Глава 8.2.

Я хотела тихонько скользнуть в аудиторию и сесть где-нибудь на задней парте, но дверь оказалась тяжёлой и противно скрипела, упираясь в пол, поэтому стоило мне её приоткрыть, как все обернулись. Капитан Морт, стоявший у переносной доски, тоже посмотрел на меня. На нем не было костюма Академии, только простые брюки, рубашка навыпуск, а сверху — куртка, одну ладонь обхватывали бинты, в другой он сжимал указку, словно меч. При виде его в груди разлилась беспричинная теплая радость. Наверное, что всё дело в том, что он забрал меня с места катастрофы и теперь означал для меня человека, с которым безопасно. Тогда я думала именно так.

— Доброе утро. Ты заблудилась? — спросил он вполне доброжелательно. Не знаю почему, но я ожидала от него холода и строгости, а он в редкие наши встречи вел себя мило, но немного отстранённо.

— Нет. Вообще-то я свободный слушатель, — в доказательство я потрясла “электрошкой”. — Я немного заблудилась.

В аудитории раздались редкие смешки.

— Не удивительно, — ответил Морт. — Академикам давно пора составить карту этого места. Но здорово, что ты к нам присоединилась. Проходи, садись.

Трейси с Беатой сидели в середине, но рядом с ними уже не было свободных стульев. Одна из студенток подвинулась, освобождая рядом с собой место за последним столом.

— Незачем так забиваться, — сказал Морт. — Тут, впереди, есть место. Проходи, не стесняйся.

И я, прижимая к груди заветные электрошки, принялась пробираться мимо криво стоявших столов, мимо студентов и их сумок. Все провожали меня взглядами, не злобными, а любопытными, но мне всё равно становилось от них неуютно. Не нужно мне привлекать к себе внимание. Не нужно, но почему-то ужасно хотелось, чтобы меня заметили.

Аудиторией капитану Морту служил не класс и не лаборатория, а самый обыкновенный гараж. Он был углублён в здание Академии, а ворота выходили на подъездную дорогу, чёрную и гладкую, блестевшую после дождя. В гараже стоял какой-то древний автомобиль с открытым капотом, который напоминал раззявившего рот кита, и новенький блестящий магнитоцикл капитана Морта.

— На чём мы остановились? Да, воздушные подушки. Это как подушка безопасности, но для всего мотоцикла.

— А если свалишься с него, земля мягко подхватит? — спросил кто-то с задних рядов.

Морт усмехнулся.

— Я бы не советовал тебе проверять, парень. Хотя, если решил связаться с мотоциклом, то осторожность не повредит, это уж точно.

Оказалось, усмехается капитан криво: один уголок губ оказывался немного ниже другого, но это ничуть не портило улыбки. Наоборот, она становилась живой и настоящей. Морт посмотрел на меня, прищурив глаза. В них светилось веселье, и казалось, он делился им со мной.

— Сегодня я расскажу вам подробнее про электрические двигатели. Хотя, честно говоря, я не уверен, зачем вам это знать, если вы не собираетесь чинить мотоцикл на орбите. — В зале раздался сдержанный смешок, но капитан лишь хмыкнул и продолжил. — Ладно, начнём с основ. Двигатель — это сердце любого транспортного средства. Будь то мотоцикл, корабль или даже космический челнок. И если сердце не работает, вы никуда не уедете.

Он щёлкнул пальцами, и в воздухе появилась голографическая модель электрического двигателя. Капитан ткнул в неё указкой.

— Вот это статор, — он указал на внешнюю часть. — Неподвижная штука. А внутри — ротор. Он крутится, как бешеный, когда вы даёте газу. Всё это работает за счёт магнитного поля. Вы, наверное, думаете, что это сложно? — Он усмехнулся. — Нет, это просто магниты, которые толкают друг друга. Как экипаж на корабле: если все работают вместе, всё летит вперёд.

Капитан замолчал на мгновение, собираясь с мыслями, а затем продолжил:

— Но есть одна загвоздка. Если перегреется — пиши пропало. На моём корабле был случай, когда мы летели через квадрат С-341. Если вы не знаете, это довольно долгий маршрут без станций обслуживания, да ещё проходит через пояс астероидов. Вот после него проблемы и начались. Вентиляция начала работать с перебоями, а для космического корабля это приговор. Спустились в машинное отделение — так и есть, перегрелся ротор. Выгнал персонал, стали со старшим механиком смотреть. А двигатели все забиты реголитом, его ж между астероидами, как грязи. Ещё и на станции обсуживание кое-как провели, а механик не проверил толком. Как думаете, что нужно было нам тогда делать?

— Почистить! — крикнул кто-то.

— В работающий двигатель лезть? — уточнил Морт. – Ещё!

— Отключить его!

— Запросить поддержку!

— Включить систему пожаротушения, — предположила я, и тут Морт посмотрел прямо на меня. Голубые глаза и шрам, пересекающий бровь.

— Так, — протянул он. — Зачем?

— Вдруг загорится, — я пожала плечами с деланным равнодушием. На самом деле под взглядом Морта я почему-то начинала волноваться. — А потом запустить дополнительный двигатель.

— Именно! — он улыбнулся мне и снова обратился к группе. — Мы пустили воздушные потоки через резервную систему. А потом?

— Отключили двигатель и почистили?

— Он же горячий, придурок, — усмехнулась Трейси.

— Да, пришлось ждать, пока остынет, и чистить руками. В перчатках. Долго мы с Те-Роем тогда возились, — он замялся, словно понимая, что отклонился от темы. — В общем, следите за температурой. И не забывайте про смазку. Без неё даже лучший двигатель загнётся.

Он посмотрел на аудиторию, словно ожидая вопросов, но в гараже стояла тишина. Морт рассказывал о двигателе так, словно в бездушных железках и магнитах было что-то прекрасное, больше того, он был в этом уверен. И в этой своей любви к технике он так напомнил мне отца, что сердце зашлось от щемящей нежности. На мгновение я снова почувствовала запах машинного масла, как будто отец был совсем рядом, и в нетерпении обернулась… но его, конечно, не было.

Капитан снова почесал затылок и пробормотал:

— Ну, вроде всё. Если что-то непонятно — спрашивайте. Хотя я, честно говоря, не уверен, что сам всё понятно объяснил.

Один из студентов поднял руку:

— Капитан, а как вы вообще оказались здесь? В университете, я имею в виду.

Капитан хмыкнул:

— Ну, это долгая история. А провести занятие меня попросила ректор. Думал, откажусь, но... — Он посмотрел на свои руки, словно размышляя. — Видимо, решил, что пора кому-то ещё рассказать, как всё работает. А то вдруг я последний, кто ещё помнит, как чинить эти штуки.

Он замолчал, и в зале снова повисла тишина. Капитан вздохнул и добавил:

— Ладно, давайте подойдём с магнитоциклу и посмотрим. И да, если решите стать механиками — не бойтесь пачкать руки. Теория — это хорошо, но настоящая работа всегда в деталях.

Заскрипели ножки столы и стульев, зашуршали брюки и юбки — студенты с готовностью поднялись с мест. Голографический двигатель — это прекрасно, но нет ничего лучше хорошего мотоцикла, его обтекаемых форм и литых хромированных дисков. Даже Беата с Трейси устремились вперёд.

— А ты, Табита? — спросил вдруг Морт. — Не стесняйся, подходи.

И я шагнула к нему.