Глава 12. Воды...

— Рассказывай! — Эммет Лефой подсел ко мне в столовой, окинул меня быстрым взглядом, а после, склонившись, вдруг поцеловал в щеку. Я рефлекторно шарахнулась от него и едва не свалилась со стула.

— Что ты...

— Царапины больше нет, — ухмыльнулся он, пересаживаясь напротив. — Тебе ни к чему шрамы. Рад, что ты все же осталась, Арья.

— Я передумала, — заявила я. — Мы не сможем быть друзьями, так что зови меня полным именем. Арнелла Алетт.

Я осторожно провела пальцами по щеке — гладкая, никаких следов.

— Возможно, совсем скоро мы станем куда ближе, чем просто друзья, — многозначительно добавил он, глядя на меня своими сине-бирюзовыми глазами. — Это произойдет скорее, чем я мог бы надеяться.

— Не произойдет, — отрезала я.

— О, твоя мама прет напролом, и эту стихию не остановить. Она словно лавина, сошедшая с гор. Такая же шумная.

— Мама? — непонимающе переспросила я.

— Кармелла Алетт, с которой я имел честь ужинать на выходных. В компании папы, разумеется. Он от нее без ума. Так что, вполне вероятно, скоро мы с тобой станем сводными братом и сестрой, — невинно пояснил Эммет. — А ты что подумала?

— Ничего, — проворчала я, чувствуя себя дурой.

— Мечтала о старшем брате? И вот он я, — Эммет осклабился и стянул с моего подноса булочку. — Могу дать совет, помочь с учебой, побить кого-нибудь... Кто тебе досаждает, Арья?

Он так искренне забавлялся, что я перестала сердиться.

— А знаешь что, побей ректора! — с энтузиазмом предложила я. — Он вчера вломился в мою комнату, когда я была в одной сорочке.

Вообще-то он видел куда больше, но я решила об этом не упоминать.

— Насколько я осведомлен, он гнался за тварью хаоса, в которую превратилась Хлоя, — заметил Эммет и откусил булку. — Это несчитово, сестренка.

— У тебя есть брат? — удивилась Миранда, подсаживаясь к нам за стол.

— Будущий, — уточнил Эммет. — А ты та девчонка с огоньком, что отплясывала на вечеринке в честь начала учебного года! Невеста ректора!

— Нет, — отрезала она.

— Нет? — теперь удивилась я. — Как прошло свидание?

— Да к хаосу свидание! — возмутился Эммет. — Кто-нибудь расскажет мне, как ректор победил тварь и запечатал Хлою?

— Я уже слышала, — сокрушенно покачала головой Миранда и приобняла меня за плечо. — Ты перепугалась, наверное.

Я прислушалась к своим ощущениям. Да, тогда мне было страшно. Но теперь я вспоминала о произошедшем словно о прочитанной книге, как будто это было не со мной.

Прикосновение прохладных пальцев к вискам, зеленые глаза, увлекающие за собой... Потом я заснула, а утром проснулась в отличном настроении и полная сил.

— Арья, — напомнил о себе Эммет. — Я маг воды и могу сделать так, что твоя белая блузочка станет совсем мокрой. Вот просто по щелчку пальцев. Тебе будет очень неловко. Поэтому лучше рассказывай.

— А я могу тебе эти макароны на башку надеть, — сообщила Миранда, кивнув на свою тарелку. — Без всякой магии. Отвянь, а?

— Да нечего и рассказывать, — ответила я. — Все очень сумбурно было. Сначала влетела кошка...

Огромная, лохматая, с зубастой пастью, из которой рвался серый туман.

— Вообще-то твари предпочитают тех, кто уже прошел Лабиринт, — сказал Эммет. — Первокурсники для них все равно что свои. Сырой хаос. Так что тебе, может, ничего и не угрожало. Жаль Хлою, но такое бывает. Какие заклинания использовал Адалхард?

Посохом по морде, посохом по зубам, подсечка, рукой за шкуру, удушение посохом. Это не особенно походило на заклинания. Может, он боялся меня задеть?

— У него был артефакт, — вспомнила я.

