Глава 10

Когда в понедельник я вошла в аудиторию, где планировалась лекция по древним языкам, меня поразило количество народу. Студентов собралось больше, чем училось на первом курсе, почти все места оказались заняты. Этот факт до того удивил меня, что я буквально застыла у входа, растерянно глядя на толпу. Как такое вообще могло произойти?

– Ника! – внезапно позвала Марин.

Я нашла ее взглядом: подруга сидела в четвертом ряду и махала рукой, указывая на свободное место рядом с собой. Только тогда я вспомнила, что список дополнительных предметов практически един для всех курсов, и если ты чего-то не изучал на первом, можешь включить это в свое расписание на втором или даже четвертом. Что ж, это хорошо.

– Спасибо, что заняла мне место. Я как-то совершенно не ожидала такого ажиотажа. Можно подумать, раньше этот предмет никто не брал…

– Так ведь его раньше и не было, – подтвердила мою догадку Марин. – Он появился вместе с Рабаном. И, конечно, всем интересно.

– Особенно девушкам, – заметил мужской голос с другой стороны от меня. – Лорд-дракон, по всей видимости, остается привлекателен, даже если за ним тянется шлейф скандала и возможное обвинение в убийстве. Вероятно, это делает его даже более интересным в глазах некоторых особ.

Сказавший это парень – высокий и худощавый, с пепельного цвета волосами почти до плеч – был мне незнаком, хотя я определенно видела его раньше. Должно быть, в столовой или библиотеке. Я окинула взглядом аудиторию и поняла, что он прав: здесь собрались все студентки академии, сильный пол лишь изредка разбавлял этот цветник. Как, например, мой сосед слева.

– А в чем твой интерес? – тут же поддела я. – Ты ведь парень. Я надеюсь.

– А он меня стережет, – сообщила девушка, сидящая рядом с незнакомцем. – Не доверяет, очевидно.

Когда она наклонилась вперед, я ее сразу узнала. Красавица-нимфа, в итоге оказавшаяся русалкой, за одним столом с которой сидела Марин в тот день, когда мы познакомились. Вероятно, они все с одного курса, поэтому и сели рядом.

– Кстати, меня зовут Алиана, – добавила красавица, протягивая мне руку. – Алиана Плакс, из русалок южных морей.

Неожиданный жест, но я машинально пожала протянутую ладонь, не отрывая взгляда от ее глаз. Они были необычного цвета, настолько светло-голубые, что радужка казалась почти прозрачной.

– Ника Матвеева, – после небольшой паузы отозвалась я, готовая услышать: «Я знаю», но Алиана только улыбнулась.

– Киллиан Ши, – парень, сидящий рядом, снова переключил мое внимание на себя. Руку протягивать не стал, из чего я сделала вывод, что это не у всех принято. Он демонстративно обнял Алиану за плечи. – И да, я здесь со своей девушкой, чтобы она не забыла про меня, глядя на блистательного лорда-дракона.

Пользуясь тем, что он смотрит в другую сторону, его подружка состроила гримасу, которую я расшифровала примерно так: «Что с ним, дурачком, сделаешь?» Но в то же время по ее глазам можно было прочесть, что ревность и беспокойство Киллиана ей льстят. Вероятно, она не такая самоуверенная стерва, какой сначала мне показалась и какими обычно бывают красотки.

Гул голосов в аудитории внезапно стих: вошел преподаватель. Если лорд Ардем и был удивлен аншлагом на своей лекции, то вида не подал. Хотя, должно быть, он знал, сколько человек изъявили желание прослушать его курс.

Сегодня лорд-дракон выглядел гораздо лучше, чем в наши предыдущие встречи: волосы зачесаны назад и аккуратно повязаны лентой, из-под черного не то удлиненного пиджака, не то укороченного сюртука виднеются белоснежные манжеты и воротник рубашки, брюки выглядят так, словно в них еще ни разу не садились, туфли начищены до блеска. Я в который раз поняла, что совершенно не могу определить, к какой эпохе следует отнести текущее состояние истинного мира: здесь столько противоречий! Может, не стоит и пытаться? Разве мир с магией и оборотнями мог развиваться аналогично моему? Даже если оборотни давно перестали таковыми быть.

Рабан неторопливо прошел к кафедре – прямой как палка и невозмутимый как мертвец, – повернулся к нам, окинул точно таким же равнодушным взглядом, какой обычно бывал у него в столовой, не задержавшись ни на ком. Хотя я ждала проблеск узнавания в глазах, когда попаду в поле его зрения. Не дождалась.

