Глава 15

— Лласар, ты в последнее время головой не ударялся? Или прошлой ночью в дерево врезался, пока улетал от нашего общежития? Что может быть необычного в простолюдинке из провинции?

Вампир расхохотался, а я раздраженно уперла руки в боки, наблюдая за тем, как клыкастый, забыв про голод, складывается пополам от смеха:

— Что смешного сказала?!

Вампир всхлипнул, утирая набежавшую слезу, и давясь хохотом, выдавил:

— Может ты и правда из провинции, но точно не простолюдинка! Кильмесурн — Ледяная Смерть, Меч Королей, после гибели последнего владельца, показывался лишь дважды за время, что живет в академии.

— Живет? — приподняла брови в удивлении, размышляя, может ли голод сделать вампира невменяемым.

— Именно Холдор! У Ледяной Смерти есть душа. Говорят, он создан прямым потомком демиурга, первым магом этого мира, от которого пошел род человеческих правителей. Король Ринальдо в знак расположения, подарил клинок своему бастарду: ректору Балтазару Войлину. Когда тот умер, своевольный меч исчез, не желая даваться в руки ни одному из следующих ректоров, поскольку те не приходились родней королям. Не знаю, где эту железяку носило столько лет, но то, что он пришел защитить тебя, означает одно: в тебе есть капля истинной королевской крови.

Говорят, с сумасшедшими надо соглашаться, чтобы не вызвать агрессию:

— Ага, прекрасно. А теперь, если ты закончил экскурс в историю магических артефактов, пошли сортировать книги.

— Не веришь?

— Я дочь своих родителей, а никаких не королей с демиургами! У нас в родне никогда не было знати: уж поверь, свое бесславное родовое древо я знаю назубок. И вообще, ты не думал, что меч мог просто пожалеть меня? Что он по натуре своей благороден и только защитил невинного? А тебе сейчас стоит пойти к ректору. Потому что, если ты продолжишь бросаться на меня, Кильмесурн вернется и действительно тебя прирежет, а я не переживу такой потери.

— Я все-таки тебе нравлюсь? Так и знал, что ты просто ломаешься! — приосанился вампир. Вы поглядите на него, еще немного и распушит хвост, как птица джадада в брачный сезон.

— Не обольщайся Лласар! Просто если тебя не станет, кого я тогда буду лупить чайником?

Под приглушенные ругательства на вампирском, поймала брошенный в меня древний талмуд и направилась к столу, разбирать книжный завал. Пыхтящий от гнева, сын ночи последовал моему примеру. Через минуту я услышала:

— Не говори никому о том, что здесь было.

— Ты тоже. Особенно весь этот бред про истинную королевскую кровь. Мне совершенно не нужна такая слава!

— Хм… может, и не скажу. Вот если бы ты дала мне, хоть глоток своей тепленькой… — мечтательно начал вампир.

— Вообще, это ты мне должен! — перебила я

— Что?! — вампир даже выглянул из-за высоченной стопки книг, чтобы видеть мое лицо. А я заметила, что порезы на его шее хоть и затянулись, но три тонких шрама по-прежнему белели, напоминанием о смертоносном волшебном клинке.

— Я не стала обвинять тебя в нападении, когда к нам подошел тот искатель в городе.

— А может это ты мне должна? В конце концов, я тебе нос не ломал!

— И не советую пробовать. Мало ли меч вернется?

— Гррррр!

— Я тоже люблю тебя Лласар!