Глава 9

– Ничего себе у Астаховых домик! – удивлённо хлопаю глазами, выглядывая из такси. – Или мы адресом ошиблись?

– Нет, – качает головой Лена. – Адрес точно этот.

Мы выходим из машины, и я с интересом рассматриваю особняк в стиле барокко, помпезность которого вызывает панику. Огромный, роскошный. Совсем не вписывающийся в мой привычный мир.

– Куда ты меня притащила? – недовольно шиплю на подругу.

– Я не знала, – растеряно шепчет в ответ. – Прости.

Поднимаемся по широкой лестнице из белого гранита и застываем перед двустворчатой высокой дверью. Лена жмёт на кнопку звонка.

– Не удивлюсь, если сейчас нам откроет швейцар в ливрее и напудренном парике, – размышляю вслух.

Но, вопреки ожиданиям, нас встречает мужчина средних лет в современном деловом костюме с бабочкой.

– Добро пожаловать, дамы, – сдержано кивает. – Прошу вас, – жестом приглашает внутрь. – Я сообщу Константину Григорьевичу о вашем прибытии.

Переступив порог, мы оказываемся в просторном холле, где интерьер выдержан в том же стиле, что и фасад дома: колонны, лепнина, роспись на потолке, мраморные полы… Пафос и шик в каждой детали и в каждом госте. Здесь собрались богачи, и мы с подругой не вписываемся в общую картину.

Виновник торжества не заставляет себя долго ждать – практически сразу подходит к нам. Пока Лена поздравляет его, я лишь хлопаю глазами, потому что не понимаю, что мы будем здесь делать целый вечер. Обстановка скорее угнетающая, чем праздничная.

– Я сам не в восторге от всего этого, – заявляет Астахов, замечая нашу растерянность. – Это всё устроили родители. Понятия не имею, кто все эти люди.

– Зачем ты оправдываешься перед ними? – в поле зрения появляется яркая молодая брюнетка. – Здесь собрались самые уважаемые люди города. Этим стоит гордиться, а не оправдываться…

Вскидываю бровь, оценивающе рассматривая незнакомку. Мне она сразу не нравится. Неприятная личность. Раздражающая.

– …Вот так встреча, да? – брюнетка смотрит на Лену, растягивая ядовито-красные губы в хищной улыбке. – Одними дорогами с тобой ходим, Миронова…

Говоря это, она собственнически цепляется за руку Астахова. Обстановка накаляется. И когда незнакомка снова обращается к моей подруге, её глаза агрессивно вспыхивают:

– …Как дела у Даниса? Читала, что он сейчас в Штатах. Поматросил и бросил тебя, да? Бедная девочка…

– У Даниса и Лены всё отлично! – не выдерживаю и вмешиваюсь. – Ты кто такая вообще?!

Подруга хватает мою руку, призывая успокоиться. Затем в той же манере отвечает гадине, и та, взбесившись, двигается на нас. Но Астахов не даёт конфликту продолжиться. Хватает свою девушку за талию и быстро уводит.

– Жесть. Это что сейчас было? – недоумеваю. – Откуда выползла эта змея?

– Помнишь, я рассказывала про бывшую Вагнера? Так вот это она и есть.

– Обалдеть!..

– Сама не верю, – качает головой Лена. – Как Костя мог с ней связаться?

– Да-а, жалко парня. Ты видела, как она в него вцепилась? Как коршун в добычу.

– Видела. Это и пугает. Астахов не заслуживает участи быть съеденным.

– Забей, Лен, – отмахиваюсь. – Пошли лучше осмотримся. Я пить хочу.

Мы с ней находим стол с закусками и решаем, что это единственное место, которое может скрасить вечер.

Какое-то время наслаждаемся вкуснейшими пирожными, наблюдая за гостями. Бегло знакомимся с родителями Астахова. Они странные, поэтому долго наше общение не длится. Отходим с Леной подальше, не забыв прихватить сладостей.

