Глава пятнадцатая, в которой у Айрин неприятности

Они вышли на улицу. Прохладный воздух моментально проник в лёгкие, принося облегчение. Покусывал кожу, трепал волосы и вёл себя несносно, но Айрин радовалась его неласковым порывам. Щеки охлаждаются и не видно, как горят от смущения.

Дракон продолжал вести её за руку, а она всё ещё ощущала неловкость, после случившегося. Казалась, необходимо сказать что-то ещё…

— Мне стыдно, — призналась Айрин поморщившись. Кристальный явственно усмехнулся и бросил на неё загадочно-лукавый взгляд через плечо.

— Мне нравится твоя непосредственность, — признался вдруг. — Твоя открытость. Не приходится ждать сюрпризов, хотя иногда, каждая твоя фраза — сюрприз.

Айрин залилась краской ещё больше и опустила голову.

— Но мне не нравится твоё упрямство, — м-да… дракон умеет сгладить неловкий момент. — Зачем с Коэром танцевать пошла?

Айрин тихо засопела, сама ведь уже поняла, что сглупила, а тут ещё отчитывают, словно маленькую, и произнесла:

— А где ты был весь день? — вот так невпопад, но больше молчать не собиралась. Зачем себя лишний раз изводить? Всё ведь просто, да? Достаточно спросить… — То пропадал, то появлялся…

Дракон даже запнулся. Недоумённо заглянул Айрин в глаза, выгнув бровь, криво усмехнулся и дальше повёл её по кустам, да «тайным» тропам. Хотя на улице давно стемнело, да и отбой скоро. Роза потом двери закроет и точно их в академию не пустить. Что тогда? На улице ночевать?

Но Шэмо Мойер так уверенно вёл, что сомнения и тревоги пропали сами собой.

А зря…

Они вышли на небольшую поляну, украшенную свечами и бумажными фонариками. В центре стоял самодельный, судя по всему, стол. Кривой, угловатый, но цветы изо льда посередине, такие изящные и… ранимые будто, вызвали не только робкую улыбку, но и не передаваемую нежность в душе.

Айрин захлестнули эмоции, и она не сразу заметила два блюда и бокалы с рубиновым напитком.

— Здесь я, собственно, и пропадал, — нерешительно улыбнулся Кристальный, и Айрин подумала, что он, наверное, тоже волнуется. — И ещё вот… — рассеянно пихнул ей в руки коробочку, и поспешил отодвинуть стул, приглашая за стол.

Айрин медленно отмерла, руки подрагивали, даже голова слегка закружилась.

— Спасибо… — пролепетала, инстинктивно вжимая голову в плечи, и села за стол. — Поверить не могу… — вырвалось не произвольно вместе со вздохом. В голове судорожно закружили мысли.

«А что если нас заметят?» «А если Ванесса Хилл узнает?» «А к чему всё это приведёт?..». И так далее и тому подобное.

Айрин схватила бокал и залпом осушила половину. Замерла, удивлённо выпучив глаза и закашлялась. Дракон, едва сдерживая смех, налил ей в чистый стакан воды из графина.

— Какой предусмотрительный… — сипло, сквозь слёзы, произнесла Айрин.

— Ну я не думал, что ты вот так сразу накинешься на вино, — весело протянул. — Вода полагается между блюдами, для освежения вкуса.

Айрин показала большой палец вверх и, наконец, перестала задыхаться от удушья. Сделала глубокий вдох, радуясь, что жизнь продолжается.

— Ты мог предупредить, — укоризненно выпалила она, но тут же смутилась.

Шэно не сводил с неё искрящихся довольных глаз.

— Не успел, — усмехнулся он. — Ты так обрадовалась моему сюрпризу, что на радостях решила напиться. У меня просто не было шансов.

Он явно издевается и ему это нравится. Айрин это чувствовала: потянулась к блюду с фруктами и оторвала виноградинку, чтобы тут же запустить её в несносного дракона. Для Кристального такая наглая выходка стала неожиданностью. Пригласил девушку на свидание, а она бросается фруктами. Если бы хитрая улыбка на его лице, Айрин бы поверила, что дракон оскорбился, но он вежливо предложил заглянуть в коробку.

Признаться, Айрин и самой было любопытно.

— Это подвеска? — попробовала угадать она, но в коробке была не подвеска. Это был браслет ручной работы. Камешки разного размера и цвета были умело обработаны и отшлифованы, а в них проделаны аккуратные дырочки.

