Глава 17

Девушка, сидевшая по другую сторону от меня на приличном расстоянии, запомнилась недовольным выражением на красивом лице. Прямая спина, королевская осанка… Белоснежные полы мантии окружали ее хрупкую фигуру красивыми складками. Тонкие пальцы, покоившиеся на коленях, чуть заметно отбивали ритм, выдавая ее раздражение.

Вдоволь насмотревшись на нее, повернулась к парню. Глядя на его белую безупречную кожу, я подумала, что он вырос на молоке и сметане. Один всевышний знает, с каким трудом я подавила желание потискать его за розовые щечки и взъерошить копну вьющихся золотистых волос. В белом костюме с бусами из бирюзового камня он казался самым настоящим воплощением купидона. Таким, как его представляла себе я. Для полного образа не хватало лука и одной особенной стрелы. С наконечником в виде сердца.

Вопль радости застрял у меня в горле. Я сидела рядом с купидоном! Покосилась на соседа и, застигнутая им же за подглядыванием, села ровно.

Касия устроилась между миловидной девушкой и стройным парнем. Подтянув к себе ноги, подруга закрыла глаза и приняла позу лотоса.

Выждав пару мгновений, я снова повернула голову к Купидону и… я была права!

– Лютик, – с улыбкой протянул мне руку херувим. Парнишка слегка склонился ко мне и шутливо прошептал по секрету: – За то, что не могу устоять перед лютиками.

На радужке его добрых глаз засверкала россыпь серебристых звезд. Таких мелких, что сначала я их приняла за искорки.

– Василиса, – не сдержав ответной улыбки, пожала его теплую ладонь. – Или просто – Вася.

– Приятно познакомиться, Просто Вася, – с совершенно безобидной шутливостью заверил меня херувим.

– Зазнайка, – едва заметно улыбнувшись, представился тот самый парень, восседающий рядом с подругой. Немного помолчав, он с важным видом добавил: – Я вовсе не зазнайка. Я не виноват, что умен, хорош собой и обладаю высоким магическим потенциалом, а преподаватели мне завидуют.

Что сказать… тот самый случай, когда парень в своем глазу бревна не видит, а в чужом соринку разглядит.

Кто у нас там следующий?

А следующей со мной пожелала познакомиться девушка в скромном костюме. По одну сторону от нее сидела Кассия, по другую – Лютик. Распущенные длинные волосы медового цвета мягкими волнами ниспадали ей на плечи. Большие выразительные глаза испуганно смотрели на меня.

– Мармеладка, – робко представилась новая знакомая и неловко поправила воротник обычной белой рубашки. Поверх нее была надета светло-бежевая жилетка.

– Любишь мармелад? – весело поинтересовалась я и подогнула под себя ноги, приняв соответствующую занятию позу.

– Не я, мои подопечные, – грустными голубыми глазами посмотрела на меня девушка.

– Прежде чем уйти с задания, она всегда оставляет им мармелад, – раздался сбоку пренебрежительный голос моей соседки. Ее ничего не выражающий взгляд остановился на мне.

– Ябеда, так понимаю? – из вежливости поинтересовалась я.

– Она самая, – нахально улыбнулась девица, судя по реакции гордясь своим прозвищем.

– Приступайте к медитации, – велел преподаватель, незаметно подошедший к нам.

Мы с товарищами переглянулись и закрыли глаза. Точно закрыли. Я подсмотрела.

Плотно сомкнув веки, встряхнула плечами, прогоняя усталость, и постаралась расслабиться. Представила себя листком, кружащим в воздухе, и полетела навстречу свету. И откуда у меня вообще взялись такие странные ассоциации с умиротворением?.. Должна признаться – помогло. Я на интуитивном уровне чувствовала, что делать дальше. Непонятно откуда взявшееся теплое дуновение ветерка ласково коснулось моей кожи. Головокружительная легкость наполнила тело, и я почувствовала себя листком, купающимся в лучах заходящего солнца. Подхваченная ветром, качаясь на воздушных волнах, я уносилась прочь из академии. Туда, где горизонт тревожно пылал. Туда, где над холмами и деревьями сизым маревом расплывались облака. Туда, где пугливо застыл у самой кромки горизонта кроваво-оранжевый диск.

Резко похолодало. Очарование зеленых бескрайних полей коврами устилающих округу, поблекло. Я потянулась к заходящим лучам солнца, боясь потеряться в надвигающейся ночи. Неестественно темные сумерки наступали и давили на меня.

Я начала нервничать. Заставила себя проснуться. И у меня, как ни странно, получилось. Открыла глаза… и очутилась в центре разыгравшейся грозы.

Как такое возможно? Я должна была выйти из транса! Неведомая сила потянула меня к скоплению темных зыбких облаков. Они меня совсем не пугали… это и было самым страшным. Я должна была быть в ужасе, но Тьма воспринималась мной как недостающая часть меня. Солнце меж тем почти скрылось за горизонтом. Испугавшись собственной темной стороны, всем своим существом потянулась к яркому зареву заходящего огненного диска. Одно дело – знать о своей тьме, и совершенно другое – видеть ее.

Балансируя на узкой полоске света, коснулась последнего луча заходящего солнца, и мир взорвался сверхновой. Слепящая волна прошла сквозь меня, наполнив каждую частичку в моем теле светом. Странное чувство. Никакого дискомфорта, а ощущение нереальности присутствует. Руки мерцали, и в них ощущалась немалая сила. Для той, кто отродясь не владел магией, сила, текущая по венам, и взаправду казалось безграничной.

