Глава 6

Спустя несколько часов, стоило палящему солнцу скрыться за горизонтом, я, вспоминая наставления из “Нравоучений Святой Иванны для благовоспитанных девушек всех возрастов” о том, что обнаженные лодыжки леди должны быть видны только мужу, повыше подняла юбку. С благой, кстати, целью — не шуршать тканью о пол замка, в попытке остаться незамеченной.

— Ты в этом полезешь через забор? Мечтаю посмотреть, — оскалился Дитрих, коему до моих обнаженных лодыжек не было никакого дела.

— Извини, не захватила с собой черный костюм ассасина Алой пустыни…

Я осеклась и, приложив палец к губам, прижалась к стене. Принц едва успел сделать тоже самое: по смежному коридору прошла пара дежуривших старшекурсников. Они обеспечивали порядок в замке ночью и заодно практиковали заклинание бесшумной ходьбы. Нам повезло, моё магическое зрение чудом уловило алый всполох хаоса до того, как тоненькая девушка-разрушительница успела его убрать.

— Надела бы костюм для верховой езды или фехтования. Твоя попа в нем отлично выглядит, — продолжил выводить меня из себя Дитрих.

— А еще они оба из светлой ткани. В таком виде меня бы на раз-два заметили. Обойдешься без красивых видов, пусть Тассилия перед тобой в обтягивающих бриджах вышагивает.

— У неё там все не ахти, — отмахнулся Ди, но тут же прикусил язык, услышав моё шипение.

Вот же! Он что, уже племянницу ректора во всех местах оценить успел? Интересно, это Дитрих вечно не той головой думает или все мужчины такие? Если последнее, то я, пожалуй, останусь в старых девах. Наймусь в помощницы к ректору — читать святую Иванну и никому не демонстрировать лодыжки.

— Да я их занятия по фехтованию из окна видел, — попытался оправдаться мой болтливый и, как показала практика, глазастый сообщник.

— Ни одного конспекта перед экзаменами не дам!

Принц остановился как вкопанный. Я не обернулась, и так знаю, что сейчас на лице жалобное выражение, в глазах мольба, а с губ сейчас сорвется трагичное: “Ну Эви-и-и...”

— Ну Эви-и-и, — пропел мой предсказуемый друг.

Остаток пути прошел в полной тишине. На улицах дежурила уже стража, а временами и преподаватели — не место для разговоров.

Пару часов назад, продумывая план вылазки, мы обнаружили на карте замка небольшую беседку. Не знаю с какой целью создали этот укромный уголок, но я быстро окрестила её “местом для поцелуев”. Окруженная со всех сторон высокими зарослями кустарника, она станет идеальным убежищем. Что ж, надеюсь, там свободно.

Повезло. Беседка была пуста и даже стражи рядом не оказалось. Удивительно, такое удобное место для побега и совершенно не защищено. Стена, увитая лианами, совсем рядом. Хотя, какой сумасшедший рискнет сбежать из оазиса со всеми удобствами в жестокую пустыню? Только я.

— Ди, подсади меня! — скомандовала, хватаясь руками за лиану. Сама не подтянусь, не так у меня хорошо со спортом, если в нем не используется шпага.

— О, доступ к телу, я польщен, — уколол Дитрих, но помог приподняться и положить ногу на виток лианы.

— Демо-версия. Остальное после свадьбы, если её переживешь.

— Яд прибереги для кого-нибудь другого. Я скончаюсь от мысли, что ты моя жена, — ответил потенциальный смертник. — Кстати, напомни. Почему в пустыню лезешь ты? Я бы перемахнул в два счёта.

— Объясняю еще раз, — пыхтела я, залезая все выше.

 Скалолазание и двойная юбка платья — вещи несовместимые, но я стараюсь. Хорошо, что догадалась снять чулки, от них остались бы ошметки.

— В прошлый раз в пустыне была я. Сейчас нам нужно повторить ровно тоже самое и посмотреть, что будет. Я лезу туда для чистоты эксперимента. Как только перелезу через забор, иди обратно в академию, найди преподавателя и подними тревогу. Якобы я сбежала. Если сможешь дойти, значит, все работает.

— Будет сделано, моя королева! — Ди разве что честь не отдал. Хотя откуда у него?

Хм, а это не так сложно. Через пару минут я, запыхавшаяся, но счастливая достигла вершины забора. Уселась на широкий парапет и помахала Дитриху. Прощай, жених. Надеюсь, все получится и мы с тобой будем жить долго и счастливо: ты в столице, а я в какой-нибудь дальней провинции Ростана.

Аккуратно перевернулась и сделала самую большую ошибку в своей жизни — посмотрела вниз. Ого! Когда лезла сюда, не думала, что стена такая высокая!

Выдохнула и нащупала особо прочную лиану. Была не была! Чего ни сделаешь ради свободы! Обвязала лиану вокруг талии, вознесла нелепую молитву Алой пустыне (а от кого тут еще ждать помощи?) и принялась спускаться, аккуратно нащупывая ногой удачно переплетенные ветви.