— Когда я обучался в Глоссари, — тихо заговорил Шэно и голос его подрагивал в такт колыханию пламени свечей, — то часто приходил на берег реки Диаран. Там всегда было тихо и умиротворённо. Я снимал обувь, закатывал брюки и мог часами ходить собирать камни. Мне безумно это нравилось. Эти… на браслете, мои самые любимые. Я чувствую что-то особенное, когда смотрю на них: схожее чувство возникает, когда ты рядом. И даже, когда тебя рядом нет. Только в несколько раз сильнее…

Айрин была готова сбежать.

Но сгоряча выхлебанное вино затуманило разум. Она всем сердцем смогла ощутить насколько этот подарок особенный.

Такой вечно ледяной и неприступный… Хмурый. Шэно Мойер будущий кесарь Материка своими руками сделал для неё браслет из любимых камешков. Кто бы в это поверил…

Айрин решила, что на этом сентиментальном моменте, пора бы и баиньки отправляться, но Кристальный, без зазрения совести считавший её мысли, требовательно протянул руку.

— На этом этапе нашего вечера полагается танец, — сдерживаясь, усмехнулся он и вышел из-за стола.

— Танец? — Айрин запнулась. — Может, хватит на сегодня танцев? — обречённо пролепетала она, жалобно заглядывая дракону в глаза.

— Давай, ведьма, — хитро улыбаясь, подбодрил он. — Или ты уже настолько пьяна, что ноги не держат? Ну, тогда я могу взять тебя…

— Не надо! — спешно выкрикнула Айрин и подскочила. — Мои ноги меня превосходно держат и ещё кого-нибудь выдержат.

Бессовестный дракон рассмеялся в голос и одним резким движением прижал к себе, повёл носом, глубоко вдыхая, и уткнулся лбом в плечо.

Этот танец, без музыки, сильно отличался от танца с синеглазым в шумном зале. Кристальный не пытался поразить своими способностями, но двигался легко. Точнее это был даже не танец, а топтания на месте, но и это дракон делал умело. По-особенному.

— Сколько тебе лет, Шэно? — внезапно для себя спросила Айрин. Дракон поднял затуманенный взор и, рассеянно улыбнувшись, выгнул бровь. — Ну… ты всегда такой разный. Мне кажется, ты играешь. Не в смысле с окружающими, — Айрин запнулась и потёрла лоб, — В смысле играешь роли, примеряешь разные. Для разного окружения и случаев. Я не знаю, какой ты настоящий. Это немного настораживает.

Кристальный понимающе улыбнулся и прошептал в самое ухо:

— Сейчас я настоящий… — отодвинулся и заглянул в глаза. — А возраст не имеет значения. Драконы долгожители: по человеческим меркам, я всего года на три-четыре старше.

Айрин задумчиво прищурилась, прикидывая, что не так и велика разница.

— Ты забавная, — усмехнулся Кристальный и, видя вопросительный взгляд ведьмочки, исправился. — Не смешная. Чудная. Не такая, как все… А ещё ты заставляешь меня объясняться, жутко раздражит.

Айрин не сдержалась и глухо рассмеялась в плечо дракона. Зря… Задохнулась ледяной свежестью, ощущая, как слабеют ноги.

Послышался смешок.

— Теперь ты меня понимаешь, — лукаво протянул дракон и глубоко вдохнул.

Айрин стало страшно: «А что дальше?» Сколько у них осталось времени? Месяцев семь? Сможет ли она так просто «отпустить и забыть».

Сможет, конечно. Должна быть благоразумна. Рассудительна. Шэно Мойер будущий кесарь, в его руках жизни жителей всего Материка, разве может она так безрассудно таять в его объятиях?

— Доверься мне… — голос Кристально прозвучал неузнаваемо сипло.

Айрин отвела взгляд и положила голову на плечо, наслаждаясь такими очаровательными и романтическими минутами «здесь и сейчас».

Шэно проводил до корпуса, заверив, что всё уберёт сам. Как ни странно, старая Роза их легко впустила, даже не обронив своё привычное «ходють туть», хотя отбой давно уже состоялся.

