Глава 7

Ночью удалось заснуть не сразу: долго раздумывала над тем, как пореже видеть Дитриха. Ответ был просто — держаться поближе к ректору. По всему выходило, что придется стать не самой послушной ученицей и чаще зарабатывать наказания от магистра Эйр Хана. В груди родилось странное волнение. Я никогда не была “плохой девочкой”, все мои шалости остались в далеком детстве, когда мы с Дитрихом еще были друзьями. Но я выросла, стала прилежной ученицей, достойной невестой наследника. Право на шалости забрал себе Дитрих, а я застряла в рамках приличий. Что ж, с удовольствием их нарушу, вдохну студенческую свободу полной грудью! Кажется, после обучения в академии Алых песков я смогу цитировать “Нравоучения святой Иванны” от корки до корки.

Пока придумывала все новые и новые способы нарушить правила, всё же провалилась в блаженный сон. Снилось странное: полдень, храм и мы с Реймондом у алтаря. Все смеются, радуются, особенно Дитрих. После картинка сменялась и вот — уже спальня, вновь те же лица: я, Реймонд… и принц. Последний держит свечку — чтоб уж наверняка знать, избавился ли он от проклятья!

В общем, проснулась я с горящими щеками, невыспавшаяся и оттого в плохом настроении. Что за ерунда мне снилась? Встретив Дитриха в гостиной, я даже ущипнула себя: сплю или на яву? Уж больно бодрым и счастливым выглядел принц!

Конечно радуется, это ведь он получил возможность временно избавиться от проклятья в тот момент, когда мне предстоит выполнять сложную миссию — держаться рядом с ректором и не вызывать у него подозрений. Хотя я готова пойти на что угодно, лишь бы не быть двадцать четыре на семь рядом с Дитрихом!

— Думаю, сегодня приглашу на свидание Тассилию, — поделился со мной Ди, пока мы шли к выходу. — Филейная часть у неё конечно не такая привлекательная, но зато какие жгучие глаза!..

— Дитрих, тебе эти глаза никакие больше не напоминают? — с усмешкой спросила я. — Или ты думаешь, я вчера просто так слушала три главы “Нравоучений святой Иванны”? — Дитрих моргнул, не совсем понимая, о чем я. Я поспешила открыть глаза на жестокую правду его высочеству: — Тассилия Фавер — племянница ректора. Любимая и обожаемая, а еще ревностно охраняемая. Если тебя поймают с поличным, оторвут все причиндалы. — Тут я оглядела Дитриха с ног до головы. — Хотя, знаешь, без них ты бы мне нравился больше: и с меня бы после свадьбы супружеского долга не требовал, и по фрейлинам не бегал…

— Ну, знаешь, на святое замахнулась! — поджав губы, сказал Дитрих и уже задумчиво протянул: — Впрочем, спасибо. Пожалуй, мне следует быть осторожнее с Тасс.

Принц неисправим! Кому что, а Дитриху — девки!

Первой парой на сегодня значилась магометрия. Вела её невысокая женщина с копной пшеничных волос и голубыми глазами — орманка. Её лицо уже тронули первые морщины, а талия давно забыла свое место. Она встретила нас с Дитрихом хитрым взглядом, но ничего не сказала: видимо, преподавательский состав был предупрежден о появлении принца.

Звали новую преподавательницу магистр Инавар. Её предмет был одним из основополагающих и сложнейших — половина аудитории просто не понимала, о чем идет речь. И к сожалению, в эту половину входила и я — поэтому мне приходилось все четко конспектировать, внимательно слушать преподавателя и периодически откидывать руку Дитриха, которому гораздо интереснее было донимать меня, чем слушать магистра Инавар. Что ж, придется засесть в библиотеку, чтобы разобраться в сложных начертаниях и формулах. Шалости шалостями, а от учебы здесь я получу максимум.

Следующей парой была история, и вел её сухонький старичок с очками-полумесяцами. Длинная белая борода опускалась до самого пола, чтобы не подметать старинные кирпичи, внизу она была подвязана золотой цепочкой с колокольчиком. Он весело звенел, мешая сосредоточиться на лекции.

