Глава 10

Утро наступило слишком быстро. Глаза совсем не хотели открываться. Прикидывая, сколько сейчас времени, я уткнулась лицом в подушку. Неудобное положение не помешало мне провалиться в сон, а когда я вновь проснулась, то поняла, что мы проспали!

– Касия! Вася! Вы опаздываете на занятия! – надрывался зычный голос. И он не был невозмутимым, каким я его запомнила по вчерашнему дню. Кажется, за наше опоздание неизвестному смотрители светил нагоняй.

– Касия, вставай! – спрыгнув с кровати, позвала я подругу и потрясла ее за плечо.

Принцесса открыла глаза. Замерла. Сдула упавшую на лицо прядь. На лице Касии проступила паника. Подскочив, она ураганом слетела с постели и помчалась в ванну. Хлопнула дверь, из ванной донесся ее недоверчивый вопль:

– Я проспала!

– Если пропустите завтрак – успеете к началу занятий! – вежливо заметил смотритель.

А он дело говорил.

В столовую по совету смотрителя мы не пошли, а сразу направились в учебный корпус. Мы спустились на лифте в подземелье и, пройдясь по унылому лабиринту из узких коридоров, вышли к арке с зеленоватым светом. Там нас встретили два стража. Касия прошла без проблем. Я собралась последовать за ней, но меня, смерив суровыми взглядами стражи, остановили. Крепко схватив за локоть, меня отвели в сторону, к высокой стойке из светлого дерева.

Не пойму, у меня что, на лбу написано “наполовину демон”?

Накачанный “геркулес” в белоснежной мантии, взял со стойки длинную полупрозрачную пластину, которую можно увидеть в аэропорту на посту досмотра, повертел ее в руках, и она засветилась. Он поднес пластину ко мне и не спеша провел ею от макушки к ногам. По мере того, как его руки опускались сначала к пояснице, а потом к ногам, я чувствовала всплески энергии, пронзающие меня. Волосы, собранные в хвост, зашевелились на голове. Стало немного жутковато.

Действо, происходящее со мной, сильно напоминало пробиваемый на кассе оператором товар. Пик… С вас половина ангельской жизни, пожертвованной во благо процветания Ангельской академии. Как – отказываетесь? Пробитый товар возврату и обмену не подлежит. Вы попали!

Мои опасения не были лишены смысла.

Пикнув, пластина мигнула и погасла.

– Ваши данные внесены в систему, – сухо произнес страж, возвращая пластину на стойку. – Теперь мы сможем вас отследить и прийти на помощь. Проходите в портальную арку.

Я снова подивилась хитрожопости ангелов. И защиту предоставили, и о тотальном контроле не забыли.

– Ты идешь? – голова Касии вынырнула из завесы и исчезла.

Проводив меня до арки, ангел встал напротив нее возле второго стража, закрывая собой выход. В коридоре появился студент, и стражи, как в море корабли, разошлись в стороны, пропуская очередного опаздывающего. Одетый с иголочки, без видимой спешки он шагал к портальной арке. Мантия идеально сидела на его плечах, а заплетенные на затылке в косу длинные волосы открывали сосредоточенное лицо. Прямо боец, идущий на службу.

Проводив парня взглядом до мерцающей завесы, я прошла через арочный портал. Ощущение переноса длилось всего несколько секунд, а потом я вышла в учебном корпусе. По словам Касии, взбегающей по ступенькам лестницы, спиралью уходящей вверх, учебный корпус располагался в соседнем крыле, и к нему вел дополнительно вход с улицы. Но им редко кто пользовался. Чтобы войти или покинуть академию, сначала нужно зарегистрироваться у стражей – поставить метку, как сделали мы, а находящиеся там стражи часто уходят на вызовы. Иногда их приходится подолгу ждать.

Она произнесла это с видом человека, однажды попавшего в беспощадную очередь ожидающих, где под мерное щелканье часовой стрелки даже ангелы теряют человеческое лицо. В такое нелегкое для них время мимо утомленных ожиданием ангелов не то что мышь не проскочит – и бабуля не проползет. С криком «Не обманешь, костлявая!» обезумевшие ангелы загородят двери своей грудью. И поди разбери, кто им там привиделся.

С трудом осилив лестницу, я сорвалась на бег. Стук каблуков по светлому деревянному настилу глухим эхом разносился по длинному коридору.