Маленький жучок, мерзко царапающий кожу. Хотелось отшвырнуть его и вытереть руку о сорочку. Ректор прижал жучка моей ладонью. А потом стало больно и немного горячо, словно он пропустил свой огонь через меня. Я задумчиво поднесла руку к глазам, пошевелила пальцами. Никаких ожогов.

— Она всегда такая тугодумка? — шепотом поинтересовался Эммет у Миранды, склонившись над столом. — Это, наверное, какая-то травма из детства, — добавил он громче. — Во время ужина с твоей мамой мне не удалось вставить ни слова. Ты привыкла молчать? Не сдерживай себя! Говори! Можешь даже спеть нам, мы не станем перебивать.

— Он воздействовал артефактом на кошку, и она превратилась в девушку, — ответила я.

— Очень захватывающе, — вздохнул Эммет и, поднявшись, взял мой компот. Выпив полстакана, поставил его назад. — Увидимся, Арья.

Потрепав меня по волосам, он пошел прочь.

— Бесит, — озвучила мои чувства Миранда.

— Так как прошло свидание? — повторила я вопрос.

— Была озвучено одно очень сомнительное предложение, которое слегка меня заинтересовало, — она свела указательный и большой пальцы, оставив межу ними расстояние не шире волоска. — Но я пока не готова о нем распространяться.

— Уже что-то! — обрадовалась я. — И мастер Адалхард... симпатичный. Правда ведь?

— Насколько я поняла, он жизнь тебе спас, — флегматично ответила Миранда. — У него сейчас ореол героя. Скажи, так он действительно сам поборол ту тварь?

— Да, — ответила я.

— Видела своими глазами? — въедливо уточнила Миранда.

— Да, — подтвердила я еще раз, не понимая ее настойчивости.

Она нахмурилась и накрутила макароны на вилку.

— Он вчера нес такую чушь, — пробормотала она. — Про то, что если двое одной стихии любят друг друга, то их сила становится божественной. Неужели все дело в этом? Но он ведь и так мастер. Куда уж больше огня, это высшая степень...

— У нас сейчас стихия воды по расписанию, — сказала я. — Пойдешь?

— На стихию воды? — переспросила Миранда, жуя. — Которую ведет любовница моего потенциального мужа? Конечно, пойду! Только доем...

Я снова прикоснулась к щеке, которую так легко исцелил Эммет. А у меня теперь есть потенциальный сводный брат. Никогда не мечтала о брате.

— Кстати, — вспомнила Миранда. — Вчера в ресторане ректор встретил какого-то друга, и они говорили о тебе.

— Как он выглядел? — нахмурилась я.

— Толстый, с залысинами и с синими запонками размером с куриное яйцо.

— Энцо Лефой, отец Эммета, — поняла я.

— Вообще не похож, — сказала Миранда. — Но да, его зовут Энцо. Я так и не узнала, о чем именно они говорили.

А вот это плохо. Мама, Энцо, ректор. Цепочка получается очень явная.

— Не хочешь на выходных съездить в Фургарт? — предложила я.

Пора поговорить с мамой. Узнать, правда ли у них все так серьезно с Энцо, как считает Эммет, и задать еще один очень важный вопрос.

— Почему бы и нет, — пожала плечами Миранда.

— И еще я сегодня снова спала в твоей комнате, — вспомнила я. — Ты не против?

— Нет, — ответила она. — Кстати, я бы взяла с собой в поездку того парня, у которого ночую.

— О, конечно, — смутилась я. — Буду рада познакомиться с твоим... другом.

Миранда насмешливо на меня посмотрела и промокнула губы салфеткой.

— Пойдем, — сказала она, поднимаясь. — Послушаем, что нам расскажет Джемма Кристо. Бьюсь об заклад, она меня ненавидит.

***

Крыло академии, отведенное под стихию воды, выглядело так, будто его построили изо льда: полупрозрачные стены украшали морозные узоры, а по потолку бахромой тянулись сосульки, от которых отражались мириады солнечных зайчиков. Ровена расчихалась и, достав платок, из самого лучшего белого шелка и с золотыми вензелями, шумно высморкалась.

— Прошу прощения, — гнусаво произнесла она. — Тут слишком влажно.

