Глава 9

– Игорь, Вы вернулись! – встретила его не то вопросом, не то утверждением консьержка. – Здесь к Вам несколько раз приходили!

«Кажется, ее зовут Матильда, – машинально подумал Игорь, проходя мимо женщины. – Вот они, прелести современных домов. Если новый дом, а жильцы более – менее с претензией на богатство, то непременно в доме должна быть консьержка с внешностью мультяшной Фрекен Бок и охранник. Ну, да, охранник должен быть обязательно! Как же без него?»

Охранник восседал в своем углу на стуле.

«А вот же я своим поступком репутацию-то дому в целом, и той квартире в частности, подпорчу!» – Игорь злорадно рассмеялся и продолжил свой путь к лифту, игнорируя слова консьержки.

– Игорь, да Вы не слышите меня разве? Я говорю, что к Вам люди приходили! – консьержка с очень подходящим ей именем Матильда повысила голос и вышла из-за своей перегородки. Сделала она это в попытке привлечь внимание Игоря.

– А с виду воспитанный и интеллигентный мужчина! – продолжала зловредная тетка.

– Дайте угадаю, кто именно ко мне приходил! – Игорь все-таки остановился и развернулся к вредной тетке. – Представители банка? Коллекторы? Так я Вас, уважаемая Матильда, удивлю: ни те, ни другие – это не люди, это роботы.

Тетка заморгала выпученными глазками, несколько раз открыла и закрыла рот, но так и не издала ни звука.

– Можете им позвонить и обрадовать их тем, что сегодня они могут прийти ко мне еще раз. Сегодня из дома я выходить не собираюсь! Честь имею!

Проговорив последние слова, Игорь приложил ладонь к груди и резко мотнул головой. Можно было бы еще залихватски щелкнуть каблуками туфель, да резкий кивок головой и так чуть было не завалил его самым позорным образом на мраморный пол шикарного холла. Лифт за спиной Игоря звякнул, сообщив о своем прибытии, и он быстро шагнул в кабину.

– Базарный хам! – выплюнула Матильда в уже закрывшиеся за спиной Игоря двери лифта. – А я и позвоню, и скажу, что ты дома! Обязательно позвоню, чтоб тебе в следующий раз неповадно было так разговаривать с теми, кто тебе в матери годится!

– Вот сейчас сериал посмотрю и позвоню! – продолжая бубнить, женщина вернулась в свой угол. С минуты на минуту должна была начаться очередная серия ее любимого сериала.

– Правильно, что тебя Маришенька бросила. Правильно! Хам! А ведь с виду такой приятный молодой человек был. Такая они красивая пара были, – продолжала бубнить Матильда.

Серия любимого сериала Матильды уже закончилась, и как всегда на самом интересном месте. Чтобы успокоиться и отвлечься, Матильда решила попить чайку с конфетами. Она налила воды в чайник, и уже включила его, но тут в холл вошли две женщины.

Одна из вошедших была красивой и ухоженной. Матильда бы даже сказала, что женщина была лощеной. На вид дамочке было лет сорок. Но это только на вид! Матильда, наблюдая за жильцами этого богатого дома, уже научилась безошибочно определять возраст таких дамочек, а потому она уверенно решила, что женщине уже есть пятьдесят. Вторая из вошедших женщин была совсем молоденькая и худенькая, с испуганными и как будто заплаканными глазами. Совсем еще девчонка! Этой Матильда дала бы лет двадцать, максимум двадцать два. Обе женщины не были жильцами их дома, и обеих Матильда видела в первый раз.

– Дамы, а вы к кому? – Матильда выглянула из-за своей перегородки.

– Нам надо к Игорю Моложавому, в 102-ю квартиру, – ответила та из дам, что была старше. – Он дома?

– Вы из банка или вы коллекторы? – сверкнула знаниями подробностей личной жизни жильцов их дома Матильда.

Холеная дамочка кинула торжествующий почему-то взгляд на свою молодую спутницу и ответила:

– Ни те и ни другие! Мы пришли просто поговорить с ним! Обманул дурочку, – она кивнула на девушку, стоящую рядом, но чуть за ее спиной, – ребенка ей заделал и жениться не хочет. На наши звонки уже две недели не отвечает. Да вот только не на тех он нарвался! Женись, признай ребенка, а дальше уже и разводись. Не хочешь, сами воспитаем, слава Богу, мы можем себе позволить сделать это и без участия горе-папаши. Наш ребенок безотцовщиной не будет.

– Мам, – девчонка тронула за руку холеную дамочку, от чего та лишь дернула плечом.