— Спокойной ночи, ведьма, — улыбнулся Кристальный и в лёгком поцелуе коснулся щеки Айрин. Она ещё долго ошеломлённо смотрела в пустой коридор и хлопала глазами…

* * *

Утро началось как обычно: с кормления питомцев. Но вот, что странно, Кейры не было в комнате, а её кровать идеально застелена. Айрин лишь мельком удивилась и отправилась в душ. Всё-таки вчерашний вечер выпил из неё остатки сил, которых после квеста и так не было. А ведь впереди ещё промежуточные экзамены.

Шэно уже поджидал в раздевалке и коварно ухмылялся. Айрин на секунду почувствовала себя загонной в угол жертвой. Судя по оскалу, очень вкусной жертвой.

Кристальный плавно скользнул навстречу, обдавая ароматом своего тела с примесью парфюма, и прошептал:

— Ты так мило смущаешься… Очень… Очень трогательно…

— Ну, хватит! — возмутилась Айрин и стукнула нарушителя спокойствия по плечу. — Я мыться пришла.

— Раздевайся, — непринуждённо хмыкнул наглец и сложил руки на груди.

Айрин вспыхнула, подобно спичке, и выскочила из раздевалки, хлопнув дверью.

«А, к демонам всё! В кабине переоденусь, там же и помоюсь» — мысленно ругалась она и вздрогнула, когда сильная рука прижала её, к не менее сильной груди.

— Ладно тебе. Не злись, — прошелестел бархатный голос Кристального. — Мне просто безумно нравится твоя невинность и непосредственность. С ума схожу…

— Куда уж больше?! Чокнутый, — буркнула Айрин и, вырвавшись, вернулась в раздевалку и подпёрла дверь лавкой.

Да, что происходит?

Щеки предательски пылали. Айрин обхватила лицо ладонями и глупо улыбнулась. Сердце ликовало от щемящей радости.

«Всё равно он гад», — подумала она и стала переодеваться, надеясь, что Кристальный уже помылся. Или лучше — смылся…

День, как ни странно, прошёл спокойно. Айрин усиленно готовилась к экзаменам, не замечая на себе более любопытные взгляды, чем обычно. Наверное, это связанно с участием в квесте, думала она. Кот предположил, что все просто усиленно следят за развитием их отношений с Кристальным. Айрин бы и самой хотелось знать, насколько им, отношениям, дадут и позволят развиться. Сердце подсказывало, что уже сейчас можно готовиться «залечивать раны». Не верила она, что жрица так просто уступит ей такую выгодную партию.

Вечером они вчетвером поужинали на заброшенной площадке под мерное мурлыканье Кота, который, благодаря своему дару, знал об истории Делаари больше, чем летописи и учебники и охотно этими знаниями делился. Ребятам всё-таки экзамен по истории сдавать. Но Кот оказался настолько искусным рассказчиком, что все позабыли о причине, по которой он начал своё повествование.

Разошлись перед самым отбоем. И если Костерок запросто отвёл Милену в сторону и поцеловал, а после, что-то бессовестно нашёптывал на ухо, то Кристальный подарил Айрин улыбку и пожелал сладких снов.

Айрин подавила грустный вздох, подхватила Кота под мышку и отправилась спать.

А утром началось то, чего ведьмочка опасалась больше всего. С рассветом в комнату, после громкого предупредительного стука, вошёл Федерик Салотор — глава магического патруля, в сопровождение трёх рейдеров, вооружённых магическими сканерами.

— Айрин Тайлет! — громко объявил глава, окидывая проснувшуюся ведьму презрительным взглядом. Но больше его заинтересовала фыркающая Гера и дрожащая в углу метла. Рейдеры же сканировали предметы, устройства попискивали, приводя Айрин ещё в большее недоумение. — Вы обвиняетесь в использовании запертой Мёртвой магии и в возможном сговоре с тёмным архимагом Асмоданом.

— Что? — только и смогла вымолвить Айрин, удивлённо моргнув. Кот взволнованно переводил взгляд с главы патруля на хозяйку и обратно. — Тут какая-то ошибка. С чего вы взяли, что я использовала запретную магию? И что это за магия такая?

Федерик Салотор качнулся на пятках, поправил воротник стойку зеленой формы, и прочистил горло.

— Ваши питомцы магического происхождения. И проверка сканером это подтвердила. Возможно, вы подпитываетесь Силой из Разлома, так как известно, что ни одна магия не может оживить предмет. Вот откуда вы взяли этот цветок? — каверзно протянул он, прищурившись.

