43

Но на раздумья времени не было – следовало побыстрее привести себя в порядок, так как план действий, намеченный в голове, требовал чистого тела и детальной разработки, а лучше всего думается под шум воды – это Аише давно заметила. Она растребушила свою котомку, выудила смену белья, домашние рубаху и штаны – с Киараном решили, что в путешествии платья не очень удобны, а потому приобрели ей мальчишескую одежду, а потом побрела в ванную, где сбросила с себя все и нагая скользнула в горячую воду, со стоном погрузившись по самый подбородок. Как же хорошо! Еще немного, и она привыкнет к этой роскоши! Сначала в доме ювелира, теперь в этой гостинице. Как же тяжко потом будет вернуться в свою деревню, где отродясь не видали такие шикарные купели, а на все случаи жизни был один кусок мыла – им и голову мыли, и тело, и белье стирали. Вонючее, коричневое, оно делало волосы сухими и непослушными, потому мама всегда давала Аише немного молочной сыворотки, которой следовало споласкивать их после мытья. Здесь же недостатка в ароматных мыльных средствах не было – открывая по очереди баночки, Аише даже зажмурилась – так вкусно они пахли! Она с наслаждением нанесла на свои тяжелые влажные пряди шампунь с запахом неведомого цветка и закрыла глаза, положив голову на бортик. От воды поднимался пар, ноющие от многодневного перехода мышцы постепенно расслаблялись, сбрасывали усталость, кожа будто напитывалась влагой и становилась гладкой и шелковистой. Выходить совершенно не хотелось, но и уснуть здесь, не осуществив своего плана, она тоже не могла. Нехотя села, вытащила со дна пробку – благодаря Киарану уже знала, как устроен слив воды – и принялась отмывать тело, медленно водя мягкой губкой по нему, задела грудь, вздрогнув, когда вершинки ее напряглись, будто две пуговки, вздохнула, подумав, что придется раздеваться перед магом, и он увидит ее голой. Неужели и в деревне женщины со своими мужьями ложились в постель без одежды? Стыд-то какой! Конечно, она помнила, как в лесу сама скользнула к Киарану, согревая его, но ведь то было для дела, а не для вот этого вот… Даже слова не нашла она подходящего в своей голове, чтобы описать то, что задумала. Щеки заалели при мысли о том, что и маг будет рядом с нею обнаженным. Интересно, а он был уже с женщиной хоть раз? Подумала и фыркнула – конечно, он был! Ему ведь не пятнадцать лет, взрослый мужчина уже! Может, даже и женат. Интересно, а он может быть и вправду женат? При мысли о том, что там, в его мире, Киарана может ждать супруга и дети, Аише вздохнула. Если это так, то ей надеяться не на что. Святые крылья, а сейчас-то ей на что надеяться? Хоть бы он не оттолкнул ее, а то завтра император может забрать к себе и делать все, что ему заблагорассудится, даже отдать своим слугам. Со злостью закончила мытье, включила воду и быстро смыла с себя мыльные потеки, потом вышла на горячий коврик, расстеленный предусмотрительно возле ванны, и завернулась в такой же горячий халат, закутав волосы в полотенце. Оставалось почистить зубы. В деревне Аише использовала для этого золу и собственный палец, но Киаран купил специальную щетку и пасту, которая пахла мятой и немного чабрецом, отчего дыхание становилось свежим. После всех процедур Аише почувствовала себя заново родившейся. Раскрутила полотенце, разобрала мокрые пряди пальцами и вышла из ванной, помедлив на пороге и вздохнув. Киарана в комнате не было, зато стол у окна оказался сервирован к ужину, а аппетитный аромат, распространявшийся по комнате, заставил желудок болезненно сжаться, а рот наполниться слюной. Где ж носит этого мага? Будто услышав ее мысли, дверь отворилась, впуская мужчину. Он вошел с улыбкой на лице, скользнул глазами по замершей в нерешительности Аише и сказал: – Велел принести ужин сюда, а сам сходил до винной лавки. Хочу сегодня отметить наше прибытие в столицу. Неожиданно, правда? Дорога казалась такой нехоженой, а привела в самое сердце страны. Ну да ладно. Садись, чего стоишь? Девушка послушно подошла к столу и уселась на стул с высокой спинкой. Ноздри ее затрепетали от ставшего сильнее аромата жареной рыбы и мяса. – Не знал, что ты захочешь, поэтому заказал морского окуня на углях с лимонным соком и бараньи ребра. Еда простая, сытная, то, что нужно нам сегодня. На гарнир картошка и помидоры. Аише поджала босые пальцы ног, погрузив их в ворс ковра. Она запоздало сообразила, что надо было бы переодеться до выхода из ванной и уже было поднялась, но Киаран откупорил вино и налил в бокал рубиновый напиток, протянув ей. – Почувствуй аромат винограда, – улыбнулся и сам тоже сделал глоток. – Это божественно! Нерешительно намочив губы в вине, девушка слизнула языком капли и раскатала по небу, ощущая, как во рту растекается вкус незнакомых ягод, чуть терпкий, в меру сладкий, такой необычный, что захотелось еще попробовать, что она и сделала, отпив глоток