Глава 7

Не зная, чем себя занять без привычных и милых сердцу гаджетов, попаданка еще раз изучила дневник своей предшественницы. Но там не оказалось ни малейшего намека на то, где Мэль могла хранить сбережения. Ни единой зацепки. Видимо, сумма и вправду была приличная, раз метаморф боялась даже в личном дневнике об этом писать.

Поднявшись, Кира начала слоняться по комнате и от скуки разглядывать обстановку.

– Ты бы лучше потренировалась облик менять! – буркнула из кулона джиния, и рядом с Кирой упал пергаментный свиток. – У меня уже голова кружится от твоих бесцельных хождений!

Кира развернула свиток и с восхищением уставилась на него. На тонком пергаменте пером настоящего мастера были набросаны несколько цветных женских портретов. Блондинка, брюнетка, шатенка…

Каждая была как живая. Казалось вот-вот – и губы улыбнутся, волосы шевельнет порыв ветра, а в глазах отразится блеск масляных ламп.

– Тренируйся! – напомнила джиния, и одна из стен превратилась в зеркало.

– Ты же сказала, что перевоплощение забирает много сил! – Кира покрутила пергамент в руках, но там больше ничего не было. – И что больше двух раз в день нельзя!

– Так ты не вся превращайся, а только лицо, это не настолько опасно. Тебе нужно научиться удерживать чужую личину! Потому что в твоем настоящем виде тебя никто из Анарги не выпустит. Поверь, Рудгер не тот, кто упускает добычу.

– Что-то подозрительно много ты знаешь для того, кто никогда не подглядывал и не подслушивал за госпожой, – едко заметила Кира.

Джайна фыркнула и замолчала.

Но она была права. Кира и сама понимала, что без умения перевоплощаться далеко не уйдет. И вообще повезло, что ее закинуло в тело метаморфа, да еще женского пола, да еще владеющего настоящим джином! Ведь все могло быть намного печальнее.

О попадании в тело того же Брока или не дай бог самого Рудгера даже думать не хотелось.

Встав перед зеркалом, Кира сконцентрировалась на одном из портретов. По лицу побежали знакомые мурашки, черты подернулись дымкой и поплыли, точно нагретый воск. Смотреть на это было неприятно и даже страшно, но попаданка сжала зубы и приказала себе не дрожать. Еще один взгляд на портрет, зафиксировать его выражение в памяти. Теперь постараться придать похожее собственному лицу…

Из зеркала на нее глянула копия брюнетки с портрета. Но через миг вернулось истинное лицо метаморфа. Бледное и невыразительное, словно полустертый карандашный набросок.

– Это тяжелее, чем я думала, – пробурчала попаданка, снова сосредотачиваясь на портрете. – Но я научусь!

Час спустя в дверь постучали. Вздрогнув, Кира быстро сунула пергамент в шкатулку и пошла открывать.

На улице уже темнело. Тусклый свет фонаря, горевшего над входом, осветил мужскую фигуру, с ног до головы закутанную в серый бурнус. По всем параметрам это никак не мог быть Ивлин, и Кира невольно напряглась.

Фигура сделала шаг к дверям, откинула капюшон, и девушка недоверчиво вскрикнула:

– Ты? А ты-то что тут забыл?!

– Пришел помочь, – отозвался сильф, просачиваясь в комнату.

Кира скептично хмыкнула.

– Зря ты так, – блондин повел плечами, – Рудгер скотина та еще, и долг не простит. Бежать тебе надо, если, конечно, не хочешь пополнить его коллекцию!

– Что? – девушка от неожиданности даже рот открыла. Настолько слова Рюга совпали с ее мыслями.

– У меня караванщик есть знакомый, бобо Дахмет, – парень по-свойски присел на подушки, но плащ не снял. – Он тебя в телегу с горшками уложит, соломой накроет, и вывезет.

– С горшками? – переспросила потрясенная Кира.

– Ну да, товар хрупкий, но дешевый, стражники его не досматривают особо. Завтра ночью у западных ворот будут арбы стоять. Семь штук, “счастливое число”. Соберешь свои вещички, где-нибудь в Бурхе сойдешь, пристроишься к каравану и с ним до Сайфы доберешься. Там у меня родня живет…

Сильф все говорил, а Киру вдруг охватили подозрения. Почему он сидит в плаще? На улице давно стемнело, жара уже спала, но… нет нужды в такой плотной одежде.

