ГЛАВА 25

Как позже выяснилось, ещё пару лет назад маме начали сниться яркие повторяющиеся сны, которые она считала странными и пугающими, не понимая, как их трактовать.

Ей снилось прошлое. Но поняла она это только, когда сработал путеводник, перенёсший меня в Ориндэйл. Это магическое устройство должно было внушить маме, что я отсутствую, потому что учусь за границей или что-то в этом роде. Будь она обычным человеком, так бы и получилось, но на потомка Хранителей путеводник подействовал иначе, пробудив заблокированную память.

Так что пока меня не было, она буквально сходила с ума от страха и тревоги, не представляя, куда и к кому обратиться за помощью, ведь о другом мире в полиции не расскажешь.

Хорошо хоть я отсутствовала всего пару недель, в то время как в академии Хранителей провела около месяца. Видимо, время в этом и том мирах всё же течёт по-разному.

Когда меня выписали домой, мы в спокойной обстановке смогли, наконец, обменяться воспоминаниями. Всё, что говорил Дорвил, оказалось правдой.

Мама и Лаэйрт действительно в юности встречались. Влюблённые собирались пожениться, но её родители были настроены категорично и настояли на браке с Дорвилом. Только гораздо позже, узнав тайну мужа, мама поняла, что тот просто манипулировал ими, как и другими людьми, благодаря своим способностям.

Когда Дорвил понял, что жена всё знает, решил от неё избавиться, ведь внушению она плохо поддавалась, а значит, могла выдать его секрет.

Мама тогда была уже на восьмом месяце беременности, а у иномирянки Ирины Шатиловой начались серьёзные проблемы со здоровьем. Её собирались вернуть домой, вот этим Дорвил и воспользовался. Благодаря магии эмпиров, способной подавлять, гипнотизировать и внушать ложные воспоминания, он каким-то образом поменял девушек и сам провёл ритуал отправки.

Что случилось с Ириной, даже предполагать страшно. Скорее всего, именно она погибла в пожаре, о котором упоминал Лайэрт, и Дорвил выдал обгоревшее тело иномирянки за останки жены.

– Это ужасный человек! Какое счастье, что тебе удалось выжить после встречи с ним! – хмурилась и бледнела мама, возвращаясь мыслями к бывшему мужу. – У него ведь немало сообщников среди сородичей-эмпиров. Я узнала, что несколько человек, как и он, внедрены в семьи Хранителей, только рассказать никому не успела. Родители под внушением находились, а Дорвил и его отец практически полностью ограничили мои контакты с другими людьми под предлогом тяжёлого течения беременности.

Сначала они её от родного мира отрезали, а потом вообще избавились. Маме ещё очень повезло, что после перемещения на Землю она, ослабленная и глубоко беременная, отделалась лишь потерей памяти да переломом ноги. И что неравнодушные люди довезли до её ближайшей больницы, а главное, что именно там она познакомилась с травматологом Василием Ромашкиным, который впоследствии женился на ней и удочерил меня, ведь у настоящей Ирины Шатиловой, как потом выяснилось, даже родственников не было.

– Когда меня утянуло в портал, Дорвил был обездвижен и обезврежен блокатором, а… эм… Лайэрт успел вызвать помощь. Так что думаю, этого типа уже задержали, – постаралась обнадёжить маму, невольно споткнувшись на фамилии… отца. Привыкнуть к этому факту пока ещё было непросто, но в целом смотритель мне нравился.

– А о моих родителях ты ничего не слышала? – с надеждой спросила она. – Боюсь, этот негодяй давно от них избавился, ведь столько лет прошло! К сожалению, по этому поводу ничего оптимистического я сказать не могла, хотя и попыталась сгладить ответ:

– Нет, но это неудивительно. С Серенитой мы нормально не общались, а кто ещё там мог о них говорить? Так что не стоит делать категоричных выводов.

