Глава 19. Объяснения

Мара откинулась на спинку кареты и прикрыла глаза. Она действительно устала, даже несмотря на то, что большую часть пути провела в лапе своего дракона. Он держал ее бережно, так что можно сказать, летела она с комфортом. Но за первую часть пути она вымоталась на год вперед и не только физически. Она очень переживала, что может задержать своих путников, и это даст время злобной Розарике.

«Для убитой горем матери ведет она себя очень продуманно. Ведьма!» – успела подумать девушка, и тут на улице раздался грохот такой силы, будто все окружающие Дрогоград горы разом обрушились, погребя под своими обломками столичную долину. Карету опрокинуло. Истошно заржали лошади, вокруг слышались крики боли и ужаса.

Мара больно ударилась плечом о стенку кареты во время падения, но это не помешало ей, охваченной паникой, вылезти через верхнюю теперь уже дверь наружу. Вокруг ничего нельзя было разглядеть, мир будто укутал плотный туман, только пах он гарью.

– Свад! – крикнула девушка и тут же глотнув дыма закашлялась.

Она всматривалась туда, куда минутой ранее ушли ее истинный и королевский телепат. Глаза уже слезилась, но она упорно смотрела и шла. И чем ближе подходила она к дворцу, тем ярче становилось зарево пожара. Мара бежала, прикрывая нос и рот плащом. У нее уже не было сомнений, здание, в которое должен был войти ее Свад, горело.

Дорога от ворот к парадному входу через ухоженную лужайку показалась ей бесконечной. В середине лестницы она заметила очертания тела. Сердце сжалось. Она готова была уже броситься вверх по ступеням, но рядом кто-то застонал. Она повернула голову и замерла. Чуть в стороне на зеленой травке лежал Свад. Его волосы и одежда тлели, руки от ладоней до локтя обгорели, он лежал бездвижно. Мара рухнула рядом с ним на колени и приложила ухо к груди. Сердце стучало едва уловимо, из последних сил.

– Свад, молю, только не умирай! Не смей! Ты должен жить. Ты не можешь умереть из-за того, что твоя истинная бездарная и бесполезная обуза. Будь во мне магия, я бы сейчас отдала ее тебе  всю, без остатка. Я не смогу жить без тебя, слышишь. Я люблю тебя! – рыдала Мара, ее охватило такое отчаяние от беспомощности, что она готова была рвать на себе волосы, будь здесь Розарика, она разорвала бы ее на части голыми руками. Ярость и опустошающее горе причудливым образом закручивались в торнадо в душе девушки, заставляя биться в истерике из-за страха за того, кто за считаные дни стал для нее целым миром. Только видя его, ощущая знакомый запах, она могла свободно дышать. Еще днем Мара была жутко зла на Свада за его грубость в темнице, но жизни своей без него она уже не представляла.

– Я больше никогда не буду сердиться на тебя, буду прощать тебе все, только живи! Слышишь? – в изнеможении шептала она, моля небеса о помощи.

– Ма…а, – прохрипел Свад.

Девушка оторвалась от с трудом поднимающейся груди мужчины и заглянула в перепачканное пеплом лицо.

– Свад, любимый, ты меня слышишь?

– Я услышал бы твои слова даже с небес… – медленно проговаривая по слогам слова, откликнулся дракон, – Я тоже люблю тебя, Солнышко… Ты мое небо…

Мара всхлипнула и не удержалась, припала своими покусанными от волнения губами к его пересохшим. Он тут же приоткрыл их, откликаясь на поцелуй. Эта ласка выражала куда больше слов, это было стремление соединиться, чувствовать друг друга даже в такой, казалось бы, совершенно неподходящий момент. Оба вложили в эти прикосновения всю жажду быть вместе, преданность и верность своей паре.

Воздух вокруг заискрил маленькими вспышками магической энергии, которые щекотали кожу легкими покалываниями. Это небеса соединили Мару и Свада. Даже среди истинных пар такое случалось нечасто.

Девушка с восторгом смотрела на переливающуюся всеми цветами радуги сферу, накрывшую своим живительным куполом ее и истинного. А черный дракон любовался восторгом и счастьем, отражавшихся в глазах его любимой. Мара сначала почувствовала, а потом заметила этот цепкий пронзительный взгляд, в нем была любовь и тоска.

– Что тебя тревожит, Свад? – тихо спросила она, убирая с его лица обгоревшие волосы.