Остановившись у кремовой двери, Касия дождалась меня и рванула ее на себя.

– Утра доброго, Ваше Светлейшество Баратиэль, – с вежливой улыбкой поприветствовала она архангела. Подарив ему еще одну улыбку, соседка направилась к выстроенным в четыре ряда одноместным столам.

– Доброе утро, – пролепетала неловко я и, отыскав глазами свободный стол, двинулась к нему.

Свободное место нашлось аккурат напротив стола, который заняла подруга.

Присутствующие ангелы с интересом косились на меня, и я уставилась угрюмо на них. Я не картина, чтобы на меня пялиться. Запугать ангелов мне не удалось, но разбудить у них тягу к знаниям получилось. Опустив глаза, ангелы уткнулись в учебники.

– Василиса! – остановил меня звенящий от раздражения голос преподавателя.

Подражая подруге, расплывшись в улыбке, повернулась к его Светлейшеству. Надо было раньше думать головой. На улыбку он больше не велся. Вон принцесса с порога зарядила его положительной энергией, он и не подумал до нее докапываться. Кашпировский, заряжающий воду перед телевизорами был бы у них в почете. Где моя трехлитровая банка с водой?.. Не-е… здесь, что посущественнее нужно. Вон каким замогильным взглядом смотрит на меня архангел. Может, он на полставки подрабатывает у демонов?

– Вы опоздали! – с преувеличенным трагизмом заявил Баратиэль, любовно поглаживая пальцами золотистые вензеля, украшавшие талмуд лежащий на учительском столе.

– Всего на пару минут, – не понимая, чего он завелся, заметила я.

– Всего? – взвыл преподаватель, и его ладонь тяжело опустилась на книгу.

Ангелы вздрогнули и с большим усердием закопались в конспекты. Сам преподаватель осмотрел фолиант с потрепанными от времени страницами на наличие повреждений и наклонился, чтобы убрать его в боковое отделение стола. Касия, прикрыв лицо учебником, посмотрела поверх него сначала на меня, а потом перевела выразительный взгляд на преподавателя. Что поделать, пришлось прибегнуть к извинениям. Не стоять же до конца урока посреди класса. Изображать учебное пособие я не соглашалась, а выступать в качестве провинившегося ученика не подписывалась.

– Не стоит извиняться за несдержанность, Ваше Светлейшество. Мы понимаем, как тяжела учительская доля.

На мои извинения класс зашелся в возмущенном ропоте. Они всячески демонстрировали свое осуждение. Одноклассники официально открестились от меня. Касия застонала и накрыла учебником голову, совсем забыв об конспирации.

– Что ты сказала? – воскликнул архангел и, резко выпрямившись, ударился об угол стола. Ангелы с похвальным рвением принялись рассматривать стены и потолок. Подруга вздрогнула и, положив на стол учебник, сосредоточилась на его изучении.

Преподаватель мрачно двинулся в мою сторону. Одноклассники зашушукались. А чего им еще делать? Они хорошо устроились – сидят, а мне оставалось лишь мечтать о том, чтобы вытянуть ноги. Главное, с попавшимся мне преподавателем их не протянуть. У него щека дергается? Он в довершение еще и невротик?!

– Повторить? – поинтересовалась я любезно, подозревая у архангела раннее развитие склероза, и тоскливо посмотрела на свободный стул преподавателя с удобной высокой спинкой.

– Не нужно! Я никогда не выхожу из себя! – сказал тот, кто почти кричал на весь класс.

– Вы, безусловно, само спокойствие, – согласилась с ним я, помня по школе, что преподавателям лучше не перечить.

Сработало. Баратиэль поскреб щеку, постоял в раздумье несколько минут и, видимо, передумав гневаться, осмотрев притихший класс, назидательно произнес:

– Запомните, Василиса, две минуты опоздания для ангела не допустимы. Демоны не будут ждать вас. Пока вы спите, обедаете или гуляете, они будут порабощать, совращать доверенную вам человеческую душу. Вы постоянно должны быть начеку.

Класс утвердительно закивал, внимая его словам. Неужели у меня одной возник вопрос:

– А выходные нам положены?

– Займите свободное место, – хмуро велел преподаватель, разрушив мои мечты на отдых.