Глава 9

Вернувшись в спальню, принцесса села за уроки, а я с пособием для пернатых развалилась на кровати.

Оставшаяся часть дня прошла за изучением книги, выданной мне Нуриэлем. Ничего особенного в ней не было. В основном весь текст сводился к восклицательным знакам с различными предупреждениями. «Повстречали демона – зовите стражу! Потерялись в академии – зовите стражу! Застряли в очереди… нет, не в общественный туалет, хотя у них и такие имеются в учебных корпусах… в столовую – зовите стражу! Академия придерживается распорядка дня, и после уроков учащиеся идут в столовую. Вот тогда и происходят накладки – перед аркой появляется очередь из крылатых. Бедняжкам негоже терпеть муки ожиданий. И вот для таких чрезвычайных ситуаций есть патруль, облегчающий жизнь учащихся. Про смирение на небесах не слышали. Во всяком случае, ни одного упоминания я о том не обнаружила. Такое ощущение, что автор сего шедевра рассчитывал на ангельское благородство, но совсем не подумал о бедных стражах. Застряли в лифте – зовите стражей! Приснился плохой сон – зовите стражей! Встали не с той ноги – зовите стражей! И везде значится приписка «Вам обязательно помогут!»

Помогут встать с правильной ноги?!

Так и представила: ангельскую защитную систему нарушает стон с просьбой о помощи. И вместо того, чтобы собираться на занятия, страдалец, свесив на пол ноги, собирает в ладошку слезы, чтобы представить в качестве доказательства стражам. Снося с петель дверь, к страдальцу влетают крылатые амбалы. Лицезреют ладошку со слезами… «Фу», – мысленно скривилась я, но не стражи. Они местные супергерои и няньки в одном лице. Они прошли суровую школу ангельского спецназа. Их ничто не испугает.

Стражи отрывают от простыни кусок ткани и умиленно вытирают мокрые, порозовевшие щечки страдальцу. Укладывают обратно в постельку. И настает самое сложное. Определить какая нога у страдальца та самая – правильная.

Не мудрено, что они звереют на такой службе и хватают всех без разбора.

Нудное изучение пособия прервал поход в столовую. Касия была категорична. Отговорка «нет аппетита», была жестоко отвергнута, и всему виной – урчание в животе. Идти в столовую не хотелось, но под страшной угрозой вызова стражей пришлось. Эти в погоне за моим хорошим самочувствием и клизму могут поставить.

Ужин прошел на удивление спокойно. Кастиэль не лез со своей дружбой, демоны сидели себе спокойно в другом конце зала. В отличие от ангелов, у них была свобода выбора. Места ангелов были заранее распределены.

Не считая угрюмых взглядов Ламии и полного отсутствия интереса у Рафалеона, ничего особенного не произошло. Демоны поднялись из-за стола раньше нас. Рафалеон положил руку практически на задницу демоницы и что-то шепнул ей на ухо. Ламия игриво рассмеялась и потянулась, чтобы запечатлеть на его губах поцелуй. Видно почувствовав мой пристальный взгляд, демон повернулся и с пониманием посмотрел на меня. Губы девушки скользнули по его скуле и оставили поцелуй на щеке. Ламия разозлилась. Окатив меня негодующим взглядом, она толкнула в грудь своего парня. Судя по тому, как напряглись руки Ламии, она приложила немало сил для удара, но он не сдвинулся с места. Демоница направилась к темнеющей портальной арке, попутно ногой отбросив стоящий перед ней стул в сторону. Демоны одобрительно загудели, нахваливая ее красоту и… жестокость.

Рафалеон шагнул к демонице и сжал ее запястье. Ламия с силой выдернула руку и пошла дальше. Он не бросился вслед за ней.

– Она сегодня странная, – немного помедлив, заметил Рангон. Толстяк выглядел ошарашенным, точно его приложило булыжником по голове.

Губы Рафалеона сжались в тонкую линию, и он хмуро посмотрел на меня. Не чувствуя за собой вины, я пожала плечами и вернулась к остывающей запеканке. Ощущая на себе тяжелый взгляд демона, старательно делала вид, что ничего не замечаю. Послышались удаляющиеся шаги. Я смогла вздохнуть с облегчением и положить вилку на стол. Запеканка была отвратительной. Губы Касии подозрительно дернулись, и она пристала ко мне с наигранным сочувствием. Сочувствовали в основном Рафалеону. По ее мнению, в моем лице он получил заслуженную кару. Она преувеличивала. Касия придавала слишком большое значение нашей мимолетной встрече. Уже на следующее утро он не вспомнит обо мне.

Вечер прошел за учебой.

Наступила ночь. Спать совсем не хотелось. И вот, ворочаясь в своей постели, я вспомнила о чтецах.

– Касия, ты спишь? – негромко спросила я, приподнимаясь на локтях. Светильники зажглись над головой, мягким светом осветив раскинувшуюся на соседней кровати женскую фигуру.

– М-м-м-м?…

Сонно щурясь, соседка чуть приоткрыла глаза и, зевнув, повернулась ко мне.

– Что тебе известно о чтецах? – затаив дыхание, поинтересовалась я.

– О чтецах? – хрипловатым голосом переспросила Касия и потерла пальцами глаза. На ее щеке забавно розовел след от подушки.

– Да, о тех, кто умеет читать свитки, – коротко пояснила ей, начиная уже думать, что вообще не стоило начинать разговор.