Дитрих сел на последний ряд к близняшкам, мне там места не было, да и желания смотреть, как жених подбивает клинья к блондинкам, никакого. Устроилась прямо перед кафедрой, прислушиваясь, чтобы правильно записать лекции, да еще и периодически одергивать болтунов позади. В ответ они бросали на меня такие многозначительные взгляды, словно готовы были устроить свидание возле беседки. К сожалению, не романтического характера.

Когда лекция окончилась, все студенты вывалили в коридор и дружно направились в столовую, где ждал сюрприз, заставивший нас с Дитрихом недовольно переглянуться. Вся столовая гудела: принц в академии!

 Кто он, на каком курсе и как выглядит — неизвестно. Даже какого королевства наследник — и то неизвестно. Но зато принц! А это очень важно по мнению многих: богатый статусный жених, молодой и еще магически одарен. Ну просто сказка! Мечта!

Рассказала бы я об этой мечте в красках, но приличные девушки такими словами не ругаются. Можно вон ректора Эйр Хана попросить помочь, он в этом словоблудии мастер. Взгляд сам невольно скользнул к преподавательскому столу, но там не было никого, кроме нашего куратора. Парень задумчиво ковырял свой обед и был явно не здесь.

С обеда девушки ретировались очень быстро, и во второй половине дня академию было не узнать: студентки на высоких каблуках, с макияжем и пышными прическами, в ярких украшениях, но при этом жутко запыхавшиеся от бега, ввалились в аудитории с диким опозданием.

Я же каким-то чудом пришла раньше всех и по привычке заняла первую парту. Поздно сообразила, что это пара у ректора, но пересаживаться не стала. Ущипнула себя посильнее и постаралась не думать о глупых снах и приключениях в пустыне. О сильном теле, прижимающем меня к песку, о надежных руках и блеске зеленых глаз. Не думать, я сказала!

Пара началась на удивление спокойно. Реймонд Эйр Хан рассказывал об артефактах и заключенной в них разрушительной силе. В середине лекции дверь со стуком отворилась. Порог переступили пять девушек — если бы не академическая форма, хоть сейчас на бал отправляй! Магистр Эйр Хан окинул их заинтересованным взглядом и удивленно спросил:

— Надеюсь, столь явные старания не для меня? — Девушки молчали, а ректор посмотрел на меня: единственную, кто был в аудитории с самого начала и не потрудился принарядиться. — Видимо, только вы, студентка Азнавер, не заинтересованы в моем внимании.

— Не хотелось бы вас огорчать, магистр, — едко протянул Дитрих, — но они такие из-за принца, который, судя по слухам, учится в академии.

— Вот как? — ничуть не обиделся ректор и вновь посмотрел на меня, улыбнувшись. — Тогда я рад, что студентка Азнавер единственная, кому интересен я, а не принц.

Удар под дых! Я едва не улыбнулась, глядя как зло блеснули глаза жениха, но Дитрих вовремя прикусил язык, чтобы не ответить что-то колкое и не выдать себя. Один ноль в пользу ректора. Да, магистр Эйр Хан, вы мне очень-очень интересны… как противоядие от Дитриха Орманского.

— И что мне с вами делать? — спросил Эйр Хан, облокотившись о кафедру. — Эх, прошли те времена, когда девушек интересовали привлекательные преподаватели. Тогда вы хоть к знаниям тянулись, стремясь впечатлить учителя. — Он явно подтрунивал над ними. — Что ж, меркантильные красавицы, присаживайтесь за парты. К моему следующему занятию не забудьте подготовить конспекты академического устава. И чтобы все были разные: проверю заклинанием от копирования.

Ректор махнул рукой, позволяя им занять свои места, а я в чудесном настроении продолжила записывать свой конспект. Магистр был прекрасным лектором, он объяснял даже самые простые вещи схемами на доске, из-за чего артефакторика казалась намного более легким предметом, чем была на самом деле.