А еще Рюг старается не двигать плечами, прячет кисти рук в широких складках, да и вообще держится как охранник Андрей из офиса. Кира знала, что парень участвовал в подпольных боях. Порой он приходил на работу в толстовке с капюшоном, просил у нее кофе и тихо сидел в углу в такой же позе, как Рюг сейчас. Оберегая…

– Спасибо, Рюг, – негромко сказала она. – Я сделаю все, как ты советуешь.

Парень сглотнул и еще ниже опустил голову.

– Договорись с караванщиком, – она улыбнулась ему. – Я приду на закате. Расскажи мне, сколько в Сайфе стоит нанять арбу, заплатить за лепешку и чайник в чайхане…

Сильф сухо и коротко рассказал ей все, что знал, отказался от еды и ушел. На миг задержался на пороге, словно хотел что-то сказать, но вздрогнул, будто его окликнули, и быстро исчез в темноте.

Едва за ним закрылась дверь, Киру схватилась за кулон:

– Джайна! Вылезай немедленно! Ты все слышала? И только не ври мне, что не подслушивала!

Джиния выплыла сизым дымком и зависла в воздухе в позе лотоса:

– Слышала, госпожа.

– И поняла?

– Что должна была понять ваша неразумная слуга? – обиженная Джайна изображала дурочку.

– Его избили. Угрожали. Видимо, Ив не придет…

Она замерла, прислушиваясь к странному звуку, идущему из-за двери. Будто кто-то осторожно царапался.

Немного посомневавшись, Кира все же открыла. На пороге стоял взъерошенный Ивлин. Увидев девушку, он оглянулся и нервно облизнул губы:

– Мэль! Не верь Рюгу!

– Заходи! – девушка втянула мальчишку внутрь, радуясь быстро наступившей темноте.

– Его охрана Одноглазого подловила! Ребра помяли, велели тебя заманить в ловушку! Этот бобо Дахмет, он контрабанду возит! И наложниц для Рудгера! В орочьи пустоши!

Кира криво усмехнулась – интуиция не подвела.

– Я догадалась, – устало сказала она, – но я не могу изменить внешность, а мой истинный облик Рудгеру известен! Сил совсем нет.

– Так они все равно всех женщин проверять будут, – почесал вихры мальчишка, – я сам слышал. Одноглазый приказал, чтобы даже старухи в зеркало смотрелись!

– В зеркало? – удивилась девушка. – А это зачем?

– Так в зеркале метаморфа видно! Лицо как маска становится!

– Тогда мне вообще не выбраться… – Кира сгорбилась и закрыла лицо ладонями.

На миг ей показалось, что выхода нет, и ее судьба стать наложницей уродливого одноглазого орка! Но внезапно вспомнила торговцев на базаре и решительно выпрямилась:

– Ив! А ты можешь мне помочь?

– Как?! Если нас рядом увидят – сразу поймут, кто ты!

– Мне нужна мужская рубаха, как те, в которых торговцы на базаре стоят!

– Это не торговцы, это приказчики, – буркнул парень, с интересом поглядывая на нее, – торговцы поверх абайи надевают жилет длинный или халат. И кушак, чтобы деньги хранить!

– Да мне все равно!

Кира вновь вскочила, понимая, что вот он выход.

Здесь наверняка примитивное общество, и никому даже в голову не придет, что женщина рискнет одеться как мужчина. Этой опции просто нет в их мозгах! Чтобы проверить, она уточнила:

– Ивлин, женщины ведь не носят мужскую одежду?

– Нет, – мотнул головой парень.

– Запрещено? – прищурилась попаданка.

– Ну-у-у, нет, наверное… Только зачем женщине мужскую надевать? Она же некрасивая! Вышивки нет, подвесок там всяких, покрывал!

– Чтобы выйти из города без свиты, – фыркнула Кира, приободрившись. – В общем, вот тебе монета. Иди, раздобудь мне мужскую одежду. Рубаху, шаровары, обувь, головной убор и жилет. Все, что надо, чтобы меня не узнали, когда я пойду через ворота! Понял?