Айрин надоело растерянно моргать. Она решительно подхватила со стула халат и закуталась в него, поднявшись.

— Создала, — спокойно и уверенно ответила она, сложив руки на груди. Ситуация всё больше не нравилась.

— А метла? — ответ главу не удовлетворил: он гаденько ухмылялся.

— Создала, — тем же непроницаемым тоном отозвалась Айрин. — С помощью вот этих рук, — охотно продемонстрировала раскрытые ладони. — И магии. Не Мёртвой! И не из Разлома, — растёрла руки, призывая силу, и светящиеся, покрутила их. — Видите?

— В любом случае, — довольно протянул глава. — Вы и ваши питомцы задержаны до выяснения обстоятельств. Где паук и летучая мышь?

Айрин сильно пожалела, что взяла питомцев с собой. Митюша бы позаботилась. Да, они бы, как и она, скучали, но сейчас были бы в безопасности.

— Одевайтесь, мисс Тайлет, проедем в управление. Нам предстоит до-олгий разговор, — с наслаждением улыбнулся Салотор и покинул комнату, оставив Айрин под конвоем троих суровых рейдеров.

Что делать она не представляла, но вдруг пришла мысль, что о Коте речи не было.

— Иди к Даниэлю, — шепнула она.

Кот кивнул и без лишних слов быстро прошмыгнул мимо рейдеров и выскочил за дверь. Айрин только надеялась на то, что он успеет. Сама же принялась тянуть время и изображать застенчивость. Только сейчас заметила, что ни Кейры, ни Алин в комнате нет. Наверное, это она постаралась: наябедничала маме, а она уже позаботилась, чтобы у Айрин возникли серьёзные проблемы.

— А какое наказание грозит тому, кто использовал Мёртвую магию? — осмелилась спросить Айрин, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Смерть, — угрюмо буркнул рейдер из-под козырька своей кепки. Айрин поежилась и сглотнула. М-да…

Мотя устроился в кармане форменной юбки: он заметно переживал и тревожно перебирал лапками. Метла шелестела прутья, будто возмущаясь, а Гера, в руках у ведьмочки, неприязненно шипела, открыто демонстрируя негодование, и даже несколько раз покушалась тяпнуть близко подошедшего рейдера. Неудивительно, что от Айрин держались подальше, хотя должны конвоировать. На плече умиротворённо дрема лапочка, не подозревая о том, что им всем грозит опасность.

Айрин уже отчаялась дождаться ректора, да и дальше тянуть — невозможно. Несколько раз выдохнула и, открыв дверь, замерла. Из глубины коридора доносились глухие голоса…

— … Даниэль, — произнёс глава магического патруля устало. — Ванесса Хилл — влиятельная личность, а её обвинения очень серьёзны. Я не могу их проигнорировать.

— Ты же понимаешь, что она всё сделала намерено! — вступился Даниэль Мор, судя по голосу, нервничая. — Если бы не эта история с Шэно…

— Возможно, — вздохнул глава. — Но мы не можем отрицать возможную связь ведьмы с Асмоданом. У неё есть Сила, которой нет ни у кого. Разве не подозрительно? Она с лёгкостью оживляет предметы! Тебя ничего не настораживает? Нельзя же настолько слепо верить, особенно, когда речь касается Асмодана и его Теней. Подумай сам, что если он не лишился силы, а почувствовав угрозу, спрятал её. На время.

— Если бы это было так, то почему Айрин до сих пор не сбежала и не принесла Силу своему господину на сверкающем блюдечке? И ты забыл важную деталь, — многозначительно протянул ректор. — Асмодана лишил силы Шэно, не мог же он это придумать?

— Я уже ни в чём не уверен, — обречённо выдохнул глава. — Но девчонку придётся задержать.

— И что? Посадишь её в камеру?

— Боюсь, у меня нет выбора, — послышались шаги. Айрин закусила губу и вышла навстречу хмурому Федерику Салостору.

Не позволила себе выгладить испуганной и приветливо улыбнулась ректору.

— Доброе утро, господин Мор. А я вот… Отлучусь не надолго, — старалась, чтобы вышло шутливо, но голос предательски дрогнул.

— Спасибо, не надел магические оковы, — раздражённо усмехнулся ректор, явно обращаясь к приятелю. — Я вытащу тебя. Поняла?

Айрин кивнула, пряча грустную улыбку.

