ГЛАВА 13

— Наконец-то. Я уж думал, мы получим по шее, — бурчанием встретил меня Риган, едва оказалась в коридоре.

— И с чего вдруг мы бы получили? — постаралась, чтобы голос звучал невозмутимо, но беспокойные руки все равно выдавали волнение с головой.

Я теребила рукава форменного платья, дергала амулет, пропускала под кончиками пальцев холодные звенья тонкой цепочки. Мы с Риганом избегали смотреть друг на друга, все еще испытывая неловкость за ситуацию, случившуюся в палате Фрая. Недоразумение, но оно изрядно пошатнуло спокойствие обоих.

— С того, что ходим, где не надо. В лазарете переполох, — Риган двинулся вдоль коридора и продолжил пояснять на ходу. Чтобы слышать, что говорит охотник, пришлось следовать за ним в сторону выхода из лекарского крыла. — Ты не единственная, кто набедокурил на тренировке.

Я молчаливо закатила глаза, но встревать не стала. Быстрым шагом мчалась за Риганом, пока он говорил:

— Преподаватель на занятие так и не вернулся, и какие-то ребята умудрились опрокинуть стойку с оружием. Говорят, кого-то нехило завалило железками.

— Да уж, — покачала головой и состроила недовольную мину. Однако оценить мою гримасу возмущения было некому. Риган на меня по — прежнему старался не смотреть. — А мы-то тут причем? Стойку опрокинули они, а по шее — нам?

Риган притормозил, пропуская строй бегущих медичек. В охапках, в фартуках и в корзинках они тащили целую гору лекарственных зелий.

— Главная сестра несколько раз проходила по коридору, — тихо пояснил Риган. — Я боялся, она заподозрит, что не просто так подпираю стены в лазарете.

— Но? — уловила что-то в его интонации и подтолкнула к продолжению изгибом брови.

— Но она мне ничего не сказала. В последний раз так вообще вышла из своего кабинета и чуть ли не бегом растворилась в коридорах. Нам просто повезло, ещё чуть-чуть и…

Идея вспыхнула неудержимым пожаром, а под кожей поползло нетерпение. Мышцы от напряжения обратились в тугие пружины. Я резко развернулась на пятках и ринулась обратно вглубь лазарета.

— Аста! Стой! Куда ты?

Риган не сразу сообразил, что происходит, а потому ему пришлось догонять меня, попутно пытаясь не натолкнуться на кого-то из персонала лазарета.

— Да остановись же ты! — уже громче и настойчивее попросил он, и я впервые за все короткое время нашей связки почувствовала, что хожу по грани.

Еще немного и он накинет на меня парализующие чары.

Боясь оказаться под воздействием неприятного заклятья, я замедлила шаг и свернула в безлюдный коридор. Кивком подозвала Ригана к себе, и он нерешительно подчинился.

— Мне нужно попасть в кабинет главной сестры, — не стала ждать вопроса и бросила сразу в лоб.

Риган ошарашено заморгал, глядя на меня с недоверием. Я видела, как он переваривает услышанное и как все сильнее стягиваются к переносице его брови. Он строго хмурился, готовясь вот-вот приказать выкинуть из головы дурную затею.

Но я опять опередила его, сказав:

— Это важно. Там должны быть истории пациентов, назначения… Мы можем узнать, что случилось с Фраем и чем его отравили.

Риган моего энтузиазма не разделял. Глядел на меня, чуть прищурившись и скрестив руки на груди, а в сером взгляде опять сгустились грозовые тучи.

Я прикусила губу и уронила взор. Кажется, он мне больше не верит. А все из-за той глупой сцены в палате Фрая. Наверняка Риган решил, будто я ходила к темерату на свидание, а поиски ответов были лишь предлогом.

— Пожалуйста, — выдохнула, глядя в пол. — Это моя последняя просьба.

Послышался протяжный вздох, а потом парень устало пробормотал:

— Сомневаюсь.

