Глава 16

Без десяти девять мы с вампиром бок о бок шли по парку в свои корпуса. Моя голова ныла от количества названий древних талмудов, которые пришлось перебирать. Даже присутствие вампира с его кровожадными взглядами меня не бодрило.

У фонтана в центре парка каждый молча повернул в свою сторону. Странно, но теперь я больше не боялась, что Лласар нападет. Заступничество меча и совместный труд заставили меня по-другому взглянуть на этого вампира. Мне даже было немного его жаль. И чего он упрямится? Шел бы к ректору со своей проблемой и не мучился. Неужели, ему настолько важно заполучить именно меня?

Вампиры чувствуют своих доноров очень тонко и глубоко. Стоит Сету выпить моей крови, он тут же узнает про второй дар. Вряд ли Лласара заинтересует сила целителя, но для него будет большим искушением лишить меня второго дара. Может, Эстион Уолис был бы только рад, если вампир забрал мою убийственную силу? Тогда он пополнит ряды боевых магов и поправит ректорскую статистику.

Но все вампиры в основном некроманты или темные искусники, в крайнем случае, менталисты. Боевых магов среди них не водилось с сотворения мира. Странно, неужели не всякая выпитая сила приживается? Или она меняет полярность и в результате просто усиливает первоначальный дар вампира?

Размышляя, не заметила, как дошла до своей комнаты. Уже протянула руку к двери с кольцом, когда дверь рядом распахнулась и оттуда высунулась нага:

— Иди-ка сюда! — змея схватила меня за рукав и втащила к себе в комнату, захлопнув за нами дверь.

Я вырвала руку из холодных цепких пальцев:

— А ну отпусти! Что тебе нужно, Селина?

— Да как ты смеешь обращаться ко мне по имени, грязная простолюдинка? — шипела озлобленная змеюка — Я покажу тебе твое место!

Мою ногу обвил и дернул противный скользкий хвост, отчего я упала на пол, больно ударившись локтем. И где меч, когда он так нужен? Или он может появляться только в библиотеке?

Нага с удовлетворением посмотрела на меня сверху вниз и прошипела:

— А теперь слушай и запоминай: для тебя я эстиона Азель! И вот еще что: Лласар мой! Поняла? Еще раз приблизишься к нему, я на тебе живого места не оставлю!

Ответить я не успела, потому что рядом с изумленной змеицей из теней, сияя изумрудными глазами, соткался черный силуэт Ирмы.

— И кто тут у нас не в своей комнате после отбоя?

— Простите эстиона Ирма, я здесь не по своей воле. Меня… — "сюда притащили", хотела сказать я, но меня перебили:

— О, у нас тут еще одна из представительниц рода Азель пожаловала! Ваша прабабка тоже училась на целительницу и доставляла мне массу проблем своим ужасным поведением. Запомните адептка Азель: если еще раз увижу то, что видела сейчас, я найду метод, сделать вашу жизнь в этом здании незабываемой! Я понятно объясняю?! — рыкнула пантера, показав клыкастую пасть во всей красе.

— Да, эстиона Разящая! — потупила глаза Селина, но мне снизу было прекрасно видно, что под ресницами полыхает пожар гнева.

— Великолепно! — отозвалась пантера и посмотрела на меня — Марш в свою комнату!

Я поднялась и, потирая ушибленный локоть, с удовольствием вернулась к себе.

Дриада сидела на кровати в привычной позе, со скрещенными ногами. Увидев меня, дочь леса отложила гребень и кинулась мне навстречу:

— Ну наконец-то! Я уж думала, тебя съел вампир!

— Как видишь, меня признали невкусной! — отшутилась я.

— Серьезно, где ты была? Я думала, придется растить для тебя лиану, чтобы помочь забраться в окно!

— Я вернулась вовремя. Просто наша ползучая соседка втащила меня в свою комнату, чтобы постращать.

— Почему она тебя ненавидит?

— Потому что ей нравится Лласар, который, похоже, не отвечает ей взаимностью. По мнению Сейлины, только я мешаю их клыкасто-змеиному счастью.

— И как ты от нее отвязалась?

— Эстиона Ирма спасла. Хорошая оборотница. Надо принести ей на выходных какую-нибудь вкусность от Блеза.

— О, кстати! Есть хочешь? Я тут из столовой захватила пару пирогов и чай заварила.

— Ты моя спасительница! Я сейчас шла и думала, что буду вертеться в постели, просыпаясь каждую минуту от урчания собственного желудка! Так проголодалась, что еще немного и неизвестно кто бы кого съел: вампир меня или я его!

— Ешь давай, потом благодарить будешь — отозвалась Флори, щеки которой зарделись от смущения и удовольствия что ее похвалили. Румянец, на зеленоватой коже живо напомнил мой любимый сорт груш.

У голодного все мысли о еде. Кажется, я все больше начинаю понимать вампира! Может он не так уж и плох, как казалось вначале?