Глава 18. Девчонки во дворце
Все трое смотрели на замок немигающим взглядом, словно лишь сейчас в полной мере осознали, на что решились. Люка нахмурилась, Зарина сжала кулаки. На Виндолен не было лица. Люка никогда ещё не видела её такой: сломленной, но предельно решительной.
«Да что ж такое? Отцу грозит гибель, если ты не соберёшься!»
- Люка, когда войдём во дворец, сможешь снять иллюзию моего внешнего вида? – негромко спросила принцесса по дороге в замок. Все трое шли под прикрытием Люкиной иллюзии невидимости.
- Да, снимается она гораздо проще, чем накладывается, - подтвердила Люка, обходя группку попрошаек.
Зарина тоже их заметила, и заметно погрустнела.
- При моем отце уровень безработицы был гораздо ниже, - вздохнула принцесса.
- При твоём отце её вообще не было, - поправила её Люка и, помимо воли, улыбнулась, - уверена, ты будешь его достойной преемницей.
Тень сомнений набежала на лицо принцессы. Если слова Люки ей и польстили, то она умело это скрыла.
Девчонки крались вечерним Солинкаем. Люка отметила общий упадок улиц и уныние, овладевшее лицами людей. У неё было лишь одно воспоминание из столицы, какая-то единственная семейная поездка в её детстве. Но из того путешествия Люка запомнила лишь красоту столицы и общую атмосферу веселья, царившую в ней.
И Люкино воспоминание – это всё, что от неё осталось.
Они обходили места большого скопления людей. Зарина вела девчонок такими тропками в обход площадей, что Люка удивлялась, откуда она вообще их знает. К самому замку они подошли, когда солнце спряталось за горизонтом, и заметно похолодало.
У ограды вокруг королевского сада девушки остановились. Принцесса что-то обдумывала, Виндолен потирала друг о дружку замёрзшие руки.
- Это скульптура… твоей мамы? – внезапно спросила Люка. Зарина стремительно развернулась и посмотрела туда, куда указывала Люка. В центре сада высилась статуя красивой женщины в свободных одеждах. В руках она держала младенца, и смотрела на него со щемящей сердце нежностью.
- Мама! – прошептала Зарина, сжимая рукой решетки.
- Она родила? – озадаченно спросила Виндолен.
- Это неважно! Она жива!
Каким-то шестым чувством, а может, она просто достаточно хорошо узнала принцессу, но Люка совершенно точно поняла: принцесса совсем не рада появлению на свет брата или сестры.
- А это мальчик или девочка? – осторожно уточнила Люка.
- Мне всё равно! – Зирайна подтвердила её догадки, - я должна была сделать это гораздо раньше! Прийти сюда, помочь ей, спасти её, а не прятаться, как помойная крыса!
В голосе принцессы послышались слёзы, но Люка ничего ей не ответила. Как она смогла бы утешить Зирайну, если сама себя корила точно так же?
- У вас хотя бы остался шанс спасти родных, - безо всякого выражения сказала Виндолен, - а я… сидела в академии и даже не узнала бы о смерти папы, если бы магическая кошка не сказала бы.
- А как же твоя мама?
- Я росла без неё, - ещё более сухим, неживым тоном ответила Виндолен, - папа был для меня роднее всех…
- Мы отомстим Зенекису! – твёрдо произнесла Зирайна, взяв Виндолен за запястье, - и мы сделаем это сегодня, клянусь!
Не теряя больше времени, девушки пробрались мимо стражников и вошли на территорию замка. Одному из гвардейцев Люка наколдовала громкий звук в противоположной от них стороне; другому – иллюзию драки на приличном расстоянии от входа, который они охраняли. Невидимость надёжно скрывала их троих, пока они медленно продвигались по саду на другую сторону дворца – туда, где было больше шансов найти мало охраняемый запасной вход.
Но во внутреннем дворике они увидели то, что разъярило Зирайну. Это была скульптура Зенекиса, и Люка смогла хорошо его разглядеть. В длинном плаще, с насмешливым выражением лица, Его Величество Зенекис предстал пред ними юнцом, казалось, не намного старше их самих. Короткие волосы вились, совсем как у Адемаро; глаза выглядели чуть раскосыми. В одной руке король держал магический шар, в другой – булаву навершием вниз.
- Почему вниз? – прошептала Виндолен.
- Это… символизм, - выдохнула принцесса, пожирая статую ненавистным взглядом, - булава как символ власти, а он сам вроде как над ней. Настолько высок и влиятелен, что выше самой власти, словно воплощение Бога в миру. Но он падёт, и очень скоро. А сейчас, Люка, сними мою поддельную внешность. Я от неё устала.
