Глава 27. Вперед

Стена высилась до самого неба, щерясь шипами, а пыль под ногами была сухой точно прах. Барабаны уже умолкли, но сердце все еще билось им в такт быстрее обычного, а во рту стоял горький привкус пепла.

У него нет выбора, кроме как победить. На губах таяли поцелуи Арнеллы, тело помнило ее нежные объятия, сегодня ночью она любила его так отчаянно и пылко, как в последний раз. Она не станет бежать, его маленькая огненная магичка. Пойдет следом. Но он сделает все, чтобы ей не пришлось.

– Я недавно общался с твоей женой, – сказал Изергаст, подслушав его мысли. – Когда палочки выдавал. Находка для шпиона, конечно. Стоит чуть задеть тех, кого она любит, и все, несется с шашкой на коне. Так легко ею манипулировать, что даже неловко.

– Я не хочу, чтобы ты манипулировал Арнеллой, – категорично приказал Родерик.

– Я чуть-чуть, – не смутившись, ответил Изергаст и разделил свой посох на две половины. – Знаешь, это очень мило – то, что она такая. Мне даже захотелось однажды войти в круг людей, за которых она рвется в бой.

Он покрутил половинки посоха между пальцами и перехватил поудобнее.

– Быть может, ты уже в нем, – предположил Родерик.

– Разве что авансом. Как твой друг. Отряд у нас, конечно, не огонь, – вздохнул он. – Вернее, огня как раз с избытком. От тебя жарит как от печки сегодня. И к лучу некромантии, разумеется, нет претензий. А вот остальные…

– Вообще-то я рядом стою и все слышу, – недовольно заметил Крис Лекис.

– Ничего страшного, – отмахнулся Моррен. – Так что, неужели не нашлось никого получше этого старого кота?

– А кого предлагаешь брать? Джафа? – друг задумался, и Родерик нетерпеливо пояснил: – Это парень Миранды.

– Его точно нет, – усмехнулся Изергаст. – Боюсь, волчонок сегодня не в лучшем состоянии.

Родерик внимательно глянул на него. В том, что Моррен кажется радостным, нет ничего необычного: перед Охотой он всегда в приподнятом настроении, но кое-что показалось странным.

– У тебя новая прическа? – заметил он тонкую косичку за его левым ухом, и уголки губ Изергаста едва заметно дернулись вверх.

– Мне никак нельзя умирать сегодня, Рик. Есть важное незавершенное дело. И, кстати, не называй больше волчонка парнем Миранды, потому что это уже не так. Ну, сколько можно тут пыль глотать?

Все пять отрядов были готовы. Два из них, в основном состоящие из анимагов и воздушников, оставались прикрывать Стену на случай, если хаос решит обойти авангард и прорваться наружу. Еще два пойдут по флангам до второго и третьего постов, чтобы укрепиться там, оттягивая на себя тварей и контролируя проходы, и последний отряд бежит налегке прямиком к Сердцу хаоса.

К Стене подошел крупный широкоплечий мужчина и бесстрашно провел ладонью по острым шипам, обагряя их кровью. Красные капли еще стекали по иглам и серым стволам, падая на сухую землю, а порезы на его руке уже затянулись.

– Из Руркова выводка? – кивнул в его сторону Изергаст, и мужчина бросил на него хмурый взгляд из-под косматых бровей.

– Эрих, один из его сыновей, – подтвердил Родерик. – Как все анимаги обладает превосходным слухом.

– Быть может, однажды я запомню и твое имя, – пообещал Изергаст мужчине, но тот отошел, не ответив.

Земля задрожала под ногами, и Стена зашевелилась, расступаясь. В узкие проходы тут же просочился хаос, вытягивая щупальца тумана и трогая все вокруг. Родерик глянул на свое войско, и сердце заныло – скольких еще не досчитаются после этого боя, останется ли хоть кто-то в живых. Кливер Ричпок считал магов больными, так не значит ли это, что он решил вовсе искоренить заразу?

