Академия для дур · Глава 18

Глава 18

Мы очень ждали лекцию декана о животных спутниках. Оборотни лучше понимали поведение животных. Их ментальная магия ориентирована больше в сторону эмпатии. Именно с этого начал лекцию мар Арье. Он назвал животных, которые становятся спутниками из-за высокого для животных интеллекта. Но не только эта причина позволяет им такую возможность. Эти животные, так же как и оборотни владеют ментальной магией. В основном той же эмпатией. Хотя некоторые змеи тоже могут становиться спутниками. И они передают своему напарнику способность к магическому подчинению. Но оно может подняться у мага на уровень гораздо более высокий, чем у животного, за счёт больших возможностей оперативного мышления и более развитого мозга. Обычно маги с открытым даром, вступающими в связь человек-спутник уже имеют ментальную магию. Но, если дар ещё не пробуждён, то спутники стопроцентно его активируют. И при активации, могут добавить ментальные возможности к уже существующему, заложенному природой дару. Особенно просто это случается в стрессовой ситуации. Вроде той, что была у Дили. Но пустынницу расстраивало, что её щенок до сих пор не может напасть на добычу. Он загоняет её Саю, а после даёт возможность оборотню её убить.

— Вам не стоит об этом беспокоиться, — ответил декан, — животные спутники высокоинтеллектуальны и очень вариабельны. Их поведение зависит от условий в которых животное находится. Если бы вы жили в пустыне, ваш спутник обеспечил бы пищей и себя и вас. И, конкретно этот вид, легко меняет поведение, в зависимости от пищевых ресурсов. Вы лучше других знаете, что есть более суровые места, где можно найти только мелких животных и насекомых. В таких областях пустыни животные селятся поодиночке. Даже беременные суки, которые, кроме всего, в таких условиях не производят более двух щенков, вступают в контакт с кобелями только в момент течки. Если количество добычи больше, они могут создать постоянную пару. Но в тех местах, где водится крупная копытная дичь и существует конкуренция с пустынными львами, палевые псы сбиваются в стаи. В таком случае они гонят добычу на вожака, который обычно является самой крупной и сильной особью в стае. Или имеет брата из того же помёта, который вместе с ним держит стаю, подобную по поведению львиному прайду. Только вожаки не отлынивают от охоты, как зачастую это делают львы, оставляя охоту самкам, а после заявляющим своё право на большую часть добычи.

Кроме того, у палевых никогда не убивают щенков, даже при смене главного кобеля-производителя. И не гонят из стаи других самцов, если они не претендовали на самок, оплодотворять которых имели право только лучшие особи. А ими всегда были вожаки. Если вожак погибал во время охоты, на его место становился другой самец. Самок же вся стая берегла от возможных во время охоты травм. Щенков на время охоты загоняли в норы, где они оставались под охраной одной из самок. Ваш пёс ведёт себя с Саем, как с вожаком. Он гонит на него добычу и даёт ему право первой крови. Уважает его силу.

— А как же тогда его дружба с оленёнком? — задала следующий вопрос Диля, — во-первых он для него должен быть добычей, во-вторых он обрычал "вожака", которого, как вы говорите, он признал в Сае, а в третьих у него есть привязка ко мне.

— Я не могу быть уверен, но, мне кажется, у вас произошёл сбой привязки. Вы пострадали, и мы вынуждены были разлучить вас с вашим спутником в первые дни после привязки. К уходу присоединились Сай и Эш. И вообще, здесь очень много людей, которые не являются вашими врагами и не проявляют агрессии. Кроме того, здесь достаточно пищи. И для вас, и для него. И вы не находитесь рядом с ним постоянно. Вы должны учиться. И только навещаете его в свободное время. Пёс не откажется от вас. Привязка сохранится навсегда. Но поведение его, как я уже сказал, вариативно. Он ещё малыш. И завёл себе дружка для игр. Олени уходят в лес, когда вырастают. Они не привязчивы. Как только оленя позовёт природа, он бросит щенка и уйдёт. Но он не будет страдать. К тому моменту он тоже вырастет и ему не нужно будет столько движения, как в момент роста. И эмоционально он станет более стабильным.