— Передайте Милене, чтобы не волновалась. Вообще мне кажется, будет лучше, если никто не узнает, где я…

— Разберёмся, — морщась, отмахнулся ректор. В глубоких глазах плескалось неподдельное беспокойство.

— Ну всё. Нам пора, — не выдержал Салостор и взял ведьму под локоток, будто опасаясь, что она сбежит. Айрин не стала сопротивляться. А вот метла намеревалась стукнуть главу патруля рукояткой. Чудом удалось в последний момент обернуться и пригрозить строгим взглядом.

— Нам не нужны проблемы, — тихо шепнула Айрин и послушно покинула академию.

В Управление магического патруля, Айрин отвели в допросную. Сложно не податься тревоге и паническим мыслям, идя по мрачному, обшарпанному коридору, Да и сама комната с тяжёлой металлической дверью оптимизма не прибавляла. В помещении царила стужа и сырость. Кроме привинченного к полу железного стула, больше ничего не обнаруживалось.

Допрос вёл сам глава патруля, а протокол составлял сухопарый рейдер. Перо противно царапало бумагу, раздражая слух. А ещё этот гнусавый субъект всё время причмокивал, отчего у Айрин появилось отчаянное желание заткнуть уши. Но вопросы сыпались один за другим, не давая возможности перевести дыхание.

«Как создала питомцев? Что для этого делала?» «В какое время суток? Кто-то подсказал или сама додумалась?» «Как часто ходила к Разлому? Видела ли Теней Асмодана раньше?» «Нет ли желания переметнуться на «тёмную сторону»?».

У Айрин не было желания даже отвечать, не то что куда-то там метаться… Ведь чем больше Федерик Салотор спрашивал, тем глупее и абсурдней становились вопросы. «Что она чувствует к Шэно Мойеру, например?» Это-то ему вообще зачем? Разве её обвиняют в связи с драконом? Хотя, если разобраться, так и есть. Держись она подальше от Кристального, всего бы этого не произошло. А с другой стороны, произошло что-нибудь другое.

После четырёх часов выматывающего допроса, в котором, одни и те же вопросы повторялись по несколько раз, особенно те, что касались её матери и происхождения. В общем, Айрин пощадили и перевили в камеру временного содержания, в которой помимо каменного пола и сырости, была ещё деревянная скамейка. Самое ужасное, что всех питомцев забрали и куда-то унесли.

«Для изучения», — небрежно обронил глава патруля, заставив Айрин волноваться ещё больше.

Айрин сидела ровно и тупо смотрела в одну точку, боясь облокотиться на стену. Она холодная и влажная. Через какое-то время принесли ужин. Такой, что даже мыши бы есть не стали. Айрин поковыряла серую массу ложкой и вежливо отказалась. Попросту даже не притронулась, не настолько она ещё голодна.

И пожалела, что отказалась. Когда дежурный унёс тарелку и чашку с «помоями», явилась Ванесса Хилл. Жрица даже не пыталась скрыть превосходства и злорадной улыбки. Айрин подумала, что сейчас её вполне могло вырвать проглоти она ту серую муть. Была бы маленькая месть, а главное, естественная. Не обвинишь ведь желудок в покушении, верно?

Жрица брезгливо осмотрела камеру и злорадно усмехнулась.

— Ну я предупреждала тебя, — протянула она, качнувшись на каблуках. — Парадоксально, не правда ли? Будущий рейдер магического патруля, обвиняется в магическом преступлении. Как тебе твоё новое место пребывания?

Айрин улыбалась. Это улыбка была не доброй и не злой. Просто застывшая улыбка, когда человек думает о чём-то своём. А Айрин думала. Думала, как не проиграть. Как извлечь выгоду из прихода Ванессы.

— Пришли потешить самолюбие? Очень по взрослому, — усмехнулась она, непринуждённо болтая ногами.

Жрица, как и предполагалась, мгновенно вспыхнула. Она вообще легко выходила из себя.

— Не смей… — прошипела, приблизившись. В ядовитых глазах полыхнуло пламя. — Не в том положении, — отстранилась и важно отдёрнула края бардового пиджака.

— Я всегда не в том положении, — иронично отозвалась Айрин. — Так зачем пожаловали? Совесть замучила, и решили разделить со мной заключение? Присаживайтесь тогда, места хватит. Спасть будем сидя.

