Глава 5

Вчерашний день был таким долгим, а ночь такой короткой, что я совсем не выспалась. Мне что-то снилось тяжелое, мрачное, тревожное… Наяву, однако, было не сильно лучше.

Нет, водные маги не стали меня ничем колотить. Они и слова не сказали. Буквально. Стоило мне где-либо появиться, как от меня шарахались, точно от чумной. Мои однокурсники просто старались уйти оттуда, где я появлялась. Если я проходила мимо них по коридору, меня сопровождали молчаливые осуждающие взгляды, а затем — шепот за спиной. Тоже наверняка осуждающий, но я в этом не была уверена.

Лору тоже избегали. С утра она успела поговорить с девчонками в общежитии до того, как они бы ушли в город — все-таки был выходной. После этого они перестали с ней разговаривать.

Несмотря на все случившееся, в мозгу застряла только одна мысль: «Эйдан».

Я уже смирилась с семейным проклятьем. Я поверила в то, что стала участницей Игр — хвала Нериде за это. И бойкот я переживу, ведь я это предвидела. И вообще, думала, что будет хуже. Но поцелуй с Эйданом? В голове не укладывается.

Может, Эвр ошибся? Что-то не так понял? Может, там была какая-то предыстория? Ну, что он это на спор делает или типа того…

О, а вот и Эвр собственной персоной — идет по коридору прямиком из столовой и общается с кем-то. А вдруг он расскажет о своем видении? Только этого не хватало.

— Эвр, привет! — сказала я. — Можно тебя на минутку?

Воздушник оторвался от увлеченного разговора и посмотрел на меня. Я наконец увидела, кто был с ним рядом. Да это же Мирабель! Она улыбнулась и помахала мне.

— Привет, Ирен! Рада, что ты решилась участвовать в Играх! Это необычайно смелый поступок… для водного мага.

— Спасибо. Я украду у тебя Эвра ненадолго, хорошо?

— Конечно.

Я увела Эвра под локоть в угол. Возможно, я сделала это слишком резво, но у меня не получается делать вид, что все в порядке, когда это не так.

— Что такое, голубушка? — Спросил Эвр. Он выглядел сбитым столку, но быстро взял себя в руки. — Хочешь получить пару советов перед первым испытанием?

— Что? Нет! Это подождет, — ответила я раздраженно. Не хочу это признавать, но Эвр прав. Я должна думать об испытании, а не о каких-то гипотетических поцелуях. И все же…

— Я по поводу твоего вчерашнего видения.

— О…

— Умоляю тебя, никому не говори!

— Да за кого ты меня принимаешь! — Эвр надулся. — Истинный прорицатель чтит этический кодекс и никогда не делится предсказаниями с теми, кого они не касаются.

Я выдохнула.

— Слава богам. А Эйдану ты говорил?

— Нет, да он и не спрашивал.

В отдалении послышался мерзкий смешок. Я обернулась. Как же я сразу не догадалась? Это Эмма смеялась над очередной шуткой Эйдана. А он обворожительно улыбался и выглядел сногсшибательно. В прочем, как всегда.

Какие у меня могут быть шансы?

Тем более мне и не нужны такие шансы.

Эвр тоже посмотрел на Эйдана.

— Похоже, ему сейчас лучше об этом не знать.

Я кивнула.

— Слушай, а что именно ты видел? Может, ты упустил какую-то деталь, которая бы все объяснила? Может, это был розыгрыш?

Эвр ухмыльнулся.

— Я понимаю твое недоверие. Мне, честно говоря, самому интересно узнать, как вы к этому придете. Я бы еще посмотрел, но я не контролирую видения будущего. К тому же, думаю, ты слышала…

— Боги перекрывают провидцам будущее об Играх. Да-да, понимаю. Но что конкретно ты вчера видел?

Эвр улыбнулся.

— О, это было забавно. Вы были в каком-то темном месте. Эйдан обнимает тебя и говорит: «Таких девушек как ты я ещё не встречал». А ты такая: «И скольким девушкам ты это говорил?» И смеёшься. А он такой: «Многим. Но тебе я первой говорю это искренне». Он смотрит на тебя, ты смотришь на него — искра, буря безумие, поцелуй!

