Глава 23 Шипы

Шон

Марша нацепила на себя прибор ночного видения и крутила головой во все стороны. Придерживал ее за локоть, а сам смотрел на карту в телефоне. Мы кружили тут уже час, но так и не наткнулись на домик в лесу. Ни следов от колес. Ничего.

— О! — оживилась Марша, а затем разочарованно выдохнула: — А нет, это кабан. А вот там сова.

— Где? — вскинул голову. — Дай сюда очки!

— Эй, ты же станешь, — она округлила свои глаза со следами от визора. — Ты хоть раз пробовал?

— Вот сейчас и попробую. У нас нет выбора. Завтра Виви могут перевезти в другое место, или чего хуже…

Размял шею и бросил сознание в сидящий на ветке силуэт.

Я соврал Марше, что не экспериментировал с животными. Но чаще с собаками и кошками, а вот с птицей было в первый раз. Тем ниже интеллект существа, тем сложнее в нем находиться, но со слов Джезабель я вообще в куклу умудрился нырнуть. Совы явно умнее. А ещё они жрут мышей. Но сейчас мне не до брезгливости. Тело кажется слишком легким, словно любой порыв ветра может унести меня, а зрение острее, чем в визоре.

Я никогда не летал. Умрет носитель, можно сгинуть вместе с ним, и я был не готов к такому риску. Но сейчас на карту поставлено слишком много. Расправил крылья и понадеялся на птичьи инстинкты и память тела.

Они не подвели, я довольно сносно маневрировал между ветвями, а потом поднялся над кронами. Тонкая, едва уловимая нить дыма вилась к небу. Помчался туда, чтобы проверить. Небольшой домик, очертания скрытой под брезентом машины, осторожно приземлился на ветку и заглянул в чердачное окошко.

На обоих ярусах детской кровати ворочались двое. Ждал. Нужно убедиться. Увидеть.

Дверь в комнату распахнулась, впуская полоску света.

— Ангелочки мои, вы спите?

Ангелочки?

В конце концов, это мог быть чей-то коттедж, и тут отдыхает обычная семья.

Из-под одеяла выбралась Виви, и мое сердце сжалось, когда я увидел ее перепуганный взгляд. Она ушла за незнакомкой, и практически следом за ними крадущейся походкой последовала Вианор!

От шока я вернулся в собственное тело. Глаза у меня, должно быть, стали такими же удивленными, как у совы.

— Нашел? — Марша помогла мне встать, и я все ещё переваривал увиденное.

— Их двое… Там была Вианор.

— Не шути так, Торнхарт! Её же похоронили. Ты сам видел ее смерть!

В закрытом гробу! А увидеть я мог то, что захотела Теймроуз.

Марша рыдала и трясла меня за толстовку. Нет времени приводить ее в чувства, не поспешим и точно потеряем кого-то.

Вырвался и побежал к дому по трескучим веткам, даже не заботясь, что нас услышат. Виви куда-то ведут. Сейчас случится что-то очень плохое. Сердце сходит с ума от тревоги. Марша неслась следом, продолжая шмыгать носом.

— Сколько там людей? — быстро она в себя пришла.

— Без понятия. Сова не справилась с моими эмоциями и вытолкнула меня обратно.

— Сова: Торнхарт. Один: ноль.

В такой ситуации она сохраняет чувство юмора. Хотя голос нервный. Бесконечный лес. Надеюсь, я бегу в нужном направлении. Надеюсь, еще не слишком поздно. Увидел огни впереди и ускорился. Плевался паром, задыхался от холодного воздуха. Врезался в закрытую дверь. Ну же. Хоть кто-то. Заглядывал в окна. На пустой кухне горел свет, а на плите стоял одинокий чайник. Начал всматриваться в другие и замер. Вианор беспомощно болтала ногами по воздуху, пока Вернон опасно зажимал ей ладонью рот а другой рукой держал за шею. Она же задохнется. Что не так с этим психом?!

Занял его тело и выпустил Ви. Вот только двигаться я не мог. Мое тело стало клеткой и ждало приказов.

— Подожди, я сейчас, — хрипела Вианор, кошкой бросилась на кухню и притащила ворох самодельных тряпичных кукол. — Ты свободен. Ты свободен.

