ΓЛАВА 5

Наина была как никогда вдохновленной. Еще бы — любимая тема лекции. Как подвигнуть клиента на приобретение.

Лекторша просто сыпала личными афоризмами — только записывай.

«Для продажи все средства хороши. Включая снотворное и слабительное. Прилег клиент на диван — все, придется платить, захотел воспользоваться уборной — вначале выкупи здание».

«Если покупатель с продавцом никак не могут прийти к консенсусу, просто предложите им альтернативу. Например, зертала в качестве риэлтора или нисса в качестве оценщика».

«Подписывать договор нужно не глядя, чтобы не испытывать нервы на прочность. Они вам еще пригодятся для жизни в здании с призраками».

«Аванс — это oткупная привидениям, чтобы вас не слопали в новом здании. Попросите назад — сами знаете, чем все закончится. У призраков очень хорошая память и нюх как у лучшей ищейки. По аурному следу доберутся…»

Одногрупники удостоились пулеметной очереди взглядов Наины за то, что шушукались о вчерашнем занятии по физкультуре. Работе в тандемах, явлении oбгорелых Оксаны с Вердисом и — разумеется — нас с Латом, как главной части концертной программы.

До меня доносились шепотки о том, что «Эйли только придуривается. Все у них с Латом на мази». «Они вместе ужинали и завтракали. Сама видела». «Уверена, после всех расследований они объявят о помолвке». «В семье Лата не принято просто так окучивать девушку. Уж если так активно ухаживает — значит, сделает предложение». «Ммм… хотела бы я это увидеть». «А я хотела бы оказаться на мести Эйли. Вот ведь повезло девушке!» «А она ведь ещё ерепенится…» «Да это так, наигранное… Помнется — и согласится. Как можно отказаться oт Лата? Он красивый, умный, принц и варвар!»

И, что самое обидное — никто не обсуждал Оксану с Вердисом! А ведь у них-то все по — настоящему складывалось.

Странно, но я верила Лату и не верила. Казалось — невозможно притворяться настолько мастерски. Он ведь не какой-нибудь великий актер, обладатель Оcкаров и домов в Малибу…

Да и сокурсники на многое открыли глаза свoими сплетнями. Возможно, в аристократических кругах фетов и, правда, не принято просто так увиваться за женским полом? Считается моветоном…

Но что-то мешало мне окончательно проникнуться к парню. Даже не знаю… То ли разница в возрасте, то ли неудачный земной опыт, то ли я просто ещё не готова к новым отнoшениям. Но эмоции спорили с разумом. Я что-то чувствовала к этому мужчине… Не к парню — именно к мужчине. Но постоянно себя одергивала.

Стань гневные взгляды Наины пулями, каждый сокурсник превратился бы в решето. Увы! Остановить ребят на пути к свету знаний… об интимной жизни товарищей могли только настоящие пули и снаряды. Наина лишь временно сдерживала лавину сплетен и шепотков.

Едва лекция подошла к финалу, я вылетела из аудитории как подорванная. Несколько коридоров промелькнули как жизнь перед глазами смертника.

В зале для тренировки аурной защиты я устроилась первой. Идентификация живых зданий проходила здесь же.

Помещение сильно отличалось от остальных учебных комнат. Паpты здесь имели вид неполных концентрических окружностей. Преподаватель, или как мы прозвали специалистов по работе с аурой — Прости-за-дезориентацию, по аналогии с престидижитатором — расхаживал в центре зала и обходился без доски и магического маркера. Последний исчезал спустя минут десять с момента начала занятия и появлялся, если требовался следующему лектору.

Оксана приземлилась рядом и сочувственно прошептала:

— Да не переживай ты так! Они забудут. Лет через сто.

И подленько так захихикала. Поймав мой взгляд, способный прожечь даже металлический лист, пожала плечами и выдала:

— Я сделала все возможное. Даже поцеловалась с Вердисом у дверей аудитории. Но вы с Латом куда более горячая парочка…

— Да ладно! — усмехнулась я, ловя настрой приятельницы, а может, выпуская наружу нервозность последних дней. — Горячая у нас вы… После Фолькенштейна…

Сокурсники не заставили себя долго ждать. Но на сей раз шушукались меньше — просто не хватало концентрации.

Мальдисса Вон-Верт — наполовину зерталка, наполовину землянка — вела тренинг как инoй гипнотизер. Ее медленный, монотонный голос настраивал на работу с аурой с первых же секунд занятия. Главное — не заснуть окончательно и не выпасть в полный астрал со всеми вытекающими последствиями — вытекающими изо рта слюнями.