– Не начинай все сначала, дочь! Мы это уже обсуждали! Он отсюда уходит или добровольно с нами и сразу в ЗАГС, или с полицией в камеру предварительного заключения.

«Мать и дочь, стало быть! А дамочке-то поболее, чем пятьдесят, будет! – Матильда более внимательно посмотрела на взрослую женщину, оценила ее нарочито простую одежду, но очень дорогую обувь и сумку, мысленно же усмехнулась: – Куда тут сериалам до нашей жизни!»

– Да Вы что…, – протянула заинтересованно и уже вслух, понимая, что сейчас перед ней разворачивается новый сериал.

– Так он дома? – повторила свой вопрос будущая теща базарного хама.

– Дома, дома! Вот только прошел! – закивала Матильда.

– Пошли, – более взрослая дама ухватила девушку за руку, и они шагнули к лифту. – Не подскажете, на каком этаже он живет?

– На десятом! Если хотите, я с вами поднимусь. Он меня боится! – чуть приукрасила действительное положение вещей консьержка. Очень уж ей хотелось присутствовать при встрече будущих родственников.

Матильда вышла из-за своей перегородки. Чай от нее никуда не денется, а вот увидеть, как будут ставить на место базарного хама, ей очень хотелось.

– Что, правда? – будущая теща, казалось, только обрадовалась. – Мы были бы Вам благодарны!

– Поехали! – Матильда первая пошла к лифту. – Правильно! За свои поступки надо отвечать!

– Полностью с Вами, уважаемая, извините, не знаю Вашего имени-отчества, согласна!

– Матильда Васильевна, и можно без отчества.

– Агата! – представилась дама.

– Мам, может не надо? – пискнула девчонка, когда двери лифта закрылись.

– Надо! – произнесли Агата и Матильда одновременно.

– Поверь мне, девочка, таких как этот Игорь надо вовремя ставить на место! Ты потом матери еще спасибо за это скажешь! – Матильда проговорила это тоном много повидавшей и оттого разбирающейся в жизни женщины.

– Вот! Слышишь! – мать, соглашаясь со словами консьержки, покивала.

Матильда готова была и дальше продолжить свою лекцию, но лифт звякнул, сообщая о том, что они прибыли на нужный этаж. Она ближе всех стояла к дверям лифта, а потому вышла из него первая и показала на дверь квартиры, в которой жил Игорь.

Агата коротко ей кивнула и решительно подошла к нужной им с Юлией квартире, нажала на звонок и долго держала палец, слушая его трели. В квартире была тишина.

Матильда протиснулась к двери и громко постучала, для усиления эффекта зычно проговорив:

– Игорь, мы знаем, что ты дома! Открывай! Имей смелость признать себя отцом!

Спустя долгих несколько минут дверь распахнулась, явив их взору взлохмаченную и помятую фигуру Игоря.

– Какого черта вы себе…, – на его лице отразилась вся гамма чувств, от возмущения и злости до удивления и шока, когда он увидел женщин на пороге своей квартиры.

– … позволяете, – договорил свое гневное предложение уже машинально, переводя растерянный взгляд с Агаты на Юлию. – Агата? Юлия?

– Как видишь! – ответила за них Матильда. – Думаешь, что тебе, кобелю, все сойдет с рук? Дудки! Заделал ребенка? Так женись, не увиливай!

– Кто заделал? Кому? – Игорь закончил, наконец, рассматривать Агату и Юльку и перевел взгляд уже и на Матильду.

– Мне! – Юлька первая шагнула в квартиру Игоря, за ней вошла Агата и проговорив:

– Спасибо, Вы нам очень помогли, но дальше мы сами! Дела семейные, как вы понимаете! – неожиданно быстрым движением захлопнула перед носом Матильды дверь. – Еще скажи, что ты не помнишь, когда это было? – продолжала говорить Агата уже за закрытыми дверями и явно громче, чем это требовалось.

Юлька, изображая рупор, приложила правую ладонь к своему уху и наклонилась в сторону закрытой двери. Затем руками изобразила крупную фигуру Матильды и опять вернула ладонь к своему уху.

– Да у нас и было-то всего один раз! – включился Игорь наконец в этот спектакль, поняв, что Матильда сейчас осталась стоять там, за дверью, и слушать.

– И не стыдно тебе? Взрослый мужик, а не знаешь, что и одного раза достаточно! – вступила опять Агата, щелкнула замком на входной двери и прошла в гостиную.

На пороге она замерла, не проходя дальше, окинула быстрым взглядом комнату и остановила его на столе и лежащем на нем пистолете, закончила уже значительно тише:

– Успели!