Глава 10

Спустя две недели.

– Агата, Граф, доброе утро! – Михкель вошел на кухню, поздоровавшись и с женщиной, которая стояла у плиты, и с котом, что по обыкновению сидел на подоконнике. Шагнул к кофейному аппарату, нажал на кнопку, включив его, почесал за ухом кота и лишь потом, глянув на кастрюльку, стоящую на плите, спросил:

– А мне каши можно?

– И можно, и нужно, – прозвучало ему в ответ.

Михкель, забрав из кофемашины свою чашку с кофе, тут же поставил любимую чашку Агаты, не спрашивая, нажал кнопку, выбрав ее любимый напиток.

Михкель сервировал стол, Агата стояла у плиты, каждый был занят своим делом. Со стороны все выглядело так, будто они живут вместе уже очень давно, а потому, уважая привычки друг друга, не раздражают себя утренними разговорами.

Разложив кашу по тарелкам, Агата развернулась к столу. Увидев, что он сервирован для двоих, в удивлении посмотрела на мужчину. Михкель уже что-то читал в планшете и взгляда ее не видел. Агата поставила тарелку с кашей перед ним, села на свое, ставшее уже привычным, место, и лишь потом спросила или скорее уточнила:

– Я так понимаю, что Амадей опять в спортивном зале?

– Да.

– И опять завтракать он с нами не будет?

– Нет, – последовал ответ.

– Михкель, что происходит? – привлекла Агата внимание парня.

– Агата, это ты мне, однако, скажи, что происходит? Он такой с тех пор, как вы побывали на свадьбе Виктора! – Михкель отвел, наконец, свой взгляд от планшета и смотрел сейчас на Агату как на провинившуюся. – Агата, что там между вами случилось?

Агата от неожиданности моргнула, но ответить не успела, потому что Михкель продолжил:

– Ты поймала букет невесты, этим пестрят все ленты. Ладно – это еще можно понять. Известная традиция, глупая примета и все такое. Агата, ты веришь в приметы?

– Не настолько, – ответила, удивившись резкой смене темы разговора и не совсем понимая, куда Михкель клонит.

– Да? – Михкель недоверчиво рассмеялся. – И ты поэтому игнорировала Амадея, танцуя весь вечер с Юрием, новоявленным тестем Виктора?

– С Юрием мы танцевали всего лишь два танца. Два танца – это уже весь вечер? – Агата вдруг начала оправдываться. – Впрочем, не важно! Михкель, к чему все эти вопросы?

– А почему только два танца? – Михкель зло усмехнулся. – Лови момент, Агата! Юрий у нас жених завидный: умен, богат, не жаден. А сейчас еще и на дочурку свою зол. Надо брать горяченьким – окрутить, на себе женить и жить припеваючи до конца своих дней. Вам же, девочкам, всем замуж хочется, верно? И неважно, за кого! Найти тебе его личный номер телефона? Я это могу, ты знаешь! Или погоди, он тебе сам его дал? Да? Я прав?

Агата смотрела на парня спокойно, даже с любопытством, но молчала.

– Так я пра-а-а-ав! – протянул парень утвердительно и рассмеялся, будучи полностью уверенным в своих словах. – И как же я сразу не догадался? Точно! Амадей потому и бесится. Да-а-а, тесть Виктора – жених хоть куда!

– Я заметила! – Агата усмехнулась. – Претендентки вокруг него кружили как акулы.

– А он, заметь, Агата, тебя два раза на танец пригласил. Ну, всё! Теперь ты от него так просто не отвертишься! Юрик из тех, кто привык своего добиваться любой ценой. Дочурка, ослушавшись папеньку, замуж за почти карлика выскочила, а отдуваться теперь тебе. Два танца с таким завидным женихом – этого тебе так просто не забудут. Ни акулы, что вокруг Юрика кружат, ни сам Юрик! Жди приглашения в ресторан, веника из роз, цацек в бархатных футлярах, а уж потом и сватов!