– Раньше я боялся потерять разум и жизнь, а теперь больше всего боюсь потерять тебя… – признался дракон.

– Не бойся, просто будь рядом, – улыбнулась Мара.

С улицы послышался топот десятков ног, и из горьковатой на вкус дымки послышались крики:

– Есть пострадавшие? Отзовитесь!

– Да! Сюда! – крикнула Мара, продолжая смотреть в глаза своему дракону.

– Я чувствую себя уже намного лучше, – поторопился заверить девушку Свад.

– Но тебе все равно нужно в лазарет. И Архайрику нужна помощь, – приподняв бровь, заметила Мара.

Мужчина тут же дернулся, пытаясь встать, драконице пришлось приложить усилия, чтобы удержать его в лежачем положении.

– Архайрик шел впереди меня. Он принял на себя основной удар… – попытался донести до истинной свое беспокойство Свад.

Рядом с парой присел страж и сурово спросил:

– Что здесь произошло?

– Я готова ответить на все ваши вопросы, но сначала нужно отправить в лазарет пострадавших. Это Свадрик из рода Прозрачных озер. А вот там, на лестнице королевский телепат Архайрик.

Страж помрачнел и начал отдавать приказы, резкие и короткие. Подчиненные действовали слаженно, и уже через двадцать минут Свад лежал на белоснежных простынях ближайшего лазарета. Мару же допрашивали у входа, чтобы не мешать пострадавшему отдыхать и в тоже время, давая возможность девушке видеть своего дракона.

– Представьтесь, будьте любезны, – потребовал стражник, не забывая, однако, про вежливость.

– Я Мара из рода Алой зари. Мой отец Рорик, ректор Академии Красного дракона из Уграда. Свадрик моя истинная пара. Мы вместе с Архайриком прибыли в столицу, чтобы поймать Розарику, сестру Свада. Она подозревается в двойном убийстве драконов. Дворец, который взорвался, был резиденцией ее мужа. Архайрик и Свад оставили меня в карете, это меня и спасло… Там сначала был страшный грохот, а потом экипаж перевернулся, вокруг пространство заволокло дымом… Это все, что я знаю. А как господин Архайрик?

Страж задумчиво изучал лицо Мары несколько мгновений, а потом будто очнулся от сна, встрепенулся и с легким поклоном представился:

– Я старший стражи в южном районе города, Истрик меня зовут. Господин Архайрик на грани. Мы послали за его истинной. Сейчас его может спасти только чудо…

Мара моргнула, прогоняя вновь выступившие слезы.

– Это ужасно… – прошептала девушка.

– Да, такого кошмара в Дрогограде еще не было… – откликнулся страж, – Чудо, что никто из прохожих серьезно не пострадал. Отделались царапинами и синяками. Вас, кстати, уже осмотрели?

Мара, не сводящая глаз со Свада, отмахнулась:

– Со мной все в порядке, пара синяков. Господин Истрик, но что это было? Что может так взрываться посреди столицы?

Молодой дракон помрачнел и ответил сдержанно:

– Ведется следствие.

Мара еще несколько секунд молчала в надежде, что страж продолжит, но тот поклонился и покинул ее, сославшись на сложное расследование.

Стоило ей присесть рядом с койкой Свада, он открыл глаза и сцапал ее ладонь, которую девушка хотела положить на грудь мужчины.

– Где я? – осипшим голосом спросил он. Когда его укладывали на носилки, черный дракон потерял сознание. Лекари обнаружили у него многочисленные переломы, разрывы внутренних органов, сотрясение, глубокий обширный ожог обеих рук. Хорошо, что у драконов в паре такая сумасшедшая регенерация, если бы не это, Свада уже не было.

– Ты в лазарете, – улыбнулась своему любимому Мара. Она заметила, что его руки уже покрылись нежной розовой кожей. Ожоги почти зажили. И это еще часа не прошло.

Свад моргнул. Внимательно всматриваясь в лицо девушки, он с опаской уточнил:

– Мне же не приснилось, что ты меня любишь? И магическая сфера вокруг нас?

Мара улыбнулась и помотала головой.

– Нет, Свад, тебе не приснилось. Я люблю тебя и…

Договорить она не успела. Дверь в шестиместную палату, где черный дракон лежал в гордом одиночестве, с грохотом распахнулась, и на пороге появился сам король.