— Хруль тебя раздери, — выругалась, когда юбка в очередной раз зацепилась за ветку и порвалась. Если так дело пойдет, я ступлю на песок в ошметках платья.

Ладно, оно никогда мне не нравилось. Слишком мрачное, только на похороны и надевать. Даром, что декольте такое, что мужчины при дворе цвет моих глаз до сих пор не знают. Неужели когда-нибудь я смогу оставить придворную жизнь с кучей условностей позади?

Не успела проникнуться надеждой, как лиана под ногой треснула и обломилась. Полет вниз замедлила та, что обвивала талию, но ненадолго — снова треск и свободное падение.

— Дитрих! — визг сорвался с губ против воли.

Быстрое падение на что-то живое и выругавшееся так грязно, что приличная девушка должна после этого помыть ушки с мылом.

— Увы, не Дитрих, — первая литературная фраза из уст лежащего подо мной мужчины. — Еще раз я попробую поймать девушку на руки — убейте меня.

— Ректор Эйр Хан? В прошлый раз вы были сверху.

Что? Что я только что сказала? Хруль откуси мой язык. Зажмурилась и в попытке как-то сохранить самообладание спрятала лицо на широкой груди. Дважды провал, Эвика.

— Нет, святая Иванна, — проворчал Реймонд. — Может, встанете с меня, студентка Азнавер?

— Нет, — зажмурилась еще сильнее.

Тут мужчина окончательно растерялся:

— Почему?

— Мне страшно, и я, кажется, в юбке запуталась. — Щеки горели огнем.

—  Что ж, тогда я снова буду сверху.

Мгновение и мужчина вжимает в меня в песок всем телом. Смотрю в зеленые глаза. Он зол. Очень зол. Разлеживаться ректор Эйр Хан не стал, быстро поднялся на ноги и, схватив меня за руку, рывком утянул следом.

Попыталась двинуть ногой и едва не взвыла от боли.

— Больно? — тут же поинтересовался мужчина, скептически глядя на запутавшиеся ошметки юбки. Кивнула. — Я должен осмотреть.

Судя по любовным романам, когда мужчина рвет на тебе платье — это невероятно горячо и возбуждает фантазии. Но когда платье рвет злой, как тысяча бешеных хрулей, ректор академии — это уже что-то из детективов. Если что, убийца —  ректор.

Ткань двух юбок послушно разошлась, оголив ногу до верха бедра. Я вздрогнула, когда прохладные пальцы коснулись кожи, аккуратно поглаживая. Не будь ситуация столь очевидной, я бы подумала, что меня пытаются соблазнить. Реймонд Эйр Хан не пытался, но у него получилось. Медленно скользя кончиками пальцев вверх по ноге, он будил во мне странное и звенящее чувство, как будто кто-то ударил ложечкой по хрустальному бокалу. — Что вы… — задохнулась. — ...себе позволяете?

— Осматриваю, — коротко сообщил мужчина и еще раз скользнул взглядом по обнаженной коже. Кажется, мне придется послушать главу про лодыжки еще раз сто. — У вас вывих, нужно вернуться в замок и вправить, а по пути вы мне расскажете, зачем вас понесло в Алую пустыню посреди ночи.

— Это долгая история, — улыбнулась я и спрятала горстку песка в потайном кармашке, который чудом уцелел в обрывках платья.

— Так путь тоже неблизкий. Я не рискну в таком состоянии переносить вас магией. Придется прогуляться.

Тихо пискнула, когда меня бесцеремонно подхватили на руки. Ну конечно, вывих. Все-таки галантный кавалер наш ректор, хоть и ругается как сапожник. Хотя, кто бы на его месте не ругался? Я девушка изящная, но не тощая.

* * *

После краткого визита в целительское крыло, где мне за пару минут вправили вывих и притупили боль мерзким на вкус зельем. К счастью, по пути туда нас никто не видел, даже Дитрих не встретился. То ли хорошо прячется, то ли песок, спрятанный в кармане, и вправду работает. В кабинет ректора мы перенеслись уже внутренним порталом. Что-то я зачастила в гости к высокому начальству.

— Значит, леди Азнавер, вы утверждаете, что вылезли из замка, чтобы... — Реймонд Эйр Хан взял драматичную паузу и посмотрел на меня пристальным зеленым взглядом, — ...извиниться перед красной пустыней?

— Так точно! — вытянулась по стойке смирно, как дворцовый страж при виде короля. Разве что честь не отдала. Да что ж такое? Перед глазами встали картинки вовсе не той чести, которую принято отдавать офицерам, а той самой девичьей…

Почему при взгляде в зеленые глаза магистра Эйр Хана мне сразу хочется отдать ему что-нибудь ценное: секретные документы, информацию, честь. Даже жаль, что он ничего не просит.

— Вам не стыдно врать мне в глаза, студентка Азнавер? — прищурился  ректор.

