Глава 40 – Тактика отчаяния

Ректор Стилс стоит перед нами в зале сборов, его лицо освещено холодным синим светом магических кристаллов, выхватывающим из тьмы очертания Западных земель на огромной карте. Воздух густой, спёртый, им тяжело дышать – словно мы уже там, среди дыма и пепла.

– Задание простое, – его голос режет тишину, обжигая, как лезвие на морозе. – Вытащить генерала Нокса из пасти Роя. Живым.

Тишина взрывается первым же протестом.

– Это самоубийство! – вырывается у Айрис, её обычно спокойные глаза расширены от чистого, немого ужаса. – Противостоять Генералу Кровавого Роя и одновременно дракону Бездны? Даже Легион не выдержит! Мы все погибнем!

– Мы не будем сражаться с ними обоими, – Стилс не повышает голоса, но его спокойствие кажется зловещим, почти нечеловеческим. – Наша цель – не уничтожение. Наша цель – отвлечение и извлечение. Чистая хирургия.

Он поворачивается к карте, и его палец чертит линии, словно скальпель, рассекающий плоть.

– Вердант, Мэйзи. Вы ведёте основную группу драконов. Ваша задача – пролететь вдоль фронта Роя здесь и здесь. – Он указывает на два удалённых друг от друга участка. – Провоцируйте. Шумите. Создавайте максимальный хаос. Растяните Рой, заставьте его разделить силы. Вы – наш громкий, неотразимый отвлекающий манёвр.

Мэйзи энергично кивает, её глаза горят азартом, словно ей предложили не смертельную миссию, а опасную игру.

– Вай-бай! Громко это мы умеем! Сделаем шумно, ректор! Устроим им такое светопредставление, что они забудут, куда и зачем ползли!

Айрис бледнеет ещё больше, но, встретившись с твёрдым взглядом Стилса, подавляет дрожь и кивает – коротко, по-солдатски.

– Ингрид, – Стилс переводит взгляд на неё. – Ты и твои драконы – со мной и Рэмси. Мы займём Генерала Роя.

Килсар, прислонившийся к стене с показной небрежностью, поднимает бровь. – О, значит, я снова буду приманкой? Надо было сразу надеть на меня бант и табличку «Съешь меня первым».

– Скорее всего, Генерал Роя снова сосредоточится на тебе, Рэмси, – совершенно безразлично к его шутке продолжает Стилс. – Твоя скорость и его слепая ярость – сочетание предсказуемое. Этим мы и воспользуемся.

– Восхитительно, – Килсар усмехается, но в его глазах, скользящих по карте, мелькает трезвое, холодное понимание всей серьёзности авантюры. – Люблю играть в догонялки с тварями, которые хотят меня разорвать на части. Добавляет остроты ощущений.

И тут взгляд Стилса, тяжёлый и неумолимый, падает на меня и Арзаса. Моё сердце замирает, застревая где-то в горле.

– Вэйл, Зевиус. Основная задача – на вас.

Арзас вздрагивает, нервно поправляя ворот своего плаща. Я чувствую, как по спине бегут ледяные мурашки.

– Пока все отвлекают внимание, вы вдвоём должны будете подобраться к Левиару. Вэйл – вступить с ним в резонанс. Зевиус – прикрывать её ледяными барьерами, гасить любые случайные всплески энергии Роя или Эха Бездны. Попытаться достучаться до его разума.

В зале повисает гробовая, давящая тишина. Даже Мэйзи не решается её нарушить.

– Ректор, это… это невозможно, – тихо, почти шёпотом говорит Арзас, его голос предательски дрожит. – Все труды по ментальной магии, все исторические отчёты… это аксиома. Если дракона подчинил Рой, вернуть его невозможно. Разум стирается безвозвратно. Мы… мы лишь зря рискнём жизнями…

– Дракон Бездны – не обычный дракон, – твёрдо, не оставляя места для возражений, перебивает его Стилс. – Его сопротивляемость внешнему влиянию на порядок выше. А у Вэйл – чистая, незамутнённая гармония, не ограниченная нашими законами. Это слабый шанс. Но это единственный шанс, который у нас есть.