– Значит, Гардэн сказал, что найдёт нас? – с какой-то незнакомой мечтательной интонацией улыбнулась вдруг мама после небольшой паузы.

Я не сразу поняла о ком речь, пока не вернулась в памяти к финалу своего рассказа. Надо же, я так привыкла, что к смотрителю все обращаются по фамилии, что даже не знала его имени.

– Да, сказал. И это прозвучало как обещание.

– Что ж, он всегда выполняет обещания, а значит, нам нужно подготовиться и собрать вещи. Хотя бы самые необходимые, – резюмировала она с прежней улыбкой.

Меня не удивляло то, что мама вдруг словно забыла всю нашу жизнь до этого момента, и собиралась без оглядки оставить привычный быт, вернувшись в Ориндэйл. Я сама хоть и пыталась как-то адаптироваться к прежней жизни, мысленно почти всё время находилась совсем в другом месте.

Просто не могла заставить себя не думать об Обране, не переживать о нём. В голову так и лезли страшные картинки, где мой дракон, не обнаружив меня, в гневе разносит академию, и от него в итоге просто избавляются. Или как он погибает от тоски, ведь мне тоже его очень сильно не хватало, как, впрочем, и кое-кого ещё.

В то, что Лайэрт нас действительно найдёт, я в отличие от мамы не очень верила. Пытаясь как-то отвлечься от всех этих переживаний, даже к занятиям вернулась, вот только, как прежде, учёба больше не вдохновляла. Я вообще уже не была уверена в выборе будущей профессии и в том, что нахожусь на своём месте.

Не понимаю, как так вышло, но суровая, холодная и негостеприимная академия Хранителей сейчас казалась милее и роднее привычного универа.

Летели дни. И без того призрачная надежда на чудо таяла. В этом свете даже мой день рождения не радовал. Мне не хотелось шумного праздника и веселья – настроение было не то. Поэтому решили отметить моё двадцатилетие в тесном семейном кругу. Только мы с мамой. Ну и отец, буквально на днях вернувшийся из длительной командировки, обещал заскочить поздравить.

Когда я уже накрывала на стол, позвонила подруга-одногруппница и взволнованно затараторила в трубку:

– Привет, Маша! Я, кажется, большую глупость сделала, но этот мужик меня просто врасплох застал! Налетел, когда я из дверей универа вышла, и стал совать под нос бумажку с твоим именем. Я даже сообразить ничего не успела.

– Какой мужик?! – Я затаила дыхание, боясь поверить надежде, с которой уже почти простилась.

– Не знаю. Такой высокий, патлатый. Иностранец, наверное, потому что по-нашему не говорил и не понимал. Совал всем подряд эту бумажку, а там написано название города, университета и твоё ФИО. Он на пальцах объяснил, что твой родственник и ищет тебя. Прости, я так растерялась, что показала ваш дом и только потом поняла, что он может быть маньяком! Извини, пожалуйста! – испуганно причитала девушка. – И лучше не открывай ему дверь!

– Ясно, спасибо. Не переживай, у меня действительно есть такие родственники, – успокоила я одногруппницу слегка дрогнувшим голосом и побежала в прихожую, оглушённая собственным, нереально участившимся сердцебиением.

Наш дом находился совсем рядом с универом – буквально через дорогу. Квартира располагалась в первом подъезде на первом этаже, так что «иностранец» должен быть уже совсем рядом.

– К нам пришли! – крикнула я в сторону спальни, куда мама отправилась переодеваться, и поспешила распахнуть дверь, в которую уже громко тарабанили, игнорируя наличие звонка.

На пороге стоял взъерошенный Гарден Лайэрт в местами испачканной, помятой и несколько старомодной для нашего мира одежде.

– Живая! – со стоном облегчения выдохнул он, сгребая меня в охапку и крепко прижимая к себе.