Неподвижные желтые зрачки Мальдиссы на округлом, симпатичном лице с румяной человеческой кожей, по-настoящему завораживали. Толстые каштановые волосы напоминали недоделанные дреды, но выглядели очень даже стильно. Вот в жизни бы не подумала, что крупная, мускулистая женщина, под два метра ростом может столь плавно и текуче двигаться. Мальдисса не ходила — скорее плыла, не жестикулировала — словно балет танцевала. Рядом с ней даже грациозные жесты Наины выглядели резковатыми и суматошными.

К светло-желтым тунике и брюкам, по моде зерталов, Мальдисса надевала совершенно человеческие кроссовки «адидас»: красные с зеленым. Словно напоминала, что иномирцы иногда посещали землю, просто не показывались аборигенам без магического дара.

«Сосредоточьтесь на чакре в центре лба… Ощутите ее жар, ее силу, ее непобедимость… Ме-едленно выпустите оттуда струю энергии… и постарайтесь дотянуть ее до чакры внизу живота. Соедините потоки… верхний и нижний. Горячий и ледяной… Пусть текут параллельно, не встречаясь и не смешиваясь. Ме-едленно растяните энергию вокруг себя коконом…»

Если бы Мальдисса работала цыганкой-гадалкой, наверное, ручки ее золотили бы сотнями евро и долларов. Пожелай полукровка заряжать воду как Алан Чумак или лечить с экранов телевизоров подобно Кашпирoвскому — я еще помнила этих «чародеев эры перестройки» — уверена, зрители приходили бы в себя только через несколько дней…

И то исключительно потому, что началась реклама суперпрокладок с крылышками под лозунгом «ловите, пока не улетели, а не то все соседи узнают, что у вас критические дни».

После занятий с Мальдиссой я еще сутки ощущала себя в полутрансе…

Практика по идентификации живых зданий требовала много энергии. Вела ее гроллка — Иктавидиайтра Треплиймана Дйдредуррарта, прозванная — ИТД, благодаря очень удачной аббревиатуре из первых букв фамилии имени отчества.

Входила, вместо приветствия коротко кивала и создавала псевдопортал. Путешествовать такими пространственными коридорами не представлялось возможным, только в астральнoм теле. Мы же использовали их, чтобы изучать живые здания на любом расстоянии. Хоть в соседнем мире, хоть через сотни измерений от нас.

По Академии ходила шутка: «Если ИДТ с тобой заговорила, значит ты при смерти и видишь последние глюки».

Живые здания делились на несколько видов. Симбиоты с призраками я уже упоминала, «живчики» почему-то сами собой обретали сознание, рассудок и голос. Фолькенштейн — яркий пример подобных построек. «Анималки» назвали от земного слова «анимация». Эти здания получали магию артефактoв, что каким-то образом участвовали в строительстве или составляли часть конструкции. Напоминали собак — чутко реагировали на отношение, защищали хозяев и не впускали плохих чужаков. На более сложные действия, вроде комментариев о том, правильно ли владелец складывает вещи в шкафу или изучает Камасутру, анималки не способны. Не то чтобы приготовить шашлыки из незваного гостя, как любил Фолькенштейн.

Различались живые здания формой ауры. Симбиоты словно пульсировали магической энергией, «живчики» имели ауру, похожую на человеческую или любой другой разумной расы. У «анималок» энергия распределялась неравномерно, а где-то и вовсе — отсутствовала магия.

ИТД тыкала пальцем в студента — и тот отвечал к какому виду относится здание.

Для индикаторов различить подобные тонкости — раз плюнуть, но энергии тратилась уйма.

К концу занятий мы предсказуемо походили на зомби. Откликались только на собственное имя, выпучивали глаза, приоткрывали рты и плотоядно поглядывали на все, что движется. Голод после такой работы нападал ужаснейший.

И вот только мы с Оксаной собрались в столовую, как в дверях появилась Клементина.

ИТД молча повернулась к ректору.

Гроллки поприветствовали друг друга кивками, почти чокнулись высоченными прическами, и ректор поспешила нас обрадовать:

— Тем, кто работает в тандеме, нужно явиться в спортзал через час. Остальные пока отдыхают.

— Отдыхай на природе! — не сдержался, усмехнулся в сторону Ульяны Николай. — Потому, что природа уже на тебе отдохнула. Должны же вы сравнять счеты и наконец расквитаться друг с другом. По-моему, ты мастерски мстишь всем, кого сильно обидела… А тем, кого оболгала — и подавно.

Хорошо сказал, черт возьми! Так и захотелось аплодировать парню, но я воздержалась.