Он делает паузу, и его взгляд становится тяжёлым, как свинец, обращаясь ко мне лично.

– Прикрывать вас будет лично капитан Крэйг.

Все взгляды, как по команде, устремляются на Крэйга.

Он стоит в тени, неподвижный, как статуя, сливаясь с темнотой. Его глаза – два узких осколка льда – прикованы к Стилсу. Он не дышит, не шелохнётся.

– И капитан получил чёткий приказ, – голос Стилса звучит звеняще ясно, безжалостно, высекая каждое слово в камне. – Основной и единственный приоритет на этой миссии— жизнь и безопасность Элиры Вэйл. В случае необходимости… если Нокс окажется невменяемым и будет представлять смертельную угрозу для миссии или, что важнее, для неё… Крэйг должен его ликвидировать.

Воздух вырывается из моих лёгких с сиплым звуком.

Ликвидировать.

Холодное, казённое, безличное слово. Оно означает пустые глаза, забрызганную кровью чешую, тишину вместо яростного рыка. Оно означает смерть. Смерть Левиара. От руки Крэйга.

Я смотрю на капитана. Его лицо не дрогнуло ни единым мускулом. Он просто смотрит на Стилса, и в его взгляде – ничего, кроме полного, абсолютного, безоговорочного принятия. Готовности. В этот момент он – не человек. Он – идеальное, смертоносное орудие, которое получило приказ.

– Ректор, я… я не дам ему этого сделать! – вырывается у меня, голос срывается на крик. – Я не позволю убить Левиара!

Стилс медленно поворачивает ко мне голову. Его ледяной взгляд пронзает меня насквозь, вымораживая протест.

– Тогда сделай так, чтобы это не понадобилось, Элира, – произносит он тихо, но так, что каждое слово вбивается в сознание, как гвоздь. – Верни нам нашего генерала.

Он отводит взгляд, завершая обсуждение.

– Расчёт времени – критичен. Выдвигаемся через десять минут. К оружию.

Вопросов нет. Есть только леденящий ужас, тяжёлое бремя на плечах и тихий, безжалостный приказ, висящий в воздухе между мной и неподвижной фигурой Крэйга.

Ликвидировать.

Это слово будет звучать у меня в голове каждый раз, когда я взгляну на него. И каждый раз, когда я посмотрю на искажённое яростью лицо Левиара.

Через десять минут мы летим навстречу тьме. И я молюсь, чтобы мне хватило сил предотвратить исполнение приказа.

Глава 41 – Чёрный король

Мы летим над Западными землями, и зрелище внизу сковывает сердце ледяным ужасом. Там, где ещё недавно возвышались гордые города и раскидывались зелёные деревни, теперь лишь бесконечный ад пепла и разрушения. Чёрные, как сама ночь, скелеты домов торчат из земли, словно кости давно умершего мира. Улицы, некогда полные жизни, завалены обломками камня и дерева, а между ними… останки. Слишком много тел, изуродованных, растерзанных, будто сама смерть прошлась здесь с косой, не жалея никого. Поля, выжженные до угольной корки, дымятся багрово-чёрным от крови, впитавшейся в землю. Воздух – тяжёлый, едкий, пропитанный запахом гари, разложения и чем-то чужеродным, кислым, словно ядовитое дыхание самого Генерала Роя отравило само существование.

Внизу, среди руин, копошатся твари. Искажённые порождения Тени, склизкие, сливающиеся в одну пульсирующую массу, будто живое море кошмара. Их движения хаотичны, но в этом хаосе есть зловещая цель. Они пока не заметили нас, парящих на драконах высоко над этим адом, но их гул – низкий, вибрирующий, почти осязаемый – уже терзает уши, как предвестник неизбежной бойни.

Командор Оберон Стилс, восседающий на своём крылатом белом коне впереди нашего отряда, поднимает руку. Его фигура – воплощение непоколебимой воли. Тёмные волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас растрепаны ядовитым ветром, но его взгляд, холодный и острый, как лезвие, прорезает мглу. Алый плащ развевается за спиной, словно кровавый штандарт, провозглашающий вызов самой смерти. Его сигнал – знак к началу. Время пришло.

