Глава 15

Уж не знаю, кто из этих двоих был копией кого, но спустя два часа в обществе Евы Гарпули у нее дома я поняла, что она совершенно, то есть абсолютно не похожа на Виолетту Глебовну. И в то же время являлась ее близняшкой. Вот только если моя бывшая свекровь все свои дарования и таланты направляла мне и сыну во зло, то Ева Гарпуля имела хорошее чувство юмора и любила пошутить, переводя все в непринужденную беседу. Да, она была похожа… И характером, и внешне… Но все же, это была не она. Совсем. Более того, спустя некоторое время я смогла абсолютно точно сказать, что эта женщина мне очень понравилась.

— Ох, Ивочка! Расскажи еще что-нибудь о вашем отборе. Мой Ксэндрюша там себя хорошо ведет? — взволнованно поинтересовалась она. Ксэндрюша кашлянул, намекая мамуле, что она переходит всякие границы, однако Ева лишь засмеялась. — Прости, сын. Ты такой серьезный постоянно, что мне постоянно хочется над тобой пошутить!

Ника скупо улыбнулся, с опаской косясь на меня:

— Я вел себя… очень плохо…. — хмыкнул он.

— И он прав! — тут же добила я, тыкая совсем некультурно в Нику пальцем.

— Расскажи! — тут же загорелись глаза у Евы. — В чем он на этот раз провинился? Знаешь, я так намучилась с ним в детстве, что стала воспринимать его упрямство, твердолобость и своеволие уже просто как интересное приключение.

— Он постоянно нарушает правила! — сдала я мужчину.

— Как?! — выдохнула в ужасе Ева Гарпуля.

— А вот так. Делает все по-своему. И плевать ему на других, — хмыкнула я, ловя на себе хмурый взгляд мужчины.

— Вовсе нет.

— Вовсе да!

— Ах, дети, не ссорьтесь! — Ева тяжело вздохнула. — И все же смотрю на вас, и сердечко замирает. Так хочется, чтобы вы были счастливы…

— Простите, мне, наверное, уже пора… — сказала я, ощущая, что начинаю чувствовать себя не в своей тарелке…

— Ксэндрюша! Ты же проводишь девочку?

— Да нет, не нужно… — попыталась я отговориться, но Ника поддержал свою мать.

— Я безусловно провожу тебя, Ива. На улице уже скоро начнет темнеть.

Вздохнула, но все же это был единственный, похоже, выход покинуть дом Евы Гарпули. И хотя она мне понравилась, да и я ей тоже, все же она «переняла» от Виолетты Глебовны ужасное свойство — быть везде и своим удушающим авторитетом задавливать собеседников.

Я собралась, Ника помог мне накинуть пальто и оделся сам. Тепло обнял мать, но на ее сюсюканья лишь скупо улыбнулся.

— Пока. Обещаю, что еще зайду…

Ева Гарпуля шмыгнула растроганно носом.

— Ты всегда так говоришь, но тебя приходится ждать годами!

— Не начинай. Я был в прошлом месяце…

— Бесчувственный сухарь. Ох! Надеюсь, что когда вы с Ивочкой поженитесь, ты станешь не таким холодным…

— Мы не поженимся… — сказала я, но мои слова так и остались без внимания, а вместо этого Алексэндр Ника потащил меня к выходу, попрощавшись с маман.

Прошло всего несколько минут, и вот мы на свободе. Идем, отчего-то держась за руки и вдыхая чуть прохладный, пропитанный ароматами осенней листвы воздух, и молчим, не зная, как нарушить воцарившееся между нами молчание.

— Спасибо, — все же вырвалось у меня, хотя я не хотела этого говорить.

— За что?

— Это ты ведь сломал кристалл у целителя Вуффи?

Ника слишком пронзительно глянул на меня.

— Я. Тебе есть что скрывать? Кто он был? Или… Их было несколько?

В голосе послышались грозовые нотки… А я… А я вдруг решила, что, пожалуй, с этим человеком хватит молчать. Он и так слишком много сделал для меня, слишком многим рискнул…

— Меня зовут Евгения, — сказала я.

— ЕвгенИя… — повторил Ника, немного каверкая ударение в имени.

— ЕвгЕния, — поправила я. — Я… пришла… Вернее… Ах, да что это со мной… Не могу сформулировать нормально…

Генерал остановился.

— Я не предам. Ты можешь на меня положиться, Евгения, — сказал он, заглядывая мне в глаза.

— Мне, пожалуй, нужна помощь, — выдохнула я. — Я в сложном положении. Когда ты понял, что я — не Ива Фокс?

Ника вздохнул.

— Тебе нужен честный ответ?

Кивнула.

— Да.

— Сразу.

Я удивленно приподняла бровь.

— Как это?

— Сразу, как только увидел тебя. Твое поведение слишком отличалось от манерной и воспитанной девы из академии, где готовят будущих послушных жен и хозяек. Пусть даже ты потеряла память, но должно было остаться что-то сродни чутью, интуиции, привычек… Но этого не было. Ты продолжала слишком отличаться, вести себя по-другому.

