Глава 56

Теорию видений нам читала невысокая женщина с забавной фамилией Эйнот. Студенты за глаза называли ее эстиона Енот. Ее черты лица, меленькие темно-карие глаза и миниатюрные ладони в черных митенках действительно делали ее чем-то похожей на этого зверька.

Суть предмета состояла в том, чтобы научиться определять истинные и ложные видения. Первые сбывались, вторые были порождением подсознания предсказателя и не несли никакой полезной информации. Не найдя лично для себя ничего интересного, я просто записывала лекцию.

Если менталисты и предсказатели пересекались на некоторых предметах, то на магическом поиске, я оказалась единственным носителем голубой мантии.

Я заплутала и в нужную аудиторию вошла со звонком. Адепты в коричневых мантиях искателей оживленно переговариваясь восседали за партами. Но стоило мне войти, в аудитории повисла мертвая тишина.

Все с любопытством и изумлением смотрели, как я шла к единственной свободной парте в конце среднего ряда.

В своем небесном одеянии я выделялась, как голубая сойка в окружении воробьев.

Под прицелами трех десятков глаз я села за парту и достала тетрадь. Вдруг ко мне подошел черноволосый худой адепт и с издевкой произнес:

— Я знал, что менталисты тупые медитаторы с заскоками, но не думал, что настолько! Эй, новенькая, ты что, не различаешь цвета? Зачем ты пришла сюда?

— Затем, что этот предмет стоит в ее расписании адепт Краннеш— заметил преподаватель магического поиска, неслышно вошедший в двери.

Это был полуэльф с зелеными глазами и золотистыми волосами до плеч, связанными в хвост темной бархатной ленточкой. Он, как и все преподаватели, носил черную мантию. В расписании я прочла, что его имя Мелвин Охтайр.

— Раз уж вы считаете, что ваши коллеги с факультета менталистов так глупы, продемонстрируйте нам силу ваших умственных способностей — певучим голосом произнес полукровка, подкрепив слова приглашающим жестом.

— К доске! Напишите нам формулы поиска по крови родственников ближних и дальних. Затем досконально объясните ритуал. Плюс формулу и ритуал поиска с использованием останков родственника более чем вековой давности.

— Да, эстион Охтайр! — ответил Адепт Краннеш. Перед тем, как отправиться отвечать, парень бросил на меня далекий от доброжелательности взгляд.

Отвечал черноволосый хам кое-как. Было видно, что если он и открывал учебник, то лишь с тем, чтобы бегло пробежать глазами материал, а потом забросить книгу куда подальше.

В аудитории то и дело слышались сдавленные смешки, когда Краннеш ошибался. Когда адепт перешел к последнему вопросу, все уже открыто хохотали.

Не понимая причины веселья, я недоуменно смотрела на заливающихся смехом адептов, то на попеременно бледнеющего и краснеющего Краннеша, то на укоризненно качающего головой эстиона Охтайра.

Наконец, вполне насладившись позором адепта, полуэльф молча кивнул в сторону парт, разрешая садиться:

— Что и требовалось доказать: ваш ум, адепт, далеко не так остер, как язык. Прежде чем обсуждать чужой интеллект, вам следовало хотя бы выучить домашнее задание. Как думаете адепт Зиан Краннеш, чем именно вы сейчас повеселили всю группу? Не знаете? Так я вам скажу! Вы не сможете отыскать никого при помощи останков, которым более ста лет! Для ритуала поиска пригодна кровь максимум трехдневного трупа родственника разыскиваемого объекта. Я понятно объясняю?

— Да, эстион Охтайр… — глухо пробормотал адепт, уткнувшись взглядом в парту.

— Великолепно! А теперь открыли тетради и записали новую тему: следы ауры и их классификация.

Когда прозвенел звонок, я спешно вышла из аудитории, опасаясь столкновения с обиженным на меня адептом.

Зиан Краннеш догнал меня и, проходя мимо, толкнул так, что я пролетела полкоридора.

По дороге я выронила сумку, из которой посыпались учебники с тетрадями. Потом впечаталась в чью-то мощную широкую грудь, затянутую в зеленую мантию следопыта. А под занавес запуталась в собственном одеянии и рухнула на пятую точку.