Эйдан взмахнул руками.

— Это так романтично! Обещай мне потом рассказать подробности… Если выживешь, конечно же.

— Э-э, договорились.

Если бы мне постоянно не напоминали, что я могу умереть в любой момент, мне жилось бы гораздо легче.

Я отошла от Эвра и тут же наткнулась на Лору.

— О чем это вы с ним шушукались? — Спросила она.

— Да так, ничего серьёзного…

Лора посмотрела на меня взглядом строгой матери и скрестила руки на груди.

— Опять секреты от меня. На одних тайнах да недомолвках дружбу не построишь. Ты же видишь, я не отказалась от тебя, когда узнала правду. И расплатилась за это изоляцией от общества.

У меня сжалось сердце.

— Прости меня… Ты не должна страдать из-за моего выбора. Если ты не захочешь со мной общаться, я пойму.

Лора стала ещё строже.

— Ты сделала свой выбор, а я свой. Иначе зачем нужны друзья?

— Ох, Лора, чтоб я без тебя делала! Я все расскажу. В общем… У Эвра вчера было видение, что мы с Эйданом… Ну… Поцеловались. Он сказал, что видит не только настоящее, но и будущее.

Лора была ошеломлена.

— Быть не может…

— Думаешь, он врет?

— Вряд ли, — Лора подперла подбородок рукой в задумчивости. — Мирабель мне говорила о его способности. Глаза у него закатывались?

— Ага, да так, что зрачки исчезли.

— Нет, он не врет. Но Ирен, не думаешь ли ты, что…

— … У меня нет никаких шансов? Я все понимаю.

Лора потрясла головой.

— Да нет же, дело не в этом. Ирен, ты понимаешь, какая репутация у Эйдана?

— Самого популярного парня в академии?

— Нет, то есть да, то есть… Репутация сердцееда и интригана! Слышала, что в прошлом году его сокурсника отчислили? Ходят слухи, что это Эйдан его подставил — убирал конкурента на выбор в Игры. А Селеста? Бедняжка из воздушного факультета! Она рассталась с ним, а потом её внезапно отчислили! Ты понимаешь, о чем я говорю? Он опасен! Он мастерски притворяется кем угодно, но истинное нутро показывает не сразу и далеко не всем. Так и добивается своего. Скользкий тип. Они с Эммой друг друга стоят, просто она не умеет притворяться… Добренькой.

Я тяжело вздохнула. Лора продолжила.

— Не знаю, в какие игры он будет играть с тобой, но прошу, не верь ему ни на секунду. Ты понимаешь?

— Конечно.

Лора приобняла меня за плечи.

— Я волнуюсь за тебя. Столько всего навалилось… А тут поцелуй с соперником. Не дай ему задурить тебе голову. Он наверняка хочет победы не меньше тебя.

— Ты права. Я буду осторожна.

У Лоры заблестели глаза. Она отвернулась и часто заморгала. Через полминуты она снова улыбалась.

— Нам пора идти, а то на церемонию опоздаем, — напомнила я.

На небе внезапно появились тучи. Не помню, чтобы погода так быстро менялась. В прочем это же осень, чего от неё ожидать. Я оторвала взгляд от окна и отправилась вслед за Лорой.

Церемонию решили провести в бальном зале. Обычно его использовали как одну из аудиторий, но на этот раз парты убрали, а сидения расставили вдоль стены без окон только для преподавателей. Студентам же пришлось толпиться в свободном пространстве. Лора взяла меня за руку и быстро протащила сквозь сборище прямо к возвышению, которое служило подобием сцены. Там уже стояли четыре магистра, Тритон и три участника. С ума сойти, еще пять минут до церемонии, а уже все в сборе. Вроде и не опоздала, но все равно чувствую себя неловко.

Лора подтолкнула меня вперед, прошептав на ухо: «Удачи!». Я взглядом поискала ступеньки на помост, как вдруг заметила Эйдана. Он протянул мне руку.