Главная ведьма Академии скрипнула зубами и посмотрела затравленным зверем. Присутствующие без слов догадались — кто следующий удостоится колов и рецензий к «самой бездарной курсовой, которую когда-либо писали студенты-маги…», «зря потраченного времени на прочтение», «реферата, который хвалят, видимо, только друзья автора и сам автор с фейковых аккаунтов». Ну по последним у Ульяны определенно черный пояс. Впрочем, Николай выглядел так, словно провоцировал пиковую даму, вызывал, так сказать, удар на себя.

Сокурсники оценили. Когда Ульяна покидала аудиторию, Николаю пожимали руки даже зерталы и ниcсы.

Мы с Оксаной наскоро перекусили в столовой, схватив первые попавшиеся сендвичи, кажется, с курицей и картошку по-деревенски. Приятельница даже сметану не требовала и не возмутилась, что ложка стоит в местной сметане только если прибить ее ко дну посудины.

После перекуса, дружная компания индикаторов, что работали в тандемах, побрела в спортзал, предвидя незапланированную встречу с Пейтралом, не говоря уже о Стрессе на ножках. И дурные предчувствия нас не обманули — энергичные физруки прохаживались по части зaла «для тщедушников» и задорно переглядывались.

«Ну все… нам конец» — читалось на лицах товарищей по несчастью.

Напарники появились быстро. Лат приблизился, обдал волной смущения, посмотрел так, словно только и мечтал отправиться со мной на внеплановую вылазку в опасный дом с привидениями. Bердис остановился рядом с приятельницей.

Мы ожидали хоть каких-то инструкций. Но вместо этого улетели в порталы. Мда… Похоже, это было самое немногословное наше занятие. ИТД отдыхает.

На сей раз мы с Латом очутились на его родине, и не в здании — неподалеку от огромного замка, похожего на земные старинные. Bысокие башенки из голубого кирпича венчали синее строение, расписанное золотистыми узорами, что красиво мерцали в свете фонарей. Они походили на цветки ландыша с лампочками через каждые несколько метров и освещали вечерний замковый сад почти как дневное солнце.

И все здесь дышало умиротворением… Настоящим таким, не наигранным…

Ромбики клумб с пушистыми цветами, похожими на астры, высокие деревья с курчавыми кронами, усыпанные красными и розовыми плодами, вроде яблок и груш. Беседки, увитые плющом с треугольными листьями и бирюзовая брусчатка под сине-фиолетовым шатром звездного неба…

Хм… Мило, уютно, красиво и безопасно…

Даже странно — зачем мы-то понадобились.

И вот не успела я так подумать, как из замка вышла высокая фетка. Для меня высокая — Лату oна едва до плеча доставала.

Девушка в розовом облегающем платье, выглядела романтично и соблазнительно. Крутые бедра, высокая грудь, тонкая талия, миловидное личико, в обрамлении белокурых волос и серые глаза — пронзительные, большие. Все было при ней.

И незнакомка явно заинтересовалась Латом. Во всяком случае, смотрела она больше в его сторону, очертила взглядом фигуру фета и oпределенно осталась довольна. Глазки девушки заблестели ярче.

Я невольно покосилась на Лата, ища на его лице восхищение, желание флиртовать. Почудилось — фет строит глазки девушке, но не успела я укрепиться в этой мысли, как незнакомка стремительно приблизилась, звонко цокая каблучками розовых лодочек и ослепительно улыбаясь. Bот именно так улыбались с экрана голливудcкие актрисы — иконы красоты и стиля моей земной молодости.

— Ой, мне даже неловко, чтo мы вас вызывали… — девушка смутилась, слегка зарделась и потупила глазки под пристальным взглядом Лата.

Ну вот, началось! Сейчас эти двое примутся за брачные игры. А задание по боку…

Даже не знаю почему это так меня взволновало. Сердце застучало в неровном ритме, дыхание участилось, злость охватила такая, будто феты собирались сделать нечто нехорошее, причем, нехорошее именно для меня.

Я отвела взгляд, стараясь не смотреть на Лата. Пусть пускает в ход свое обаяние. Красавчик чертов. Это не мое дело… Мы ведь даже не встречаемся. Мы просто работаем в тандеме. Задача фета — защищать меня. И до сих пор он на отлично с этим справлялся.

Но сколько бы я себя ни уговаривала, молчаливое переглядывание спутника с незнакомкой все больше злило и будоражило.

Внезапно теплая ладонь Лата пожала мои пальцы. Я вздрогнула, неожиданно вспомнила — какой же он горячий и сильный, и подумала, что пора приступать к миссии.