Мы узнали, что кроме палевых, спутниками могут стать снежные псы и волки. Кошачьи более независимы. Спутниками становятся домашние кошки. Но чаще у магинь, чем у магов. Магов больше любят хищные птицы. Вороны, намного реже орлы, крупные попугаи или совы. У животных-спутников есть потребность обеспечивать своих хозяев пищей. Медведи и крупные кошачьи никогда не принимают привязку. Даже если с такими животными возникает дружба, магических способностей у них нет и они рано или поздно срываются и нападают на людей. Хозяев или тех, кто рядом. Говорят у животных спутников есть редкая для людей ментальная магия, связь с потусторонним миром. Такая есть у ясновидящих и предсказателей. Но в связи с тем, что общение со спутниками происходит не на уровне речи, а на уровне эмоций, это трудно доказать. Впрочем, некоторые женщины у которых спутниками были кошки, иногда предсказывали судьбу и утверждали, что видят картинки будущего и прошлого, которые им передают их спутники.

В этот момент случилось странное событие. Диля, которая собиралась задать ещё один вопрос, вдруг побледнела и провалилась в портал. Мы жутко испугались. Некоторые девушки взвизгнули от неожиданности. Лита Тан, девушка которую толкнули в пруд, заплакала. Она всё ещё нервничала по любому поводу и начинала рыдать. Обычно нас это раздражало, но сейчас мы тоже были готовы расплакаться.

— Мар Арье, — попросила я, — позвольте позвать ректора. Он лучше всех разбирается в порталах. Может быть он знает что случилось.

— Я, кажется, тоже знаю, что случилось. Однако ректора позвать действительно стоит. Но бежать никуда не надо. У меня есть артефакт и я уже пишу ему сообщение.

Ректор пришёл порталом в класс и стал расспрашивать, что произошло.

— Я думаю, — с небольшим сомнением в голосе ответил декан, — что с её спутником случилась какая-то беда. У девочки порталы всё ещё не стабильны. При любом нервном срыве, магия срабатывает. Вообще это редкость, что бы магия перемещений сочеталась с эмпатическими привязками. Но, если она уже есть, то если кто-то из двоих связанных оказывается в опасности, то другой это чувствует. А поскольку у мары Дили не стабильный портал, то щенок мог её притянуть к себе на помощь. Он наверное настолько напуган, может ранен, что неосознанно позвал хозяйку. Вообще, я с таким ещё не сталкивался. Но что-то подобное слышал. Я боюсь, что и девочка попадёт в неприятности. Мало ли что с ними может случиться в лесу.

— Я не понимаю, — сердито сказал ректор, — он же не охотится сам. С ним должен быть Сай. Не могло же что-то случиться сразу с обоими. Во всяком случае возможность такого невелика. Сай тигр, он должен справиться с любой дичью, что здесь водится. Самый крупный из здешней добычи лось. Но я не видел здесь таких больших что бы Сай не мог его завалить. Этот щенок то ли бесстрашный, то ли безумный, если погнал лося.

— Он ещё маленький. Мог почуять запах, а следов и самого зверя не увидеть. Лоси любят бродить в воде. Но запах держится на камышах, на ветках. Щенок мог перевозбудиться.

— Послушайте, — чуть не закричала я, — давайте вы поспорите потом. Диля может быть в беде. Если перенеслась прямо к разъярённому животному. Вы можете отследить перемещение? Пройти по её следу?

— Сам не смогу. Я не всесильный, — огорчился ректор, увидев мою разочарованную мордаху, — но у меня есть возможность сходить порталом к одному моему другу, он артефактор…

И Корвин Дел ушёл в портал, пока мы пытались сообразить, чем поможет артефактор. Ректора не было ровно семь минут. Мы с Эш чуть не извелись. Декан отправил девушек в комнаты до обеда. Этот урок был последним на сегодня. Но мы уходить не захотели. Я надеялась, что нам позволят, если не пойти с мужчинами вместе, а декан явно собирался составить компанию начальству, то хоть дождаться и узнать что случилось.

— Вы тоже можете подождать в комнатах, — бескомпромиссно заявил декан, — поиск может быть и коротким, а может и затянуться.