– Чудесный день, – вдохновенно произнес Изергаст, глянув в светлое небо.

– Чтобы умереть? – хмуро уточнил Крис Лекис.

– Для кого как, – не стал разубеждать его Моррен. – Но ведь это и был твой план – стать героем.

– Не посмертно же, – хмыкнул Крис.

Он поднял руку, и загнутые когти выросли и спрятались назад в розовые подушечки.

Мелвин тоже был рядом – длинные черные волосы, блестящие как вода, струились по спине до самого пояса. Голубые глаза казались осколками льда, и Родерик видел, что водник собран. Вчера он тренировался на плацу и двигался легко и быстро. Никто бы не сказал, что ему перевалило за семьдесят. Воздушником в их маленькой группке был, конечно, Тиберлон. Приехал с юга империи. Загорелый дочерна, с выжженными солнцем кудрями и белозубой улыбкой, он был стремительным и безжалостным, как песчаная буря. Родерик ходил с ним в одну из своих первых Охот. Кузены Тиберлоны тоже шли в хаос сегодня, но в отряде по правому флангу. Отчего-то Родерик за них особенно переживал.

– Прямиком к Сердцу, не заходя на посты, активируем артефакт, находим Ричпока, убиваем и назад, – подытожил он.

– Может, успеем к обеду, – понадеялся Изергаст.

– Думаешь?

– Нет, – вздохнул он. – Чую, нас ждет подстава. Но как знать. Может, зря нагнетаю.

Новый жрец прошел вдоль Стены, благоговейно неся в вытянутой руке светильник, горящий огнем, который Родерик зажег сам. В последнее время он совсем не слышал о новых предсказаниях. То ли путники бросили этот мир, то ли все пророчества уже прозвучали, и осталось лишь воплотить их в жизнь.

Явится избранный с огнем, и королева падет.

Родерик не думал о себе как об избранном, но готов был им стать, если это убережет Арнеллу. Огонь горел в нем ярко и мощно, и рвался в бой.

– Вперед, – сказал он.

***

– Вроде день памяти был, а толком ничего не помню, – пожаловался Эрт, обхватив голову обеими руками.

– А надо было налегать не на вино, которое выставил Изергаст, – назидательно произнес Ник. – А на закуски. Они были очень хороши. Особенно бутерброды с паштетом.

– Почти как на императорском балу, – поддакнул Фин. – А еще рулеты со сливочным сыром и красной рыбкой.

– А вы можете говорить не о еде? – страдальчески попросил Эрт.

– Зачем ты тогда пришел в столовку? – пожал плечами Ник.

– Справедливое замечание, – согласился Фин. – Как тебе, кстати, креветки в кляре? Такие сочные.

Мне лично кусок в горло не лез, несмотря на то, что вчерашнее вино Изергаста прошло мимо меня, как и стол закусок, доставленный прямиком из какого-то пафосного ресторана. Родерик ушел рано утром, и я чувствовала себя так, будто часть меня ушла вместе с ним.

– Как вы можете оставаться такими спокойными? – спросила я.

– Это защитный механизм психики, – авторитетно ответил Эрт. – Лично мое мнение: волноваться смысла нет вообще никогда – все равно не поможет. Куда больше шансов решить проблему будучи спокойным и собранным. Эммет! – воскликнул он и махнул рукой, подзывая его. – Слушай, так голова болит…

– Ни слова больше, – заявил Эммет и, вытянув посох, коснулся им белой макушки. – Ну, как?

– Как будто все мозги отморозило, – прошипел Эрт, растирая посиневшие кончики ушей.

– Не благодари, – великодушно сказал Эммет, садясь за наш стол. – Значит так, личинки хаоса…

– Мы зародыши, – возразил Ник.

– Если Стена не рухнет, – продолжил Эммет, – и мы все не умрем, то девчонка с первого курса – моя.