Больше никаких развлечений здесь нет. Скучно, одним словом.

Но всё меняется, когда парадные двери открываются и в помещение заходит тот, кого я совсем не ожидала здесь увидеть.

Царёв.

Одетый в строгий костюм, подчёркивающий развитое спортивное тело, он останавливается посреди холла. Проходится высокомерным цепким взглядом по лицам гостей. И когда его глаза находят нас с Леной, подруга хватает меня за руку и больно сжимает.

– Это ещё кто? – шепчет испуганно.

Но моё внимание сейчас направлено не на Демьяна, а на ту, с кем он сюда пришёл.

– Меня больше интересует, что за мочалка рядом с ним, – цежу злобно.

Оцениваю рыжеволосую ведьму, которую парень собственнически обнимает за талию. Молодая, красивая, стройная. Она явно счастлива в обществе Дёмы. Улыбается и что-то нашептывает ему на ухо.

Сладость во рту от пирожных становится тошнотворной. В горле скапливается горечь.

В этот момент наши взгляды с Царёвым пересекаются, и он, чуть заметно улыбнувшись, притягивает рыжую красотку к себе вплотную. Его ладонь ложится на ее задницу и сжимает её.

Меня сейчас стошнит.

– Я чего-то не знаю? – дёргает меня подруга. – Что происходит?!

Моё сердце в очередной раз разбивается. Вот что происходит.

– Извини, Лен, но я больше не хочу находиться здесь, – вскидываю подбородок, стараясь не выглядеть жалко. – Я ухожу. Ты со мной?

– Да, – растеряно отвечает Лена. – Но надо попрощаться с Костей…

Смысл её слов с трудом доходит до моего мозга.

Хочу уйти отсюда! Сбежать! Немедленно!

– Жду на улице, – кидаю, расправляя плечи. – Не выйдешь через пять минут – уеду одна.

Иду в сторону выхода, стараясь выглядеть безразличной. Царёв не увидит моей боли. Ни за что не доставлю ему такого удовольствия!

Оказавшись на улице, глубоко вдыхаю вечерний воздух и ухожу в тень, подальше от посторонних глаз. Горло дерёт от желания разреветься, но я держусь, не позволяя эмоциям взять верх.

Пореветь я и потом смогу. Сейчас надо вызывать такси и дождаться Лену. Надеюсь, долго она со своим этим Костей прощаться не будет.

Смотрю в экран мобильника, а перед глазами всё расплывается.

Соберись, Маша! Нечего распускать сопли!

– У тебя всё хорошо, красивая? – незнакомый мужской голос заставляет вздрогнуть. – Может, помощь нужна?

Поднимаю глаза и вижу перед собой мужчину. Взрослого, состоявшегося, привлекательного. Он словно сошёл с обложки журнала, от него исходит уверенность и власть.

Расслабленно оперевшись на одну из колонн, незнакомец рассматривает меня без какого-либо смущения. Что сразу вызывает отторжение, и я демонстративно отворачиваюсь, давая понять, что не заинтересована в знакомстве.

Пусть это невоспитанно и грубо – вообще плевать. Мужик явно не по доброте душевной помощь предлагает. У него свой интерес, о котором я даже думать не хочу.

Продолжаю копаться в телефонной книжке, когда на плечи мне ложатся ладони и заставляют развернуться.

Открываю рот, чтобы возмутиться наглости незнакомого мужика, но слова застревают в горле, потому что вижу Царёва.

– Где твоя подруга? – хмуро интересуется.

– Лена? Она… – с трудом соображаю. – А тебе какая разница?

В моём голосе вызов и обида. Скидываю с себя руки, отшатываясь. Нижняя губа начинает дрожать.

– Сейчас не до твоих истерик, Мышка, – тон Демьяна крайне серьёзный. – Где девчонка Вагнера?

Бегло смотрю на дом. В душе зарождается волнение.

– Она пошла сказать Астахову, что мы уходим и…

– Черт, – раздраженно обрывает.