– Доброго дня, господа студенты, – начал он негромко, но в четвертом ряду его было отчетливо слышно. Подозреваю, что в последнем тоже.

От звука его голоса у меня вдоль позвоночника почему-то побежали мурашки. Должно быть, потому что он напомнил ту ночь, когда я услышала его впервые. И место, в котором всего пару дней назад столкнулась с чем-то пугающим и непонятным.

– Меня зовут Ламберт Рабан, и в этом году я имею честь прочитать вам курс лекций о мертвых языках…

Он определенно не собирался замолкать так рано, но внезапно взметнувшаяся рука подействовала как подножка: преподаватель споткнулся, черные брови на бледном лице едва заметно приподнялись.

– Что вы хотели?

Я не сразу поняла, кто так беспардонно прервал лектора, но, когда девушка поднялась, мгновенно узнала ее: Ольга. Та самая, которая в первый же день изъявила желание со мной подружиться, и в чьей искренности я усомнилась.

– Милорд, позвольте мне сказать… Думаю, что от лица всех присутствующих здесь, – она чуть обернулась, разводя руки в стороны, как бы показывая на остальных студентов, голос ее звучал так же приторно сладко, как и при разговоре со мной. – Учиться у вас – огромная честь для нас. Так мало специалистов по древним языкам, готовых делиться своими знаниями и мудростью. А учиться у лорда-дракона… – Она осеклась, прижимая руки к груди, вздохнула и звонко рассмеялась. – Не знаю, трудно подобрать слова, чтобы выразить эмоции! У меня прямо мурашки по телу!

Это был один из тех моментов, когда дичь творил кто-то другой, а стыдно почему-то становилось мне. Я покосилась на Марин, пытаясь понять, считается ли здесь нормальным подобное выступление. Может, такой трепет перед правящим видом в порядке вещей? Подруга поймала мой взгляд и выразительно округлила глаза, демонстрируя, что она в не меньшем шоке, чем я. По аудитории прокатился взбудораженный шепот, несколько девчонок нервно захихикали в унисон с Ольгой.

На лице Рабана не дрогнул ни один мускул. Дракон не улыбнулся, не нахмурился и никак иначе не выразил впечатление, произведенное речью студентки. Когда стало понятно, что продолжения не последует, он лишь бесстрастно ответил:

– Благодарю. Но хочу обратить ваше внимание на то, что обращение «милорд» в стенах академии неуместно. Для вас я профессор Рабан.

Я не удержалась от довольной ухмылки. Кажется, прогиб не засчитан. Хотя Ольга, садясь, не выглядела уязвленной или смутившейся. То ли решила, что лесть все равно достигла цели, то ли ей вообще наплевать.

– Итак, мертвые языки, – продолжил Рабан, когда аудитория снова успокоилась. – Это наследие, которое досталось нам с тех времен, когда мы еще не были оборотнями и имели только звериную форму.

Ух ты… Что ни день, то открытие. Значит, были и такие времена? Сначала драконы были драконами, горгульи – горгульями, а медведи – медведями, и только потом научились обращаться в людей…

– Не все языки сохранились, а из сохранившихся не все имеет практический смысл изучать в рамках общеобразовательного академического курса, поэтому мы сосредоточимся на трех. По остальным у нас будут только обзорные лекции, чтобы дать вам общее представление. Полагаю, вы знаете, какой из мертвых языков до сих пор наиболее активно изучается и используется в современной магии?

– Драконий, – не поднимая руки, первым ответил Киллиан, неотрывно глядя на Рабана.

Покосившись на соседа, я вдруг подумала, что он может быть почти ровесником лорда-дракона. Вполне вероятно, учится на последнем курсе, а с Марин на втором только его подружка-русалка.

– Верно, – согласился преподаватель, даже не взглянув на ответившего студента. – С него мы и начнем.

Уже через полчаса лекции я поняла, что совершила огромную ошибку, записавшись на курс, а к концу решила, что сегодня же упаду в ножки папаше-директору и попрошу сделать так, чтобы эта дисциплина исчезла из списка изучаемых мной. Он наверняка сможет это организовать.

Голова пухла и шла кругом. То ли Рабан не очень хорош в объяснениях, то ли проклятый драконий язык специально создавался с таким расчетом, чтобы никто ничего не мог понять. Кроме самих драконов. Одних букв в алфавите оказалось около сорока, а потом выяснилось, что слова могут записываться как буквами, так и иметь отдельные символы, которые означают их целиком. Истинное звучание человеческий речевой аппарат воспроизвести не мог, поэтому умники-ученые соотнесли его с современным драконьим языком, а магия перевода подстраивала под привычное нам. Все это походило на какой-то фарс, но Рабан объяснил, что главное – научиться записывать и считывать информацию, а произношение – опциональный навык. Задачка со звездочкой, так сказать.

