ГЛАВА 26

Когда мы переместились, в Ориндэйле уже наступил вечер. Нас встретили несколько патрульных и проводили в академию. Лайэрт предложил остаться здесь до утра, а потом отправиться дальше.

По его словам, сейчас брешь была уже не так активна и опасна, как раньше, потому что всех студентов с кровью эмпиров отсюда убрали. Это были те самые дети от браков Хранителей и маскирующихся под них эмпиров. Всего вместе с Серенитой таких нашлось трое.

И пусть воздействовать на других людей, как Дорвил, они не могли, само их присутствие нарушало равновесие этого места и мешало стабилизации бреши, усиливая отток энергии, но не давая положительного результата.

Теперь им предстояло обучаться всему заново, с учётом особенностей их магии, которая в случае активации опасных способностей, вообще может быть заблокирована или значительно ослаблена. Так что Серениту было даже жаль. Очень уж резкий и болезненный получился скачок от титула королевы до клейма дочери преступника-эмпира.

Мне не терпелось поскорее увидеть Обрана, снова ощутить свою связь с ним, познакомиться с дедушкой и бабушкой, но в то же время я была искренне рада снова побывать в академии Хранителей. Это место навевало много воспоминаний, как тревожных, так и приятных.

Когда мы прибыли, в академии было время ужина. Студенты, сотрудники и преподаватели находились в трапезном зале, так что мы ни с кем не столкнулись, тем более что отец специально выбрал обходной путь. Понимал, что мы сегодня слишком много всего пережили и не готовы общаться с толпой незнакомцев. Но к Оле с Катей я всё же заглянула.

Девчонки очень обрадовались моему появлению. Встреча получилась по-настоящему тёплой. Мы проболтали около часа. В основном говорила я, рассказывая свою почти невероятную историю, которая звучала как сказка.

Оля не удержавшись, злорадно прошлась по Серените, отметив, как жалко она выглядела, узнав об аресте отца. Про Флориана тоже не забыла. Рассказала, что его отец, оказывается, тоже находился под воздействием магии Дорвила. Так что сейчас он временно отстранён от занимаемой должности и проходит реабилитацию вместе с другими жертвами эмпиров.

– А его сын всё так же нос задирает. Как ни в чём не бывало, – проворчала Оля, заставив меня встрепенуться.

– По-моему, ты придираешься. Нормально он себя ведёт, – пожала плечами Катя.

– А разве он сейчас здесь? – спросила я, с трудом скрывая волнение. Лайэрта я о Блэкмуре не спрашивала, хотя мысли о нём преследовали чуть ли не постоянно. Просто не до разговоров было.

– А разве он куда-то уезжал? – вопросом на вопрос ответила Оля, снова ввергнув меня в ступор.

Быстро попрощавшись и пообещав не терять с соотечественницами связь, я интуитивно направилась в сторону подземелий, ускоряя шаг и надеясь, что родители меня ещё не хватились.

Сердце трепыхалось, словно пытаясь вырваться из грудной клетки. Надежда подгоняла и окрыляла, делая привычный путь короче. И вот я уже добралась до подземелья, а ещё через пять минут до озера. Только тут многое изменилось!

Замерла, с удивлением разглядывая новенькие большие серо-голубые каменные плиты пола и такую же облицовку стен и потолка. Теперь озерцо казалось бассейном какого-то недешёвого отеля, но всё так же манило к себе тихим плеском волн и нежным свечением.

С разочарованным вздохом я подошла ближе. На берегу было пусто, настроение сразу упало. Надежда найти здесь Флориана не оправдалась.

Что ж, не идти же теперь в мужское общежитие. Значит, нашу встречу придётся на какое-то время отложить, а пока решила хотя бы искупаться. По традиции в одежде, ведь, судя по переменам, здесь мог появиться кто угодно, да и высушить свои вещи без проблем для меня теперь – простая задача.

Тёплая вода привычно успокоила и помогла немного расслабиться. Я даже прикрыла глаза от удовольствия, но тут же открыла их и напряглась, услышав звук приближающихся шагов.

Увидев того, кто нарушил моё уединение, я не сдержала радостной улыбки. Изнутри как будто поднялась и накрыла с головой мощная тёплая волна.

– Ты настоящая? – тихо спросил Флориан, подходя к самому берегу и жадно вглядываясь в моё лицо. – Мне уже столько раз это снилось.