По окончании магистр Эйр Хан сразу же покинул аудиторию, а мы отправились на следующую пару. Девушки смотрели по сторонам в поисках подходящего кандидата на роль принца, шушукались и активно обсуждали. Меня из компании они заочно вычеркнули.

— Ты главное не торопись, пиши понятнее, с толком и расстановкой, — напутствовал Дитрих перед моей отработкой провинности. — Я, так уж и быть, подожду тебя!

— И кого ты пригласил на свидание? — задумчиво спросила я.

— Близняшек.

— Обеих сразу? — удивилась я, и Дитрих приподнял брови. Интересно, у девушек совсем отсутствует гордость?

— Надо же выбрать, которая мне больше нравится: Амалия с зеленой лентой в волосах или Талия — с голубой. Хотя если повезет, то и выбирать не придется!

— Ди! — возмущенно воскликнула я и слегка стукнула его кулачком в плечо.

Принц рассмеялся и приобнял меня за плечи.

— Не ревнуй, Эви. Я ведь такой разгульный только до свадьбы, обещаю! Как только проведем обряд, зачехлюсь и буду верным мужем до конца своих дней.

Не верю я твоим обещаниям, ваше высочество. Знаем, проходили. Скинув руку принца, я прошла к кабинету ректора и, сделав шутливый прощальный книксен, зашла в приемную.

— А, студентка Азнавер, — поприветствовала меня госпожа Раджмари. Секретарь и поднялась со своего места и улыбнулась уголками губ. — Ректор сообщил о вас. Присаживайтесь. Я как раз уже ухожу.

Я села за стол секретаря, она подала мне бумагу и чернила, а так же протянула экземпляр “Нравоучений”.

— И какие три главы отсюда мне стоит законспектировать?

— На ваше усмотрение, — отозвалась секретарь, захватив небольшой саквояж со стола. — Ректор по этому поводу особых распоряжений не давал. Доброго вечера, студентка Азнавер.

И, заглянув на прощание к ректору, она покинула приемную. Я открыла книгу наобум и начала конспектировать. Да так увлеклась, что не сразу заметила магистра Эйр Хана, стоящего за моей спиной.

— “Правильная жена в спальне”, — прочитал название главы ректор и усмехнулся. — Студентка Азнавер, что заставило вас выбрать именно эту главу?

— Магистр, а вы сами её читали? — спросила я.

Ректор обошел меня и присел на краешек стола, сложив руки на груди. Сейчас он был без мантии, в черных кожаных брюках и рубашке с закатанными рукавами. Я невольно залюбовалась мужчиной, который в таком образе выглядел моложе и свободнее. Совсем непохож на того отстраненного ректора из аудитории. В зеленых глазах снова искра лукавства, которая гляди того разожжет костер нашей новой перепалки. Впилась ногтями в ладонь, одергивая себя. Нужно вести себя подобающе, ты же леди!

— Допустим, — ответил Эйр Хан, не переставая прожигать меня взглядом.

Кашлянула, прочащая горло,  и с выражением достойным почетного глашатая его величества прочитала строчку из конспекта:

— “Правильная жена не должна позволять мужу многое. Она обязана ложиться в постель в сорочке из плотной ткани, длина которой прикрывает колени, и не оставляет мужу простор для фантазии. Связь между мужем и женой должна быть чистой, непорочной, не отягощенной похотью и желанием”.

Закончив, снова встретила взгляд ректора. Слишком много там смешалось чувств, и что-то мне подсказывало — он сам не был согласен со святой Иванной.

— И что же, студентка Азнавер? — спросил он. — Вы согласны с этими строчками?

Ну-у-у… как сказать? Если Дитрих будет моим мужем, то я буду боготворить святую Иванну и всякий раз подсовывать мужу эту книгу в качестве защиты от его посягательств, а если...