Хватает меня за локоть, тащит к чёрному гелику, а потом заталкивает внутрь и блокирует двери. Мне остаётся лишь непонимающе хлопать глазами.

Припадаю к окну, видя, что Царёв возвращается в дом. И когда он скрывается за дверью, немедленно набираю Лену, стараясь заглушить панику.

В трубке гудки. Подруга не отвечает. Моё волнение разрастается в геометрической прогрессии, и я беспомощно мечусь по салону.

Минуты ползут мучительно медленно. И я уже близка к нервному срыву, когда из дома выходит Демьян, неся на руках мою подругу.

Вскрикиваю и дрожащей рукой прикрываю рот. Что произошло в этом чертовом доме?!

– Лена! – кричу и дёргаю ручку двери, которая на этот раз поддаётся. Выскакиваю из машины и несусь навстречу. – Леночка!

Меня шокирует её болезненная бледность. Лихорадочный блеск в глазах и расфокусированный взгляд.

Касаюсь её щёки – горячая.

– Что этот козёл с ней сделал?! – кричу, глядя на Царёва. – Чем-то накачал?!

Он не отвечает. Быстро усаживает Лену на заднее сиденье и только после этого рычит мне:

– Бегом в машину.

Не спорю. Запрыгиваю в салон и обнимаю подругу.

Она что-то неразборчиво шепчет и, кажется, теряет последние силы. Не даю ей говорить.

Всхлипываю, стараясь не разреветься. Но страх за Лену подступает к горлу. Душит.

– Дём, – зову парня, когда он садиться за руль. – Я боюсь за неё. Она выглядит…

– Едем в больницу, – перебивает. – Не разводи сырость. На нервы действуешь.

Его грубость выбешивает.

– Тебя забыла спросить, что мне делать! – срываюсь. – Грубиян!

– Плакса.

– Я не плакса!

– Тогда не реви, – цедит. – Реально не могу это слушать.

Он ловит мой взгляд в зеркале заднего вида. Смотрит без неприязни, скорее участливо, что удивительно. И от этого меня ещё больше прорывает на эмоции.

Слёзы текут по щекам, я не могу их сдерживать. Особенно когда вижу, что подруга теряет сознание.

– …Держись, моя хорошая, – давлю сквозь рыдания и обращаюсь к Демьяну: – Что было в доме Астахова? Ты видел, кто сделал с ней это?

Царёв игнорирует мои вопросы. Достаёт мобильник, кому-то звонит.

Не вникаю в разговор, потому что всё внимание переключается на Лену. Она не дышит и становится ещё бледнее. Меня прошибает холодный пот, и дальше всё воспринимается как в тумане.

Дорога, больница, врачи… – всё смешивается в одно сплошное размытое пятно, вызывая ступор.

Наблюдаю за всем со стороны. Не реагирую на чужие голоса и людей, которые окружают.

Единственное, что остаётся в фокусе – это Лена и её ледяная ладонь в моей руке. Не отпускаю её до тех пор, пока кто-то насильно не отрывает подругу от меня.

– …Везите в десятую, – слышу обрывки фраз. – …Терентьева позовите. Необходимо промывание…

– Что с ней? – сиплю сквозь слёзы. – Ей станет лучше? Почему она не приходит в сознание?

Мне никто не отвечает, и от этого я громко рыдаю, пытаясь прорваться к Лене, которую куда-то увозят на каталке.

Кто-то держит меня за талию. Не даёт сдвинуться с места.

– У девушки истерика, – рядом появляется женщина в белом халате. – Я вколю успокоительное.

– Не нужно успокоительное! – в ужасе смотрю на шприц в её руке.

– Уберите, – звучит холодный голос Демьяна. – Это лишнее, – парень прижимает меня к себе, заставляя уткнуться лицом в его грудь. – Мышка, соберись, – шепчет на ухо. – С твоей подругой всё нормально. Промоют, поставят пару капельниц и отпустят домой. У неё отравление, но это не смертельно.