Он бросил на меня быстрый испытующий взгляд, но я лишь улыбнулась.

– Не ревнуешь, Арья? – поинтересовался он.

– Слушай, сводный брат, ты мне уже вчера последний шанс давал, – напомнила я.

– То был предпоследний, – ухмыльнулся он.

Я не ревновала ни Эммета, ни его посох, и если бы он нашел себе девушку, была бы только рада.

– Можешь настроить линзу, как в прошлый раз? – спросила я, но Эммет качнул головой, сразу поняв, что именно я хотела увидеть, и кого.

– В хаос не получается, – вмиг посерьезнел он, – Патруль ушел за Стену. А дальше я как ни пытался – не видно.

– Насчет той девчонки… Братьев Тиберлонов ты не забыл в известность поставить? – уточнила Миранда. – Вряд ли они будут в восторге. Вчера весь вечер ее стерегли.

– Близнецы усадили кузин и тетку в крылатый экипаж и только тогда улетели к Стене, – добавил Фирьен. – Тебе будет не просто, Эммет.

– Вода просочится где угодно, – самонадеянно заявил он. – Ну, почти. Кстати, Миранда, я правильно понял, что ты бросила Джафа? Судя по тому, как вчера он пошел вразнос, не при замужних женщинах будет сказано.

Все дружно посмотрели на Миранду, и она спокойно кивнула, зачерпывая ложечкой йогурт.

– Серьезно? – удивился Фирьен. – Миранда, ты свободна?

– Нет, – ответила она. – Вернее, да, мы расстались, нет, не свободна.

– Интересно, был хоть какой-то зазор в твоем статусе занятой девушки? – проворчал Фин. – Никак не вклинюсь.

– Там без шансов, – пробормотал Эрт, придвигая к себе стакан с морсом.

Я же продолжала таращиться на Миранду. Она выглядела совершенно обычно, быть может, чуть более заспанная, но точно не печальная – напротив, иногда улыбалась невпопад, словно думая о чем-то приятном. Двери столовой в очередной раз хлопнули, она быстро глянула в ту сторону и вздохнула. Проследив за ее взглядом, я увидела у буфета Джафа.

– Ты доела? – спросила Миранда, поднимаясь с места, и я, прихватив недоеденную булочку, пошла следом.

– Мы не виделись всего ничего! – воскликнула я, выходя из столовой. – А ты…

Я осеклась и замерла на месте. Под моими ногами было все то же крылечко столовой, впереди вилась дорожка, известная мне до последнего камешка, дальше виднелось учебное здание, общежитие, стадион, но Миранды не было. Не было никого. Ветер гонял сухой листик. Покачивался, словно прощаясь, забытый на ветке платок. Серый плащ путника мелькнул за деревьями, и я бросилась к нему.

– Стой! – выкрикнула я. – Подожди! Мне нужен совет!

Путник шел впереди, отмеряя посохом шаги, а в другой его руке мерцал светильник. Я бежала изо всех сил, едва не сбиваясь с ног, но расстояние между нами не сокращалось. Серый плащ исчез в здании академии, и я кинулась туда.

– Подскажи, что делать? – воскликнула я.

Мой вопрос подхватило эхо, а я едва успела заметить край плаща, спрятавшийся за углом лестницы.

Ступеньки казались бесконечными, но я все бежала и бежала, голова кружилась, и во рту пересохло, и я только чудом и тренировками Рурка находила в себе силы не останавливаться.

– Подожди, – едва не плакала я. – Ты ведь мой отец! Почему ты не хочешь помочь мне?

Он вдруг обернулся, и я, едва не налетев на него, остановилась.

Это был другой мужчина, куда старше, глубокие складки протянулись от крыльев носа к уголкам его губ, а светлые глаза казались почти белыми.

– Я… обозналась, – пробормотала я. – Простите. Но… вы можете дать мне подсказку? Вы ведь не просто так пришли?