От неожиданной мысли щеки раскраснелись. Так некстати вспомнился сегодняшний сон: спальня, я и мой муж — ректор…

Если бы моим мужем был ректор, я бы приказала сжечь все экземпляры “Нравоучений” и запретить эту книжицу к печати! Потому что с таким мужчиной просто непозволительно ложиться в постель в скромной сорочке! Вообще в одежде...

Ответила я, само собой, иное:

— Разумеется, магистр! Благодаря вам и вашему наказанию я стану просто идеальной женой для принца Орманского. — И осклабилась.

Ректор некоторое время смотрел на меня не доверчиво, а потом резко подался вперед. Я невольно отстранилась, но наши лица все равно оказались слишком близко.

— Боюсь, что мне придется бежать из королевства, у королевы которого будут такие пуританские взгляды.

— Маги-и-истр, — протянула я и улыбнулась еще шире, — более того: эти самые взгляды навязали мне вы! Я еще прославлю ваше имя, когда буду создавать пансионы благородных девиц имени святой Иванны и пресвятого Реймонда Эйр Хана.

Глаз ректора дернулся. Он представил весь масштаб трагедии: целое королевство, в котором нет страстных девиц! Кажется, его это всерьез взволновало, так как он с некоторой брезгливостью взглянул на “Нравоучение”. Я так незаметно подвинула книгу ближе к нему — никак возьмет и сожжет? Но ректор вовремя одумался.

— Избавьте меня от подобной славы, студентка Азнавер.

В этот момент дверь в приемную открылась, и вошел высокий мужчина в шляпе и плаще. Ректор тут же поднялся и отступил от меня, но интимная дистанция между нами не укрылась от глаз незнакомца. Он приподнял шляпу и поприветствовал меня, а после перевел взгляд на лорда Эйр Хана.

— Поговорим в кабинете, — тут же откликнулся ректор и прошел первым.

Я с видом прилежной ученицы осталась сидеть на месте. Но стоило двери закрыться, как я подскочила и прислушалась. К сожалению, ректор поставил защиту от подслушивания. А мне ведь страсть как интересно! Ничего, не в первый раз греть уши там, где не положено!

Привычными движениями я нашла плетения магии Эйр Хана — они были несколько сложнее плетений его величества и придворного мага, но все же поддались мне. Я не распутывала их полностью, лишь создала прореху, чтобы стать слушательницей разговора.

— ...новая секретарша? — спросил незнакомец.

— Нерадивая студентка, — поправил Реймонд. — Отрабатывает.

— М-м, я уже завидую тебе: такие привлекательные студентки у тебя… отрабатывают.

— Это не то, о чем ты подумал.

— Я видел, Рей, — оспорил мужчина. — Видел, как вы друг на друга смотрели. Весьма… вызывающе.

— Кхм, — кашлянул Реймонд нарочито громко. — Давай оставим эту тему. Зачем ты пришел?

— Ах да, цель моего визита, — хмыкнув, сказал незнакомец и его тон стал серьезнее: — Мои ребята нашли нечто, что может перевернуть мир магии. — Выдержав драматическую паузу, он продолжил: — Это камень. Антимагический камень. Клянусь, Рей, он блокирует все! Любые заклинания! Когда мне об этом сказали, я не мог поверить своим ушам, провел собственные эксперименты. И вот, с уверенностью могу сказать, что мы его нашли!

— Он может снять моё проклятье? — воодушевленно спросил ректор.

Что за проклятье? Реймонд Эйр Хан тоже жертва проклятия? Да быть не может! Я навострила ушки, желая узнать какие-то подробности. Незнакомец мерил кабинет неровными шагами.

— Не знаю! Но, Рей, это будет прорыв! Мне даже страшно представить все возможности, которые у нас появятся с этими камнями. И да, вполне вероятно, он ослабляет и действия проклятий.

Хм, а это уже хорошо. Если это так, то и мы с принцем сможем разлучиться! Уверена, его величество купит для нас парочку булыжников за любые деньги, лишь бы его сын женился на какой-нибудь принцессе, заключив выгодный политический брак! Да я сама готова сплясать на свадьбе принца, только не в подвенечном платье!