Люке для этого понадобилось не больше минуты. Выражение лица Виндолен не изменилось, когда она увидела принцессу в её истинном облике – девушку выдавали лишь её изумлённые глаза.
- То есть, я целый месяц ходила на ленты с наследной принцессой?!
- И демонстрировала ей своё полнейшее неуважение, - пробормотала Люка, напрягаясь, чтобы удержать невидимость на них троих, - куда дальше?
Зирайна повела девчонок дальше, вглубь двора, ближе к замковым стенам. Они благополучно миновали несколько запасных входов во дворец, но все они охранялись, и принцесса вела их дальше. Она шла уверено, словно хорошо знала, куда их ведёт, и Люке хотелось в это верить. Когда они завернули за ближайший флигель, то резко остановились: большие арочные двери, ведущие в боковое крыло, тоже охранялось, причем недурственно.
Принцесса выругалась с экспрессией, совсем не свойственной членам королевской семьи.
- Нам нужно именно сюда?
- Да! – сердито прошептала Зирайна, - в этом крыле находится штаб командования стражей! Мы сможем достать любые ключи, которые нам нужны!
- Но я не знаю, какие нужны! – запаниковала Люка. Их план трещал по швам.
- Ты ничего не слышал? – произнёс один из стражников.
Трое из них одновременно повернули головы к тому месту, где стояли девушки.
- Показалось, - зевнул ближайший, - в сумерках чего только не померещится.
Люка осторожно отвела девушек в сторону, тщательно удерживая на них иллюзию невидимости. Обе выглядели испуганными и побледневшими.
- Как нам пройти? – зашептала Виндолен, - внутри, подозреваю, стражи не меньше!
- Под невидимостью, - твёрдо ответила Люка, - главное – не шуметь! Я не смогу подавить звуки наших шагов. Это отнимет слишком большой запас из моего резерва.
- Это, конечно, хорошо, - нетерпеливо ответила Виндолен, - но как хотя бы внутрь пробраться мимо этих?
- Люка, может, снимешь с меня невидимость? – задумчиво предложила принцесса, - стража бросится на меня, а вы проскочите внутрь.
- А ты? – засомневалась Люка, - что будет дальше с тобой? Куда убежишь, как спрячешься? К тому же, не сомневаюсь, что о твоём обнаружении тут же доложат кому надо.
- Что насчет меня? – предложила Виндолен, - меня они не знают, и докладывать кому-то выше своего непосредственного командира вряд ли станут, если увидят.
- Девочки, мне проще сотворить иллюзию какого-нибудь вообще незнакомого человека, чем подвергать вас такой опасности, - вздохнула Люка, - на кого отреагируют все пятеро? Есть идеи?
- На твоего отца отреагировали бы, - внесла предложение Виндолен, но Люка его отвергла.
- Нет. Это может спровоцировать повышенное наблюдение за его камерой. Подумают, что он сбежал. Или планирует.
- Что насчет нашего ректора?
- Я бы предпочла не полагаться на облики заключенных, - закусила губу Люка, - мало ли, где его держат? Что, если где-то возле мамы с папой? Тогда и им попадет.
- Тогда нужно пустить в ход облик того, кому это не навредит, - начала издалека принцесса, - например, мой отец. Я даже не могу предсказать реакцию стражи на его облик. Или умрут от страха, или от стыда за то, что служат захватчику.
- Если больше предложений нет, то остановимся на этом, - одобрила идею Люка, - держитесь за мной, и, едва что-то пойдет не так, немедля обратите моё внимание на это! Если же всё получится, нам нужно как можно скорее оказаться внутри. Дальше нас снова поведёшь ты, Зирайна.
Они подобрались максимально близко к боковой стороне лестницы, и Люка взялась за дело. Она помнила, как выглядел король Альм, потому, что много раз видела его изображение на страницах новостных журналов. Люка соткала его образ из полосок белого цвета. Призрак короля ступил на засыпанную гравием аллейную дорожку, и Люка добавила негромкий звук хруста по его ногами, желая создать эффект полного присутствия.
- Как он разговаривал? – напряженно спросила Люка у Зарины, смотревшей на облик со слезами на глазах, - мягко, строго? Приказывал, или просил?
- Приказывал, конечно, - принцесса вытерла уголки глаз, - но не сурово, а спокойно.
- Поняла.
Призрак остановился в пятнадцати шагах от стражи. Все пятеро глазели на него молча и не мигая.
- Мои верные подданные! – глубокий голос почившего монарха прорезал ночную тишину, - как вам спится ночью, зная, что после моей кончины вы переметнулись на сторону врага?
