по несколько раз.

— Ты собирался приехать через три дня, — сказала я, усаживаясь в кресло напротив.

— Освободился раньше, и решил не задерживаться, тем более что время идёт, а… результата нет. — Он налил вино во второй бокал.

 — А ещё я соскучился.

Я удивлённо взглянула на явно флиртующего начальника.

— Не смотри так, подполковник Ставицкая, я по тебе, как по сотруднику соскучился. — усмехнулся Арман Роше.

«По сотруднику, как же».

— Надеюсь, что номер у тебя свой? — я не собиралась играть в его игры. Он дракон, а этим «палец в рот не клади, откусят по локоть».

— Обижаешь, подполковник, — улыбнулся Арман так, что стало понятно, если бы он только почувствовал, что я готова флиртовать, номер у нас был бы общий.

Но что мне в нём нравилось, а может это была часть субординации, если я говорила «нет», он это всегда слышал, и принимал.

— Ты выглядишь усталой, — сказал он, разглядывая меня. — Ела сегодня?

— Не помню.

— Аврора, я же тебя предупреждал насчёт Фераро.

— Арман, с ним всё в порядке.

— Разве?

Я отмахнулась:

— Спасибо, что позаботился об ужине, так вкусно пахнет, давай поедим, а потом я тебе всё расскажу.

— Рассказывай, — сказал он, когда я поела. — Ты не из тех, кто будет голодной гоняться за преступниками, ты же всегда отличалась от полевых сотрудников именно тем, что решала сложные задачи, не выходя из кабинета. Что тут у вас творится.

И я рассказала. Про аварию с Милошем Морицем, про все странности, про ложный вызов от моего имени. Про диспетчера с номером смены, который в тот день не работал. Про запись, которой не оказалось.

Арман слушал. Не перебивал. А когда я закончила, он спросил:

— И что ты думаешь?

— Основная версия, что кто-то, тот кто похитил артефакт, это кто-то из инквизиции, и он же устранил Морица.

—Ты проверила архив? — спросил Арман.

И меня тряхануло.

— Нет, — ответила я, холодея. А ведь правда, если Морица устранили в тот момент, когда он должен был изучить материалы в архиве, значит там что-то было.

— Ты меня поражаешь! — поджав губы, сказал Арман. — Это же первое, что нужно было сделать!

Я молчала, Арман был прав. Сотню раз прав.

— Ты думаешь, что здесь, в Акрре в архиве есть про Венец то, чего нет в столице?

— Ты же слышала, что Венец впервые появился именно в храме Акрры? — Арман прищурился.

А я поняла, что именно эта информация прошла мимо.

— Нет! Я впервые слышу об этом! Расскажи!

— Да я сам толком не знаю, говорят, он появился в Храме, где был какой-то святой, который мог переплести Узор. — Он пожал плечами. — Красивая легенда, из тех, что придумывают, чтобы объяснять непонятное.

Арман пересел поудобнее:

— Лучше давай вспоминай, Аврора, кто или что тебя отвлекло. Я не верю, что ты могла об этом забыть.

И я похолодела во второй раз.

Сразу, как только я получила информацию про Милоша, меня вызвал к себе Фераро, с «надуманной» претензией про Кристин Конвей.

— Вижу, что ты вспомнила, — сказал Арман.

— Да, — ответила я и поразилась тому, как глухо прозвучал мой голос.

— И кто же это был?

— Альберт Фераро.

— Как интересно, — протянул Арман таким довольным тоном, что мне показалось, он этого долго ждал. И попросил:

— Расскажи подробней

После моего рассказа, Арман долго молчал.

А мне пришлось ему рассказать почти всё, в том числе и про ужин с генералом, умолчала я только о танце.

Но всё равно без допроса не обошлось.

— Он пригласил тебя к себе домой?! — в тоне Армана сквозило искреннее недоумение.

— Да.

— Ты его заставила?

— Арман, нет! Он просто предложил, и я решила согласиться.

— Вы были одни?

— Да, — чем больше вопросов задавал Арман, тем меньше я понимала зачем.

— Значит он сам готовил тебе ужин?

Я всё еще пыталась перевести это в шутку, когда вдруг Арман спросил:

— Он тебе нравится?

— Кто? —я и вправду не поняла о чём он спрашивал.

— Не притворяйся, Аврора. За шесть лет я ни разу не видел, чтобы ты согласилась поужинать с мужчиной у него дома.

Я молчала, совершенно не понимая, что отвечать.

А Арман вдруг наклонился вперёд и его глаза оказались напротив моих:

— Почему именно он? Что есть в нём чего нет во мне?

Я смотрела на начальника и недоумевала: он что серьёзно?

— Арман, ты что серьёзно меня спрашиваешь о том, нравится ли мне Фераро или нет? Это всё, что тебя сейчас интересует?

Я только сейчас заметила, что как тяжело дышит Арман, и всмотревшись в его глаза, поняла, что и проявление дракона налицо, только чешуи на висках не хватает.

И стоило мне об этом подумать, как серебристая струйка, в виде чешуек засверкала на висках мужчины.

— Может и сегодня у тебя с ним было назначено свидание, а я перебил вам все планы?

Я вскочила с кресла. Что-то было не так. Я ещё ни разу не видела, чтобы Арман Роше вёл себя, как обманутый муж.

И только я собиралась ему об этом сказать. Как вдруг раздался стук в дверь.

На лице Армана возникла неприятная усмешка:

— О! А вот и бравый генерал! Похоже, господин Фераро решил лично убедиться, что я уже приехал.

И он вытянул руку, останавливая меня, не дав пройти к двери, чтобы открыть. Арман сам пошёл к двери.

Увидев кто там, я прикрыла лицо рукой.

«Ну, конечно, только так и мог закончиться этот вечер».