— Ты порадовал меня, Ровен, — задумчиво откликнулся ректор. — Где вы нашли эти камни?

— На месте раскопок древнего горного селения, на острове. Пока об этом знает узкий круг лиц и на него еще не легла королевская монополия. Хочешь взглянуть?

— Спрашиваешь!

— Идем в лабораторию. Я оставил образцы там.

Я отскочила от двери, рассчитывая, что ректор выйдет вместе с загадочным Ровеном, но… секунда, вторая, ничего не происходило. Магия ректора спала с кабинета, звуки стихли. Они ушли тайным ходом? Или порталом?

Внезапно меня начало скручивать, против воли тянуть в другую сторону и — секунда — я уже стояла у той самой беседки, из которой доносился веселый смех Дитриха и близняшек.

Хрулево проклятье!

Ну вот что за гадство?! Не возвращаться же обратно в кабинет?

Зато есть чудесная возможность испортить Ди свидание. Я шевельнула пальцами, призывая магию. Кое-каким фокусам нас с Ди научил придворный маг, и один из них я собиралась продемонстрировать прямо сейчас.

Присела и коснулась земли кончиками пальцев. Воспроизвела в сознании  образ змей — и вот иллюзии лентами отходят из моих рук, ползут к беседке, шипя и извиваясь. Ни о чем не подозревающие девушки продолжали весело болтать, когда одна из змей сползла прямо на колени Амалии. По словам Дитриха, именно у неё зеленая лента в волосах.

— А-а-а! — пронзительный вопль Талии, которая первой заметила змей, огласил беседку.

Девушка подскочила и подпрыгнула так высоко, будто пыталась взлететь, когда её взору предстал целый выводок змей. Амалия их заметила второй, но заверещала в два раза громче. Сестры начали сбрасывать змей, заползающих на их сапожки и юбки форменных платьев. Дитрих в растерянности залез на скамейку и удивленно посмотрел вниз. Я не мастер иллюзий, но ради жениха выложилась на полную!

— А-а-а!

С визгом, близняшки бросились к единственной защите — академической стене, и начали забираться на неё, хватаясь за лианы и оглядываясь. Их сейчас мало заботило, что юбки поднялись, а филейные части живописно выпячивались назад. Главное — выжить!

Я хихикала, пока Дитрих, все-таки распознав в змеях иллюзии, пытался стащить сестер со стены, хватаясь за те самые филейные части. Близняшки верещали еще пуще, отбивая Ди  руки — нахал какой, посмел их лапать в такой трудной ситуации!

— Это иллюзии! Иллюзии! — пытался их утихомирить принц, но те будто не слышали, находясь в шоковом состоянии.

Тогда Дитрих развернулся и быстро нашел взглядом меня: я пряталась недалеко, за ближайшими кустами — отсюда открывался чудесный вид. Принц схватил меня за локоть и с силой выволок на поляну. Зло указал на змей:

— Убирай сейчас же!

Ладно-ладно, кричать не обязательно! Я быстро убрала иллюзию и уже развернулась в сторону академии, когда позади раздался ледяной голос ректора:

— Что здесь происходит?

Застыли все: я, рассматривающая стену; Дитрих, держащий меня за руку; близняшки, цепляющиеся за лианы. Я медленно развернулась к магистру Эйр Хану. Он будто знал, где искать зачинщика, потому что его взгляд был прикован исключительно ко мне.

— Что здесь происходит, студентка Азнавер? — вкрадчиво повторил он свой вопрос.

— Подумала, что одной девушки на заборе вам мало и решила расширить ассортимент до блондинок, — ляпнула я. Взгляд ректора потемнел.

Близняшки в это время сорвались с лиан и, выругавшись, упали на землю. Я посмотрела в их сторону, оглядела мужчин и сказала:

— Каждому по одной! А мне, пожалуй, пора!

— Стоять, студентка Азнавер! — рявкнул ректор. — Студент Ор сам справится с девушками, а вы пойдете со мной писать объяснительную, как так вышло, что вы во время отработки наказания успели схлопотать новое.