На занятие по стихии воды мы шли вчетвером. Парни отправились куда-то к морю под присмотром преподавателя мужчины, нас же ждала Джемма Кристо.

Айрис впереди меня поскользнулась, и я инстинктивно поймала ее за руку. Запястье девушки оказалось хрупким, как птичья косточка, и вся она куда больше походила на маленькую птичку или недокормленного ребенка, а не мага.

— Спасибо, — сказала Айрис, заправляя темную прядь за оттопыренное ушко. — Я в порядке. А ты, Арья? Я знаю о том, что произошло вчера.

— Все хорошо, — ответила я, отпуская ее руку. — Ректор успел вовремя.

Мы пошли рядом, и я тайком рассматривала девушку. Почти стопроцентная вероятность некромантии. Если бы не это, ее бы наверняка запечатали. Но некромантия считается редкой разновидностью хаоса. После занятия по наследственности я знала — почему: рецессивная магия, постепенно исчезает. Айрис — сирота, и некому за нее заступиться.

Вот на это я точно пожаловаться не могла. Мама лезла в мою жизнь когда надо и не надо. Неужели она решила использовать Энцо, чтобы повлиять на ректора? Очень на нее похоже!

— Знаешь, а ведь у тебя есть небольшая вероятность стать магом воды, — сказала я, чтобы приободрить Айрис. — Помнишь по наследственности хаоса треугольник родственных стихий: воздух, вода, некромантия.

Айрис улыбнулась мне снисходительно, как ребенку.

— Я знаю, кем стану, — сказала она. — И это меня не пугает.

— Некромантия — это прекрасно, — вмешалась в наш разговор Миранда. — Что может быть круче, чем управлять самой смертью?

— Например, управлять самой жизнью, — ответила Джемма Кристо, появляясь в арке, с которой серебром спадали тончайшие нити воды.

Она стояла под водной вуалью, словно позволяя получше себя рассмотреть и точно зная, какое впечатление производит. Синее платье подчеркивало и белую кожу, и сапфировые глаза, и прекрасную фигуру женщины. Безупречная.

Однако вместо восхищения я почувствовала злость. Она ведь в курсе, что ректор почти обручен, а Миранда, которая шагает позади меня, — его невеста. Отчего бы не найти себе свободного мужчину? Или хотя бы надеть на урок платье с менее глубоким декольте?

Миранда протиснулась мимо, и Джемме пришлось посторониться.

— Вау! — донеслось до нас. — Девчонки, да тут пляж! Айда купаться!

За аркой обнаружился пруд, который выглядел слишком идеальным, чтобы быть настоящим: прозрачная синяя вода разлилась гладким шелком, прикрытым розовой дымкой тумана, густеющей так, что стен кабинета нельзя было разглядеть вовсе. На кромке белого песка лежали камешки, одинаково круглые и блестящие. Миранда уже скинула и туфли, и чулки, и теперь вышагивала по воде как цапля, задрав юбку до самых колен.

— Вода — основа жизни, — сказала Джемма, и на ее красивом лице мелькнуло раздражение. — Заполучить водную стихию — все равно что найти клад. Это не только сила, но и вечная молодость, красота...

Миранда взяла плоский камешек и запустила его вдаль. Плюх-плюх-плюх-бздынь. В розовом тумане что-то разбилось.

— Раздевайтесь, — уже не скрывая раздражения, сказала Джемма. — Одежду оставьте вон там.

Она махнула рукой в сторону обычной трехногой вешалки у входа.

— Совсем раздеваться? — уточнила Ровена.

— Белье можете оставить. Хотя вода — стихия жизни. А мы приходим в нее без всего. Ваша основная задача на этот семестр — сделать так, чтобы хоть одна стихия откликнулась на ваш хаос. Так будет проще пройти Лабиринт.

Платье вдруг стекло по ее плечам, груди, крутой линии бедер, и Джемма перешагнула ткань, собравшуюся у ног синей лужицей. Прекрасная в своей роскошной наготе, она нырнула в воду без единого всплеска и появилась на фоне тумана. Темные волосы расплылись вокруг ее плеч, и она поманила нас пальцем, точно русалка.