— У леди Фокс просто мог быть такой характер, — заметила я.

— Я тоже об этом подумал. Однако когда начал расследование произошедшего в библиотеке, смог познакомиться с архивными документами и характеристиками Ивы. Поверь, у нее с тобой не было ничего общего. Окончательно я удостоверился, когда ваш уровень магии оказался столь различен… И когда библиотечный хранитель сообщил мне, что твоя аура не сошлась…

— Ясно…

— Расскажи мне, — попросил мужчина. — Расскажи мне все. Кто ты? Как здесь оказалась?

Мы неспешно пошли по узенькой улочке, а меня словно прорвало. Я рассказала все. Про то, как попала сюда, про брак со Стасиком, про его свекровь, на которую так похожа мама Ники, про зайца… И злополучные кеды. И про то, что мое тело, изуродованное после аварии, все еще находится в ином мире… Рассказала и о той беспомощности, что ощущала сейчас…

Когда закончила говорить, посмотрела на Нику, но он хмуро молчал, не спеша что-то отвечать…

— Что? Теперь посадишь меня в тюрьму? Или…

— Ты не хотела участвовать в отборе?

Я качнула головой:

— Нет.

— А сейчас? Для тебя это отличный выход. Выйдешь замуж, будешь под опекой богатого лорда, который никогда не даст тебя в обиду. Проживешь спокойную жизнь.

Я хмыкнула.

— Вот уж кем точно не хочу быть, так это послушной женой-содержанкой, которая не в состоянии обеспечить свое существование сама. Да и отбор весь этот… Будто нас продают. Мерзкое ощущение.

— Тем не менее у тебя сейчас нет другого выхода, — холодно сказал Ника.

— Яруш обещал мне помочь. Мы поженимся, а он меня после отпустит и…

Горячие пальцы впились мне в плечи, притягивая ближе к себе. Дыхание мужчины почти обожгло мне губы, а взгляд, казалось, проник в самую душу.

— Только посмей выйти за него! Я уже сказал… Я выбрал тебя для себя. Не мифическую Иву Фокс. А тебя, Евгения. Ты сводишь меня с ума, ты заставляешь мое сердце биться чаще… Ты уже часть меня. Тебя принял мой чиичи. Это значит, что я никому тебя не отдам. Я…

Он не договорил. Залихвацкий свист оглушил нас, а Ника сразу же принял боевую стойку, активируя на ладони боевой пульсар и задвигая меня к себе за спину.

— Что это? — испуганно прошептала я.

— Не знаю. Но лучше бы они шли отсюда подальше. Сегодня точно не их день.

Прошло всего несколько секунд, а перед нами уже нарисовалась колоритная банда. Их было трое, как мушкетеров: один кривой, другой косой, третий жирный. У всех в руках горели сияющие синим дьявольским пламенем клинки. Сзади развевались розовые плащи суперменов с вышитыми молниями на фоне персиковых задниц.

— Так-так-так… — услышала я. — Какая интересная картина! Леди… И ее друг. Слабоват друг… Слишком тощий… — заржал тот, который мог похвастаться большими объемами и массой тела.

— Советую вам поскорее покинуть это место, — сухо сказал Ника.

— Покинуть? Нам?! Ты, часом, ничего не попутал, мужичок? Ты знаешь, кто мы?

— И кто? — хмыкнул мужчина.

— Мы — «Молниеносное трио-перделли»!

Я совсем некультурно хрюкнула и зажала себе рот ладошкой. На всякий случай. Чтобы не провоцировать и так назревающий конфликт.

— Что-то не так? — хмуро переспросил у меня кривой участник трио.

— Все отлично! Название сильное! Харизматичное! А главное — лейбл на плащиках полностью раскрывает суть!

Тут настала очередь хмуриться жирного.

— Че-то не сильно понимаю ваш юмор, леди…

— Ну вот. На фоне взаимного непонимания, может, разойдемся? А? Тихо, мирно… Руки друг другу жать не обяза…

Я не договорила. В нас полетел первый боевой пульсар, а генерал Ника, шепнув короткое заклятие, раскрыл над нами защитный купол, переливающийся синим огнем.

Еще одно заклинание, и напавших на нас бандитов накрыло нечто странное, пугающее. Такое, что заставляло действительно уверовать в то, что генерал Ника… талантлив. Хотя, наверное, это как-то по-другому называется. В общем, накрыло ребят какой-то гадостью. Ядовито-зеленой и зловонной.

— Воняет! — верещал косой. — Воняет страшно!

Я была с ним полностью согласна. Действительно воняло. Настолько, что душок, напомнивший мне запах стухших кальмаров недельной давности, добрался и до нас, хотя мы, так сказать, были вне линии огня.

— Нужно связать их. Пара минут, и они не смогут двигаться, — сообщил Ника, а я заметно занервничала.

— То есть как? Это что? Какой-то парализующий газ был, да? Яд?

— Заклинание.

— А мы? Я тоже вдохнула… Боги… Все? Мы умрем?