— Магистр!.. — воскликнула я, но сникла под тяжелым взглядом Эйр Хана.

Близняшки уже поднялись, удивленно переглянулись и, поняв, что продемонстрировали двум мужчинам свои скрытые прелести, стыдливо опустили головы.

— Надо же, даже лодыжки не подвернули, — с усмешкой протянул ректор и посмотрел на меня. — Кто-то обладает большей ловкостью и грацией, а кто-то — меньшей.

Эй, это вообще оскорбление!

— Вы можете возвращаться в общежитие, — сказал ректор близняшкам и Дитриху. — А вы, студентка Азнавер, следуйте за мной.

— Почему только я?

— Я чувствую след вашей магии, и вы, а не они, сбежали с отработки у ректора. Прошу, леди.

Магистр  отошел в сторону и сделал картинный жест рукой, якобы пропуская меня вперед. С трудом сдерживая неугомонный язык, я молча проследовала в указанном направлении. В кабинет ректора, чтоб его!

Реймонд Эйр Хан

— Это невероятно, — выдохнул, когда самое простое заклинание левитации рассыпалось в прах, так и не сорвавшись с кончиков пальцев.

— Согласен, — кивнул Ровен. — А теперь попробуй что-нибудь переместить, но используй заклинание на уровень выше.

Привычное покалывание в кончиках пальцев — и одна из колб послушно перелетела ко мне в руки, а черный камень с кроваво алыми прожилками рассыпался в прах прямо на ладони. Старый друг поспешил прокомментировать:

— Чем сильнее магия, тем больше камня нужно, чтобы ее блокировать. Поэтому я и сказал, что в твоем случае это пока бесполезно, иначе придется повесить тебе на шею гигантский булыжник.

— И сбросить в Бескрайнее море. — Стряхнул песчинки с ладони.

Ровен ударил меня по плечу и усмехнулся:

— Не спеши. Есть варианты. Во-первых, на острове, где мы обнаружили камень, колдовать невозможно. Значит, нужное количество камня сможет блокировать всё что угодно. Во-вторых, есть одна технология. Мы попробуем переработать камень, перенести его свойства на артефакты и усилить. Тогда, возможно, для полной блокировки магии будет достаточно кольца или браслета.

— Но?..

Уж кто-кто, а я точно знаю, что все так радужно не бывает. Где-то подвох и, скорее всего, он размером со все то же Бескрайнее море.

— С разработкой месторождения две проблемы. Первая — это нужно делать без магии, а значит, придется пригнать хрулеву тучу народа. Вторая — этот остров находится на территории Орманского королевства и то, что эти камни до сих пор не исследовали, — настоящее чудо. Хотя я подозреваю, что всему виной то, что ответственен за эти территории брат короля Фридрих. Ему кроме вина и женщин ничего не интересно.

— А он мог бы сделать королевство баснословно богатым и невероятно сильным.

— Полный недоумок, да!

Ровен никогда не стеснялся в выражениях, за что много лет назад и был изгнан из родного королевства в чем мать родила. Алая пустыня привела его прямо к стенам академии, чем на пару лет вперед смутила юные умы студенток. После этого инцидента преподавателя из Ровена не вышло, зато получился толковый, пытливый и талантливый исследователь.

Только хотел подтвердить слова друга о Фридрихе Орманском, как почувствовал знакомые магические вибрации.

— Да они издеваются! — вырвалось зло. Под вопросительным взглядом Ровена пояснил: — Кажется, я набрал на первый курс горных козлов или, точнее сказать, коз. Думаю, мне пора. Держи в курсе и реши проблему с Фридрихом: нам нужен этот остров. Я готов его выкупить, если он согласится. Скажи, для нужд академии.

— Понял. Иди паси своих козочек, а то разбегутся…

Под ехидные смешки Ровена, я открыл портал и перенесся к злополучному забору и ни капли не удивился, когда увидел всю ту же сладкую парочку: Эвика де Азнавер и Дитрих Орманский. Как они загнали на забор двух приличных леди, мне оставалось только гадать. Ан нет, не гадать.