И без того тонкие губы жрицы стали прямой, бледной линией. Она прикрыла глаза, видимо, борясь с гневом, и шумно выдохнула.

— Я хочу услышать от тебя очень простые слова, — процедила мегера, как Кот её обозвал. Айрин осенило. — Ты отказываешься от Шэно и больше никогда к нему не приближаешься. Тогда я поговорю с Федериком и отзову своё заявление.

Айрин хмыкнула.

— А Шэно спросили? Он же не вещь, чтобы можно было легко от него отказаться.

Жрица неприятно усмехнулась.

— Если ты его отвергнешь, он не станет за тобой бегать. Не такой ты лакомый кусочек.

Пришёл черед Айрин усмехаться.

— Плохо вы Кристального знаете. Он же превосходный менталист, голову мою потрошит без особых усилий… — тонко намекнула она. — А вообще, госпожа Хилл, зря вы мне угрожаете. Кот, который учёный, знает прошлое любого существа. Ему ведомо всё, что в мире происходило. В отличие от сведений летописцев, его знания верны и точны. Понимаете о чём я? — жрица не понимала. Смотрела растерянно, но перебивать не спешила. — Он и про вас все секреты знает. Сказал, у вас могут возникнуть серьёзные проблемы, не так вы на руку чисты, как хотите казаться. Если со мной хоть что-то случится… Подумайте в общем о своей репутации, — без вызова, просто вымолвила Айрин, будто правду констатировала, чтобы женщина не сомневалась в её словах, хотя всё это чистейшей воды — блеф. Нет, что-то подобное Кот говорил, но он никогда не выдаст чужих секретов, они могут будущее изменить, а это страшно… Неизвестно к каким последствиям эти изменения приведут. Но Ванесса-то об этом не знает.

— Я… — голос жрицы дрогнул. Она посерела, практически сливаясь с полом, и выскочила из камеры, так и не договорив.

Примерно через час, а может и два, или даже полчаса, течение времени не ощущалось, за Айрин пришёл дежурный и сообщил, что её вызывают в кабинет господина Салотора.

К удивлению Айрин, в кабинете был не только глава магического патруля, но и ректор с деканом, а ещё жрица. Она стояла у окна и нервно покусывала губы. Сейчас она, как никогда, напоминала Кейру.

— Ванесса Хилл забрала своё заявление, а обвинения просила снять, признав их… ошибочными, — сухо вымолвил Салостор, сидя за своим широким столом и сжимая руки в замок.

Айрин усмехнулась. Не ложные обвинения, — ошибочные. Эко они ловко выкрутились.

— Тебя отпускают под личную ответственность, — недовольно произнёс глава, махнув в сторону стоящих ректора и декана. Мужчины выражали суровое спокойствие.

— Где мои питомцы, господин Салостор, — вежливо обратилась Айрин. Жрица вздрогнула, будто её ударили и повернулась.

— Я пыталась, — сказала сквозь зубы. — Но их уже успела осмотреть верховная комиссия по магическим существам и пришла к выводу, что твои питомцы могут быть опасны. Это не моё решение.

— Подписан приказ об их уничтожении, — сухо отрезал глава.

Айрин замерла. Уши внезапно заложило, а сердце забилось где-то в горле.

— Как это уничтожить? За что? — голос звучал жалко. — За то, что Мотя спасал город от нападения «изменённых»?

— Мы не можем ничего сделать, — по слогам отчеканил глава. — Есть закон. Твои существа даже нигде не значатся, их в природе существовать не должно!

— Дайте мне с ними проститься, — безжизненным тоном, произнесла Айрин. — Я хочу их увидеть. Где они?

— Подожди за дверью, пожалуйста, — ласково попросил ректор и поторопил улыбкой. — Мы сейчас обговорим кое-что и тебя пригласим.

Айрин вышла на негнущихся ногах и сползла по стенке. Горячие слёзы обожгли лицо…

Страшные слова приговора всё ещё звучали в голове и выворачивали душу наизнанку. Как Айрин не старалась взять себя в руки и успокоиться, выходило плохо. Ведь это не шутки, да? Приказ об уничтожении… И судя по тому, что никто не спешит её переубедить в обратном, никто не бросился с криками, что так нельзя, незаконно, питомцев действительно…

Айрин закрыла лицо ладонями, делая несколько глубоких вдохов. За что с ними так? За то что, Айрин Мотю спасла? Ну да, магией своей. Так он переломанный был, погибал ведь. А жалко. Редкий вид. Вымирающий. Айрин его подпитывала, выхаживала, опору на лапки ставила, даже к старой ведьме соседке ходила за мазями целебными.

