Глава 5 Noblesse oblige*

Виви

К вечеру я немного успокоилась и свыклась с тем, что меня ждёт. Авелин была чертовски хорошим психологом. Едва она намекнула, что я не пленница в Форхиллс, как всё сразу заиграло совсем другими красками. Я больше не чувствовала, что на моём горле смыкаются холодные руки семьи Теймроуз. Я все ещё свободна.

А вот мама до сих пор не выходила на связь. Она прислала лишь короткое сообщение:

Я дома.

Прости.

А затем ма снова ушла в оффлайн. Класс. Именно то, что мне сейчас нужно. Это так похоже на неё, бежать сломя голову от проблем и важных решений. Я психанула и перестала названивать ей. Захочет поговорить, сделает первый шаг. Меня больше волнует, как она будет справляться с пиццерией, налогами и оплатой коммуналки. Она даже не знает, где у нас соль хранится, не то что счётчики в квартире найти. Интересно, Авелин может выделить ей бухгалтера из своей личной армии? С остальным ма уж как-нибудь разберётся. В конце концов, соль есть вредно.

Когда я перекипела, то занялась насущными проблемами и составила список покупок. Решила оторваться, раз уж меня в ссылку отправляют. Заказала дорогущий игровой ноутбук, который бы в жизни себе не позволила, у меня с учёбой и работой на сон-то времени не хватало, какие уж там игры!

Рука замерла над листом бумаги, когда я собиралась написать там слово трусы. Неуверенно посмотрела на бабушкиного водителя, который больше напоминал Джейсона Стэтхэма из папиного любимого "Перевозчика". Не представляю даже, как он будет выбирать мне бельё. Вот так задачка. Усложним! Перечислила все, что пришло мне в голову: танга, стринги, бикини. Если бунт — то такой.

Длинный столбик с моими хотелками напоминал скорее рождественский список желаний, нежели покупки для школы, и я с легким сомнением протянула все это бабушке. Она даже не посмотрела, а сразу передала своему бруталу с квадратной челюстью, он поклонился и пообещал прямо с утра все купить и привезти.

— Синие искусственные волосы? — с интересом переспросила Авелин, когда мы остались вдвоём.

Значит, она всё-таки прочитала мой список, и к трусам её не впечатлили. Зря старалась.

— Это для твоего Шу? У него вроде была синяя причёска. С ним что-то случилось, раз тебе целый швейный набор понадобился.

— С ним случился полоумный Шон Терренс Торнхарт. Он взбесился и изорвал мою игрушку. Так ты помнишь Шу? — мой голос на мгновение потеплел. Поверить не могу, что она даже имя его назвала.

— Конечно. Он твой воображаемый друг. Появился после того, как твои родители недосмотрели… — она осеклась.

Не знаю, кого она винила сильнее маму или отца. Но Авелин сдержалась и не наговорила гадостей про мою сильно поредевшую семью.

— Кстати, ты не думала о пластической операции, уверена, с твоими шрамами можно что-то сделать. Если решишь, только скажи, я знаю замечательного врача. Пригласим его прямо сюда на консультацию.

Я сглотнула, о таком я даже не мечтала. Старое уродство изрядно портило мне жизнь. Конечно, я бы хотела что-то исправить. Хочу носить купальники и короткие юбки, плавать в бассейне. Раздеться перед парнем, когда он у меня появится. И он не будет врать, глядя мне в глаза, что это ерунда, и ему всё нравится. Такое никому не понравится.

Снова в памяти возник Шон и его выгоревший взгляд, губы с насмешливой улыбкой, которые называют меня “мисс Копия”. Он бы точно едко прокомментировал мои шрамы. У Ви таких не было. Даже интересно, он бы отдёрнулся с отвращением или нет? Но копией меня бы он точно звать перестал. А вдруг, если соглашусь на операцию, то потеряю свою индивидуальность и историю. Шу может не узнать меня, ведь, мы познакомились с ним именно тогда, когда я обожгла себе ноги.

— Не сейчас. Я пока не готова, ба, — отказалась. Надо для начала спросить у Шу.

Но меня ждала очередная ночь без снов. Ноги мне себе, что ли, ещё раз ошпарить, чтобы он появился?

Утро началось с кружки горячего кофе и визита к склепу. От души попинала байк Шона ногой, а потом и вовсе попрыгала на колесе. Получив немалое удовлетворение, пошла завтракать. Не забыла помахать Джейсону, который отправился выполнять смертельно опасное задание по покупке трусов.

День я решила посвятить изучению фамильного особняка. Когда я излазила спортзал, индийскую комнату, бассейн и оранжерею, у меня безумно заныли ноги, и я заглянула в домашний кинотеатр, рассчитанный человек на пятьдесят. Такое ощущение, что я попала в квест в стиле "я ищу". Пожалуй, это единственная игра, в которую я залипала пару лет назад. Зато теперь понятно, чем вдохновлялись её создатели. Они явно гостили у бабули в доме и рисовали всё с натуры.