Резкий свист чайника заставил ее зажать уши и начать раскачиваться из стороны в сторону.

Сейчас должно случиться что-то жуткое. Что-то непоправимое.

Вбежал на кухню, чайника уже не было, а дверь подвала резко захлопнулась.

Я попытался открыть ее, но она не поддавалась.

Вианор на четвереньках заползла в комнату и теперь обессилено рыдала.

— Я виновата. Я так виновата. Я рассказала ей про мир грёз.

Мир грёз… Чайник с кипящей водой.

О господи!

— Откройте нам дверь. Надо вместе!

Отпустил Вернона и простонал в собственном теле. Кажется, я приложился головой о корни деревьев. По лбу стекала кровь.

— Торнхарт, черт тебя дери, предупреждай о свои прыжках, чтобы я тебя ловила вовремя!

Дверь в коттедж распахнулась. Вернон был смертельно бледен, но в этот раз его взгляд был осмысленным. На шум вышел ещё один пленник. Я замер на мгновение, встретившись с ним взглядом.

— Дядя Хейл, это ты? Ты нас слышишь? — суетился Вернон.

— Где моя дочь? Где Виви?

Дочь? Виви… там… внизу…

Кинулся к подвальной двери, царапал ее, тянул. Кричал на всех вокруг. Но даже втроем мы не могли поднять ее. Марша баюкала совершенно обезумевшую Вианор. Я схватил топор и начал вскрывать пол.

Успеть. Лишь бы успеть. Лишь бы ей не сделали больно.

Но я опоздал. Чудовищный вопль раздался из-под земли. И я в отчаянии упал на колени, осознавая, какую пытку устроили моей розе. Я мечтал забрать ее боль.

Однажды я уже услышал этот зов, но тогда из страданий Виви родилось что-то прекрасное. Наш мир и наша любовь. Сейчас же это было больше похоже на реквием по самой жизни.

Внезапно все стихло. Я огляделся. Вианор, Вернон, Марша и Хейл лежали без сознания, и я догадывался, где они. И мне нужно туда же.

Новый крик Виви, и я с облегчением провалился в сон.

Я оказался в толпе ничего не осознающих людей. У кого-то были рога, у других вместо ног хвосты. Меня словно забросило на безумную Хэллоуин вечеринку, где гостям предлагали придумать самый странный костюм. У Марши на голове был переливающийся микрофон, а у Вернона из глаз торчали линзы кинопроектора. Вианор выглядела в мире грез точно так же, как ее сестра. Она удивленно рассматривала свое зеленое тело и приглаживала волосы-лепестки. Но Хейл удивил больше всех. Он был мужчиной, но без лица.

Похлопал себя. Без изменений, я все тот же Шу, и даже тряпочное сердце вернулось на место.

Попытался пройти сквозь толпу, чтобы отыскать Виви. И что-то вновь начало меняться. Все вокруг, как по команде, выстраивались в шеренгу, как на уроке физкультуры. Обернулся. Марша и остальные тоже вставали в ряд, словно ожидая, что их вот-вот рассчитают на “первый” и “второй”.

— Никто, Хейзел. Никто! — рыдала Виви, и я тоже вышел вперед.

Она больше не была розой. Ее тело почернело и покрылось шипами. Руки оканчивались смертоносными когтями, а ноги напоминали вырванные из земли корни. Чувствовал их болезненную пульсацию. Чувствовал отчаяние и бессилие Виви.

Она вытянула руку вперед и уперла коготь в чью-то грудь, затем завела жуткую считалочку, мучительно долго останавливаясь на каждом слове, лишь бы только не заканчиваться

— Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы…

Палец указал на последнего в списке, и сухие губы Виви задрожали. Мне не было видно, кому выпал страшный жребий, пока моя бедная роза не прошептала беззвучное:

— Мама.

…Кровь.

Виви закончила счет и замахнулась над выбранной жертвой.

Всего миг, но кто-то подался вперед. Полупрозрачный высокий силуэт с бутоном белой розы вместо прически. Как и при жизни волосок к волоску. Лепесток к лепестку.

Авелин Теймроуз приняла на себя удар и растворилась перед рыдающей Виви.

— Нет. Нет. Нет. Бабушка… Зачем ты со мной так, Хейзел?!