— Давай помогу, — сказал он.

— Спасибо.

С его помощью я взобралась на помост. Эвр общался с Гебом, не обращая на меня внимания. Думаю, оно и к лучшему — не хватало еще слышать от него смешки по поводу моего будущего с Эйданом. Даже не знаю, как к этому относиться. Чем больше я об этом думаю, тем больше мне эта мысль кажется возможной. Но Лора права — он мой соперник с сомнительной репутацией, так что не надо позволять его флюидам вскружить мне голову.

Но что он галантен — это приятно.

Я встала рядом с ним. Эйдан выглядел скучающим. Везет же ему. Я при взгляде на эту толпу едва могу справиться с тревогой — все-таки я на сцене. Мне хотя бы сотую доли его смелости и уверенности.

— Ирен, — внезапно обратился он ко мне, от чего я вздрогнула. Он улыбнулся лишь одним уголком рта. — Извини, не хотел тебя пугать. Видела, что творится у ворот академии?

— Честно говоря, нет.

— И что же, ты не воспользовалась возможностью почувствовать последний глоток свободы и выбраться в город, пока на тебя не надели кольцо?

Ну конечно! Как я могла забыть! После того, как это волшебное украшение окажется на моем пальчике, я не смогу выйти за территорию академии. Голова была забита проблемами, я даже не подумала об этом.

— Я готовилась к испытанию, не до того было.

Надеюсь, моя ложь звучала убедительно. Эйдан кивнул.

— Конечно, понимаю. В общем, у ворот столпились газетчики.

— Газетчики?

— Да. Журналисты. Корреспонденты. Репортеры. И все из-за тебя.

— Меня?

— Ну конечно. Десять лет Игр четырех стихий не было, и их еще столько же не проводили бы, если бы не ты. Я очень хотел в них поучаствовать, кидал монетку с первого курса, и вот мы здесь. Все благодаря тебе. Так что… Спасибо.

Я надеюсь, что мои щеки не стали пунцовыми, потому что я чувствую жар по всему телу.

Надо же, кто-то не делает трагедию из-за моего выбора. В смысле, я понимала, что другие факультеты заинтересованы в Играх, но слышать это лично гораздо приятнее. Тем более от такого, как Эйдан.

Так, надо продолжить разговор, а то неловкое молчание затянулось.

— Но если у ворот было полно репортеров, то почему их нет здесь? — Как бы между делом спросила я.

— А вот это хороший вопрос, — сказал Эйдан. — У меня есть теория. Опять же, я думаю, это все из-за тебя. Может, Тритон боится, что тебя заснимут на зеркалки и растиражируют твое лицо по всему королевству Сагеней. Все-таки недоброжелателей теперь у тебя очень много, а он заботится о твоей безопасности.

— Надо же. Об этом я не думала.

Эйдан смахнул рыжую челку со лба.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Я глянула в окно. Дождь перерос в ливень. Он был такой силы, что капли сливались в сплошную стену. Сверкнула молния. Через две секунды послышался раскат грома такой силы, что в нем на пару секунд потонул гул толпы.

В зал вошел Аварис. Студенты мигом расступились перед ним. Проректор нес в руках большую темно-синюю резную шкатулку. Я так залюбовалась орнаментом из цветов и листьев, что на секунду перестала нервничать. Сундучок был старинным — и наверняка не лишенным магии.

Геб подошел к краю помоста и поднял Авариса вместе со шкатулкой так, будто это была десятилетняя девочка с куклой. Под общие смешки земной маг поставил проректора на середину сцены.

— Да-да, спасибо, — раздраженно отмахнулся Аварис и поставил шкатулку на трибуну.

Тритон вышел вперед и заговорил.

— Дамы и господа. В этот не побоюсь этого слова исторический день мы собрались, чтобы поприветствовать участников Игр четырех стихий!

Бурные аплодисменты и выкрики. Я окинула взглядом толпу: кроме Лоры, я больше не увидела синих мантий. Неужели абсолютно все водные маги решили меня избегать?