– У тебя есть все, что нужно, – сказал он. Его голос звучал хрипло и надтреснуто, и каждое слово давалось с трудом, как будто путник давным-давно не разговаривал и почти забыл, как это делается.

Он протянул мне светильник, и я растерянно взяла его. Подняла взгляд – и больше передо мной не было никого. А академия вдруг взорвалась звуками: голосами учеников и преподавателей, смехом, плачем, кто-то громко спорил совсем рядом со мной, и, обернувшись, я увидела Марлизу, которая стояла на пару ступенек выше Хруша, но все равно задирала голову, чтобы смотреть ему в глаза.

– Если для тебя это несерьезно, то так и скажи! – взвизгнула она.

– Ты скрываешь наши отношения, – проворчал Хруш. – Стесняешься. Это ранит мои чувства. Арнелла, откуда ты здесь? – спросил он, удивленно глянув на меня.

– Простите, – пробормотала я и быстро пошла дальше, чтобы не мешать чужой драме.

Я толкнула дверь, которая оказалась у меня на пути, и вышла на крышу академии. Ветер взметнул мои волосы, юбка обвилась вокруг ног. Когда-то я была здесь с Кевином Тиберлоном, сейчас казалось, что в прошлой жизни. Тогда я еще не получила свой огонь, боялась Лабиринта и Родерика, и наивно восхищалась Кевином. Я подошла к низкому парапету и глянула вниз. Сверху казалось, что все как прежде: по дорожкам сновали люди, блестело море, а вдали виднелась Стена, за которой клубился хаос.

Почему нельзя сказать нормально? Зачем эти загадки? Что у меня есть? Мне хотелось разбить светильник вдребезги, разрыдаться, потопать ногами. Но Эрт прав – волноваться вообще нет смысла. Проблему так не решить. Я не водница, чтобы плакать, я умею контролировать свой гнев и свой огонь.Я больше не девочка Адалхарда, а его жена. Поэтому я держала светильник, поддаренный путником, и просто ждала, прислушиваясь к тому, что происходит вокруг, но главное – внутри меня самой.

Когда туман за Стеной вырос куполом точно гриб, я почти не удивилась. Хаос собирался в одной точке, быстро густея, следом взметнулось пламя, яркие молнии закрутились зеленой спиралью, а крыша академии задрожала под моими ногами.

Сжав светильник в руке, я бросилась вниз по леснице, что привела меня вверх.

***

Они шли через бесплодные земли хаоса легко и быстро, отбиваясь лишь от случайных тварей, которых Мелвин срезал ледяным лезвием точно грибы. Крис Лекис так ни разу и не пустил свои когти в ход, и все пытался шутить, что патруль нынче не тот. Тиберлон молчал и словно принюхивался к чему-то. Родерик не владел магией воздуха и не обонял сейчас никаких запахов кроме вони хаоса, но тоже чуял опасность, разлитую в густом тумане. Слишком все просто.

– Наверное, когда патруль вела Джемма, все было так же, – озвучил его сомнения Моррен. – Это ловушка, и мы идем прямо в нее.

– Ты становишься мнительным, как старая бабка, – фыркнул Лекис. – Кстати, не хочешь ли поработать на будущего императора? Антрес куда-то исчез, осталась свободной вакансия дознавателя. Ты бы, наверное, справился.

Моррен облил его презрительным взглядом.

– Тебе не стать императором, облезлый ты кот, и не мечтай.

– Ну, почему же, – возразил Лекис, тряхнув густой гривой. – Многие считают, что у меня неплохие шансы. Народ меня любит. Я родственник Денверонов. Пусть всего лишь внучатый племянник по женской линии…

Хаос дрогнул, сгущаясь как туча, гонимая ветром, и Родерик не дослушал детали родства Лекиса с императорской ветвью.

– Ходу! – скомандовал он. – До Сердца всего ничего!