Глядя на свою пронизанную светом ладонь, представила огненный шар, и сияющие нити, подхваченные воздухом, сплелись в огненную сферу. Забавы ради приказала мысленно ей увеличиться, и над моей рукой появился шар размером с футбольный мяч. Испуганно пискнув, я велела ему уменьшиться. И вот уже на руке светящаяся сфера не больше мячика для игры в теннис.

– Закончили с медитацией – переходите к практике! – донеся до меня ровный голос преподавателя.

Сжав пальцы в кулак, погасила огненный шар. Никто не говорил мне, как магия работает. Я просто знала, что делать. На удивление, обретенная магия быстро осваивалась. Впрочем, что я знаю о ней?.. Может, у меня самая обычная реакция. Как подсказывал опыт, у меня все слишком быстро происходит. Вот вам и влияние демонов. Ведь это их вина?..

Я открыла глаза и снова очутилась в кругу товарищей по медитации.

– С возвращением, – приятным мягким голосом поприветствовал меня Лютик. – Готова к тренировке?

Ответить «Всегда готова» было для меня слишком самонадеянно.

По команде Харда мы начали по кругу перебрасывать друг другу светящуюся сферу. Я честно старалась удержать магические потоки, но перекидывание заряженной магией сферы превратилось в пытку. Светящийся шар самым подлым образом взрывался в моих руках. Если другие команды более или менее справлялись с поставленной задачей, то у нас дела из-за меня обстояли не очень. Ябеда бросала мне сферу и – БУМ! – та взрывалась, оглашая зал грохотом. Не было обожженных рук или других увечий, всего лишь грохот, сравнимый со звуком разорвавшейся бомбы или вроде того. Стены и потолок, затянутые полупрозрачной паутиной, мгновенно поглощали звуки, но частые взрывы все равно заставляли одноклассников изрядно нервничать. Они постоянно вздрагивали, и их сферы бесшумно рассеивались. На нашу группу начали с опаской коситься, но мы под бдительным оком преподавателя продолжили тренировку.

Почему я не могла удержать сферу, осталось загадкой даже для преподавателя. Веря, что со мной не все так уж и безнадежно, он попробовал решить проблему самостоятельно. Да толку было ноль. Усиленные тренировки по два часа в день без перерыва на перемену не принесли результатов. От навалившейся на меня усталости стенки сфер, попавших мне в руки, истончались, и те невесомыми пузырями поднимались к потолку, чтобы там взорваться.

Через пару дней к нам на занятие пожаловал Баратиэль. Сдается мне, не без приглашения физрука. От его едких замечаний взрывов стало только больше. Перекочевав в мои руки, сфера взрывалась в два этапа. Сначала раздавался обычный грохот, как если бы на пол упал шкаф, а потом стены тренировочного зала сотрясались от звука, напоминающего взрыв. Преподаватели посовещались, и пришли к выводу, что я эмоционально влияю на сферу. К стану умников на третьем занятии примкнул Нуриэль. В его присутствии я чувствовала себя гораздо спокойнее, и сферы в моих руках перестали взрываться двойным залпом, ограничиваясь одним. Спустя неделю за тренировками нашей группы следил уже целый ангельский консилиум из преподавателей. Они наблюдали за моими товарищами из группы по отдельности и в связке с другими учениками. Исключением стала я. Моим партнером в перекидывании сфер всегда был кто-нибудь из преподавательского состава. Как пояснил однажды декан стенающему в отчаянии коллеге, “Наша святая обязанность – помочь Василисе справится с нелегким освоением магии. Она ведь с земли”. Прозвучало это так, будто я заявилась к ним из самой преисподней.

Прослышав о моей проблеме, Кастиэль вызвался помочь, и по возможности подстраховать, но ожидаемо получил отказ. Не стоило рассчитывать на иной ответ. Никто не станет в здравом уме жертвовать ценным кадром. А Кас – без пяти минут архангел.

Зато время, что преподаватели провели со мной на тренировках, они стали какими-то дергаными. На уроках вздрагивали от малейшего шума, а на переменах пытались скорее сбежать… то есть улизнуть из аудитории. Занятно, что такие странности преимущественно происходили в нашем классе.

Убедившись, что кроме взрывов никаких других последствий от моей магии нет, спустя несколько дней слежку за мной отменили. Нуриэлю, похоже, надоело смотреть на трясущихся коллег. Нестабильность и взрывоопасность моих магических способностей объяснили тем, что я лишь наполовину ангел, а на другую половину – человек. Душа у меня человеческая, считай, искусственно выведенный ангел. Хорошо, что существом не обозвали, и на том спасибо.

Взрывоопасность моей магии не пропала и через неделю, а вот отсутствие стоящих над душой преподавателей позволило гораздо спокойнее относиться к моему провалу. Кассия с Лютиком и Мармеладкой постоянно поддерживали и подбадривали меня, в то время как Ябеда с Зазнайкой постоянно жаловались, что я мешаю их магическому росту, и просили меня убрать из группы. Хард оставался глух к их мольбам и, напомниная о волшебном слове «Надо», посылал их помогать мне осваивать обретенные силы.

– Прислушайся к себе! – как заведенные повторяли Ябеда и Зазнайка по очереди. – Всегда прислушивайся к себе.

Они забыли уточнить, чем слушать. Голова говорила одно, а мягкое место – совсем другое.

Вот та самая филейная часть тела чуяла, что трындец с участием преподавателей закончился, и подкрался полный писец в лице этих двоих. Пока я слушала Ябеду с Зазнайкой, мой здравый смысл нашептывал запустить в них по паре сфер – чтоб отстали. А совесть, зараза, грызла и постоянно останавливала. И мои мучения с освоением магии продолжились под подбадривание друзей и нудные наставления Ябеды с Зазнайкой.

За прошедшее время из выданных мне Гезарием книг я смогла узнать, что разделение на ангелов и демонов внешним видом не ограничивалось.