В рубке киномеханика лежали бобины с фильмами. Я провела пальцем по названиям. Сплошь блокбастеры последних десятилетий. Много из этого я так и не посмотрела на большом экране. Было жалко денег, да и времени совсем не было. Жаль, я не попросила Джейсона купить попкорн. Можно было бы заночевать прямо в этом зале за просмотром всех Мстителей. Хотя наверняка на кухне всё есть. В доме с кинотеатром обязательно должен быть целый амбар с кукурузой!

— Госпожа Рид? — осторожно позвал меня Верни, заглянув в рубку.

Я даже катушку выронила от неожиданности, когда увидела его. Металлическая коробка стукнулась об пол и раскрылась.

— Прости! — тут же извинилась я, подняла наверняка дорогущую плёнку, которая уже начала расползаться чёрной змеёй и путаться у меня в руках.

— Все в порядке, я поправлю потом, не переживайте.

Он поспешил мне на помощь и начал осторожно забирать у меня катушку, чтобы не порвать плёнку. Время от времени он случайно касался моих пальцев. От этого мы оба смущённо улыбались друг другу.

— Вы хотели посмотреть этот фильм, госпожа Рид? — мягко спросил он, а я отчего-то изучала его губы, вспоминая прошлую ночь.

— А ты умеешь этим всем пользоваться? — я махнула в сторону проектора, и Вернон кивнул.

— Это одна из моих обязанностей. Но последнее время здесь редко что-то происходит…

Интересно, под последним временем он подразумевает смерть моей сестры?

— А что любила смотреть, Вианор? У неё же был какой-то особенный фильм?

Вернон кивнул, положил на стол размотанную бобину и двинулся к дальнему стеллажу. Здесь находилась целая коллекция старых картин с сёстрами Олсен начиная с “Двое я и моя тень” и заканчивая “Мгновениями Нью-Йорка”. Не смотрела последнее. Мне вообще не нравились фильмы про близнецов. Киномарафон с попкорном мне тоже не нужен. Все это время Ви не скрывала своей тоски по мне. Сердца трёх, сёстры Олсен… Я же старалась не думать о ней лишний раз. Отгородилась, словно её и не было. Я злилась на неё, обижалась, что она бросила меня. Слишком больно. Мы должны были вместе смотреть эти дурацкие фильмы и смеяться над стереотипами о близняшках.

Повернулась к Кэмпбелу и спросила его слегка осипшим голосом:

— Ты целовался с ней?

Он даже опешил:

— С кем, госпожа Рид?

— С Ви.

По его растерянному лицу и так всё было ясно. А жаль. Не смогу спросить его, кто это делает лучше.

Шагнула вперёд и потянула парня за ворот рубашки. Он не сопротивлялся. Я же теперь хозяйка дома, а мои желания — закон. Мне вот-вот привезут дорогой ноутбук, брендовые шмотки, личный портной сошьёт мне школьную форму. А теперь я вот хочу поцеловать этого милого парня. Он же тоже принадлежит семье Теймроуз?

Его губы были слишком мягкими. Мне хотелось большего, чтобы он не поддавался мне, а уничтожал, как это делал Шон. Хочу, чтобы мне было больно, а не хорошо. Вернон отвечал на мой поцелуй с нежностью, как целуют любимую девушку. А мне всё это не нравилось. Не нравилось, как он большими пальцами ласкает моё лицо, смахивает слёзы с щёк. Тряхнула головой, сбрасывая его руки, словно назойливых насекомых.

А затем принялась расстёгивать его рубашку, едва контролируя своё возрастающее раздражение. Может, в сексе Вернон окажется не таким трепетным и сделает мне больно. Без этого никак. В первый раз должно быть больно. Я хочу, чтобы мне было больно физически, хочу перенести это выжигающее изнутри чувство наружу.

Наконец-то он сделал что-то грубое. Оттолкнул меня прямо в стеллаж так, что новые катушки полетели вниз к нашим ногам. Одна чуть не приземлилась мне на голову, но Кемпбелл закрыл меня собой, а затем зажал мне рот ладонью.

Он тяжело дышал, его взгляд был слегка затуманен. Уверена, он был бы не против. Нас бы тут никто не застукал, никто бы не услышал. Рубка киномеханика отлично гасит звук.

Вернон жадно обвёл взглядом мою тяжело вздымающуюся грудь и на мгновение воздел лицо к небу, словно помолился или сил у Господа попросил.

— Мисс Рид. Послушайте…

Вот дерьмо. Когда к тебе обращаются так почтительно, то точно не собираются отыметь в подсобке.