Когда лекция закончилась, я выдохнула с облегчением, Марин рядом тихонько застонала, Киллиан выругался, а Алиана упрямо заявила:

– А я все равно буду ходить!

И тогда я поняла, что дело не в моей тупости и неспособности к языкам, а исключительно в сложности предмета. Это немного приободрило, и я даже решила, что пока не буду торопиться с мольбами в адрес влиятельного родителя.

На мгновение мелькнула мысль подойти к Рабану перед уходом, как-то сгладить неловкость, возникшую между нами той ночью в коридоре. И, может быть, аккуратно выяснить, не искал ли он тайный проход и не знает ли правильного заклятия, чтобы его открыть…

Но у кафедры столпилось такое количество девчонок, что я быстро передумала: очень уж не люблю стоять в подобных очередях. Ну его к черту вместе со всеми тайнами! Не стану вести себя как сумасшедшая фанатка, прорывающаяся к кумиру! Я здесь вообще только потому, что тогда в столовой мне на мгновение показалось, будто Рабану в академии так же странно и неуютно, как и мне.

– Госпожа Колт! – неожиданно окликнул лорд-дракон, когда я почти выскользнула из аудитории вместе с ручейком студентов.

Удивленно обернулась и обнаружила, что профессор Рабан вырвался из кольца поклонниц, чтобы приблизиться ко мне.

– То есть, госпожа Матвеева, – тут же поправился он, глядя мне прямо в глаза, – можно вас на два слова?

– Ам…э-э-эу…гу, – промычала я невнятно. Кажется, драконий язык я еще не выучила, а свой уже забыла.

– Больше никого не задерживаю, – все так же холодно и отстраненно заявил Рабан, скользнув взглядом по осаждавшим его студенткам, среди которых затесалась и Ольга.

Девчонки недовольно зыркнули на меня, но возразить не решились и потянулись к выходу. Кажется, теперь я могла поставить большой жирный крест на гипотетической вероятности установления дружеских отношений с коллективом. Но вероятность эта изначально была не такой уж высокой. Невелика потеря.

– Я хотел принести извинения за свое поведение той ночью в коридоре, – огорошил Рабан, когда дверь в аудиторию закрылась за последним студентом.

Надо же, не ожидала такого поворота… Впрочем, особого раскаяния в его тоне не звучало, из чего я сделала вывод, что он просто решил не ссориться с дочкой владельца замка. Возможно, право хозяина земель все же не предполагало проживания и работы здесь, а если его действительно изгнали из рода… Мелиса говорила, что это может стать проблемой даже для мужчины.

– Да ничего, – выдавила я наконец, когда поняла, что профессор ждет какой-нибудь реакции. – Забыли. А что вы там делали?

– А вы?

Вот хитрюга! Отвечать вопросом на вопрос – нечестно!

– Да ничего, прогуливалась.

– Вот и я… прогуливался. Мне не спалось.

– И поэтому вы обнимались со стеной? – не удержалась я, выразительно глядя на него. – Надеялись, она вас убаюкает?

На красивом лице, настойчиво транслирующем отстраненность, промелькнуло недовольство, которое дракон спрятал за непониманием.

– Полагаю, вам показалось. Но это все неважно. Я лишь хотел извиниться за грубость, и если вы готовы мне ее простить, более не смею вас задерживать.

Я против воли улыбнулась. Красиво плетет, нечего сказать, но мне так просто зубы не заговорить! Знаю, что видела тогда и совсем недавно.

– Не утруждайтесь, профессор Рабан, мне известно, что вы искали. Более того, я знаю, как это найти.

Его глаза опасно сощурились, но он вновь взял себя в руки, прогоняя эмоции с лица.

– Не понимаю, о чем вы говорите.

– Бывает, – снисходительно кивнула я. – Как поймете и захотите, чтобы я вам помогла, найдите меня. Всего хорошего!

Я повернулась и буквально пулей вылетела из аудитории, чувствуя, как колотится в груди сердце. Возможно, слегка перегнула палку или вовсе выстрелила мимо мишени, но, если моя догадка верна, Рабан еще придет ко мне. И тогда я смогу поинтересоваться, что означают символы, которые вспыхивают на его запястьях. Будет больше шансов услышать ответ.