Повисло тяжелое молчание, которое разбавляли далекие голоса лекарок и собственный пульс, что частой дробью бился в висках.

— Пошли, — вдруг бросил Риган и зашагал вперед меня. Но не на выход из лазарета, а обратно в коридоры, откуда мы не так давно собирались уйти.

Я часто заморгала, не веря глазам. Риган же остановился, спрятав ладони в карманы темной форменной куртки, и обернулся.

— Идешь? — коротко спросил он.

Усилием воли сбросила оцепенение, бодро закивала и почти бегом ринулась за ним. Мы быстро миновали бледные безликие ходы лазарета, что из-за переполоха в приемных покоях резко опустели, и оказались у двери кабинета.

Пока я воровато озиралась по сторонам, Риган осторожно повернул ручку… и та легко поддалась.

— Посторожишь? — неуверенно уточнила я, а Риган твердо качнул головой.

— Нет уж. Прошлого раза с головой хватило. Я с тобой.

Хоть парень ничего такого и не сказал, от его слов я вновь залилась краской стыда. Однако смешанные чувства не заглушили голос рассудка, что приказал шагнуть внутрь комнаты, а не мяться у порога.

— Ты все не так понял, — избито оправдалась, когда мы оказались внутри кабинета.

Риган же одарил меня удивленным и несколько огорченным взглядом:

— Мы вломились сюда, чтобы поболтать? — он криво улыбнулся, и мне отчаянно захотелось, чтобы прямо сейчас пол подо мной рухнул.

Я расстроено отвернулась и решила сосредоточиться на деле. Изо всех сил постаралась приглушить бурлящую от эмоций кровь и осмотрелась.

Обычный кабинет с кучей стеллажей по периметру и рабочим столом у окна. На полках полно папок с буквенными и цифровыми указаниями. Под стеклом прячутся пузатые пузырьки зелий. На некоторых прозрачных шкафчиках висят замки, на других их нет. Однако из всей обстановки мое внимание сразу привлек заваленный бумагами стол.

— Что мы ищем? — Риган бродил вдоль полок с папками, задумчиво изучая указатели на них.

— Что-нибудь на Фрая Белидора. Заметки лекарей, рецепты на зелья… Без понятия, что за бумаги заполняют в лазарете, но подойдет все, что найдем.

— Не понимаю, зачем тебе это, — отозвался парень, уткнувшись носом в серые ряды документов.

Я подхватила со стола стопку каких-то листов и принялась их бегло пролистывать:

— Говорю же, кто-то хотел его отравить…

— Чтобы выбить из церемонии, — закончил Риган, хотя о своих догадках ему не говорила.

Тут же прекратила прогонять под пальцем бумаги с коряво выведенными чужими именами и пронзила охотника цепким взглядом:

— Ты так думаешь?

— Ты тоже. Так ведь? — парировал он и отвернулся от полки.

В коридоре загремели чужие шаги, и мы оба притихли. Я даже зачем-то согнула ноги в коленях, будто готовясь прыгнуть или спрятаться под стол. Только сомневаюсь, что это бы меня спасло…

К счастью, шум снаружи стих, но разговор мы продолжили уже шепотом.

— Да, я считаю, что это было сделано специально. Поэтому и ходила сегодня к Фраю.

— Да-да, — лукаво улыбнулся Риган, а мне будто плетью ударили по щекам.

Я крепче прижала стопку бумажек к груди и впилась в них пальцами. Наверняка останутся следы от ногтей, но я об этом и думать забыла. Внутри кипело странное, едкое чувство, которое я всеми силами пыталась заглушить, и потому вновь возмутилась:

— Я серьезно. То, что ты видел…

— Я не хочу обсуждать то, что я видел, — пожал плечами напарник и отвернулся к стеллажам. — Это ваше дело, Аста. Я ничего не имею против.