А Лапочка? Мышка так вообще безобидная, просто умная чрезмерно и ягоды с магического куста Айрин ей сильно приглянулись. Понравились. Всё ободрала и жить осталась. Пришлось приютить и сладкими магическими ягодами периодически подкармливать.

Гера вот только плод её неудачных попыток научиться зелья варить. Мешала, мешала, а потом эту дрянь зелёную в горшок вылила, а на утро… Получите и заботьтесь. Гера плаксиво еду требовала, но когда Митюша попробовала к ней подойти — зарычала. Только Айрин позволила. Приняла. С метлой почти тоже самое вышло. Айрин где-то прочла, что ведьмы на метлах должны летать, или это Старая Марта рассказала? Но не суть. Айрин решила, что и у неё, как у настоящей ведьмы, метла должна быть. Колдовала, колдовала… Метла ожила, но не полетела. Наотрез отказалась. Митюша только вздохнула в очередной раз и нашла для метлы работу.

Айрин смахнула слёзы и поднялась, лихорадочно соображая. Нельзя сдаваться. Обязательно должен быть выход. Спрятать. Спасти. Унести далеко… Но тогда и Айрин придётся скрываться, замучают ведь допросами…

— Тебя проводят, — из кабинета показался глава магического патруля и подозвал дежурного. — Чтобы без глупостей. Пять минут, — строго приказал он и снова скрылся за дверью.

Дежурный сверкнул глазами из-под кепки и махнул рукой, чтобы Айрин пошевеливалась.

Шли недолго: несколько переходов и спуск в подвал. Айрин поежилась. Питомцы обнаружились в клетках. Жалкое зрелище. Мотю увеличили в размере или сам с перепугу увеличился, и приковали каждую лапку магической оковой. Даже на лапочку ошейник надели. Герен бутон поник и закрылся. Метла печально прислонилась к стене.

Айрин опустилась перед ней на колени и погладила. Подтянула к себе Геру, коснулась арахнида. Каждого приласкала, успокаивая.

— Я спасу вас, — шепнула тихо, убедившись, что дежурный из камеры вышел. — Только ведите себя хорошо. Обязательно спасу…

Гера с Мотей только печально вздохнули. Да, это очень проблематично, устроить побег из Управления. Но Айрин главное в город ночью улизнуть, минуя Розу. А там… Там она портал откроет. Прямо в камеру. Да, запрещено. Да, по головке не погладят. Но если уж идти на преступление, то по полной.

Преисполненная уверенностью, Айрин поднялась и отряхнула колени. Уже собралась выходить, чтобы не тратить силы на ненужное прощание, как в камеру шагнул Кристальный. Суровый. Решительный. И мрачный. Даже воздух льдом заискрился. В голове больно кольнуло.

— Ай… — тихо всхлипнула Айрин и схватилась за виски. Шэно не церемонился. В жемчужных глазах сверкнули молнии. На безупречном лице, подобно грозовым тучам, гуляли желваки. Айрин не поняла, в чём провинилась.

— Не вздумай, — процедил дракон, угрожающе шагнув вперёд. Айрин попятилась.

— Разве у меня есть выбор? — горько усмехнулась она, сознавая, что речь идёт о её «грандиозном плане». Айрин тяжело вздохнула: с языка были готовы сорваться слова обвинения. Но ведь сама виновата. Знала, что так будет. Смысл во всех бедах дракона винить. — Я не дам им уничтожить моих друзей. Понимаешь? Друзей…

Кристальный внезапно скользнул вперёд и, ухватив ведьмочку за руку, притянул к себе.

— Айрин… — прошептал почти беззвучно и зарылся носом в волосах. — Помнишь? Доверься мне.

Айрин дернулась: то ли от испуга, то ли от звука собственного имени. А ведь столько времени прошло. Ни разу упрямый дракон её по имени не звал.

— Возвращайся в академию и будь хорошей девочкой. Я всё улажу.

Айрин отстранилась.

— Но мне сказали, что ничего сделать нельзя. Даже Ванесса не смогла!..

Кристальный недовольно заворчал и притянул её снова к себе.

— Доверься… — настойчиво шепнул он и нежно поцеловал в висок.