– ГРОМ! – его голос, твёрдый и громовой, разносится над полем битвы, перекрывая даже рёв ветра и гул тварей внизу. В этом единственном слове – вся мощь его авторитета, вся его вера в наш план, в нас.

Мэйзи, наша огненная буря, издав дикий, почти ликующий клич, устремляется вперёд. Её отряд драконов следует за ней, подобно стае огненных комет. Их чешуя блистает в тусклом свете закатного неба, а из пастей вырывается шквал пламени и ослепительного света. Земля внизу взрывается, разбрасывая ошмётки плоти Роя во все стороны. Каждый взрыв – как удар грома, сотрясающий сами основы этого мира. Это наш «громкий манёвр», наш вызов, наш способ привлечь внимание чудовищ. И он срабатывает. Из клубов чёрного дыма и пепельного марева, словно само воплощение кошмара, поднимается Он.

Генерал Роя.

Его облик изменился, став ещё более ужасающим. Он огромен, превосходит размерами любого дракона, которого я когда-либо видела. Его тело – это хаотичное нагромождение скрежетующих металлических пластин, костяных шипов, извивающихся щупалец и зияющих провалов, где должна быть плоть. Безглазая голова, заострённая, как наконечник копья, кажется воплощением слепой, первобытной ярости. Его рёв – не просто звук, это волна, от которой трескаются камни, а мои кости словно превращаются в хрупкое стекло. Он бросается на отряд Мэйзи с неудержимой силой, как лавина, готовая погрести под собой всё живое.

Ингрид со своими драконами тут же атакует с флангов, её звено движется с идеальной синхронностью, отвлекая внимание Генерала. Их когти и клыки впиваются в плоть чудовища, вырывая куски, но те почти мгновенно затягиваются, будто его тело – это бесконечный кошмар, который невозможно уничтожить. Килсар, превратившийся в живую молнию, проносится мимо, его чешуя искрится энергией. Каждый его удар ослепляет Генерала вспышками ярости, заставляя того реветь от боли. Всё идёт по плану. Или почти.

Моё сердце сжимается от паники. Я оглядываюсь, вглядываясь в дым и хаос. Где Левиар? Его нет нигде! Неужели мы опоздали? Неужели он уже… Я не могу даже закончить эту мысль. Мы здесь ради него. Всё это – ради него. Если мы не найдём Левиара, всё окажется напрасным, все жертвы, весь этот ад – зря!

И в этот момент Генерал Роя внезапно замирает. Его безглазая, кошмарная голова медленно поворачивается. Не на Килсара, чьи молнии продолжают разрывать воздух. Не на Ингрид, чьи драконы рвут его плоть. На меня. Мой взгляд встречается с этим пустым, зияющим мраком, и холод пробегает по спине, как предчувствие смерти.

Из его горла вырывается не рёв, а сиплый, шепелявый звук, который, кажется, звучит прямо в моей голове, как скрежет ножа по стеклу, как вторжение в саму мою душу. – Опасная… для него… Искра… Чистая… Его… Мешаешь! Приказ… уничтожить!

Слова впиваются в разум, наполняя меня ужасом. У них есть свой командир, свой голос, отдающий приказы, как у нас Стилс. Но то, что я стала целью такого приказа, не вызывает во мне ни малейшего восторга. И всё же… если я мешаю, если я – угроза для их планов, значит, Стилс был прав. Значит, я действительно могу вернуть Левиара. Эта мысль придаёт мне странную, горькую решимость, но времени на размышления нет.

Одно из щупалец Генерала, острое, как копьё, и быстрое, как удар хлыста, выстреливает в мою сторону. Воздух свистит, предвещая смерть. Но передо мной в мгновение ока возникает ледяная стена – Арзас, в своей драконьей форме, изящной и хрупкой на вид, но с силой, способной заморозить саму бурю. Ледяная преграда трескается под ударом, но выдерживает, спасая мне жизнь. От силы удара по телу проходит дрожь. Какая же мощь кроется в этом чудовище?! Если один удар способен расколоть магию Арзаса, то что будет, если он доберётся до меня?