Уровень паники у меня, как и у всякой женщины, был максимальный, себя я не сдерживала, а вот Ника, похоже, очень даже веселился.

— Да успокойся ты, трусишка…

И вот он смело подошел к поверженным врагам. Чуть подсветил фонариком-магией, и я поняла, что все… Вот он — апогей сегодняшней ночи. Товарищи лже-мушкетеры были недвижимы. Это было вполне логично, если учесть, что к земле их приклеивала зеленовато-бурая слизь, похожая на сопли. Кое-где чудодейственная жижа начала покрываться стеклянной корочкой.

Вонь стояла несусветная, как и раньше, я даже поморщилась и отступила на шаг. А мой храбрый кавалер одним взмахом руки с глухим чпоканьем отпечатал недругов от грешной земли и заставил их медленно плыть. Куда? Наверное, сдаваться.

— Потрясающе! — выдохнула я.

— Я еще и не такое могу, — хмыкнул Ника. — Но согласен — запах весьма специфичный. Пойдем. Проводим тебя «с ребятами».

Наша процессия больше напоминала траурное шествие, однако это не мешало генералу весело шутить и травить военные байки. Но самое ужасное в этом всем было, что я смеялась! Мне нравилось его общество, да и вообще после такого напряженного дня было очень даже хорошо и спокойно.

Ника проводил меня почти до ворот:

— До завтра, — сказал он. — Я обязательно выясню, кто были эти негодяи. И… и с твоей проблемой… постараюсь помочь.

Интересно, как он собирается помогать? Может, ему розовое духовое ружье передать и он отстрелит зайца и заберет мои кеды? Вслух я этого не сказала, мило сделав ручкой:

— Пока-пока.

Попрощались, и я вошла в академию, где меня уже на входе ждала с распростертыми объятиями леди Визар.

— Позор! — надрывно вопияла она. — Где приличия? Где манеры? Как вы вообще осмелились находиться столько времени вдвоем с генералом?! Чем вы занимались?!

Я хмуро глянула на женщину.

— Ну как чем? Шли.

— Шли?!

— Ну да. Он провожал меня до академии. Правда, по дороге на нас напали бандиты… Но Ника всех уложил. Вернее, склеил… Но это уже неважно. Он обещал со всем разобраться…. Ну, я пойду, ладушки?

Визар беззвучно раскрыла и закрыла рот. Я прошла мимо нее, пожелала спокойной ночи. Она не стала меня задерживать.

Я надеялась, что смогу, оказавшись в комнате, поскорее заснуть, но не тут-то было. Если честно, увиденное повергло меня в очередной за вечер шок.

— Как… То есть… Это что?!

Начну с того, что в комнате стоял на треноге большой закопченный котел. В котле что-то булькало, пузырилось, варилось… Какая-то фиолетово-рыжая дрянь.

Над котлом, жизнерадостно паря, суетился заяц. Напротив него — чиичи Ники. Оба ждали чего-то. Какого-то эффекта, который явно должен был вот-вот произойти.

— О! Приперлась, дева прекрасная! А мы уже как раз почти закончили! — сообщил мне ушастый.

— В смысле?!

— В смысле — совсем скоро ты сможешь выпить это противоядие.

У меня задергался глаз.

— Ты сказал — противоядие? Я не ослышалась? А меня что, кто-то отравил?

— Влюбили. Правда, эффект достаточно длительный. Противоядие его сразу не снимет. Но зато есть шанс на исцеление через три дня. Ты благодарна? Хоть бы спасибо сказала!

Заяц хрюкнул. Чиичи запищал, явно тоже что-то мне пытаясь втолковать. Я же пыталась осознать суровую действительность бытия. Влюбили.

— Но кто?

— А этот… Как его… Пуппи!

В лапах у зайца появился огромный кованый половник на длинной ручке, которым он принялся помешивать варево.

— Но я же не влюбилась. В смысле, я ничего не ощущаю!

— Правильно. Ведь еще двенадцати часов нет… А как бомкнет, так и торкнет! Хы! Круто, да? Он твои туфельки особым заговоренным порошком посыпал. Причем все. Мы с Шейтом лишь пару часов назад обнаружили это… Этот любовный яд так и называется — «Полуночник».

— А как вы поняли, что это Пуппи?

— Он вчера чего-то все пасся возле твоей комнаты, — хмыкнул заяц. — Кстати, до полуночи осталось совсем немного. Ты как? Уже ощущаешь бабочек там? Трепыхания сердца?

Не знаю, что там с бабочками, но сердце у меня не просто трепыхалось, а билось в истерике. Меня приворожили! А у зайца есть сомнительное противоядие! Верить ему или нет?

Закусила губу. Так. Нужно рассуждать здраво. Надо предупредить кого-нибудь о моем «недуге». Нику! Точно!

Посмотрела на дракончика.

— Ты сможешь отнести своему хозяину послание?

Тот одобрительно кивнул и что-то прострекотал.

— Отлично!

Я села за стол. Взяла лист бумаги, перо, чернила…