— Прекрати! — почти застонала я. — Из Фрая ещё пунш не выветрился, вот он и вел себя так. Все мои расспросы кончались его дурачеством. Он не смог мне ни одного имени назвать, а потому у меня нет подозреваемых!

Риган вновь резко обернулся, на этот раз держа в руках папку. Он в пару шагов пересек комнату и серьезно заглянул мне в глаза. От такого напора я забыла, как дышать, и нервно застыла.

— В таком случае, ты не думаешь, что он вел себя так специально? — поинтересовался Риган. — Тебе не кажется, что он пытался кого-то прикрыть?

Я тяжело сглотнула, но глаз не отвела. С достоинством выдержала ураган, бушующий под густыми ресницами парня, и спросила:

— И кого же?

Папка с тихим хлопком упала между нами на стол, о который Риган уперся ладонью и чуть склонился ко мне. Сердце тревожно забилось, и Тьма ледяными струнами потянулась по жилам.

— Себя, — уверенно ответил Риган. — Почему ты отказываешься видеть самый очевидный вариант?

Я глупо открыла и закрыла рот, слепо глядя в пол. Раз за разом прокручивала в памяти вечер церемонии, все отчетливее убеждаясь — Риган вполне может быть прав.

Его догадка сразу многое расставила на свои места. Ведь редко кто будет сражаться за нас рьяней, чем мы сами. А чтобы спасти собственную шкуру, можно пойти на любые хитрости. Уж я-то знаю это как никто другой.

Теорию Ригана нельзя списывать со счетов, однако в ней полно шероховатостей. Допустим, Фрай побоялся выпить заранее подготовленное зелье просто так, без шоу, потому что опасался наказания за уклонение от обязанности вступить в связку. Хорошо, пусть так. Выходит, темерату нужно было создать видимость отравления?

Тут и начинаются сложности. Как удалось подговорить официанта, и почему Фрай не побоялся огласки? Может, в бокале ничего и не было, а весь этот спектакль с подносом и напитками — простое совпадение?

В конце концов, Фрай мог проглотить что-то, пока мы шли к портьере. В темноте и суматохе это очень просто скрыть, а по залу всегда ходила куча прислуги. Подойди к любой, отпей из случайного бокала, а ранее проглоченная отрава все равно начнет действовать, и откуда она взялась никто уже не узнает.

Подкуп? Иллюзия? Умелое представление и подстава?

Нет ни одной зацепки, чтобы быть уверенными хоть в чем-то. Но и теория Ригана, несмотря на очевидные провалы, все равно казалась вполне вероятной. Однако чтобы понять что-то наверняка, нужны хотя бы бумаги из лазарета.

Я пыталась продумать различные пути реализации теории Ригана, и уже неосознанно верила в виновность Фрая. В груди расцветал букет из досады и обиды. Чувствовала себя ребенком, которого водили за нос и ловко манипулировали. Как могла так обмануться? Повестись на старую привязанность и смотреть сквозь пальцы, не замечая очевидного?

— Выходит, я задавала не те вопросы, — вынесла вердикт и вновь погрузилась в тягучее болото мыслей.

Фрай ведь еще на балу настаивал, чтобы я спросила его об обращении. Уже тогда он хотел рассказать что-то важное или, может, предупредить, но я замялась. Упустила момент и опоздала. Яд зелья оказался быстрее меня, однако от церемонии все равно не уберег.

— Хочешь снова вернуться к нему в палату? — мне показалось, что в голосе Ригана сквозило огорчение.

— Не сегодня. Подожду, пока у него мозги просохнут от алкоголя, — заключила, снова уткнувшись в бумаги, что покрыли столешницу белой скатертью. — С ним бесполезно сейчас разговаривать.

Риган усмехнулся, и сначала я решила, будто его позабавила моя неумелая шутка. Однако уже через мгновение он протянул мне вынутый из папки лист, на котором значилось имя Фрая.

