Глава 28. Шепот на краю пропасти

Вихрь черных искр и ледяного дыхания пустоты схлопнулся так же внезапно, как и возник. В ту же секунду Виолетта ощутила под ладонями не зеркальный камень замка, а привычный, ворсистый ковер своей комнаты в академии магии. Возвращение было физически болезненным, давление в ушах резко упало, а желудок сжался от спазма. Она была одна, Макс исчез, оставив после себя лишь едва уловимый запах холода и ощущение липкого, невидимого ошейника на ее шее.

Ноги, лишенные поддержки магического поля, тут же подкосились. Виолетта рухнула на пол, больно ударившись коленями, но даже не заметила этой боли. По щекам градом покатились жгучие, соленые, полные бессильной ярости и ужаса слезы. Образ Виталиона, извивающегося в агонии на полу под взглядом равнодушного существа, продолжал стоять перед глазами.

— Нет, нет, нет… — шептала она, вцепляясь пальцами в ворс ковра. — Дыши, Виталион, пожалуйста, дыши.

Она знала, что Макс сдержал слово. Он вернул ее, но цена этого возвращения, висела над ней мечом. Однако сейчас это не имело значения. Расстояние с Виталионом было главным врагом. Если он действительно терял человечность из-за отсутствия якоря, то каждая секунда ее промедления была гвоздем в гроб его души.

Виолетта вскочила, а слабость, голод и магическое истощение были отброшены на задний план кипящим внутри адреналином. Она рванула дверь комнаты так, что та едва не слетела с петель, и бросилась по коридору.

Путь к жилому крылу, где располагались покои туманного дракона, казался бесконечным лабиринтом. На пути ей то и дело встречались группы студентов, оживленно обсуждающих предстоящие зачеты. Парочка профессоров в длинных мантиях строго прикрикнули ей вслед, напоминая, что бегать по каменным переходам опасно и недостойно адептки, но Виолетта даже не обернулась. Она была как натянутая стрела, летящая к цели. Мир вокруг смазался в серые пятна, а звуки доносились как через слой ваты.

Она уже видела знакомый поворот, за которым находилась массивная дверь комнаты Виталиона. Сердце колотилось о ребра так сильно, что, казалось, оно вот-вот разорвется. Но когда до двери оставалось всего несколько шагов, она резко распахнулась.

Из комнаты вышли Филип и Мелоди. Виолетта, не в силах затормозить, едва не влетела в них, но Филип вовремя среагировал. Он поймал девушку за плечи, удерживая на месте. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени, а руки мелко дрожали.

— Пусти! Мне нужно к нему! — закричала Виолетта, пытаясь вырваться. Она рвалась к двери словно обезумевшая, а ее глаза горели лихорадочным огнем. — Он умирает, Филип! Тьма… она сжирает его! Я должна войти!

— Тише, Виолетта, тише! — Филип встряхнул ее, заставляя сфокусировать взгляд на себе. Его голос был хриплым, но властным. — Ты сейчас ничем ему не поможешь. Ему нужен покой, а не твоя паника.

Девушка замерла, тяжело дыша.

— Что с ним? — прошептала она, и в этом вопросе было столько мольбы, что Филип невольно отвел взгляд.

— Был страшный всплеск, — тихо ответил он. — Мы едва успели. Я накачал его сильнейшими успокоительными зельями и транквилизаторами для драконьей формы. Сейчас он в глубоком сне без сновидений. Это единственный способ дать его телу восстановиться после такой нагрузки. Если ты войдешь туда сейчас и твоя магия соприкоснется с его, он может снова сорваться.

Филип осторожно оттеснил ее от двери, за которой царила мертвая тишина.

— Я буду следить за ним каждую минуту. Я его брат, я почувствую, если что-то пойдет не так. А вам двоим… — он кивнул Мелоди, которая все это время стояла рядом, встревоженно глядя на подругу. — Вам лучше пойти и прогуляться. Свежий воздух, это то, что тебе сейчас необходимо, чтобы не сойти с ума. Как только он хотя бы частично придет в себя, я немедленно сообщу.

Мелоди, не давая Виолетте возможности возразить или продолжить спор, крепко взяла ее за ледяную руку. Она мягко, но настойчиво потянула ее прочь от злополучной двери. Виолетта шла на автопилоте, а ее сознание все еще было там, в темной комнате, рядом с неподвижным телом любимого.