Люка скосила взгляд на принцессу. Зирайна утёрла слёзы, грустно улыбнулась и показала Люке два больших пальца.
- Ввваше Величество! – промямлил один из парней, - мы служили Вам верой и правдой…
- И не уберегли мою семью от позора и насилия! – голос почившего короля прогрохотал в ночной тиши, подобно грому, - в отместку я расправлюсь с вашими!
Виндолен открыла рот от удивления: она не ожидала подобного поворота. Взгляд Зирайны из растроганного превратился в изумлённый. Призрачный монарх развернулся и пошел прочь вдоль аллеи, вытягивая из ножен длинный меч, блеснувший сталью в свете луны.
Как Люка и рассчитывала, стражники переполошились.
- Что это было?! Призрак?!
- Призраков не существует, дубина! – пытался увещевать подчинённых тот, в ком Люка заподозрила старшего по званию.
- Но он был здесь, разговаривал с нами!
- Чёрта с два он навредит моей семье! – один из стражников в сердцах бросил на землю меч.
- Вы гвардейцы Его Величества, или портовая рвань?! – лютовал командир.
- Это и был Его Величество!
- У меня двое маленьких детей дома!
- А у меня трое!
- Люка, ты гений! – прошептала Зирайна, видя, как четверо из стражников уходят вслед призрачному королю.
- Что делать с их старшим? – закусила губу Люка.
- Сейчас попробую что-то придумать, - принцесса перебралась через парапет, и, тихо подойдя сзади, провела рукой по волосам стражника.
Его глаза остекленели, рот открылся в безмолвном крике. Зирайна, сама не ожидая такого эффекта, гуськом прокралась обратно к девчонкам.
Стражник забормотал что-то невразумительное, крутнулся на месте, и, споткнувшись о парапет, упал на траву.
- Нет, дорогая, нет! – кричал он каким-то своим картинам перед глазами, - не делай этого!
- Что ты сделала? – удивлённо спросила Люка у Зарины.
- Показала ему страшные картины из его прошлого, - нахмурилась принцесса, - я поняла, что могу контролировать чужой мозг в ту ночь, когда смогла унять твоё горе после той вести о скорой казни твоего папы. Что-то вроде этого умеют менталисты, только я этому никогда не училась.
- Нужно его заткнуть, - отрывисто бросила Виндолен, - иначе он перебудит половину дворца!
Она дёрнула головой, и послышался мерзкий хруст. Крик стражника на несколько секунд стал совершенно невыносимым, но после этого быстро стих. Люка обернулась к Виндолен: глаза той горели.
- Что ты сделала?! – схватилась за голову Зирайна.
- Сломала ему ногу, - меланхолично ответила Виндолен.
- Зачем?! Он ведь просто выполнял свою работу! – принцесса была в ужасе.
- Как и мой отец, - спокойно ответила Виндолен, - как и твой. Это им не помогло, не спасло их. Если мы будем нянчиться с каждым стражником, то очень скоро откажемся там, где наши отцы. А у этого парня срастётся нога, и будет как новенькая. Я ведь не сердце ему остановила!
- Так нельзя! – не могла успокоиться Зирайна, - так мы будем ничем не лучше Зенекиса.
- Виндолен права, - холодно ответила принцессе Люка, - мы пришли спасать моих родителей и твою маму, а не играть в сестёр милосердия. Если сейчас проявить слабость, это ничем хорошим не закончится. Нужно идти дальше.
«Нужно жить».
Люке пришлось заткнуть чувство сожаления и жалости к этим пятерым стражникам. Тех четверых, скорее всего, осудят за дезертирство, а оставшийся будет долго лечить сломанную ногу. Но этот выбор был сделан за неё, и Люка ничего не могла с этим поделать. Или идти дальше, и хотя бы попытаться вытащить из тюрьмы родителей, или сдаться и вернуться обратно.
Оставить отца умирать на эшафоте, а маму – неизвестно сколько томиться в тюрьме? Этого она допустить не могла. Весь прошлый год она жила точно с пеленой перед глазами, понимая, что маму и папу поймали и заточили, но стараясь жить так, словно ничего не произошло. Как во сне.
И пробуждение не преминуло её настигнуть.
Девушки двинулись вперёд. У Люки уже было ощущение чудовищной усталости, хотя она знала, что это лишь начало их пути. По сути, ничего толком они не сделали и ничего ещё не добились; в любой момент они могли развернуться и отправиться обратно в академию. И едва Люка представляла, сколько опасностей их ещё ждёт впереди, ей хотелось заскулить и уткнуться носом в чьё либо плечо. В плечо того, кто защитит её.