— По традиции, Игры начинаются с вручения колец. Эти кольца необычные. Перед каждыми играми в них вставляют заговоренные драгоценные камни, благодаря которым каждый участник сможет попасть на испытание. В этом году для земного мага подготовили изумруд, для воздушного — опал, для огненного — рубин, а для водного — особенную голубоватую жемчужину из глубин Туманного Океана.

Ух ты, какая честь.

Аварис открыл шкатулку. Серебряные кольца сверкали не только от полировки — они будто светились изнутри. Каждое из четырех украшений венчал драгоценный камень.

Тритон продолжил:

— Эвр Левант, подойти к шкатулке и стань участником Игр.

Воздушник летящей походкой подошел к Аварису под общие аплодисменты. Проректор взял его левую руку и надел на указательный палец кольцо с белым опалом, который переливался всеми цветами радуги. Должно быть, мне померещилось, но украшение будто поначалу было ему мало, а затем подстроилось под нужный размер. Эвр немного поморщился, но продолжал улыбаться.

— Геб Бартем!

Земной маг, поприветствованный зрителями, занял место воздушника. Его пальцы были короткими и толстыми, поэтому кольцо с огромным изумрудом цвета еловых веток поначалу ему не налезало. Но секунду спустя кольцо расширилось само по себе и обхватило его указательный палец. Геб посмотрел на него, будто на его руке красовался живой скорпион.

— Эйдан Фламмель!

Огневика встретили бурными овациями, будто он известный менестрель. Эйдан грациозно подошел к Аварису и протянул левую руку. Надо же, украшение пришлось магу впору, будто с него снимали мерки. Рубин на кольце выглядел так, словно внутри него полыхало пламя.

— Ирен Белаква.

Мне кажется, или толпа аплодирует мне громче, чем всем остальным? Не может быть.

Я подошла к Аварису и протянула ему левую руку. Проректор улыбнулся мне, но его улыбка всегда напоминала мне оскал. Он вытащил из шкатулки кольцо с большой, хоть и непримечательной голубоватой жемчужиной и надел на мой указательный палец. Мне кольцо было большеватым, но через секунду приняло нужный размер.

Я вскрикнула. Как больно!

Ощущается так, будто кольцо с внутренней стороны покрывали шипы — и те впились в мою кожу. Неужели все это чувствовали? И почему тогда Эйдан даже не поморщился?

На мою руку упало пару капель. Я задрала голову. Надо же, потолок протекает. Прямо сверху на меня капала вода. Я попыталась отойти, но пол подо мной внезапно оказался скользким. Я не удержала равновесие и упала вперед. В последнюю секунду я успела выставить руки, так что не сильно ушиблась. Но я была на краю помоста и едва не свалилась!

— О нет! — Послышался голос Авариса. Неужели и он обо мне начал заботиться?

Проректор резко поднял меня и схватил за руку, притянув к себе.

— Ай, больно!

— Жемчужина! — Крикнул он. — Где жемчужина?

Я проследила за взглядом Авариса. На моем кольце действительно не было жемчужины — лишь маленькое углубление напоминало о волшебном камне, который куда-то запропастился.

— Может, она укатилась? — Я смущенно улыбнулась.

Эйдан прыгнул с помоста и принялся искать камень. К нему присоединился Эвр и ещё несколько студентов. Старания их были тщетны — жемчужина как сквозь землю провалилась.

— Остолопка! — Аварис мигом озверел. — Что ты натворила! Что…

— Господин Аварис, успокойтесь, — сказал Тритон. Он подошел поближе и посмотрел на меня с жалостью.

— Что же теперь делать? — Аварис от отчаяния потянул себя за волосы. Магистры начали перешептываться с обеспокоенным видом.

Тритон громко откашлялся, чтобы на него обратили внимание.

— Инциденты случаются. Но не стоит волноваться, ведь основная магия находится в кольце — камень ее лишь собирает и перераспределяет. При этом он может быть, в общем-то, любым.

Ректор вытянул из-под мантии золотой кулон. Он раскрыл его и достал оттуда небольшой сапфир. Камень завораживал глубокой синевой.