Они вышли в парк академии, весна здесь вступала в свои права. Цвели вишни, наполняя воздух сладким, почти душным ароматом, а изумрудная трава блестела под лучами солнца. Но для Виолетты этот пейзаж казался декорацией из картона. Они шли молча, огибая фонтаны и цветущие аллеи. Время тянулось как густая смола, превращая каждую минуту в вечность.

Наконец Мелоди привела ее к уединенной лавочке, скрытой в тени раскидистого дуба. Они сели, и тишина снова накрыла их, нарушаемая лишь щебетом птиц, который сейчас казался Виолетте издевательски жизнерадостным.

Мелоди заговорила первой. Она понимала, что подругу нужно вытаскивать из этого оцепенения.

— Посмотри на меня, Виолетта, — мягко сказала она. — Филип знает, что делает. Виталион жив. Та странная, удушливая вспышка магии, которая накрыла все крыло, отступила. Дракон в безопасности.

При упоминании вспышки Виолетта вздрогнула. Слезы снова покатились из ее глаз, капая на сцепленные руки.

— Я знаю, почему был этот всплеск, — ее голос был едва слышным. — Это из-за меня. И из-за него.

И она рассказала о том, как Макс утащил ее в свой мир, где миры крутятся вокруг его пальцев, как он показывал ей мучения Виталиона, наслаждаясь своей властью. Она рассказала об истинной сущности Макса, существа, которое не знает жалости, а лишь коллекционирует души. И, наконец, она призналась, какую цену заплатила за возвращение. Согласие на свидание по первому требованию.

Мелоди слушала, и ее лицо каменело. Когда Виолетта закончила, подруга долго молчала, глядя на то, как солнечный зайчик прыгает по воде фонтана неподалеку.

— Значит, Мансалиус… — выдохнула Мелоди. — Древний демон-кукловод. Теперь понятно, почему его сила казалась такой… абсолютной.

Она повернулась к Виолетте и накрыла ее ладонь своей.

— Послушай, — в глазах Мелоди зажегся огонек решимости. — Раз он играет краплеными картами, значит, и нам пора начать играть по своим правилам. Его шантаж держится на твоем страхе за Виталиона. Но если Виталион вернет себя, если он вспомнит все и научится противостоять той тьме, которую в него подсадил Макс, у него не останется рычагов давления. Вам нужно тайно встречаться. Не просто сидеть рядом в аудиториях, а проводить время вместе, восстанавливать вашу связь в обход всех запретов. Это единственный шанс.

Виолетта горько усмехнулась.

— Он считает меня предательницей. Он пытался убить меня в саду.

— Это был не он, это была тьма Макса внутри него, — отрезала Мелоди. — Но пока рано продумывать планы. Сейчас нам нужно дождаться, когда он придет в себя после зелий Филипа. Твоя задача — держаться. Не давать Максу увидеть твое отчаяние, иначе он поймет, что победил.

Виолетта посмотрела на подругу. Внутри все дрожало, а разум продолжал подсовывать картины одну страшнее другой. Ей нужно было что-то, за что можно уцепиться, чтобы не провалиться в бездну безумия прямо здесь, на этой солнечной лавочке.

— Расскажи мне что-нибудь, — попросила она, и в ее голосе прозвучала неприкрытая мольба. — Отвлеки меня. Пожалуйста. Расскажи что угодно, иначе я просто… я не выдержу этой тишины.

Мелоди на мгновение растерялась, но тут же мягко улыбнулась. Она поняла, что подруге нужна передышка, маленькая ниточка нормальной, обычной жизни, в которой нет древних демонов и смертельных проклятий.

— Хорошо, — Мелоди поудобнее устроилась на скамье и заговорщически подмигнула. — Сейчас я расскажу тебе эпическую историю о том, как мои родители, а ты знаешь, что они у меня потомственные маги, отреагировали на мой союз с Филипом. Знаешь, у драконов и обычных магов всегда были… натянутые отношения. Но то, что устроил мой отец, когда узнал, что его дочь связалась с чешуйчатым, достойно постановки в театре. Представь себе, семейный ужин, фарфоровые тарелки, идеальные манеры, и тут я заявляю…