Пока отчитывал студентов и выслушивал колкости одной наглой рыжей особы, прислушался к ощущениям. Остатки заклинания  иллюзии знакомым флером скользнули по коже. Грязное, слишком много хаоса для такого пустячного заклятия, значит:

— А вы, студентка Азнавер, следуйте за мной.

— Почему только я?

— Я чувствую след вашей магии, и вы, а не они, сбежали с отработки у ректора. Прошу, леди.

 До кабинета шли пешком. Я нарочно не стал открывать портал, чтобы дать девушке покипеть. Не буду скрывать, когда Эвика де Азнавер злится — это удивительно приятное, даже в чем-то умилительное зрелище. Вот сейчас она идет, хмурит темные брови и чуть надувает и без того полные губы. Не знаю почему, но она напоминает мне маленькую мышку, которая злится, планирует завоевать мир и всех наказать.

Всю дорогу мой взгляд против воли соскальзывал с окружающей обстановки на тонкие руки с изящными пальцами, которыми Эвика по привычке сжимала подол форменного платья. Оно намного короче тех, что носят при дворе, и при ходьбе поддерживать юбку не требуется, но разозленная Эвика совсем себя не контролировала, укорачивая длину. В голове некстати всплывали картины недавнего прошлого: порванное платье, обнаженная стройная ножка и преступно нежная кожа под моими пальцами. Думать о магии в тот момент было сложно, хотелось совсем другого. По-хозяйски прикоснуться, провести ладонью до бедер и, задрав юбку, сжать...

Но я не прикоснусь к студентке. Везучий идиот Дитрих Орманский!

— Эта отработка не зачтется. — Киваю на стол, где по-прежнему лежал экземпляр Св. Иванны и недописанный конспект. Внутри недовольно колет осознание: она явно побежала к Дитриху, забыв обо всем на свете. — В кабинет, леди Азнавер!

Открыл дверь, пропуская девушку вперед.

— Как прикажете, ректор. — Эвика гордо прошествовала мимо, обдав меня флером сладкого цветочного аромата

Я чувствовал его не впервые и вновь, вопреки желанию, вдохнул глубже. Перед глазами за мгновение пронеслось: бал, где меня так бесцеремонно вытащили танцевать; алая пустыня и запах цветов среди песчаной бури; девушка в разорванном платье, такая доверчивая в моих руках. Сложно отрицать, аромат Эвики де Азнавер опьяняет не хуже вина.

“Я не прикоснусь к студентке!” — вновь повторил мысленно.

“Везучий идиот Дитрих Орманский!” — так же зло добавил мой внутренний голос.

Действительно, идиот. Будь у меня такая невеста, я бы… точно не бегал за каждой юбкой.

Эвика замерла в центре изображенной на ковре магической спирали. Нет, не как жертва, а как незаконно осужденная на казнь. Прямая как струна. Гордая и спокойная, словно уже стала королевой. Да, ей точно пойдет корона. Без сомнения.

— Может, это не моё дело, леди Азнавер, но вы, и правда, так себя не уважаете?

Хочу отойти от неё, но почему-то не получается. Замираю на третьем витке спирали, как будто хочу совершить пространственный переход. Наивно. Проклятье не выпустит меня за пределы академии, а я мог бы оказаться на любом конце мира за секунду. Возможно, если бы захотел, взял бы с собой эту рыжую девчонку и не вернул обратно.

“Не вернуть её”, — как соблазнительно звучит.

— Вы правы, ректор. Это не ваше дело, — отрезала она. — Назначайте наказание, я готова!

— Десять ударов плетью. Снимайте платье, — не удержался от шутки и был вознагражден тем, как вытянулось бледное лицо. Рушить защиту будущей королевы Орманской истинное удовольствие.

— Вы с ума сошли?! — Сделала шаг вперед так резко, что на секунду мне показалось — ударит. Но нет, Эвика де Азнавер просто принесла мне свой цветочный запах и злой взгляд.