Прежде чем я открыла рот с уговорами, что бы нас взяли с собой, ректор появился в компании жутко колоритной личности. Волосы сконцентрировались на его пегой бороде и усах. Голова была лысой. Взгляд, на первый взгляд злой, но когда приглядишься, просто острый. На лице зажившие шрамы Кожа со слегка оливковым оттенком. Еле заметным. Я бы не углядела, если бы не пялилась на него, как дура невоспитанная. Он был в возрасте, но ещё не стар. Сильное тело было обнажено по пояс и ректор строго глянул на нас, потом на декана. Он явно не рассчитывал застать здесь кого-то, кроме мара Арье. На пришельце были жёсткие кожаные штаны и кожаный же длинный фартук, похожий на кузнечный. В руке он держал вещицу, которая напоминала то ли механическую игрушку, то ли незаконченный артефакт. А может смесь того и другого. Причём детальки, из которых состояла эта штуковина, были точно кованными. Только такой изящной и мелкой ковки я ещё никогда не видела. Можно было бы подумать, откуда я должна была вообще их видеть, но папа был большим ценителем кованных украшений. У него была целая коллекция.

— Она исчезла отсюда? — спросил мужчина, не обращая на нас никакого внимания.

— Отсюда, — коротко ответил ректор, с уважением, глядя на спутника и положил руку на стол, где сидела Диля.

Мастер устроил своё изделие на столе и аккуратно подцепил ногтем какую-то детальку. Щёлкнуло. И от невзрачной штучки пахнуло силой и заструилась магия. Я возбуждённо оглянулась на присутствующих и поняла, что они не ощущают этого, и потока струящегося воздуха над этой штуковиной не видят. Все вообще просто выжидательно смотрят на гостя. Даже ректор. Хотя он ёжится, как будто ему щиплет кожу морозом. Наверное у него тоже есть ощущения от присутствия сильной магии. Но, видимо, не очень сильные.

— Открывай портал, посмотрим куда он выведет, прежде чем идти, — хрипловатым голосом скомандовал артефактор.

Странно было называть его артефактором, хотя ректор сказал к кому направляется. Классическим мастером-магом он точно не был. Что-то в нём было орочье. Но орки ни разу не артефакторы. Они воруют артефакты первыми, при любом нападении на людей, поскольку сами их делать не могут. Ректор сделал пасс и окно портала возникло в воздухе. Порталы ректора были сильными и стабильными. Дилин мы даже заметить не успели. Она просто провалилась и исчезла. А ректорский походил на дыру в воздухе. Как будто он имел густоту, по крайней мере, как жидкость. И её каким-то образом раздвинули. В дыре виднелась каменная кладка. Слышно ничего не было. Но гость кивнул и махнул рукой ректору. Но первым в портал прыгнул мар Арье, прямо в воздухе перекинувшись огромным чёрным ягуаром. За ним занёс ногу гость. Ректор погрозил нам кулаком и приказал на всякий случай привести целительницу. И портал за ним схлопнулся.

Я осталась на месте, вообще удивляясь, как он провёл трёх взрослых мужчин в свой портал. Заклинание, не поддержанное артефактом с накопителями, обычно доступно максимум для двоих. Только сильная магия перемещения такое позволяет без стационарного артефактного портала, завязанного на камни собирающие энергию эфира. Про накопительные камни знали все. Только сведенья были противоречивые. Просто некоторые маги имели способность находить их в природе. Поначалу рассказывали легенды, что боги награждают такими находками за какие-то благовидные деяния. Потом обратили внимание, что эти боги благосклонны к определённым людям и стали понимать, что поиск накопительных камней личная особенность магии. Сначала истощённые камни выбрасывали. Потому что втиснуть в них свои излишки магии, что бы сохранить и использовать после, не получалось. Потом, несколько не сильно аккуратных в быту магов, по отдельности, оставили пустышки в доме, где-то на полках с барахлом. Среди магов, вообще-то, самые большие барахольщики — артефакторы. У них в мастерских чего только не валяется. Они любят пристраивать эти остатки в изделия. Так, кто-то из таких мусоросборщиков обнаружил использованные камни через некоторое время и понял, что в них снова есть энергия. Таким образом поняли, что накопители, что-то вроде магической губки. Её можно выжать досуха, а потом она постепенно впитает из эфира новый запас. Маги не смогли её заполнять, видимо по причине слишком мелких пор, если по прежнему сравнивать с губкой. А человек даёт слишком мощный поток.