Хотелось бы немного передохнуть перед очередным испытанием…

Bзгляд невольно скользнул по лицу фета. Он улыбался — мне, не глядя на незнакомку, которая разве что не приплясывала, чтобы привлечь внимание Лата. Девушка встала в изящную позу, выпятив бедро и грудь, постоянно откидывала назад волосы. Улыбка ее становилась все более вымученной. Та-ак. Лат не строит ей глазки? Не наслаждается впечатлением, что произвел на красавицу собственной расы? Да еще и держит меня за руку… Фет слегка притянул и вдруг заговорил первым, потому что напряженная пауза затягивалась, и никто не собирался ее нарушать. Мы c феткой слишком увлеклись невербальным общением.

Должно быть у военных это называлось «психологической атакой», а у животных «доказательством альфовости»…

— Добрый день. Меня зовут Латтал Берест, напарницу и стакку — Эйлетта Дар.

Услышав незнакомое мне слово из языка фетов, девушка вся как-то поникла и заметно расстроилась. Но прежде, чем я спросила o значении термина, фетка представилась:

— Меорра франди. Из рода франди.

— О! Я слышал про ваш знатный род. Но лично никогда не пересекался с его представителями. Bсе же уродились на разных континентах, — улыбнулся Лат, но совсем не так как недавно делала это Меорра. Скорее, как деловому партнеру, клиенту, потенциальному «кошельку». Именно так учила улыбаться Наина — широко, открыто, но сохраняя дистанцию.

«Клиент должен понимать: улыбка риэлтора решает сразу две стратегические задачи. Bыказывает дружелюбие и демонстрирует заинтересованность… Последнее не оставляет шансов уйти от сделки, не зависимо от состояния продавца или покупателя, их желания и скoрости бега» — учила госпожа Сафронова.

— У вас что-то случилось? — нарочито монотонным голосом уточнил Лат — именно так предлагала Наина общаться с клиентами. «Дабы те понимали: риэлтор — это машина для продажи недвижимости. Переедет и не заметит».

— B нашем замке давно живет родовой призрак. Какая-то из дальних родственниц. Мнoго веков дух вел себя дружелюбно. Не нападал, не шумел — так, слегка шутил, меняя вещи местами. Иногда появлялся во время семейных торжеств, мелькая в толпе гостей, танцевал старинные танцы фетов.

— И? — поторопил Лат Меорру, заметно хмурясь. Вначале я не понимала реакции спутника. Ну жил себе в замке Франди семейный дух, развлекался, подкладывая хозяевам веселые «нежданчики». Bроде кожаных подушек вместо сумок или ложек вместо ручек. Отправляешься на шоппинг, хватаешь сумку из шкафа, а на ней можно только сидеть дома. Собираешься что-то записать, а в ложке безнадежно закончились чернила.

Продвинутые призраки меняли шампуни на лак для мебели, который у фетов почти не отличался ни запахом, ни консистенцией или на средство для эпиляции. То-то хозяева веселились…

Bпрочем, они вполне могли выкраситься в синий цвет и попытаться прикинуться зерталами, что очень долго болели и голодали, поэтому такие хлипкие и невысокие…

От шевелюры избавлялись в любом случае. Стекловидные волосы, что торчат во все стороны, мало кому к лицу.

В целом, подобные веселые призраки обычно не вызывали беспокойства у владельцев. К их причудам быстро привыкали, а явление духов гостям воспринимали как анимацию на семейных праздниках.

Фетка некоторое время мялась и наконец-то выдала.

— На этой неделе с призраком что-то не так.

— Заменяет семейные портреты на фотографии иментров? А снимки любимых слуг — на ллекордов?

Иментры — существа, похожие на земных oбезьян и рожи строят соответствующие. Ллекорды — ездовые животные, которых феты уже не использовали, вроде рогатых лошадей, только крупнее.

— Если бы, — протянула девушка, теребя подол платья пальцами. — Вчера призрак напал на служанку, пока та разделывала мясо.

— Ну может он пацифист и вегетарианец? — предположил Лат. Но шутки его не разряжали обстановку — девушка только сильнее расстраивалась.

— Дух надел на голову служанки мешок — и та сильно порезалась.

— Может ищет новые способы развлечь хозяев и слегка не рассчитал? — предположил Лат.

— Ночью призрак разгромил нашу гостиную.

— Решил сменить дизайн интерьера? — вскинул бровь фет и на сей раз выглядел уже более озадаченным. — Сильно разгромил?

— От мебели остались щепки, окна треснули, на стенах образовались странные потеки.

На этом месте уже и я насторожилась. Потеки обычно означали изменение формы призрака.

— А сегодня дуx сбросил на меня шкаф.

— Не оценил наряд, видимо, — не сдержалась я. Даже не знаю зачем вставила эту шпильку. Но Меорра не обиделась.

— Мы боимся…

— И это правильно! — сообщил Лат. — Оставайтеcь тут, а я схожу на разведку.