– Михкель! – Агата начала злиться и попыталась урезонить парня, но Михкель, не уловив перемену ее настроения, продолжил:

– Молодые, как я слышал, жить с папой в его доме, который в пору зАмком называть, не хотят. Впрочем, Витя у нас тоже не в коммуналке живет, да и в целом мужчина не самый простой. Ему-то есть куда молодую жену привести. Как, кстати, и Юрику. На свадьбу-то хоть позовешь, Агата? Или мы тебе не по статусу будем?

– Все сказал? – Агата сверлила взглядом мужчину, сидящего на другом конце стола.

Михкель, наконец, обратил внимание на злость Агаты и замолчал. Коротко выдохнул и произнес уже совсем другим тоном:

– Агата, прости! Несу тут какую-то ерунду.

– Несешь! – Агата согласно кивнула. – Михкель, вчера что-то случилось? Вы поругались с Юлией?

Мужчина набрал полную грудь воздуха, длинно выдохнул и проговорил:

– Да. Несу чушь. Нет. Не вчера. Вчера мы с ней даже не созванивались. Да. Поругались. Нет. Не с Юлией. Да что за черт! – парень откинулся на спинку стула, опять набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул.

– Они несколько дней тому назад уехали с Игорем в его этот Задрюпинск, к его тетке. Мы с ней уже несколько дней не созванивались. Юля там будет его невесту изображать. Успокаивать, так сказать, и доказывать старушке, что с ее ненаглядным племянничком все хорошо. Что он по-прежнему богат, успешен и руки на себя накладывать не собирается, а скорее уж наоборот, надумал жениться. И в доказательство второго он вот и невесту к тетушке привез знакомиться.

– В Заполье, – машинально поправила Агата.

– Да мне без разницы! Заполье, Задолье, Задрюпинск! Она уже большая девочка, может ехать, куда считает нужным, как и делать то, что считает правильным для себя. И нет, отвечая на твой вопрос, МЫ с Юлией не поругались, – Михкель выделил интонацией местоимение и замолчал. Он даже уткнулся опять в тарелку с кашей и принялся с аппетитом ее поедать, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

Агата понаблюдала за мужчиной и вдруг произнесла:

– Нет никакого ВЫ, верно? Ты это понимаешь, а Юлия нет. Ты не знаешь, как ей сказать об этом, а она думает, будто ты обиделся на нее за то, что она уехала с Игорем. Я права?

Михкель, услышав это, сник, но взгляда от тарелки с кашей не поднял, и Агата закончила:

– Михкель, я сама вижу, что права. Нет никакого ВАС. Думаю, что и Игорь тоже понял это, потому и решился на эту поездку. Он умный мужчина, и кстати, Юля ему тоже сразу понравилась. Однако он не влезал в ваши с ней отношения, давая девушке возможность выстроить свою судьбу с тобой. А тетка давно его в гости ждала. Она ж растила его как своего родного сына. Игорь, пользуясь тем, что удачно завершил задание с Романом, предупредил Амадея, что хочет уехать, да не один, а с Юлей. Они ждали, пока Юля сдаст сессию. Она сдала, и они уехали. Амадей дал добро.

– Благословил, стало быть, их на брак, – Михкель хмыкнул. – А я, стало быть, пролетаю, как фанера над Парижем! Он умный и все понимающий, только нищий, а я сволочь и дурак, к тому же еще и сноб!

– Ты сам все о себе знаешь, – раздался насмешливый голос Амадея, – так что не надо тут изображать из себя обиженное достоинство. Ты сам оказался не готовым принять прошлое Юлии! Не готов, несмотря на то, что она в сложившейся ситуации жертва. Девушка не виновата в том, что каждый желающий, как и каждый озабоченный, мог рассмотреть ее тело во всех подробностях.

– Что? – Агата недоверчиво перевела взгляд с Амадея на парня.

– Агата, доброе утро! И да, ты все верно сейчас услышала! – усмехнулся Амадей. – Наш Михкель действительно оказался доморощенным снобом. Он не смог даже поцеловать девушку нормально, без чувства брезгливости.

– Михкель, это правда? Но почему? – Агата выдохнула свои вопросы.