Уверенный тон пробивается в сознание. Успокаивает.

– С ней правда всё будет хорошо? – поднимаю заплаканное лицо и смотрю на Царёва.

Кивает, стирая с моих щёк слёзы. И я верю ему. Делаю глубокий вдох, стараясь взять себя в руки.

– Надо позвонить её родителям, – отстраняюсь.

– Они уже здесь, – смотрит мне за спину.

Оборачиваюсь и вижу, что мама и папа Лены действительно здесь. Они разговаривают с врачом.

– Что мне им сказать? – взволновано шепчу. – Это я виновата. Если бы я её не оставила…

– Ты не виновата, – перебивает. – Я рассказал им, как было. Дальше пусть разбираются сами. Пошли. Нам здесь больше делать нечего.

– Но как же…

– Мы уезжаем, Мышка, – берёт меня за руку и тянет к выходу.

Пока идём до машины, Демьян вкратце рассказывает, что произошло в доме Кости. И меня передергивает от омерзения, когда представляю, что было бы с Леной, если бы Царёв не вмешался.

– Как ты оказался на дне рождения Астахова? – спрашиваю, когда садимся в гелик. – Вы с ним друзья?

– Не имею привычки дружить с уродами, – слышу ответ. – Я там был по просьбе Вагнера.

– А кто та девушка, с которой ты пришёл?

– Знакомая.

– У вас с ней отношения?

– С чего ты взяла? – усмехается, вздёргивая бровь.

– С того, что ты лапал её у всех на глазах, – хмурюсь. – И вы смотрелись как влюблённая парочка.

– Я не завожу отношений, – цинично выдаёт. – И тем более не влюбляюсь. Это глупо и бессмысленно.

– Влюблённость рождается вне зависимости от желания человека. Её невозможно контролировать.

– Контролировать можно всё, – он смотрит на меня глубоким задумчивым взглядом. – Тем более любовь – всего лишь химическая реакция тела. Временное явление, которое быстро проходит.

– Так уверенно говоришь об этом. Был опыт?

– Такая проблема присутствует сейчас, – безразлично кидает. – Но я не думаю, что это надолго.

Шокировано вклиниваюсь в него взглядом, не веря своим ушам.

Он что… намекает, что всё-таки влюбился?!

Кто она ? Может, Инна? Или та рыжая с дня рождения? Или кто-то ещё, кого я не знаю?

За секунду в мыслях проносятся картинки с участием Демьяна и какой-то левой девчонки. Они смеются, обнимаются, целуются и…

Сглатываю, отвернувшись к окну, дожидаюсь, когда машина остановится во дворе нашего дома, быстро дергаю ручку, выскакиваю и громко хлопаю дверью.

Царёв любит другую! Осознание этого сносит с ног. Уничтожает и выворачивает наизнанку. Ужасная правда обрушивается на голову, разбивая сердце вдребезги. Грудь болезненно сдавливает.

– Мышка, что опять за психи? – Демьян нагоняет и хватает за локоть.

– Не трогай меня! – шиплю, выдёргивая руку.

Толкаю его в грудь. Ярость застилает глаза, жгучая ревность отравляет сознание.

Хочу, чтобы он прочувствовал то состояние, до которого довёл меня. Не думая о последствиях, размахиваюсь и залепляю ему пощёчину, от которой звенит в ушах.

Лицо Демьяна вмиг становится жёстким. Глаза пугающе вспыхивают. Обжигают. Желваки приходят в движение, вены на шее вздуваются, жилы натягиваются. Но я не замечаю этих изменений. Во мне клокочет бешенство.

– Исчезни из моей жизни, Царёв! – надрывно кричу ему в лицо. – Уйди! Оставь в покое! Бесчувственный грубиян! – снова толкаю его. – Сухарь! Чудовище!..

Больше ничего не успеваю сказать. Парень резко сокращает расстояние между нами. Хватает меня за затылок, дёргает на себя и впивается ртом в мои губы.