— Меня зовут Джемма Кристо, — сказала она. — Я маг воды, патрульный, мастер хаоса. Я — та, кем вы лишь мечтаете стать. Так что слушайте меня, выполняйте все, что я говорю, и, может быть, однажды мы окажемся рядом на охоте.

Миранда закатила глаза и стала расстегивать рубашку.

— Я слышала о тебе, Миранда Корвена, — добавила Джемма.

— Да уж наверняка, — пробубнила подруга, неспешно раздеваясь под холодным взглядом преподавательницы.

— Если ты думаешь, что будешь на особом счету из-за интереса к тебе мастера Адалхарда, то ошибаешься.

— Очень на это надеюсь, — ответила Миранда. — Вот вообще не хочется внимания к моей скромной персоне.

— Действительно, все очень скромно, — фыркнула Джемма, когда Миранда, раздевшись догола, подошла к воде. — Печально скромно, я бы сказала.

Я повесила лифчик на вешалку, прислушиваясь к их разговору. Миранда дерзила, а Джемма, похоже, издевалась над ней?!

Айрис скинула разношенные черные туфли и с наслаждением погрузила ноги в белый песок. Ровена осталась в белье и теперь нерешительно трогала воду ногой. Я подошла к Миранде, заглянула ей в лицо. Черные глаза превратились в две щелки, а на щеках алел румянец.

— Могу сразу сказать, что тебе магом воды не бывать, — с жалостью вздохнула Джемма, все так же разглядывая Миранду. — Ты очень сухая. Сучок, я бы сказала.

— А вы — сучка, — выпалила я и сама внутренне ахнула от того, что сказала. — Вашим отношениям с ректором пришел конец! Скоро он женится. На Миранде. Но это не повод вести себя как...

— Сучка, — повторила Джемма, поворачиваясь ко мне, и ее синие глаза превратились в осколки льда. — Что ж...

Она медленно приподнялась над водой, вырастая из нее, точно богиня, и пошла по глади, как по твердому полу. Там, где изящная ступня с алыми ноготками касалась воды, мгновенно появлялась корка льда.

— Я расскажу вам про Лабиринт, — произнесла она весело. — Вы ведь все боитесь его.

— Нет, — ответила Айрис.

— Да, — прошептала Ровена.

Но Джемма смотрела на нас с Мирандой.

— В конце Лабиринта вы станете той стихией, которую выберет ваш хаос, — сказала Джемма. — Вы превратитесь в воздух, огонь, силу природы или смерть. А может, тебе повезет, — пруд вспучился под ее ногами горбом, и женщина посмотрела на меня сверху вниз, — и ты станешь водой. Я помогу тебе, — пообещала она ласково. — Всегда проще пережить что-то во второй раз, ведь так? Когда знаешь, что тебя ждет, не так страшно.

Она плавно повела длинными пальцами, и вода хлынула ко мне, закрутилась вокруг ног белыми бурунами, и поднялась до колен, взбираясь по коже.

— Не то чтобы я была против ваших отношений с Адалхардом, — заявила Миранда, — но теперь из принципа поставлю вопрос ребром.

Джемма лениво рассмеялась, и вода всплеснулась мне до пояса. Я будто попала в водоворот, из которого не могла сделать ни шагу.

— За ребрами дело не станет, — ответила Джемма. — Только они у тебя и есть. Бедный, бедный Родерик. Он, наверное, зажмурится и будет думать обо мне...

Злость исказила ее черты, мигом состарив на десяток лет. А я забилась в панике. Вода дошла до груди, я пыталась вырваться изо всех сил, но водяной столб снаружи покрылся коркой льда, сковав мое тело броней.

— Выпустите меня! — выкрикнула я, поднимаясь на цыпочки.

— А волшебное слово? — мягко напомнила Джемма, склонив голову к плечу.

Просить? Умолять? Я сцепила зубы, чтобы не стучали от холода.

Миранда схватила камень, ударила по льду, так что тот пошел трещинами, но тут же стал еще толще. Мои руки и ноги онемели, и я их почти не чувствовала.

— Зови на помощь! — выкрикнула Миранда Ровене, и та сняла с вешалки блузку, неуверенно глянув на Джемму.

— Не надо никого звать, — спокойно произнесла та. — Это урок, который вы все должны запомнить. Нельзя! Злить! Мастера! Хаоса!