Стилс, всё это время наблюдавший за ходом битвы с холодной отстранённостью, поворачивает голову. Его взгляд находит меня даже сквозь дым и хаос. В его глазах – не беспокойство, не страх, а что-то другое. Уверенность. Абсолютная, непоколебимая вера в то, что каждый из нас сыграет свою роль. Его губы слегка изгибаются в тени улыбки – не тёплой, не доброй, а той, что говорит: «Я знал, что так будет. И я готов».

– Арзас, держи линию! – его голос остаётся ровным, но в нём стальная сила. – Килсар, второй удар! Ингрид, сковать его с запада!

Его команды – как удары молота, каждый отряд реагирует мгновенно. Но я вижу, как щупальца Генерала Роя начинают двигаться быстрее, их становится больше. Вновь его пугающая адаптация, словно он понимает наш план. Земля под нами содрогается, из руин поднимаются новые твари, их гул превращается в оглушительный рёв. Опасность нарастает с каждой секундой, и я чувствую, как страх сжимает горло. Левиар, где ты? Мы должны найти тебя, иначе этот кошмар поглотит нас всех.

Арзас, подается назад, издает низкий, утробный рык.

Он старается держать меня как можно дальше от эпицентра схватки, его массивное тело дрожит от напряжения, словно он чувствует нечто, чего не могу уловить даже я. В воздухе витает едкий запах гари и крови, а яростный ветер, пропитанный ядом, хлещет по лицу, заставляя глаза слезиться.

Генерал Роя, чудовищная тварь, чья кожа кажется выкованной из самой крови, издает оглушительный, почти первобытный рев, от которого земля под ногами дрожит, а сердце невольно сжимается. Он делает шаг в нашу сторону, игнорируя яростные атаки Килсара и Ингрид. Их удары и молнии, словно москиты, жалят его, но не могут пробить непроницаемую броню. Его взгляд – если это можно так назвать – прикован ко мне. В пустых провалах, где должны быть глаза, пульсирует вязкая, непроглядная тьма, и я чувствую, как она вгрызается в самую душу, словно хочет разорвать меня изнутри.

Но в этот момент в игру вступает он.

Оберон Стилс.

Он не дракон, просто маг, не испускает молний, но его присутствие на поле боя затмевает даже ярость чудовища. Он стоит на возвышении – разбитой каменной арке, что чудом уцелела в этом аду. Его алый плащ, словно знамя, развевается на отравленном ветру, а темные волосы, обычно аккуратно уложенные, теперь растрепаны, но это лишь подчеркивает его суровую, почти нечеловеческую решимость. Лицо его непроницаемо, как маска изо льда, но в глазах горит нечто, от чего кровь стынет в жилах – холодная, беспощадная уверенность.

– Арзас, воду ему под ноги, – его голос не громкий, но он режет гул битвы, словно раскат грома в безмолвной ночи. Каждое слово – как удар хлыста, четкое, непререкаемое.

В тот же миг под лапами генерала Роя разливается громадная лужа, черная, как смоль, отравленная ядом, что сочится из ран чудовища. Вода шипит, испаряясь от жара его тела, но не успевает исчезнуть.

– Килсар, молния, – команда Стилса звучит так же спокойно, словно он обсуждает план на военном совете, а не стоит в шаге от смерти.

Рэмси, уже уловивший замысел, не теряет ни секунды. С неба, расколотого багровыми сполохами, срывается ослепительная дуга молнии, врезаясь в воду с оглушительным треском. Воздух раскаляется, запах озона смешивается с тошнотворной вонью паленой плоти. Генерал Роя сотрясается, его массивное тело изгибается в судорогах, но через мгновение он вновь выпрямляется, словно само время не властно над этой тварью. Его рев становится еще более яростным, в нем слышится не боль, а ярость, ненависть, древняя, как сама бездна.

– Твою же ж! – вырывается у меня.

Что его вообще может взять?! Мы с девчонками вскидываем фонари, свет которых дрожит в наших руках, готовясь ударить, но Стилс резко обрывает нас:

– Нет. Берегите силы, – его тон по-прежнему ровный, но в нем чувствуется стальная непреклонность. Он не смотрит на нас, его взгляд прикован к чудовищу, будто он видит нечто, недоступное никому другому.