Айрин задержала дыхание, ощущая, как пылают щеки, и грохочет сердце под ладонью. Его сердце.

— Ладно, — согласилась нехотя.

— Не делай глупостей, — повторил он и подтолкнул к выходу. Гера приободрилась, внимательно наблюдая за драконом. Он усмехнулся и подмигнул ей.

* * *

Время тянулось издевательски долго. Занятия давно закончились, а готовиться к экзаменам в таком состоянии просто не могла. Голова не соображала, руки тряслись. Поэтому когда её уединение в библиотеке нарушила Милена с Костерком, даже обрадовалась. Правда, пришлось вкратце рассказать, что произошло.

Эрил переменился в лице, и перемена не осталась незамеченной. Милена ласково погладила его по руке, заглядывая в глаза.

— Просто вдруг вспомнил, кто я такой на самом деле…

Повисла пауза. Айрин почувствовала себя неловко.

— Я должен быть рядом со своим эссином. Извините, — решительно поднялся и, громко стуча ботинками, покинул библиотеку. Хлопок двери заставил девушек вздрогнуть и недоумённо переглянуться.

— Что это значило? — сипло вымолвила Милена и сглотнула.

— Не знаю, — пожала плечами Айрин. — Думаю, он имел ввиду Шэно. Может, он ему служит?

— Что-то вроде телохранителя? Шутишь? — глупо усмехнулась Милена.

— Ну… они ведь старше нас. Намного… кто знает.

Они ещё посидели в тишине и решили, что лучше поужинать, чем вот так переживать.

Голод был утолён, но гнетущее беспокойство осталось. Айрин всё время ловила себя на мысли, что готова сорваться и осуществить свой план с порталом, но в голове всякий раз звучал настойчивый голос Кристального: «Доверься мне…». Пришлось лечь спать и радоваться, что Кейра так и не объявилась. Только Алин, но на неё Айрин внимания не обращала. Хотя сама соседка сильно удивилась её появлению. Конечно, наверное, уже победу праздновали. Думали, больше никогда ведьму не увидят. А тут такая несправедливость.

Всю ночь Айрин ворочалась в кровати, уговаривая себя подождать, проявить терпение, опасаясь, что у Шэно может ничего не получиться, и строить портал уже поздно будет.

Айрин вздрогнула от чьего-то прикосновения и распахнула глаза. Сонные. Значит задремала…

На краю сидел Шэно. Вид имел утомлённый, но, вполне, умиротворённый. Айрин искала признаки печали. Постигшей неудачи, но не находила.

Кристальный сунул руку за пазуху чёрного камзола и протянул какой-то документ.

— Что это? — Айрин не узнала свой хриплых голос и прочистила горло.

— С этого дня… — дракон загадочно улыбнулся, — твои питомцы числятся в национальной книге живых существ…

Он не успел договорить, как Айрин бросилась на шею, радостно то ли взвизгнув, то ли пискнув, но дракона чуть в объятьях не удавила. Ведь если её друзей признали…

— Подожди, — иронично усмехнулся Кристальный, доставая ещё один документ. — Собственно, твои питомцы теперь мои питомцы.

— Что? — опешила Айрин и быстро развернула бумагу, не веря своим глазам и множествам печатей. Но если всё же поверить написанному, то даже Метла, тут перечислены характеристики, отныне является собственностью Шэно Мойера Кристального дракона.

У Айрин дёрнулся глаз. Шэно усмехнулся и поджал губы.

— Прости… У меня не было выбора. Точнее, это был единственный способ — спасти твоих друзей.

Айрин подняла глаза и… тепло улыбнулась. Действительно, какая разница чьи они официально? Главное, живы.

— Спасибо… — второй раз за утро бросилась на шею и внезапно для себя поцеловала дракона в уголок губ. Мимолётно. Едва. Но, словно током ударило. Испуганно отпрянула и коснулась пальцами губ. Шэно гипнотизировал взглядом, не мигая. Не удивился даже, будто ожидал чего-то…

— Спи, — произнёс, улыбнувшись, и поднялся. — У тебя сегодня выходной.

— А-а… — протянула Айрин. Дракон всё понял и пояснил:

— Скоро доставят, не переживай. Все целы и невредимы. Отдыхай, — коснулся пальцами щеки и скрылся за дверью, оставив Айрин недоумённо моргать. Какой уж тут сон?