Они прибавили темп, взбираясь по голому холму, комья сухой земли сыпались из-под ног. Странно, но подъем как будто стал круче, а может то старость… Лекис обогнал его, пустив наконец в ход кошачьи лапы, и первым оказался на месте.

– Где? – спросил он, оглядываясь по сторонам.

Добравшись, Родерик растерянно ковырнул землю носком ботинка, как будто артефакт могли закопать.

– Так и знал, – выдохнул Моррен.

Их план провалился, поскольку Сердца хаоса больше не было. Ровная поверхность, серая земля. Родерик глянул назад, тщась рассмотреть в тумане, где же они свернули не туда? Как такое возможно? Он знал путь к Сердцу хаоса как свои пять пальцев, мог пройти его с закрытыми глазами. Сердце должно быть здесь!

– Странно, что нет ямы, – заметил Тиберлон. – Если его выкопали, должны были остаться следы. Нет и обломков. Мы точно пришли в нужное место?

Видимо, нет. Когда они шли по оврагу, то Родерику показалось, будто тот стал длиннее. Потом насыпь чуть круче, следом сухая равнина. Остовы деревьев были разбросаны так же, но смутное чувство неправильности не отпускало. Но это ведь хаос, здесь не бывает как надо. Ричпок обманул их, обвел вокруг пальца, привел не туда.

– У меня две новости, – сказал Моррен, покрутив между пальцами половинки посоха. – С какой начать?

– А среди них есть хорошая? – уточнил Родерик.

– Сердце хаоса где-то спрятано, – кивнул Моррен.

– И это хорошая новость? – взвыл Лекис, запустив пальцы в гриву.

– Ты был прав, Родерик, – продолжил друг, не обратив внимания на анимага. – Чпок не стал ломать артефакт, вместо этого – спрятал. И это хорошо. Что же до плохой…

Хаос взметнулся плотной стеной, взяв их в кольцо. Это была не та Стена, что сдерживала вязкий туман, не позволяя тварям просочиться наружу. Она сама состояла из чудовищ, которые хотели лишь убивать.

– Вот и она, – сказал Изергаст.

А Родерик запоздало подумал, что не следовало ему зажигать огонь путников. Ладно бы сам пошел за Стену без благословения, но что будет с остальными? Если Ричпок сумел отвести их от Сердца, то и на постах не обойдется без сюрпризов. Оставалось лишь надеяться, что отряды смогут найти пути отступления.

Но без Сердца все напрасно. Стена не сможет долго удерживать злобную силу. Твари вырвутся на свободу, и на их пути окажется академия.

Арнелла сказала, что не уйдет. А значит, он просто не может сдаться.

Хаос накрыл их точно цунами, и огонь взметнулся столбом. Он – воин и всегда был им. Это все, что ему осталось – сражаться за тех, кого любит. До конца.

«Тебе вовсе не обязательно погибать, Родерик Адалхард. Ты можешь примкнуть к нам, – шептал хаос. – Ты и твой огонь. Тебе так тяжело одному. Так надоело командовать, посылать на смерть, ошибаться. Ты один, ты сам по себе, а мог бы стать частью великой силы, винтиком безупречного механизма, правой рукой…»

– Слышишь это? – спросил Родерик.

Криса схватило щупальцем хаоса и потащило вниз по холму, и Изергаст повел посохами, выбрасывая зеленые волны и рисуя вокруг холма кольцо смерти. Тварь, перечеркнутая пополам, взвыла, и Крис, тараща глаза, вскарабкался вверх.

– Мне предлагают кресло императора, – ответил Моррен. – Обещают всяческое содействие.

– Надо же, – усмехнулся Родерик. – А мне всего лишь стать винтиком. Пригнитесь, – скомандовал он, закручивая пламенный смерч.

«Он предаст тебя, вот увидишь, – шептал голос. – Он помнит, как ты забрал его женщину. Он не простил. Он ударит в спину, когда ты не ждешь.»