Но в данный момент времени никто не мог её защитить. Ни Мар, верный королю, ни родители, находящиеся в неприступной Ластирье. Наоборот, это ей, Люке, было кого защищать! И она не отступит в такой момент. Не предаст родных, не сбежит.
- Ты хоть знаешь, где находиться Ластирья? – напряженно спросила Люка у Зирайны, когда они миновали второй этаж.
- К сожалению, да, - негромко ответила принцесса, - это недалеко. Но нам там нечего делать без ключей.
- Это какие-то необычные ключи? – спросила Виндолен, - иначе я не понимаю, зачем они там. Разве самую неприступную крепость страны не охраняет что-то посильнее обычных решеток и закрытых дверей?
- Охраняет, - снова вздохнула Зирайна, - но в любом случае, без ключей мы даже камеры Люкиных родителей не отопрем. Не спешите! Это где-то здесь.
Все трое прижались друг к другу сильнее, потому, как услышали вдалеке шаги. Пульс Люки тут же зашкалил, ей мгновенно подурнело. К счастью, шаги неизвестного затихли вдали, и девушки одновременно выдохнули.
- Сюда, - шепотом позвала принцесса, проходя дальше по коридору.
Девушки вышли в небольшой зал, и там, наконец-то, Люка поняла, куда их вела Зирайна. Коридор оканчивался глухим эркером без окон, и прямо на его стенах находились сотни ключей. Они были разных размеров и выглядели совершенно непохожими друг на друга. На некоторых висели ярлыки, на других их не было. Люка застыла, тут же растерявшись.
- Как мы найдём нужные? – коротко спросила она у Зирайны, стараясь не паниковать.
- Найдём, - неопределённо ответила принцесса, - меня больше интересует, как обойти охранный контур.
- Я ничего не вижу, - прокомментировала Виндолен.
То что, на первый взгляд показалось Люке перепадом света, оказалось тем, что могло свести на нет все их усилия. Едва заметная преграда отделяла их от эркера, и Люка, отлично понимая природу волшебства, совсем не хотела рисковать и проверять на себе, как работает эта охранная пелена.
- Только не говори, что мы тут застряли, - Люка обратилась к принцессе без особого энтузиазма, - ты знаешь, что это? Видела когда-то похожее?
- Такая охранка стояла у моих покоев, - тихо произнесла принцесса, - и я так и не придумала, как её обойти. А знаешь, кто её ставил? Варий кусок-дерьма Плайтон.
- Я польщён, что ты оценила мою работу.
Люке хватило доли секунды, чтобы проверить: невидимость всё ещё держалась на них. Она мягко подхватила девчонок под локотки и отвела максимально близко к стене, хотя понимала, что это вряд ли уже их спасет.
Плайтон стоял в начале коридора, и выглядел ещё более мерзко, чем Люка его запомнила. Длинные рыжие волосы были распущены, спутаны и грязны. Лицо, обезображенное шрамом, перекосила злобная гримаса. По тому, как бегали его глаза из стороны в сторону, Люка поняла, что он их не видит, но всё равно знает, что они здесь, словно чувствует. Как в тот раз, когда он обернулся вслед ей, скрытой под чарами невидимости!
- Твой голос, Зирайна, ублажает мой слух, - Варий, улыбаясь, ступил шаг вперёд. Люка ни у кого больше не видела столь гнусной улыбки. Ей начинало казаться, что шрам даже украсил Плайтона, потому как его лицо само по себе было верхом уродства, - а ты, маленькая гордая принцесса, не только слух умеешь ублажать.
- Тебе показалось, - ответила ему Люка и сбросила с себя иллюзию невидимости, - я пришла одна, Плайтон. Мне нужны ключи, и ты прекрасно знаешь какие.
Он оказался рядом в мгновение ока, и Люка инстинктивно сотворила лучшую иллюзию в своей жизни: она скопировала сама себя и оставила эту призрачную Люку на месте; сама же невредимой отступила назад.
Плайтон схватился двумя руками за шею её фантома, и Люка напряглась, поддерживая иллюзию осязаемости и удерживая невидимость на стоящих рядом девочках и себе.
«Почему Виндолен не ранит его?» - промелькнула мысль, но тут же спуталась, исчезла, когда Плайтон отбросил Люкин морок и схватил за руку её настоящую.
- Ты искусна в иллюзиях, Юлёнен, но не совершенна! – удар Плайтона пришелся ей по голове. Люка упала, понимая, что теряет власть над собственным сознание. Последнее, что она успела заметить – как с девочек соскочила невидимость.
А дальше её поглотил мрак.