Но долго скорбеть ей не дали. Коготь уперся в спасенную жертву, и считалочка возобновилась. Быстро поменялся с местами с соседями, чтобы не допустить очередной трагедии. Кажется, я единственный, не считая призрак Авелин, кто сохранил волю.

— Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья

Рука переместилась ко мне. Испуг и облегчение в глазах Виви. Мне не выпал смертельный жребий. Но я не позволю моей розе стать убийцей.

— Шипы, — прошептала она, указав на меня, и в этот же самый миг я схватил и прижал к себе.

Виви кричала и плакала. Ругала меня за глупость. Ее шипы вонзались в мое тело, но это была самая приятная боль на свете.

— Борись, Виви.

— Я убью. Убью тебя, Шу.

Она захлебывалась слезами.

— Ты сможешь, моя Роза. Я люблю тебя.

Виви мотала головой.

— Не могу. Не могу.

Вдруг осознание чего-то простого и правильного появилось на ее лице, она направила руку на себя и закончила счет.

— Кровь…

— Нет! — мой крик потонул в чудовищном взрыве. Меня откинуло ударной волной, а Виви полностью исчезла в черной вспышке. Незваные гости нашего мира начали таять и возвращаться в свои тела.

Я полз обратно к эпицентру, молясь, чтобы я ошибся. Виви просто обманула Хейзел. Дым рассеется, и она будет стоять невредимая.

Но ее не было. Фиолетовое небо пошло крупными трещинами. Осколки срывались вниз, падали рядом со мной и разбивались сотнями брызг.

Перевернулся на спину и раскинул руки в стороны, надеясь, следующий осколок попадет точно в цель и пронзит меня наскозь.

Очнулся уже в больнице. Вианор и Марша шипели на медперсонал и не давали им колдовать надо мной. Можно подумать, в этом теперь есть какой-то смысл. Я не справился. Виви пожертвовала собой.

— Виви…

— Вот видите. Пришел в себя. Мы сами его обработаем.

— У него сотрясение мозга, а на груди… Что это? Там кусок ткани пришит?

— Просто дайте ему что-нибудь от головной боли.

Врач с остекленевшим взглядом протянул мне таблетку и стакан с водой.

— Где Виви?

— Марша вызвала спасателей и полицию, когда ты начал крушить все топором. Ее вытащили из подвала вместе с Хейзел.

— Но?

Какого черта они так тянут. Вытащили живую?

— Таблетку, Шон! — строго напомнила Вианор, и мы сразу же тебя к ней отведем.

— К живой? — упрямо спросил я.

— Да, Шон. К живой, — ответила она, и на ее глаза навернулись слезы.

— Если ты лжешь…

Она силой запихнула мне лекарство в рот и зажала ладонью рот. Чертовы Теймроузы. Ни дня без манипуляций.

— Веди!

Они с Маршей встали по бокам от меня и помогали идти. Я едва стоял на ногах, но пока не увижу, что с Виви все в порядке, мне не вынырнуть из кошмара.

— Знаешь, тебе лучше не смотреть, — засомневалась Вианор. — Просто поверь нам, что все будет хорошо.

— Нет.

— Ты же не будешь делать глупостей и прыгать в сознание врачей во время операции?

— Какой операции?

Они синхронно вздохнули и на распев приказали охране пропустить нас в смотровую. Прижался к окну и увидел, как куча врачей пытаются срезать прикипевшую ткань. У Виви на лице была кислородная маска. Моя Роза безмятежно спала.

Когда она проснется, ей будет больно. Я должен быть рядом. Коснулся лбом прохладного стекла. Придется снова убеждать мою Розу в том, что она самая красивая. Но я справлюсь. Это легче легкого.

— Как она выжила? Я видел, что она пыталась убить себя.

— Не себя, — Вианор достала из кармана самодельную куклу с дырой в груди. — Весь удар достался этой штуке. Хейзел такого точно не могла предвидеть, а Виви освоила дар нашей семьи в совершенстве. Сейчас мы можем только ждать. Позволишь врачам привести тебя в порядок, пока заражение крови не началось?

Послушно кивнул.

— Но сердце не трогать!

— Я пришью его обратно к Шу. Все будет хорошо. Теперь все точно будет хорошо.