— Почему же? Когда-то в Академии практиковали телесные наказания. Глядя на ваши способности влипать в неприятности, я всерьез подумываю их возобновить. Может, хорошая взбучка разбудит в вас чувство собственного достоинства и отучит бегать за мужчиной, который вас не ценит, только потому что он наследный принц!

— Вы!.. — щеки девушки вспыхнули, а золотистые глаза стали ярче. — Вы ничего обо мне не знаете, ректор Эйр Хан! Так что держите себя в руках! Ваше поведение недостойно преподавателя!

Она права. Моё поведение недостойно преподавателя, оно даже недостойно взрослого мужчины. Но одна мысль о том, что Эвика принадлежит Дитриху Орманскому, заставляет мою кровь вскипать. А близость рыжего урагана сейчас просто сводит с ума, чуть приоткрытые полные губы и глубокое дыхание — она чистое, огненное искушение.

— Я пришла сюда, чтобы получить наказание, а не выслушивать грязные шутки и отповедь о моих отношениях с женихом! Если вам нечего сказать, магистр Эйр Хан, то я пойду к себе.

Я не трону студ… к хрулевой матери! Едва Эвика сделала шаг к выходу, моё тело будто стало чужим. Рывок вперед, пальцы сомкнулись на тонком запястье. Одно короткое движение и девушка рядом со мной. Преступно близко, ужасающе остро и все это в центре гигантской магической спирали ковра. Магия задрожала вокруг нас, оплетая невидимым коконом.

Щеки Эвики пылали, а в глазах вместе с испугом горело нечто странное. Я не мог дать этому имя и мог лишь надеяться, что сам выгляжу спокойным.

— Студентка Азнавер, вы останетесь здесь до тех пор, пока я не отпущу!

Её атласная кожа под моими пальцами в миг стала горячей, как будто я притронулся к раскаленному от магии артефакту. Наши лица слишком близко, ловлю ее дыхание и склоняюсь к приоткрытым губам. Я бы с удовольствием наказал их: за все колкости, что так легко с них слетают; за холодную и прямую правду, что они не стесняются произносить вслух. Наказал бы просто за то, что они есть, а всего мира вокруг не существует.

— Мне снять платье? — прошептали её губы.

“Да!” — крикнуло что-то в глубине. Мир будто затрещал по швам и этот треск отрезвил. Что я творю? Она студентка, невеста наследника Орманского престола!

— Это была шутка, леди, — отпустил руку и медленно, будто двигаясь под водой, отошел назад. — Простите мою несдержанность.

Хорошо, что бланки наказаний у меня всегда под рукой. Прописал ей еще два без указания места отработки, потом придумаю. Сейчас нужно избавиться от студентки и отправиться к Шанталь. Кажется, мне нужна женщина. Срочно нужна женщина.

Не наивная девочка-студентка, а искушенная любовница, способная выбить из моей головы нелепые желания. Это просто физиология, не больше.

Эвика де Азнавер — красивая девушка, но не единственная в мире, к счастью для меня. Иначе Дитрих Орманский был бы слишком везучим идиотом.

Протянул листок девушке, что застыла в центре спирали в полном одиночестве:

— Ваше новое расписание наказаний, студентка Азнавер. Подробности получите утром в день отработки.

Эвика несколько секунд смотрела на листок и молчала. Кажется, я перегнул палку. Нет, не кажется. Я слетел с катушек и если она не уйдет, то все может повториться снова.

— Свободны, студентка Азнавер! — крикнул нарочито громко.

Эвику, как ветром сдуло. Только когда хлопнула дверь в приемной, я смог выдохнуть.

Что ж, пора назначить свидание Шанталь. Обернулся, чтобы взять со стола связующий артефакт, но замер. Мысли о женщине вылетели из головы.

По песочным часам — хранителям моего проклятья — пошла трещина.

— Это невозможно, — выдохнул, вспоминая сотню попыток уничтожить треклятый артефакт. Они все провалились.

Что произошло?