– А теперь говорят, что ты спал с Мирандой, когда был с ней обручен, – добавил Моррен и мимоходом коснулся косички за левым ухом.

– Даже не целовался, – ответил Родерик. – А ты затаил из-за Джеммы?

– Давно уж простил, – заверил друг.

– Я знал Джемму Кристо, – сказал молчащий до этого Мелвин, и его ледяные глаза заискрились мелкими гранями, точно вместо них в глазницы вставили голубые бриллианты.

Его вдруг смяло, как старую подушку, и отбросило вниз с холма.

– Тиберлон, ты чего? – воскликнул Родерик.

– Его сорвало, – сухо пояснил тот. – Предлагаю отступать. Могу унести кого-то еще.

Моррен качнул головой.

– Кота забирай. Имей в виду, – обратился он к Лекису, я считаю, что если тебя пустят на трон, ты будешь отвратительным императором.

Тиберлон взмыл в вихре воздуха, схватив Лекиса за шкирку. Тот ошалело мяукнул, и его всосало точно в трубу. А Родерик вновь закрутил огненный смерч, который отбросил хаос назад.

Огонь еще никогда не горел в нем так ослепительно. Как будто он сумел взойти еще на ступеньку выше. Как будто кто-то дал ему еще больше силы.

– Ты сегодня просто жжешь, Рик, – заметил Моррен.

– Мой уровень вырос, – коротко пояснил он. – Держись за спиной.

Значит, вот как это бывает. Когда двое одной стихии по-настоящему любят друг друга, то становятся равными богам. Когда он танцевал в Динадире с Арнеллой на празднике Утешной ночи, то и представить не мог, что такое случится с ним и девушкой, которая была нежна и прекрасна, как сама любовь.

Легенда об Утешной ночи рассказывала про анимагов. Они сотворили чудесный сад. Что может сотворить он, Родерик Адалхард, воин до мозга костей, если умеет только сражаться?

Дракон на навершии оплавился, посох треснул, не выдержав мощи огня. Пламя хлестало из ладоней непрерывной волной, сминая хаос и тварей, что появлялись снова и снова.

Моррен присел у его ног, досадливо цыкнул, отбросив опаленные пряди за спину.

– До свадьбы отрастет, – сказал Родерик.

А хаос расправился как полотно, и из него проступили очертания знакомого лица.

– Что тебе надо, Родерик Адалхард? – спросил Кливер Ричпок. – Что тебе дать?

– У меня есть все, что нужно, – не соврал он.

Любимая женщина, верный друг и огонь. Ни хаос, ни боги не смогут предложить ему ничего лучше.

– Так, давай я буду вести переговоры, – предложил Моррен, поднимаясь. – Слушай, Чпок. Ты, конечно, ловко спрятал Сердце, но тебе ведь не нужен хаос, не так ли? Ты любишь порядок.

– И я наведу его, – огромная голова из хаоса кивнула. – Это будет новый мир.

– Тебе нужны помощники, – многозначительно продолжил Моррен.

– Я вижу тебя насквозь, некромант. Ты хочешь меня обмануть, – улыбка хаоса была снисходительна и печальна. – Что ж… Я давал вам шанс. А теперь вы останетесь тут, пока не сорвет, и тогда я все равно получу вашу силу. Твой огонь и твою смерть. Я обращу их против тех, кто вам дорог.

Родерик выстрелил огнем прямо в лицо, но хаос распался, и там не было Ричпока.

– Давай-ка вместе, – предложил друг. – Силу мою захотел. Меня не сорвет, мелкая ты тварь! Я великий, несравненный и прекрасный как сама смерть Моррен Фергюс Изергаст, мастер хаоса, боевой некромант, обладатель ордена звезды…

Хаос выплюнул им под ноги тело Лекиса и окровавленный плащ Тиберлона.

– Он мне никогда не нравится, – сказал Моррен, и посохи в его ладонях выстрелили смертью.