Вода поднялась до шеи, плеснула в лицо.

— Если в этой дерзкой и невоспитанной девушке таится магия воды, то ничего с ней не станется, — сказала Джемма и обратилась ко мне: — Позови свой хаос. Почувствуй его. Глубокий вдох...

Я набрала полную грудь воздуха, задержала дыхание. Я смутно видела Миранду через слой воды и льда, слышала приглушенные крики, стук. Грудную клетку жгло, в глазах помутнело. Тело вдруг захлестнуло волной изнутри, от кончиков ног до макушки. Хаос!

Все вокруг меня словно взорвалось, а после я потеряла сознание, меня закрутил черный водоворот, и все исчезло.

***

— Она нестабильна, Родерик!

— А ты стабильна, Джемма? Ты что творишь? Едва не утопила студентку на первом же занятии!

— Она обозвала меня сучкой!

— Арнелла Алетт?

Ректор явно удивился, и я почти увидела, как должно быть приподнялась его перебитая бровь.

С трудом разлепив веки, я поморгала, облизнула губы. В горле першило и саднило, и дышать было тяжело, как будто на грудь положили камень. Отчаянно хотелось пить, что довольно забавно, если учесть, что я только что едва не утонула.

Потолок надо мной был белым и гладким, узкая постель, на которой я лежала, стояла посреди белого зала. Шкаф со склянками и шторка, за которой тенями виднелись силуэты спорщиков, — вот и весь интерьер. А что еще нужно в лечебнице, где исцеляют магией? Разве что стакан воды. Как раз такой, о котором мне мечталось, стоял рядом на тумбочке: слегка запотевший и полный почти до краев.

— И твоя эта... — Джемма запнулась, словно у нее язык не повернулся назвать Миранду невестой, — тоже хороша. Она взорвала лед. Разнесла всю колонну. Меня ранило осколком!

— Ты отличный целитель, Джемма, — ответил ректор. — Уверен, не осталось ни царапины.

— Просто ты не видел, что произошло, — сварливо сказала женщина.

— Не видел, — согласился он. — Значит, Миранда призвала огонь?

В его голосе отчетливо послышалась радость.

Я достала руку из-под простыни, прикрывавшей меня до шеи, потянулась к стакану.

— Ледяное крошево, пар, полкабинета в труху... Ты ведь еще помнишь, что происходит, когда встречается пламя и вода, — голос Джеммы изменился, став томным и нежным. Ее силуэт качнулся к мужчине.

— Помню, — ответил он и отстранился. — Но многое изменилось.

— Ничего не изменилось, — жарко возразила она, обвив его шею руками. — Я все так же люблю тебя. Я всегда буду тебя любить, даже если ты запечатаешь свой хаос. Даже если станешь обычным. Я не могу без тебя, Родерик! А ты отталкиваешь меня, как будто я совсем чужая! Собрался жениться на другой! А ведь я ждала твоего предложения долгие годы!

— Джемма, — похоже, он растерялся. — Ты ведь знаешь... Я не мог требовать от Миранды того, что мне нужно, без брака...

— А от меня, значит, мог!

— Ты сама пришла...

Стакан выскользнул из моей руки и грохнулся на пол с оглушительным звоном. Ректор тут же выглянул из-за шторки и подошел ко мне.

— Снова вы, Арнелла Алетт, — сказал он. — И как всегда не одеты.

— В смысле? — не поняла магичка, появляясь следом.

Под простынкой я действительно была голой. А вот Джемма успела нацепить свое развратное платье.

— Это все она, — с готовностью наябедничала я, кивнув в сторону преподавательницы. — Заставила нас раздеться. А потом пялилась.

— Ой да было б на что! — задохнулась от возмущения Джемма. — Родерик! Девочка нестабильна. Я просмотрела ее дело. Ее отправляли на пересдачу.

— Ко мне, — кивнул он. — И она сдала зачет блестяще.

Мастер Адалхард устало улыбнулся, но я нахмурилась. Да, выглядело все не очень.

— Что же мне с вами делать, Арнелла? — вздохнул он.

— Вы обещали, — прошептала я. — Вы говорили, что не отчислите меня.