На лице беспризорника расплылась коварная улыбка:

– Вот это да-а-а! Мэль, да ты точно всем нос утрешь! Я быстро!

Он выскользнул через дверь, но так, что петли даже не скрипнули, а Кира стянула наволочку с одной из подушек, и принялась складывать в нее то, что осталось в комнате после того, как джиния убрала свою магию.

Осталось немного. Дневник Карамель, несколько книг и свитков, шелковые платки – похоже, бывшая хозяйка была до них большая охотница – да несколько баночек с косметическими средствами. Женскую одежду Кира решила не брать. Путешествовать в образе мальчика-подростка намного безопаснее.

Вернулся Ив быстро. Тяжелый тугой сверток нес в корзине на голове. У самой двери громко объявил:

– Чего только женщины не придумают! Нарядное платье и бусы! Точно решила поразить Рудгера в самое сердце!

Кира его встретила, быстро обняла и спряталась за сотворенной Джайной ширмой, чтобы примерить наряд. Просторные вещи отлично скрыли ее округлости. А волосы девушка просто пригладила, скрутила в узел на макушке и спрятала под высокую войлочную шапку так, что стороны казалось, будто у нее короткая стрижка.

Когда она вышла из-за ширмы с туго набитой наволочкой в руках, беспризорник окинул ее быстрым взглядом и тихонько присвистнул:

– Ого! Ловко ты! А теперь идем, только тихо. У западных…

– Нет! – так же тихо ответила Кира. – Идем к восточным. Можешь выйти первым, а я потихоньку пойду следом. Если что – убегай!

– Вот еще! – фыркнул мальчишка, и тенью скользнул в прохладу ночи.

***

К воротам шли долго. Петляли среди беленых домов и заросших калиток, пробирались под развешенным бельем, протискивались между огромными кувшинами для воды и вина. Обходили хрупающих зерном осликов и крупных мулов. Наконец подошли к стене, окружающей город.

Тут стояло много повозок, у коновязи топтались верблюды и мохноногие лошадки с широкими копытами. А сами караванщики, закутавшись в пыльные халаты, храпели под своими арбами.

– Смотри! – Ивлин ткнул пальцем в телегу, полную тюков шерсти. – Залезай сюда, быстро! Если будут спрашивать, кто ты, говори, что тебя зовут Кирим, ты сирота и едешь к дяде в Шургун! Дай владельцу телеги медяк, а главному караванщику – серебрушку. Все поняла?

Кира растолкала мешки, выбрала себе местечко, оставила там узел с пожитками и снова спрыгнула на землю:

– Спасибо тебе, Ив!

Она закусила губу, не зная, как выразить ту гамму чувств, которая ее охватила.

– Прощай, Мэль, – глаза Ива подозрительно блеснули, словно мальчишка собрался заплакать.

Но тут же опомнился и вытер глаза рукавом.

– Песок попал, – пробурчал, пряча взгляд.

– Прощай, – Кира обняла пацана. – Может, еще увидимся.

– Может, – сказал он и вдруг усмехнулся: – Только ты никакая не Мэль.

Кира от неожиданности растерялась. Оглянулась быстро, не слышал ли кто. Потом осторожно спросила:

– Почему же ты мне помогаешь?

Ив шмыгнул носом.

– Мэль была очень хорошей. Она заботилась обо мне, даже читать научила, – он опустил взгляд и колупнул землю носком поношенного ботинка. – И леденцы мне всегда давала. Ты тоже хорошая, но ты – не она. Ты слабая и не выживешь здесь.

– Я так плохо выгляжу? – невесело хмыкнула девушка.

– Ну… ты хуже ребенка, даже я могу тебя обдурить.

Он протянул руку, и на его раскрытой ладони Кира увидела собственные монеты, которые, как она думала, тщательно спрятала в поясной кошель.

– Э-э-э… – вырвалось из нее многозначительное мычание. – К-когда ты успел?

– Пока ты меня обнимала, – мальчишка хитро ей подмигнул. – Теперь поняла? Не знаю кто ты и как попала к нам, но эта жизнь точно не для тебя. Уезжай.