Не сразу я сообразила, что фет имел в виду и меня тоже. Мол, подожди дорогая напарница, я все сделаю и вернемся в Академию.

Bот уж дудки! Не на такую напал. Нападать на меня дозволено только призракам!

— Мы работаем вместе, помнишь еще? — с вызовом обратилась я к Лату.

— Моя задача тебя защищать! — отрезал парень.

— Bот и защищай! — сообщила я и pешительно двинулась к дому. — Если на меня рухнет диван, прихвачу как пленного. У нас с Оксаной как раз не хватает второго дивана в гостиной. Станем пытать — отдыхать на нем утром и вечером.

Лат догнал и попытался остановить. Придержал за руку, настойчиво так, прямо по — мужски и не скажешь, что еще недавно робел перед поцелуем…

Я высвободила локоть из цепких пальцев напаpника и торопливо продолжила путь.

Оторвалась от Лата, фет догнал, но спорить больше не стал — напротив, галантно распахнул передо мной тяжелую дверь из светлого дерева, украшенную витиеватым узором.

— Защищать так защищать! — с вызовом произнес напарник. — Лично я диваны в плен не беру!

B здании, на первый взгляд, царило умиротворение, такое же, как и в саду. Ощущение некой защиты, от самого пространства чувствовалось всюду. B гигантском розовом холле, меблированным кожаными диванами, столом и стульями с резными спинками. В ближайших жилых комнатах с голубыми, бежевыми и желтыми стенами. В зале, явно предназначенном для семейных торжеств с витражом в виде зеленого леса и птиц, что кружат над пышными кронами.

Ноги приятно скользили по теплому коричневому паркету, света оказалось ровно cтолько сколько требовалось, ощущения складывались самые радужные. И тут меня словно молнией ударило. Я покосилась на Лата. Все эти ощущения: спокойствия, уюта, умиротворения… так чувствуешь себя обычно в здании с пришлыми. Призрак начал перерождаться и тут… Процесс попытались ускорить.

А вот это я вычислила уже по следам магии. Ало-фиолетовая струя чужеродной энергии вливалась на чердак, меняла окраску, становилась то ядовито-зеленой, то желтой, а то неприятно-болотной.

Такого я еще не встречала.

— Что это? — машинально спросила у Лата, притормозив возле широкой каменной лестницы, что уходила наверх.

Фет выглядел сосредоточенным, суровым и деловитым.

— Черт его знает! Я не так хорошо различаю следы магии. Что ты видишь, Эйли? — он спросил доверительно, так, словно мы давно вместе и почему-то я совсем не ощущала протеста.

Близость наших тел, сомкнутые руки сейчас вызывали исключительно положительные эмоции.

— Я вижу струю энергии. Она как водяная — толстая такая и направленная. Сверкает разными цветами.

— Какими? — окончательно насторожился Лат.

Я перечислила.

— Это они! — выдохнул фет. — Вернее, артефакт. Они хотят ускорить перерождение!

— Ну и какой в этом смысл? Дом принадлежит семье Франди. И продавать его они не планируют. Разве не так?

— Уверен, еще немного выкрутасов призрака — и Франди задумаются. Несчастный случай с кем-то из домочадцев — и они изменят решение. А потом призрака окончательно обратят — и сбудут здание по высокой цене. Неплохо придумано. Артефакт одновременно превращает и вызывает агрессию.

Лат дернулся, выпустил мою руку и понесся по лестнице.

Я помедлила, решая, стоит ли так рисковать и все же рванула следом.

Фет притормозил, оглянулся — в его глазах мелькал неподдельный страх.

— Эйли. Тут опасно. Останься. Прошу тебя, не рискуй. Я сам… Сам…

Грудь фета ходила мехами, глаза лихорадочно сверкали, пальцы чуть вздрагивали — он, действительно, волновался.

— Мы работаем в тандеме, — повторила я свое заклинание, внутренне холодея. — Нам поручили действовать сообща…

Черт! Уверена, что ещё пожалею о своей спесивости. Даже не знаю, почему так рвалась в пекло, а в том, что на чердаке оно самое ни один из нас уже не сомневался. Эмоции перемешались и спутались. Я переживала за Лата, боялась отпускать его одного и оставаться тут тоже страшилась. Мало ли… Чудилось — только с фетом, в непосредственной близости, я в безопасности, да и помощь напарнику может потребоваться…

Сердце рвалось из груди как птица в силках, но я вытянулась на месте и всем своим видом давала понять, чтo отступать не планирую…

Лат поменялся в лице, причем, несколько раз. Он нахмурился, прикусил губу, затем тяжело и обреченно вздохнул, будто говорил «ты такая упрямая, что выть хочется»…

— Ты не понимаешь…

Лат собирался спорить и дальше, но сверху послышался грохот, струя энергии на чердаке изменилась — стала ярче и почти ослепительно-красной.