— Это сокровище мне подарили в Авалоне на память. С тех пор много воды утекло, и, я думаю, теперь этот сапфир может послужить не только в качестве воспоминаний.

Тритон положил сапфир себе на ладонь, а другой начал водить по кругу, приговаривая что-то на атлантическом. Похоже, это было заклинание. Сапфир мигом засиял изнутри.

Магистры подошли к Тритону. Отец Эйдана тихонько заговорил:

— Господин Мориус, это недопустимо! Камни должны быть заговорены согласно регламенту…

— Я наизусть знаю регламент, — сказал Тритон. — Могу процитировать его с первой и до последней строчки — причем с любой страницы. И там нет ни слова про то, что я не имею права заряжать камень.

Ректор демонстративно отвернулся от Фламмеля-старшего, чем привел того в едва скрываемое бешенство. В прочем, он быстро овладел эмоциями и вновь выглядел непоколебимым и равнодушным. Тритон приблизился ко мне.

— Дай руку, дитя.

Я протянула ему левую ладонь. Тритон положил сапфир на кольцо, и камень мигом прирос к нему. Да, этот мне нравится больше, чем жемчужина — я чувствовала тепло на пальце, как если бы он оказался в объятиях старого друга. Да и кольцо перестало жать, как раньше.

Ректор повернулся к толпе.

— Кольца вручены. Теперь мы будем ждать известия от богов — они покажут, когда и где пройдет первое испытание. Да начнутся Игры четырех стихий!

Бурные аплодисменты не заставили себя долго ждать. Я чувствовала себя странно, будто всех подвела. Даже церемонию со мной не могут провести нормально, что ж такое! Вот я растяпа!

Студентов, похоже, этот «инцидент», как его назвал Тритон, не сильно впечатлил. Я украдкой обернулась: магистры выглядели спокойными. А вот участники… Геб сохранял флегматичное равнодушие, Эвр смотрел на меня с сочувствием, а Эйдан… Он глазел на меня так, точно из моей головы тролль вылез.

Я отвернулась. Не хочу думать об этом.

После вручения колец каждый из магистров по очереди произнесли речи, которые были скучнее пар по метафизике. Я едва подавила зевоту. После этого мы разошлись.

Я подождала, пока зал опустеет и прошла мимо Авариса и отца Эйдана, которые о чем-то тихо спорили в уголке. Сам Эйдан стоял поодаль и смотрел в окно. Дождь потихоньку заканчивался. Я вышла из бального зала с тяжелым чувством, которое камнем прижало мое сердце. Немного пройдя к главному входу, я заметила Морти, который стоял возле одной из колонн. Заметив меня, он примирительно улыбнулся и подошел.

— Я был на церемонии. Больно смотреть, как ты переживала из-за этой несчастной безделушки.

— Что? А, это, — я вытянула левую руку, показывая Морти кольцо. Он внимательно его рассмотрел.

— Все-таки камень Тритона мне нравится больше, чем та жемчужина.

— Да, мне тоже.

Мы помолчали. Я захотела быть с ним честной, ничего больше не утаивать.

— Слушай, я думала, ты не будешь со мной больше общаться…

— Да ладно тебе, я вспылил. В конце концов, каждый имеет право на свои секреты.

Это было приятно слышать.

— Но бойкот… — Я решила его предупредить. — С Лорой больше не общаются из-за того, что она дружит со мной. Тебя это тоже может коснуться.

— Пусть только попробуют. Я как-никак их староста. Иначе как еще они узнают об отмененных парах? Неловко будет проснуться в семь утра и узнать, что все зря.

Я хихикнула.

— А ты коварен.

— Все еще лучше их всех. Ты не заслуживаешь такого к себе обращения.

— Спасибо тебе, — я улыбнулась.

Мы с Морти выбрались на крыльцо. Тучи медленно рассеивались, обнажая темное звездное небо. Мы направлялись к общежитиям водных магов, обсуждая погоду. Напоследок я обернулась. У входа стоял Эйдан. Почему-то я была уверена, что это он смотрел вслед именно мне.