Я выбралась на каменные плиты и, подойдя к блондину почти вплотную, тоже понизив голос, спросила:

– А ты? Разве ты не уехал в тот раз вместе с отцом?

– Пришлось подчиниться, чтобы усыпить его бдительность. Но я той же ночью сбежал и вернулся в академию. Жаль только не успел, – неохотно ответил Блэкмур, не отводя от моего лица взгляда, от которого становилось жарко.

– Зато твой фамильяр успел и спас нас, – улыбнулась ободряюще и, поддавшись порыву, убрала его чёлку, упавшую на глаза.

– Значит, настоящая? – почему-то перешёл собеседник на волнующий шёпот. По коже побежали мурашки.

– Проверь! – предложила с вызовом, и его горячие губы тут же накрыли мои.

Да уж, ощущение огня, бегущего по венам вместо крови и воспламеняющего каждую клеточку организма, точно было реальным. Такое во сне не приснится!

Мы неохотно оторвались друг от друга, когда этот жар стал почти нестерпимым, лишив возможности нормально дышать. Наверное, нужно было что-то сказать, но, думаю, наши взгляды в этот момент были красноречивее любых слов, так что озвучивать ничего не требовалось.

– Что случилось с нашим озером? – спросила, немного придя в себя и снова осмотрев появившиеся обновления.

– Оно вдруг снова стало целебным, как много лет назад, и всё благодаря тебе, – улыбнулся Флориан, поводив руками вдоль моего тела и заботливо высушив одежду. – Члены Совета неоднократно пытались вернуть ему утраченные свойства разными методами. В одной из старинных книг, оставленных нашими предками, был описан довольно простой способ. Требовалось лишь добавить в воду по капле крови всех ныне живущих Хранителей.

– Ничего себе простой способ!

– Представь себе, они это сделали и не раз. Однако ничего не получалось, пока в воду случайно не попала твоя кровь. Она была недостающим звеном этой цепочки. Так что теперь днём здесь порой бывает многолюдно, но на вечер я всегда ставлю скрывающий барьер. В это время озеро только наше, – объяснил Блэкмур, снова притягивая к себе. И вновь нас закружил вихрь страсти, на этот раз щедро разбавленный нежностью.

– Это тебе. С днём рождения, – сказал он чуть позже, когда мы просто сидели на берегу, обнявшись и болтая ногами в воде. В мою ладонь лёг небольшой, завораживающе прекрасный нежно-голубой кристалл на тонкой изящной золотистой цепочке. – Не удивляйся, я видел твои данные в записях.

– И всё это время носил его с собой?

– Не всё. С того дня, как Лайэрт отправился в твой мир. Надеялся, что он сможет тебя вернуть, хоть и боялся, что этого не произойдёт. Мне до сих пор ещё не верится. – Флориан смотрел так, словно боялся, что я сейчас исчезну.

– Мне тоже, – шепнула, не отводя взгляда. Воздух между нами сгустился и будто наэлектризовался.

– Маша, вот ты где. Мы тебя обыскались, – раздался позади голос упомянутого смотрителя, то есть моего отца. Я всё же начала привыкать к этой мысли. – Идём. Скоро начнётся отток энергии, нужно успеть максимально обезопасить вас с мамой от этой процедуры. Не стоит пока через неё проходить.

Он смотрел на нас с Блэкмуром, слегка нахмурившись, но хотя бы никак не комментировал то, что и так было очевидным.

– Можно ещё пару минут? – Уходить не хотелось.

– Я не успел предупредить: тебе ещё придётся сюда вернуться, когда восстановишься. Все, кого призвала академия, должны провести здесь определённое время, так что скоро увидитесь, – удивил мужчина неожиданным заявлением, скорее обрадовав, чем огорчив.

– Обран вернётся со мной? – уточнила, понимая, что отрицательный ответ меня не устроит ни при каких обстоятельствах.

– Разумеется. Кто же его теперь удержит вдали от хозяйки, – по-доброму усмехнулся Лайэрт. – Да и мне спокойнее, когда у тебя под боком такой защитник. Завтра уже с ним встретишься, а сейчас нам пора. Идём.

Кивнув Блэкмуру на прощание, отец скрылся в тоннеле, ведущем к выходу.

– Что ж, увидимся, когда вернусь, – вздохнула, легко касаясь руки Флориана.