Но я решила его послушать. Он сейчас явно с собой боролся. Я всегда смогу его дожать. Я же Теймроуз. Noblesse oblige.

— Вы… Ты очень красивая, Вивьен. Ты шикарно целуешься и не только. Я кое-что начинаю вспоминать из вчерашнего. Я знаю, что сделал Торнхарт, я был там. Чувствовал, что чувствовал он. Или он чувствовал, что чувствую я. Всё сложно, но ты определённо нравишься мне, и я солгу, если скажу, что не хочу тебя. Но, во-первых, я не так воспитан. Во-вторых, ты сейчас думаешь не обо мне. Не отпирайся, я видел, как ты поглядываешь на тот байк. Ну а в-третьих, ты можешь использовать дар своей семьи и приказать мне. Это избавить меня от любых моральных дилемм, и я сделаю, все, что ты скажешь. Но я бы хотел остаться собой. Если тебе это интересно, то мой выбор не пользоваться твоей болью и отчаянием. Прошу, уважай это.

Он убрал руку с моего рта, и я стыдливо отвела взгляд. Я не хотела сейчас смотреть Вернону в глаза, я сама себе была противна. Он хороший парень и не заслужил того, через что прошёл из-за нас с Шоном.

— Прости, — выдохнула я, и Вернон улыбнулся, приглаживая свои растрёпанные рыжие волосы.

— За что? Я неплохо провёл время. Когда ты победишь своих демонов, Виви, мы можем попробовать ещё раз. Прямо с этого места начнём.

Я покачала головой, потому что уже знала ответ. Вернон Кемпбелл не герой моего романа. И не будет им никогда, потому что мне не нужен хороший парень. И я не хочу травить своих демонов, я собираюсь кормить их.

Вернон пообещал прибраться в рубке, я же вернулась к себе в комнату, стараясь вытряхнуть из головы произошедшее. К счастью, мы мысли вновь вернулись к укатившему в магазин верзиле.

Приезда водителя с покупками ждала, как подарков к Рождеству. Я, конечно, пыталась напустить на себя безразличный вид, но внутри все клокотало от предвкушения. Не могла долго усидеть в комнате и решила спуститься на кухню, откуда открывался вид на подъездную дорожку. Убеждала себя, что просто проголодалась, на деле же я высматривала тачку неразговорчивого Джейсона.

После похорон поместье опустело. Такое ощущение, что все слуги, упомянутые Ви в завещании решили поувольняться. Видимо, не так уж им всем нравилось работать на семье Теймроуз. Я бы тоже свалила следом, но для меня Ви и бабуля приготовили другую роль.

У дверей в комнату Ви замедлилась и даже прислушалась, потому что мне явственно почудилось там что-то. Но проверять не хотелось. Зато я перестала радоваться как идиотка, а то такими темпами Авелин купит меня в первый же день за парочку безделушек. Даже фамильный дар применять не придется.

Комната была закрыта с самых похорон. Я избегала заходить в нее, но сегодня что-то изменилось. Меня тянуло туда, как будто какая-то неведомая сила звала меня внутрь. Возможно, это была просто тоска по сестре, возможно — желание найти ответы. Вдруг Шон прав, и я на самом деле воровка. Украла дар сестры, ее жизни, даже выдуманного друга, а теперь еще и к бывшему парню неровно дышу.

Осторожно открыла дверь. Комната была такой же как в день похорон: фальшивый уют и море света, несмотря на тени, которые она теперь хранила. Всё осталось на своих местах: книжная полка, полная учебников, львиную долю которых занимали разговорники языков, о которых я даже не догадывалась. На одном из них красовались иероглифы. Шон был прав, я действительно лишь жалкая подделка. Я не отражение моей сестры и даже не силуэт. Не знаю ничего об этикете, не владею иностранными языками, не езжу верхом, не играю в чертов гольф. Авелин спятила, когда решила отправить меня в школу вместо сестры.

Встряхнулась. Я тут не за этим. Мне нужно разобраться, знала ли Вианор о Шу?

Я облазила все шкафы как воришка, заглянула под кровать, стащила аккуратно заправленное одеяло и перевернула подушку. Обвела взглядом учинённый мной беспорядок, и вдруг почувствовала, как грудь стянуло от боли. Что я творю? Моей сестры не стало, но я думаю лишь о себе. Не о том, что сердце шестнадцатилетней девушки вдруг перестал биться, а о том, кому принадлежит воображаемый друг. Я рехнулась. Слезы навернулись на глаза, и я тяжело вздохнула, пытаясь прогнать нахлынувшие чувства. Второй раз за сутки. Кажется, я становлюсь законченной плаксой. Легла на кровать Ви и уставилась в потолок. Прямо надо мной простиралось странное фиолетовое небо с розовыми облаками, голые ветви парящих в воздухе деревьев сплетались в объятьях словно старинные друзья, наливались соком оранжевые плоды, а разноцветные листья покрывали стволы и колыхались словно крылья маленьких бабочек.