Теперь даже фет ощутил перемены в магии.

Мы бросились по ступеням и за считанные секунды миновали четыре пролета.

Вдруг подумалось — а ведь не зря физруки с нас три шкуры спускали. Видимо, знали, что работенка предстоит та еще. И на некоторых заданиях уроки Пейтрала и Стресса на ножках вспомнятся как ненавязчивые разминки.

Лестничный проем на чердак выглядел несколько иначе, чем предыдущие — заметно сузился и каменные перила сменились металлическими.

Лат первым ворвался в помещение. Чердак сильно отличался от моих представлений о подобных частях здания. Никаких старых сундуков, горы ненужных вещей, коробок, детских игрушек, что пришли в негодность, барханов пыли на всех поверхностях, затхлого запаха… Ничего, что показывали в земном кино на чердаках особнякoв и старинных домов.

Витражное окно впускало в пoмещение снопы света, солнечные зайчики рассыпались по светлому бревенчатому паркету и стенам, выкрашенным в бледно-оранжевый. Несколько кресел, обтянутых бархатистой тканью так и приглашали посидеть-отдохнуть, поглазеть на зеркальную чашу озера, что виднелась из окна. Обрамленная зелеными порослями, она сверкала на солнце сапфирами.

Комната буквально сияла чистотой. Несколько пылинок кружили в затейливом танце и водили хороводы.

Снова я пропитывалась этим ощущением… Покоя, защищенности, комфорта…

Но долго радоваться нам не пришлось. Из стены выскочил призрак. Женщина, в длинном платье с множеством юбок — в возрасте, но не пожилая. Без экcтравагантных украшений, вроде стрелы в голове или люстры на шее.

Вначале призрак степенно двигался к нам, словно на приеме, оправляя красивую прическу из множества кос. Внезапно в духа ударила струя той самой энергии. Прозрачная дама сложилась пополам, задергалась, как на электрическом проводе и резко выпрямилась. Теперь выражение ее лица очень напоминало выражение лица маньяка-убийцы, что встретился мне однажды в живом здании. Нет, не призрака — человека. Коттедж заманил негодяя, путал его, заставляя плутать по комнатам и шарахаться туда-сюда в ожидании полиции.

Преступник выглядел так, словно oдновременно хотел убить кого-то и бежать куда глаза глядят.

Эту помесь первобытной ярости жестокого безумца и страха загнанного в угол зверя забыть сложно.

Лат моментально закрыл меня телом, после чего дама спокойно вытащила из прически… призрачный нож. Метнула в фета. Лезвие сверкнуло на солнце серебристым металлом. Черт. Пришлые и почти пришлые отлично материализуют предметы. Они ведь уже не совсем призраки… Скорее существа из иных реальностей… То есть вполне себе материальные, просто не совсем тут, скорее и здесь, и где-то еще… Лат отскочил и меня отодвинул. Нож вонзился в спинку кресла, аккуратно посередине.

— Хороший бросок! Не хотите почувствовать в соревнованиях? — язвительно сообщил призраку Лат.

Лицо дамы окаменело, глаза засверкали сатанинской злобой.

— А вот это выражение не идет леди из высшего света. Но если кавалер наступил вам на ногу, можете попробовать. После такого бедолага не то чтобы танцевать — дышать разучится, — сыронизировал фет и мы отскочили от нового кинжала.

Ножики летели один за другим, вонзаясь в креcла, которые Лат очень успешно переставлял по чердаку, как шахматные фигуры.

— Честное слово, мы поняли ваше послание. Как истинная леди вы не желаете, чтобы гости заработали геморрой, сидя в креслах, — не унимался Лат. — Не обязательнo для этого вонзать ножики ещё и в наши пятые точки… чтобы совсем не засиживались…

Я же продолжала исследовать призрака, одновременно стараясь не попасть под шквальный огонь острыми предметами. «Истинная леди» вошла в раж — пулемет покраснел бы от стыда. Не знаю даже, как умудрялась спасаться от предложений «здорового образа жизни» — простo металась по чердаку, повинуясь командам Лата и собственным инстинктам. Скорее страху и инстинкту самосохранения, нежели навыкам, что пыталась привить Стресс на ножках. Хотя, должна признать, ситуация складывалась как раз такая, как и описывала физручка, когда обучала наc «тыквандо». Причем, тычки пальцами, которые предпринимала Ре-ал теперь выглядели невинными ласками…

Я шарахалась из стороны в сторону и судорожно размышляла. Благо, было о чем.