— Может, расскажешь, что за «правильные» вопросы хочешь ему задать? Вместе думается быстрее.

С удивлением глядела на его протянутую руку. Несмотря на то, что парень держал в ней документ, меня не покидало чувство, будто этот жест значит кое-что гораздо большее.

Однако я не успела обдумать предложение охотника. За дверью послышались шаги, а мы с Риганом испуганно переглянулись и застыли.

— Валери, — крикнула женщина, стоящая прямо на пороге кабинета, в который мы незаконно пробрались, — ты не знаешь, где ключи?

Пользуясь замешательством незваной гостьи за дверью и ступором Ригана, я вырвала документ из его пальцев и скомкала быстрее, чем парень успел отреагировать.

— Ты что творишь? — одними губами прошелестел он, выпучив грозовые глаза.

Я же без зазрений совести оттянула воротник платья и спрятала ворованный бланк под одеждой. Глаза Ригана округлились ещё больше, а челюсть отвисла.

— Ключи? — из глубин коридора донесся второй голос, который постепенно приближался. — Они разве не у тебя?

Пока Риган бесшумно левитировал опустевшую на один лист папку на законное место, я выхватила из ближайшего шкафчика с зельями, на котором не было замка, случайный пузырек. Напарник, который неожиданно превратился в соучастника, вопросительно уставился на меня и потряс ладонью, указывая то на меня, то на прозрачный ящик.

— Нет, они не у меня! — опять крикнули под дверью, а я раздраженно закатила глаза.

Подумать только. Нашу шкуру спасает пустая перепалка, которую можно было решить в секунду. Дверь-то открыта.

И, кажется, об этом догадалась не только я.

— Тогда дерни ручку. Там открыто!

— Сюда! — шикнула, ныряя под стол.

Риган бесшумно перепрыгнул через столешницу и забился в тесное укрытие рядом со мной. Моя коленка уперлась ему в грудь, а его голова легла мне на плечо. Я попыталась сменить неудобное положение, но дверь резко отварилась.

Звуки шагов перемещались по комнате так, будто вошедший наворачивал круги просто для разминки. От одной стены к другой, от стеллажа с папками к столу. Я даже запаниковала, решив, что мы оставили какие-то улики, и тело затопил жар.

Тьма внутри взвилась от нетерпения, кончики пальцев зудели от черной магии, что рвалась наружу. Голос внутри нашептывал, что могу укрыть нас в тенях, спрятать под покрывалом мглы… Но я не рискнула испытывать судьбу и всеми силами прогоняла назойливый зов.

Пока хозяйка кабинета бродила от стеллажа к стеллажу, я боялась дышать и ловила каждый вздох, чтобы тот не разразился громом среди тишины кабинета. Страх кипел адреналином, обжигал обезумевшее сердце.

Риган, кажется, чувствовал то же самое. Я коленкой ощущала, как под ребрами трепещет его сердце. Со стыдом осознала, что и парень мое слышит просто отлично, ведь его голова покоится на моей груди.

Я вздрогнула, когда что-то с хлопком упало на столешницу, под которой мы прятались. Риган попытался повернуть голову, чтобы взглянуть мне в лицо, но малейшее движение вызвало шорох ткани. Боясь быть разоблаченной, тут же накрыла его голову ладонью, этим жестом молчаливо прося не двигаться.

Парень все понял и замер, но руку отнимать не спешила. Боялась пошевелиться лишний раз, а потому позволила пальцам зарыться в короткие жесткие пряди.

Сердце гремело громче шагов так неудачно вернувшейся медицинской сестры, но я отчетливо разбирала все ее перемещения. И когда та приблизилась к столу, оцепенело вжалась спиной в угол, будто это могло меня спасти.

Однако когда женщина, собираясь присесть, отодвинула стул, ничто не помогло скрыться. Даже чары невидимости, которые попытался наложить на нас Риган, сработали с издевательским хлопком.