– Зачем так долго ждать? Утром я вас провожу, а через неделю у меня будет разрешение на двухдневный выезд из академии. Так что жди в гости, - хмыкнул он, помогая подняться и снова притягивая в объятие.

– Куда в гости? Я пока даже не знаю, где мой новый дом.

– Я найду.

Какое-то время мы просто стояли, обнявшись и молчали, потому что слова по-прежнему не требовались. Потом я побежала догонять Лайэрта, который, разумеется, далеко не ушёл и ждал за поворотом.

– Значит, это у вас всё-таки серьёзно? – поинтересовался он с тяжёлым вздохом, когда мы продолжили путь уже вместе. – Я ведь ещё тогда видел, что между вами искрит.

– Время покажет. Флориан вам не нравится? – спросила на всякий случай. Хотя, конечно, чужое мнение никак бы не повлияло на мои чувства.

– Мне не нравится его отец и многие решения главы совета. Но теперь-то понятно, что им манипулировал Дорвил, так что, наверное, всё не так уж плохо. Хорошо, что злоумышленники, наконец, обезврежены, а их дети, надеюсь, со временем всё же найдут своё место в Ориндэйле. И давай уже на ты, Маша, мы же не чужие люди.

Он тепло и как-то немного смущённо мне улыбнулся.

– Хорошо, – я улыбнулась в ответ. Мы пока ещё не всегда понимали, как себя друг с другом вести, но неловкости в общении становилось всё меньше. – Скажи, почему все ваши проверки не смогли выявить эмпиров среди студентов и взрослых Хранителей?

– Выяснилось, что перед проверкой эти засранцы принимали специальный препарат, на некоторое время меняющий свойства крови, и детей перед отправкой в академию им накачивали. Поэтому результат был отрицательным. Но теперь проверку сделали длительной и многоступенчатой, так что в будущем такие ошибки невозможны, – заверил отец и вдруг нахмурился, заметив украшение, которое я держала в руке, любуясь тем, как разноцветными искрами на гранях кристалла играет огонёк маячка, что освещал нам путь. – А это откуда?!

– Флориан подарил на день рождения, а что? – насторожилась я, потому что эмоциональный посыл был непонятным.

– Какой быстрый! Серените не отдавал – время тянул, а тебе, значит, сразу подарил, – недовольно вздохнул отец, разглядывая камень на моей ладони, и после недолгой паузы, пояснил: – Это тарбадин – украшение, которое передаётся в семьях Хранителей по женской линии. Обычно его дарят будущей невесте, как обозначение брачных намерений и знак принятия в род. Но тебя это ни к чему не обязывает. Можешь вернуть в любой момент. Ты вообще теперь – завидная невеста. Не стоит торопиться. Или я чего-то не знаю, и нам нужно готовиться к свадьбе?

– Конечно, нужно. Только не к моей, а к вашей с мамой, – улыбнулась, снова заставив этого с виду сурового мужчину смутиться.

Торопиться я и в самом деле не планировала. Ведь впереди была целая жизнь в новом мире с близкими и дорогими людьми, но и от подарка Флориана, ещё больше согревающего сердце после осознания его истинного смысла, отказываться не собиралась.

Наверное, когда-нибудь, я передам это украшение своему сыну, чтобы тот подарил его будущей невесте, но до того момента с кристаллом точно не расстанусь...

Академию мы покидали на рассвете, чтобы опять же не оказаться в центре внимания, ведь новости уже наверняка распространились. Флориан, как и обещал, пришёл провожать. При родителях он держался подчёркнуто вежливо и вёл себя сдержанно, а на прощание подарил мне крохотный, ещё не распустившийся жёлтый цветок на тонком стебельке.

– Это первоцветник. Нашёл по дороге и глазам не поверил. Говорят, здесь очень давно не было цветов, а теперь, вот, снова начали появляться. Может, однажды и до ромашек дело дойдёт, раз уж самые главные Хранительницы вернулись домой, – сказал он, с улыбкой вручая мне растение.

И только тут я поняла, что снега вокруг стало гораздо меньше, чем раньше. Местами вообще виднелись проплешины, где ярко зеленела трава, а на ближайшей ветке вдруг обнаружились первые, едва проклюнувшиеся почки, однозначно свидетельствующие о том, что в академию Хранителей, наконец-то, пришла весна.

Конец