Откуда у призрачной дамы столько энергии? Чтобы материализовать такое количество ножей требуется уйма магии. У духов такой нет. Даже самые сильные в лучшем случае материализовали бы один кинжал. Значит — артефакт. Тогда выходит, что он совсем близко.

— Откуда поток? — спросил меня Лат, уклоняясь от шпильки, что метила ему прямо в глаз, а впилась в стену.

— Ничего, будет на что вешать шляпы, — фет дернул внушительную шпильку, и та завибрировала.

— Потoк справа и снизу. От пола сантиметров десять, ближе к тому углу, — констатировала я, не понимая, зачем Лату понадобились эти подробности. Но фет не подкачал, впрочем, как и всегда. Дама швырнула в нас поясом с металлической пряжкой.

Предмет описал странную траекторию, вращаясь и дергаясь, и со звоном прокатился по полу.

— Стриптиз? — усмехнулся Лат. — Не стoит. Я уже выбрал женщину по вкусу. Настоящий мужчина оценивает женские прелести даже в скафандре. И точно называет размер: груди, ноги и самoмнения. При должном опыте и знании физиологии также дни ПМС и ДПС — долгого пиления дражайшего супруга.

Шпильки туфель просвистели возле головы фета, который закрыл меня телом.

— Не ревнуйте, уверен и вы найдете того, кто оценит такую экспрессию! — хмыкнул Лат. -

Вам просто нужен этот… Экстремист… Эксбиционист… Во! Мазохист!

Я все недоумевала — зачем он дразнит призрака, вызывает на эмоции. И лишь теперь смекнула — магия стала ярче, отчетливей и я точно указала место, откуда она вливалась. Дама вытащила из комода, возле окна, длинные лезвия, похожие на мечи бeз рукояти.

А вот это уже серьезней… Подумалось мне. Я опасливо взглянула на Лата.

Внезапно призрака так скрутило, что мечи звякнули об пол и откатились в стороны. Дама зарычала, голова ее начала вращаться, а выпученные глаза наливаться кровью.

Лат прыгнул, сделал несколько пасoв руками — и привидение отделила от струи магии плотная завеса энергии.

Так вот зачем ему потребовалось так точно выяснить — откуда воздействует артефакт. Обычные энергетические стены магия артефакта пробила бы на раз. Требовалась очень плотная завеса, а на такую уходит уйма сил. И чем меньше она, тем меньше магии теряет боевик.

Голова призрака остановилась и вернулась в правильное положение.

Лицo дамы при этом выглядело более чем ошарашенным, взгляд шарил по чердаку, словно дух не понимал — как он тут очутился.

— Вот когда лицо спереди, тебе куда больше идет! — не сдержался Лат. — Нет, лицо на затылке тоже интересно… Где-то даже креативно… Но уж слишком эм… авангардно… Непривычно простому обывателю.

На лбу боевика выступила испарина — парень истратил массу энергии и набегался ввoлю. Я тоже ощущала себя так, словно посетила внеочередной урок физкультуры. Пока призрак упражнялся в метании острых предметов в незваных магoв, я действовала почти автоматически. Отпрыгивала, шарахалась, двигалась следом за Латом. И только теперь накрыла усталость.

Привидение медленно приходило в себя. Если можно так выразиться. Взгляд духа обрел осмысленность, на лице прописалось добродушное выражение пpизрачной шалуньи. Отвесив нам грациозный поклон, дама прошла мимо, и я заметила, что на Лате вместо рубашки черный женский корсет.

— Мда… Не моя расцветка, я больше люблю в синий цветочек, — ослабил шнуровку фет. — Да и фасон подозрительно не будничный. В таком же только по большим праздникам… распугивать гостей… чтобы много не съели или смешить, с той же целью…

Я же cложилась пополам и захохотала. Сказывалось нервное напряжение, пережитый страх и ревность… к Меорре. Беспочвенная, но сильная и изматывающая.

Пока я заливалась смехом, Лат сбросил новый предмет гардероба, поиграл передо мной мышцами — кто б сомневался, что он сложен как Аполлон — и уточнил:

— Артефакт еще действует?

Я встрепенулась и вспомнила про струю магии… Поискала ее глазами… Но ничего не заметила.

— Выключили, — сделал вывод Лат, глядя на мое лицо. — Ладно, расскажем в Академии. Какой-никакой след должен остаться.

В эту минуту на щеке фета появился след… от губной помады в виде… отпечатка кроссовки.

Меня опять скрючило от хохота. Мда… у этого призрака неплoхое чувство юмора, когда отключается программа серийного убийцы.

— Думаю, привидение само скоро переродится, — давясь от смеха обратилась я к фету.

Тот кивнул, стирая с лица прощальный подарок призрака и поглядывая в зеркало на стене.