— С какой стати ты обещал это, Родерик? — капризно спросила Джемма.

— А с какой стати вы едва меня не утопили? — поинтересовалась я, приподнимаясь на локтях. Простыня сползла вниз, и ректор, заботливо подтянув ее выше, присел рядом.

— Зато теперь можешь быть уверена, что ты не маг воды, — хмыкнула Джемма.

— Оставь нас, — сказал ректор.

— Родерик, — Джемма опешила. — Я действительно перегнула, но у меня все было под контролем...

— Оставь нас, Джемма, — повторил он, повернувшись к ней.

Она фыркнула и пошла прочь, с такой амплитудой покачивая бедрами, что ее едва не заносило. Дверь громко захлопнулась.

— Я должен бы предложить вам запечатывание, Арнелла, — прямо сказал мастер Адалхард, поворачиваясь ко мне. Между его бровей появилась морщинка, и мне отчего-то захотелось ее разгладить. — Но я не буду этого делать. Да, ситуация выглядит не очень радужно. Хаос вас не слушается, вы склонны к безрассудным поступкам...

— Я не...

— А окно? — спросил он. — Вы могли разбиться.

Я вздохнула.

— Теперь вот Джемма. Отчего вы ей нахамили?

— Сначала она нахамила Миранде, — проворчала я, пряча глаза.

Ректор помрачнел, сцепил пальцы в замок и глянул на меня снова.

— Но вчера с тварью хаоса вы действовали четко и смело, — сказал он. — Умение собраться в критической ситуации — очень хорошее качество для мага. И у меня есть теория.

— Вот как?

— Я немного знаком с вашей матерью, и она произвела на меня неизгладимое впечатление, — он улыбнулся, и морщинка между бровей исчезла, зато на щеке появилась ямочка.

— Кстати, о маме, — вспомнила я. — Она просила Энцо повлиять на вас? Чтобы вы меня выгнали?

— Да, — не стал он врать. — Мне предлагали взятку, Арнелла Алетт.

— Много?

— Да уж наверняка. Я бы остался все таким же старым и больным, но уже не таким бедным.

— Спасибо, что отказались, — улыбнулась я. — Так что за теория?

— Вам пришлось рано повзрослеть: смерть отца, мама, скажем так, с особенностями, сложная материальная ситуация, приданого нет. Но зато вы несомненно молодая и здоровая, — веско добавил он.

— Благодарю.

— Хаос надо удерживать, — продолжил мастер Адалхард. — И вы с честью справлялись с этим. Никаких спонтанных прорывов. Если бы не око в храме, никто бы не понял, что вы потенциальный маг, ведь так?

— Это было очень неожиданно, — кивнула я.

— В академии мы в основном учим, как сдерживать хаос, — сказал он. — Но ваш случай особенный. Вам сперва надо научиться его выпускать. Ослабить границы. Добавить спонтанности.

— И как же это сделать? — пробормотала я.

— Раз уж я в это ввязался, то займусь вами лично.

В чем-то он был прав. Моя жизнь после смерти отца превратилась в сплошной кавардак, и я изо всех сил старалась вести себя правильно и благоразумно, быть хорошей девочкой.

— Значит, немного хаоса? — спросила я.

Ректор улыбнулся уголком рта, и его серые глаза потеплели.

— Самую малость.

***

Родерик вышел из лечебницы и столкнулся нос к носу с Мирандой, с рыжих волос которой все еще стекала вода.

— Я согласна, — сходу выпалила девушка.

Он сразу понял, о чем она, и сердце подпрыгнуло в груди, забившись быстрее.

— После Лабиринта, — сказала Миранда. — А ты взамен добудешь разрешение от императора не запечатывать мой огонь.

Родерик кивнул.

— Но есть еще одно условие, — добавила она.

— Какое же?

— Ты не будешь больше спать с Джеммой Кристо. По крайней мере до исполнения нашего договора. Считай, что я хочу быть единственной.

— А взамен ты перестанешь позорить меня перед всей академией и начнешь ночевать в своей комнате.

— Нет, — ответила она. — Я буду делать, что хочу.

— Да и хаос с тобой, — согласился он и протянул ладонь.

Рукопожатие Миранды было крепким, как у мужчины.