вина. Это был первый в жизни ее опыт. Сегодня, похоже, многое будет впервые. Хмель ударил в голову неожиданно. Она вдруг поймала себя на том, что смотрит на Киарана и улыбается, представляя, как он будет целовать ее. Наверное, это приятно. Девчонки не раз обсуждали деревенских парней, и кто из них как целуется, упоминали, что у одного губы нежные, у другого грубые. Интересно, а у мага они какие? – Боюсь даже представить, о чем ты думаешь! – весело хмыкнул он, отставляя бокал в сторону и принимаясь за еду. – Попробуй и то и другое, я думаю, тебе понравится. Аише и в самом деле оценила вкус и рыбы и мяса, хотя, казалось, эти два продукта были совершенно несовместимы. Морской окунь показался ей невероятным – нежный, в меру пропеченный, политый лимонным соком, он вызывал желание есть еще и еще, а бараньи ребрышки так и таяли во рту. Незаметно и бутыль вина опустела. Голова закружилась, когда девушка поднялась из-за стола и направилась мыть руки. – Прикажу, чтобы убрали здесь, – Киаран тоже встал и направился к двери. – Нужно сейчас ложиться спать, завтра рано вставать. Надеюсь, до вечера мы уберемся из этого города. Не намерен здесь оставаться ни единой лишней минуты. Пьяно икнув и зажав рот рукой, Аише доплелась до ванной и долго мыла руки, а потом еще раз вычистила зубы, глядя на свое отражение в зеркале. Глаза ее казались двумя большими темными пятнами на бледном лице, а если повернуться той стороной, на которой не было шрамов, то можно счесть ее привлекательной. И волосы красивые, волнами спускались на плечи и спину. Мама говорила, что они – главное украшение любой девушки. Замужним женщинам не позволялось носить их на виду, следовало убирать под платок, а девицы чаще всего плели косы, а в ночь на Ивана Купала и вовсе распускали, как того требовал древний обычай. Поплескав в лицо водой, она посмотрела на себя в зеркало еще раз и решила, что достаточно хороша – краше уже все равно не станешь, что ни делай – и вышла. В комнате уже успели прибрать, а Киаран сидел в кресле с задумчивым видом. Глаза его вспыхнули при взгляде на девушку. – Ложись в постель, Аише, – встав, он подошел к ней. – Выбирай любую сторону, кровать большая, поместимся вдвоем, – а потом подмигнул и скрылся за дверью ванной, оставив свою мнимую супругу с обалделыми глазами в одиночестве. Она пожала плечами и подошла к кровати, откинув красное покрывало. Удивительно, но и простыни тоже оказались такого же ярко-алого оттенка, шелковистыми и нежными наощупь. Когда освобожденное от халата тело Аише скользнуло под одеяло, она даже поежилась от приятного ощущения на коже – до чего ж хорошо! Страха не было. Да и смысл бояться того, что неизбежно случилось бы когда-нибудь. Уж лучше с человеком, которого она любит, чем с каким-нибудь мерзким насильником вроде того охранника. При этом воспоминании девушку передернуло, губы ее скривились, брови сошлись у переносицы. Такой ее и застал Киаран. – Спокойной ночи, жена, – весело хмыкнул он и погасил свет, а потом улегся на свою сторону кровати, немного повозился и негромко захрапел! Со злостью ударив кулачком по подушке, Аише прислушалась к дыханию мага – спит! Нет, она тут приготовилась к соитию, настроилась, даже смирилась с этим, а он уснул! Наглец! Как-то не так девушка все это себе представляла. Интересно, а если разбудить Киарана? Переместившись под одеялом до мужчины, он обнаружила, что на нем надеты домашние брюки, хотя не могла вспомнить, видела ли их, когда он вышел из ванной. Может, он надел их уже позже, перед тем, как лечь в постель? Горячая спина, к которой она прижалась в темноте, размеренно двигалась в такт дыханию. Что делать дальше? Может, следует поцеловать его? Аише приподнялась на одной руке, смутно видя во мраке очертания лица Киарана, который лежал боком, подложив под щеку обе ладони. Хм. И как целовать? Перегнувшись и держась за край кровати одной рукой, девушка попыталась дотянуться губами до его губ, но не удержалась, покатилась вперед и со всего размаху рухнула на пол, создав ужасающий грохот и ойкнув от боли. – Аише? – сонный голос мага ворвался в ее сознание. Медленно поднявшись на ноги, она предстала перед ним как есть – голая и беззащитная, с распущенными волосами, потирающая особенно пострадавшее место чуть ниже спины. – Что случилось? – Киаран тоже встал, оказавшись на голову выше нее, взял ее за плечи, ощущая, как кожа девушки покрывается мурашками. Она молчала, подняв лицо вверх. Сквозь панорамный потолок проник свет луны, освободившейся от облаков, в котором Киаран ясно разглядел мерцающую в темноте сливочную кожу, вздымающуюся от возбужденного дыхания грудь и бешено пульсирующую жилку на шее. Аише все также молча подняла руки и положила ладони на его грудь, потом провела ими до талии, ощущая плотные мышцы, а потом приподнялась на цыпочки и потянулась к нему губами, сцепив пальцы за спиной Киарана…