У меня перехватило дыхание. Такое нельзя было нарисовать, не видя вживую, значит, Ви точно была в мире грез! Значит… Понятия не имею, что все это значит. Вытащила телефон из кармана и сфотографировала потолок. Очередная загадка от сестры. Не помню, чтобы она хорошо рисовала, из нее художница, как из меня швея. Надо будет спросить у Авелин, кто расписал комнату, и как я вчера этого не заметила?

Слезла с кровати и включила свет, множество лампочек тут же скрыли картину. Хитро. Мир грез спрятан на самом виду. Выходит, это тоже никогда не принадлежало мне.

— Вианор, — прошептала я, не пытаясь удержать слёзы. — Мне нужны ответы! Не чертова книжка, не чертова школа.

Скорбь разрывала моё сердце, но вместе с ней я чувствовала и ревность. Вианор была любимицей дома Теймроуз. Её обожали все — слуги, мама, отец. Пусть родителей разлучили с Ви в детстве, но и они с благоговением вспоминали о второй дочери. Даже наша скупая на эмоции ба всегда говорила, что Вианор — будущая глава семьи. А что я? Всегда оставалась в тени, всегда была второй. И теперь, когда её нет, эта тень никуда не исчезла, она стала больше. Я продолжала чувствовать присутствие Ви, её превосходство надо мной, потому что потеряла то единственное, что заставляло чувствовать себя особенной: моего Шу и мир грез.

— Почему ты оставила меня одну? — с обидой прошептала в пустоту, сжимая в кармане тельце своего выдуманного друга. — Почему всё всегда было про тебя?

Я знала, что это несправедливо. Знала, что Вианор не хотела уходить, что она любила меня. Но ревность, смешанная с горем, была невыносима.

Я сидела на полу, прижимая к себе истерзанного Шу и гадая, имею ли право на него? Вот бы спросить об этом у Найджела Мегпая. Я даже хмыкнула сквозь слезы при этой идиотской мысли. Уж кто-кто, а нотариус должен знать о правах наследования на воображаемых друзей. Вдруг в завещании было что-то такое. Улыбнулась. Ви бы понравилась эта шутка.

Сквозь гнетущую тишину всех моих тщетных вопросов я услышала звук двигателя и хлопанье дверцы машины. Джейсон вернулся. Быстро вытерла слезы, убрала игрушку в карман и поспешила вниз. Мысль о новых покупках подстёгивала меня, но не меньше меня волновал и сам Шу. Я знала, что в пакете будет швейный набор, чтобы починить его. И главное: ноутбук, чтобы проверить флешку. Я должна узнать, что же Ви оставила мне.

Когда я выбежала на улицу, Джейсон уже выгружал коробки из машины. Он как всегда молча кивнул мне, и я принялась помогать ему переносить покупки в дом.

— Спасибо, — пробормотала я, беря из его рук последний пакет. Водитель лишь коротко кивнул и вернулся к машине.

Скоро я уже сидела в библиотеке на любимом подоконнике Ви и распаковывала швейный набор. Моё сердце бешено колотилось, когда я думала о том, что случилось прошлой ночью. Шон Торнхарт… его гнев был таким яростным, таким безумным. Мало того, что он ворвался в мою комнату посреди ночи с сомнительными намерениями, так еще обозвал воровкой и растерзал Шу на кусочки, оставив меня в слезах и замешательстве.

Не прощу гада. Времени, чтобы поквитаться у меня теперь предостаточно. И я обязательно придумаю для этого забулдыги наказание.

Но после. Сначала спасу Шу, а потом прирежу Шона. Аккуратно достала иголку и нитки, стараясь восстановить игрушку. Синие волосы, черные глаза-пуговки, зашитый рот. Замерла, коснувшись стежков, которые были губами. Я вспомнила свой первый поцелуй с Шу, но затем зачем-то начала сравнивать его с тем болезненным недоразумением, которое произошло у нас с Торнхартом. Ничего общего. Шу был нежнее и красивее. С любовью оглядела проделанную работу. Голова у моего друга теперь слегка кренилась набок, да и ноги стали разной длины. Зато появилась кокетливая челка из искусственных волос, не просто синяя тряпочка! Очарователен.

Жаль, что это не помогло встретиться с Шу снова. Я даже ради эксперимента легла спать в комнате Ви под разрисованным потолком, но мой друг так и не пришёл.

В одну из таких одиноких ночей меня разбудил рёв байка, я рванула к окну, но увидела лишь отблеск заднего стоп-сигнала в темноте.

— Даже не попрощался, — сонно проворчала я и вернулась в постель.

* Noblesse oblige фр. Положение обязывает