– Как вы меня нашли? – пискнула, почти задушенная в этом объятии. Происходящее пока ещё казалось сном – несомненно, радостным, но всё же почти нереальным. Тем более что в последнее время мне всё чаще снились подобные ситуации.

– Катя и Оля рассказали, где тебя найти, – выдохнул смотритель, неохотно меня отпуская, и я невольно порадовалась, что однажды мы с девчонками довольно подробно рассказали друг другу о себе. – Они же поделились своими путеводниками и помогли их настроить с учётом знаний географии вашего мира, чтобы быстрее до тебя добраться, – неловко улыбнулся он, похоже, не зная, как себя со мной вести, но в карих глазах светилась неподдельная нежность. – Это всё равно было непросто, учитывая, что я не знаю вашего языка.

Только тут я сообразила, что общаемся мы на языке Ориндэйла. Видимо, всё ещё действовал, введённый мне адаптор.

– А ты здесь… одна? – спросил вдруг мужчина с несвойственной ему робостью и с надеждой осмотрелся по сторонам.

– Мама сейчас придёт. Проходите, – понимающе улыбнулась я и, закрыв дверь, наконец, задала главный интересующий меня вопрос: – Что с Обраном? Он жив?!

– Да, конечно. Только его пришлось на время ввести в длительный целебный сон до твоего возвращения и перевезти в безопасное место, – ответил новообретённый отец, продолжая нетерпеливо оглядываться по сторонам.

Можно было не гадать, чего, а точнее, кого именно он так ждёт.

– Куда?

– К твоим бабушке и дедушке. Они долго находились под воздействием Дорвила, но сейчас уже пришли в себя и очень ждут вашего возвращения.

– Значит, они живы! – не сдержала я радостного возгласа. Перспективы впереди маячили всё более радужные. – А Дорвила, получается, удалось задержать?

– Да. И задержать, и отправить в пожизненное заключение, надёжно заблокировав его магию. Хорошо, что Флориан догадался приставить к тебе своих фамильяров для защиты. Если бы не его волк, неизвестно чем бы всё закончилось. – Едва договорив последнюю фразу, Лайэрт вдруг замер, резко побледнев и уставившись куда-то за мою спину.

Это в гостиную, наконец, вошла мама, принарядившись к празднику в длинное облегающее платье и распустив волосы. Увидев нашего гостя, она тихо вскрикнула, тоже поражённо застыла на месте и прикрыла ладонью рот, а в её широко распахнутых глазах заблестели слёзы. Ждала, готовилась, и всё равно эта встреча оказалась шоком.

Почувствовав себя третьей лишней и посчитав, что мама уже в достаточной степени восстановила воспоминания о прошлом, включая знание родного языка, я тихонько скрылась в другой комнате.

Меня саму настолько переполняли эмоции и предвкушение предстоящего возвращения, что просто необходимо было хоть несколько минут провести в одиночестве и уложить случившееся в голове.

Не знаю точно, сколько прошло времени, когда ко мне заглянула сияющая и словно помолодевшая мама со словами, что нам пора перемещаться. В этот момент в дверь позвонили.

– Это папа, – встревожилась я. – Нужно как-то предупредить его, что нам предстоит далеко и надолго уехать.

– Хорошо, что он пришёл сейчас – путеводник сам внушит ему эту мысль, – вздохнула мама.

– Только давай всё же нормально с ним простимся и скажем хотя бы частичную правду, – настояла я.

В итоге мы познакомили папу с Лайэртом, сообщив, что к маме вернулась память, мы нашли моего настоящего отца и уезжаем к нему… в другую страну. Он, конечно, немного расстроился, но в целом принял новость спокойно и даже порадовался за меня, а действие путеводника закрепило этот эффект.

Хорошо, что у моего земного папы уже есть другая семья, значит, одиноким он себя чувствовать не будет. К тому же Лайэрт заверил, что, поскольку теперь есть точные координаты, при желании я смогу перемещаться сюда порталом и навещать его.