– Зрительная память у него, видите ли, слишком хорошая! – продолжил отвечать за парня Амадей. – Целовал ее, а сам вспоминал кадры из тех видео, что сам же и вычищал с серверов.

– Это правда? – Агата смотрела на Михкеля, тот, не глядя на нее, кивнул.

– То есть, ты водил ее по ресторанам целый месяц, а сам вспоминал все то, что видел?

– Это не только я видел! Ты знаешь, сколько там было просмотров на тех видео с ней в главной роли? Тысячи! Наша Юлия очень чувственно стонет, когда занимается сексом. Даже на камеру стонала! Знала же, что он снимает, и стонала! Она, несмотря на камеру, получала удовольствие! Значит, ей это нравилось! – выпалил неожиданно Михкель. – Это видели все, кому хотелось самоудовлетворения!

– Михкель, ты же понимаешь…

Агата начала было говорить, но была остановлена Амадеем:

– Нет. Не понимает. Не верит. В его жизни еще не было женщины, которая любила бы его искренне, а не потому, что ей что-то от него надо. Когда любят, не замечают, не думают о том, как выглядят со стороны в моменты близости и какие при этом издают звуки.

Михкель продолжал упрямо молчать.

– Михкель, как же ты…, – Агата хотела что-то сказать, но была перебита парнем:

– А когда бы я успел это понять? Когда? Все женщины мечтают только о нем! Да вся моя жизнь крутится только вокруг него! – Михкель кивнул в сторону Амадея.

– До недавнего времени тебя это устраивало. Я никогда не держал тебя около себя. Ты в любой момент можешь уйти, и ты это прекрасно знаешь. Если хочешь, можешь сделать это уже сегодня, – прозвучал спокойный голос Амадея.

– Что, появилась Агата, и я уже стал тебе не нужен? Я стал тут лишним, да? Боишься, что она выберет меня, а не тебя? Ты ведь так и не знаешь ее будущего, потому и видишь во мне конкурента? Я прав, да? Она поймала букет невесты, но жениться ты на ней не собираешься, значит, остаюсь только я! А, нет! Есть еще Юрик, как же я забыл об алюминиевом короле-то? Или я кого-то упустил? Агата, у тебя еще есть претенденты? Ах, да! Есть же еще Виталий со своим мужем-французиком! Тоже люди небедные. Будете там тройничок устраивать. Агата, да у тебя женихи все как на подбор!

Хлесткий звук пощечины прозвучал как выстрел. Левая щека Михкеля начала алеть. Агата, не рассчитав силу удара, встряхнула пару раз своей кистью и прижала ее к своей груди. На всех обрушилась звенящая тишина. Тем отчетливее в этой тишине прозвучал спокойный голос Амадея:

– Я знаю ее будущее. Агата позволила мне его увидеть еще в тот вечер, когда ходила на встречу с Арни и Виталием.

Амадей сделал пару шагов к Агате и, протянув руку к ее руке, прижатой к груди, произнес:

– Позволь, я сниму боль.

Агата протянула ему руку со словами:

– Буду тебе благодарна!

Боль отпустила практически сразу, Агата благодарно улыбнулась Амадею:

– Михкелю ведь тоже больно. Я знаю, что у меня тяжелая рука.

– Ничего, перетерпит. К тому же он это заслужил, – прозвучало невозмутимо, и Амадей, нехотя, отпустил ее ладонь.

Агата, глядя в лицо Амадея, пытаясь разглядеть его глаза сквозь черные стекла очков, спросила:

– Амадей, тебе не кажется, что пришло время и мне узнать мое будущее? Расскажи уже мне его!

Амадей неожиданно тяжело вздохнул и, помолчав, проговорил:

– Да, ты права. Время пришло. Не возражаешь, если я сделаю это в парке? Граф, ты составишь нам компанию?

Кот спрыгнул с подоконника, прошел мимо Михкеля и на ходу бросил ему недовольное: “Мяв!”. Прошел мимо с гордо задранным хвостом, не задев того даже кончиком, видимо, на кошачьем это означало крайнюю степень недовольства поведением парня, и направился к дверям.