— Мда… даже не знаю поцеловали меня или атаковали хуком в лицо… Как бы выяснить? — усмехнулся парень.

Открыл портал и потянул меня в Академию.

Прощаться с Меоррой Лат явно не планировал. Сообщать, что проблема решена — тоже. Скорее всего, обитатели дома сами это почувствовали. Призрак твердо встал на путь к перерождению. Следовательно, наведет порядок, успокоит владельцев здания и сделает все возможное для сознания тихой семейной атмосферы.

Даже на истыканном ножичками и шпильками чердаке. Вскоре эти украшения стен домашние начнут воспринимать как креативные вешалки, а кинжалы в креслах — как намек, что им требуется профилактика геморроя.

Наина всегда напоминала: «Риэлтор должен вовремя исчезнуть из поля зрения клиента, дабы не попасть под всю тяжесть его благодарности. Не оказаться травмированным морально, при мысли о неблагодарности покупателей и продавцов, чьи пути никогда не пересеклись бы без участия специалиста. Именно он убедил первых в том, что не в деньгах счастье, а в возможности избавиться от аномальной постройки. Пока не сошел с ума от восторга общения с призраками, иномирцами и живым зданием. А вторым сделал предложение, от которого нельзя отказаться».

Пока мы с Латом шли к спортзалу по опустевшим коридорам вечерней Академии, я не могла отделаться от неприятного чувства радости. Да, именно так — неприятного, но настолько сильного, что хотелось улыбаться во все лицо.

Фет даже не посмотрел в сторону Меорры. Черт! Он даже не попытался флиртовать с красавицей… Хотя… Почему-то вспомнились слова из любимого фильма моего детства: «Вот одна дурная извилина портит тебе всю голову».

Внезапно подумалось. А, что, если это стратегия. Сейчас он сделал вид, что не заинтересован, потом вернется и познакомится с Меоррoй поближе. В кoнце кoнцов, для настоящего бабника, ювелира покорения женщин было бы неправильным кидаться на фетку в моем присутствии. Разве для Ловелласов соблазнение — не спорт? Так зачем терять одну, если можно заполучить обеих?

Сейчас он сделал приятное мне, недалекой. Заметил, как напряглась от недвусмысленных знаков внимания Меорры и хорошенько погладил мое эго, даже почесал за ушком. А потом, в гордом одиночестве явится к разбитой горем фетке, что считает себя отвергнутой и… назначит свидание. Скажет, например, что не хотел флиртовать на задании. Боялся меня обидеть — все-таки напарница, все-таки нам ещё вместе работать…

Воображение услужливо нарисовало самые страстные картинки утешения Меорры Латом. Не знаю почему, но ревность, что было утихла, вспыхнула с новой силой. Причем, безо всяких реальных на то предпосылок.

Я казалась себе практически подростком. Неуверенной, закомплексованной нимфеткой, что сосeт чупа-чупс, и одновременно прячется за дверью, если заметила предмет обожания. Нет, я не обожала Лата, но он как-то сумел просочиться в сердце… Все время нашего общения я доказывала себе самой, что фет плохой, что он мне не пара, вернее я не пара красавчику-сердцеецу. Постоянно возвращалась мыслями к навязчивой идее, что Лат — дамский угодник.

Так, мне пора к специалисту.

Во-первых, потому что таю от взгляда этого малолетки, по моим меркам.

Во-вторых, потому что сама себе противоречу. То чудится — Лат искренен в своем танце самца райской птички вокруг моей персоны. То кажется, что он умело плетет сеть из лжи и комплиментов. Заботится исключительно ради приза, на котоpом написано «Эйлетта Дар влюбилась в Латтала Береста».

В-третьих, я никак не могла определиться, какие выводы более бредовые. То, что Лат неровно ко мне дышит, при его-то уме, внешности, происхождении, таланту к боевой магии, наконец. Или то, что он так долго и усердно притворяется ради новой победы на любовном фронте.

Кто из нас кто на этом ристалище гендерных битв? Я — ветеран или новобранец, которой страшно пoверить шикарному ухажеру? Лат — гусар, что падок на женщин или офицер без страха и упрека?

Боже. Какая только ерунда не лезет в голову после того, как тебя пытались нашинковать призрачными кинжалами и шпильками. Поразительно, что в микромире работает столько вменяемых риэлторов. И совсем не удивительно, что отдых в нашем парке Аттракционов они приравнивают к пикнику возле озера с лебедями.

Не зря Наина говаривала: «Наша профессия требует железных нервов, стального характера и… гелиевого мозга. Крыша потечет рано или поздно, это неизбежно. Но в этом случае мы хотя бы не почувствуем разницы».