— Никак нет, сэр!

Чуть не прикусила себе язык. Да что ж такое? Лучше бы мой язык выдавал пачками секретные сведения государственной важности, а не вот это вот всё.

— Может, мне стоит перевести вас в военную академию? — в  зеленых глазах мелькнул огонек веселья и погас. — Вы явно хотите примерить форму и научиться отдавать честь. Думаю, вам пойдет зеленый камзол пехотинца.

— Если невеста принца будет отдавать честь каждому встречному, это будет скандал. Поэтому останусь здесь.

Одним богам известно, сколько сил мне потребовалось, чтобы взять себя в руки и улыбнуться, но вот язык все еще молол какую-то чушь. Хруль меня раздери, еще немного и я точно доболтаюсь до исключения!

— Вы вспомнили о морали. Наконец-то! А теперь прекратите валять дурака и скажите, что вы на самом деле задумали?

Ну, Эви, давай! Ты всегда была прирожденной актрисой, вспомни хомячка, которого вы с Дитрихом похоронили в драгоценной шкатулке её величества под королевским дубом. Вспомни, как получили за это по полной программе, когда Аделинда Орманская не нашла свое любимое колье из горных изумрудов. А ведь оно должно было стать платой за переход в мир иной Эвантуза Третьего Хомяченского. Первые два ушли на покой с меньшими почестями, но дикими визгами придворных фрейлин.

Не помогло. Прикусила губу до боли. Наконец-то, слезы соизволили выступить на глазах.

— Но я говорю правду, магистр Эйр Хан. Я так неуважительно отнеслась к Алой пустыне.

— Что ж, тогда вы не менее уважительно отнесетесь к наказанию. Три вечера вы будете приходить в мой кабинет и переписывать главы из “Нравоучений Святой Иванны”, а потом пересказывать мне вслух. Надеюсь, это отучит вас лгать мне, леди Азнавер.

Жестоко. Очень жестоко, но справедливо.

Пару минут спустя, получив от ректора листок с расписанием своих отработок, я плелась по коридору в сторону наших с Дитрихом апартаментов. Нога немного ныла, но благодаря зелью было вполне терпимо. Пару минут брела вперед, оглядываясь по сторонам. Где носит Ди? Неужели? Песок работает? Остановилась у окна и сунула руку в кармашек платья. Внутри похолодело. Песка там не было, как и Дитриха рядом. Характерный хлопок и грозное:

— Где тебя хрули носили, Эвика? Я всю академию оббегал! — материализовавшийся из воздуха жених зло уставился на меня.

— В кабинете ректора. Сработало оповещение и Эйр Хан перенесся в пустыню, чтобы узнать причину тревоги. Теперь я наказана, три дня отработки, — махнула листком, который за время пути успела измять. — Что произошло? Почему тебя раньше не перенесла магия? Не понимаю. Я взяла песок в пустыне, но он рассыпался, видимо, когда ректор нес меня к целителям

Осеклась. Про травму и наш близкий контакт с магистром Эйр Ханом я жениху говорить не планировала. Черт!

Лицо Дитриха вытянулось, он медленно осмотрел меня с ног до головы, задержав взгляд на разодранном платье и провокационно оголенном бедре. Я чуть выставила вперед припухшую ногу.

 — Травма. Упала с ограждения, когда спускалась. Ай!

Еще немного и я начну привыкать. Второй раз за день меня подхватывают на руки и несут. Не могу удержаться от сравнения: на руках ректора мне было намного спокойнее и приятнее.

— Отпусти меня, — взмолилась уже в гостиной. — Мне сделали обезболивание, я вполне могу ходить сама.

— Больше ты не будешь так рисковать.

Дитрих продолжал хмуриться, аккуратно опуская меня на мягкий диванчик.

— Ну останешься ты без невесты, подумаешь, — пожала плечами и откинулась на мягкую спинку. — Лучше давай разберемся в случившемся. Я не понимаю. Ты меня искал в замке и не мог найти, магия не сработала, хоть песка со мной не было.

— Зато с тобой был ректор Эйр Хан, — заметил Дитрих. — Всё это время.

— Это не... — осеклась. — Ди, бывают же у тебя просветления! Точно. В пустыне и после ссоры со мной тоже был он! Всегда, когда проклятье не работало, со мной был ректор! Как мы сразу не догадались?

Несколько минут молчали. Каждый думал о чем-то своем. Я, например, пыталась угадать причины. Что такого в магистре Реймонде Эйр Хане, что наше проклятье отступает? Увы, в голову не приходило ни одной здравой мысли. С другой стороны, а какая разница? Получается, мне с этого никакой выгоды. Я буду привязана либо к одному, либо к другому мужчине.

А вот Дитрих свою выгоду нашел быстро и расплылся в нехорошей, предвкушающей улыбке мартовского кота:

— Эви, когда ты говоришь у тебя отработки? Время назначать свидания!