– Чтецы умеют читать свитки, – сонно, почти слово в слово, повторила за мной Касия и замолчала. Ее дыхание стало глубоким и ровным, а веки медленно начали закрываться.

– Касия? – громко позвала ее.

Девушка вздрогнула и неестественно широко распахнула глаза.

– Я не сплю, – преувеличенно бодро произнесла она.

– Почему чтецы такие особенные? – нетерпеливо спросила я, следя, чтобы Касия не уснула.

Соседка обреченно села на постели и тряхнула головой, прогоняя сонливость.

– Понимаешь, дар чтецов очень редок, взяв с прикроватной тумбы графин с водой, Касия налила в стоящий рядом стакан воды и отпила из него. – Никто не знает толком, каким образом проявляется дар чтецов. Раньше Жрицы судьбы могли предвидеть их появление и предупреждали о чтецах заранее. Со смертью Верховных жрецов… – голос принцессы стал тише, и она смущенно продолжила: – …их подданные закрыли двери в Поднебесное королевство. Уже две сотни лет с ними нет связи. Сфера судьбы утеряна. Наследников не осталось. В эти тяжкие для жрецов времена они верят в судьбу. Они не теряют надежду и ждут своего нового правителя. Истинный помазанник судьбы сможет взломать печать, наложенную на двери королевства.

Наверное, я как-то непонятно изъяснялась. Я спрашивала про чтецов, а мне выдали проникновенную речь про жрецов. На кой они мне вообще сдались?

Запертые и забытые всеми, сидят себе в своем королевстве и ждут своего помазанника. Не спорю, со жрецами в свое время считались, а сейчас они ушли в историю. Не похоже, что кому-то есть до них дело. Значит, мы с ними не свидимся. Потому и забивать ими голову незачем.

– Касия… – начала я и запнулась. И вот как выманить у нее подробности о чтецах, чтобы не выдать себя?

Я ненароком уже записала себя в чтецы… но прежде, чем признаваться в своем умении читать древние свитки, стоило разузнать о своем возможном статусе. Быть на побегушках у ангелов я не стремилась. Один малейший намек на замкнутое пространство, где меня круглые сутки будет окружать книжный хлам – и о даре чтеца никто не прознает.

– Вася, ты выглядишь обеспокоенной. Что случилось? – уловила перемену в моем настроении принцесса.

– У меня, кажется, дар чтеца, – от безысходности призналась я, вспоминая про “один в поле не воин”.

Касия не стала звать стражу. Она села в постели и задумчиво расправила на коленях плотную простынь. Она не спешила делиться моим открытием ни с кем, а наоборот, понизив голос, уточнила:

– Ты уверена?

– Не знаю, – призналась растерянно. – Я… случайно прочла свиток, когда была в кабинете Нуриэля.

Конечно, случайно свиток сложно прочитать, перед этим с него нужно снять шнурок, развернуть…

Глядя на бледное и взволнованное лицо подруги, я начала сомневаться в своем поспешном признании. Проще было объявление повесить: «Кто потерял чтеца? Зайдите в комнату…” Кстати, какой номер у нашей спальни? Триста одиннадцатый? Триста двенадцатый?

– Триста четырнадцатый, – рассеянно посмотрела на дверь Касия. Оказывается, последнее я произнесла вслух. Грациозно откинув назад длинный локон, она покусала губы и осторожно предложила: – Давай пока не будем говорить о твоих способностях?

– Согласна. Но почему никто не должен знать о них? – я была настроена решительно докопаться до правды.

Кассия замялась, глубоко вздохнула, и нерешительно, словно ей каждое слово давалось с трудом, проговорила:

– Вася, чтецов давно не было. Накопилось много срочных дел… – Ее голос звучал замогильно, и под «МНОГО» подруга явно подразумевала, что мне не хватит божественной искры, чтобы перебрать хлам, накопленный веками. Я была лучшего мнения об ангелах. Думала, подержат меня годок-другой в каком-нибудь хранилище бумажек – и отпустят по амнистии за трудовые заслуги…

– Ухожу к демонам, – мрачно сообщила я и посмотрела на темнеющий в ночи замок демонов. Будто созданный из одних острых углов, освещенный огоньками и окутанный сизыми клубами тумана, он выглядел зловеще.

– Не торопись, – и опять этот тон, не предвещающий ничего хорошего. Я начала догадываться, что мое решение было поспешным. – У демонов еще дольше не было чтеца. У них свитков и манускриптов накопилось гораздо больше, чем у ангелов.

– Дайте веревку с мылом, – взвыла я.

– Зачем? – непонимающе посмотрела на меня Касия.

– Чтобы лестницу сплести и с ветерком спуститься на землю. Вжух! – и я там, – поделилась я своим видением побега с небес.

Глаза Касии загорелись озорными искорками веселья.

– Твой мир находится в другом измерении, как и Рай с Адом, – с улыбкой просветила меня подруга, делая меня чуточку счастливее. В моем плане с побегом имелся маленький пробел – я высоты боюсь. Да и вить веревки не умею. – Не переживай, Вася, мы никому не скажем о твоем даре. Никто не узнает о существовании чтеца.

– По рукам! Зови меня Василисой, – предложила я, устраивая поудобнее голову на подушке.

– Красивое имя – Василиса, – услышала я, уже засыпая.