Вместо этого он поднимает руку, и воздух вокруг нас сгущается. Ветер, подчиненный его воле, превращается в ураган. С соседних разрушенных улиц, где груды тел и обломков стали частью пейзажа, в сторону генерала Роя устремляется целая гора трупов и разбитого камня. Я невольно морщусь, чувствуя, как желудок подкатывает к горлу. Что он творит?! Воздух наполняется отвратительным скрежетом, хрустом костей и влажным чавканьем. Еще один порыв ветра – и сверху на эту кошмарную массу обрушивается громадный валун, с треском раздавливая все внизу. Ужасающая жидкая каша, пропитанная кровью и ядом, растекается по земле. В нос ударяет тошнотворный запах, от которого я скручиваюсь пополам, стараясь дышать ртом, чтобы не вывернуло наизнанку.

Что, черт возьми, Стилс задумал?!

– Килсар! – его голос снова раздается над полем боя, все тем же непоколебимым тоном, будто он не замечает, что творится вокруг. – Еще раз!

В это месиво, столь отвратительное, что от одного взгляда хочется отвернуться, врезается новая молния. Сверкающий разряд, яркий, как само солнце, освещает руины, отбрасывая длинные тени. Генерал Роя издает дикий, почти нечеловеческий рев и с грохотом падает на землю. Его тело сотрясают конвульсии, каждый его спазм отдается дрожью в земле, словно само пространство вокруг нас не выдерживает этой боли. Его вой, полный бессильной ярости и муки, пронзает уши, заставляя меня инстинктивно сжать голову руками.

Мой взгляд невольно падает на Стилса. И я замираю. Он… улыбается. Широко, почти счастливой, совершенно нетипичной для него улыбкой. Его лицо, обычно холодное и непроницаемое, сейчас озарено странным, почти пугающим светом, будто кто-то только что сообщил ему самую лучшую новость в его жизни. Но в этой улыбке нет тепла – лишь холодная, расчетливая удовлетворенность, как у шахматиста, сделавшего решающий ход.

Я не успеваю осознать, что происходит. Генерал Роя, все еще содрогаясь, начинает двигаться. Его массивное тело, словно жидкая тень, перетекает на крышу какого-то полуразрушенного особняка. Камни под его лапами крошатся, как песок. Его огромная, уродливая голова медленно поворачивается, и он смотрит на Стилса. В этот момент воздух вокруг нас словно сгущается, становится тяжелым, почти осязаемым от напряжения.

И происходит нечто немыслимое.

Чудовище, которое только что рвалось ко мне с неудержимой яростью, отшатывается. В его позе, в каждом движении, в самом его существе читается… ужас. Древний, животный, необъяснимый страх, который не должен существовать в такой твари. Его лапы дрожат, когти впиваются в камень, оставляя глубокие борозды, но он не делает шага вперед.

– …Чёрный… Король… – сиплый, жуткий шепот ползет по сознанию, словно змея, заставляя кожу покрыться мурашками. Каждое слово, словно удар, отдается в голове. – Худший… Страшный…

Стилс не двигается. Он просто стоит, высокий, непоколебимый, словно статуя, высеченная из гранита. Его лицо – бледная маска, но глаза горят холодным, обжигающим пламенем абсолютной, безраздельной власти. В его взгляде нет ни тени сомнения, ни капли страха. Только бесконечная, подавляющая воля.

– Кто? – изгибает он бровь, и в этом простом жесте, в этом одном слове чувствуется такая мощь, что кажется, будто сам воздух дрожит от его присутствия.

Генерал Роя издает странный, почти жалобный звук, больше похожий на скуление загнанного зверя, и делает еще шаг назад. На мгновение кажется, что он развернется и сбежит, поджав хвост, как побитая собака. Но затем тьма в его оскале сгущается, его пустые глазницы вспыхивают багровым, и он с новым, почти отчаянным ревом бросается вперед – но уже не на меня. Его цель – Стилс.

– УМРИ! Ты не должен дойти! – его голос, хриплый и надломленный, звучит как крик из самой преисподней, наполняя воздух вокруг нас ощущением неизбежной гибели.

Мое сердце замирает.

Что происходит?! Какой к мать вашу “чёрный король”?

И где, черт возьми, Левиар?!