Глава 9

На зельеварение мы с Сильвией пришли одними из последних и рассредоточились по аудитории. Сесть рядом не удалось, и я поплелась выше, понимая, что выбора нет – осталось последнее место, рядом с Олбертом, который странно посмотрел на меня и скривился. Передо мной, рядом ниже, расположился Хоггарт, и это тоже не вызывало никакой радости. Ронан, устроившийся на своем месте, проводил меня тоскливым взглядом.

– Снова отличилась, Рэйн? – злобно спросил Хоггарт, оборачиваясь. Я вызывающе посмотрела на него.

– Завидуешь?

– Было бы чему!

– Тогда и не лезь, – спокойно ответила я. Благодушное настроение после еды портить совершенно не хотелось.

Хоггарт смерил меня полным ненависти взглядом, но больше ничего не успел сказать – в аудитории появилась нервная профессор Горрейн. Видимо, вчерашние события и сегодняшний разнос от Даррена выбили ее из колеи.

– Я очень недовольна вами, адепты, – начала она. – Предупреждаю – еще одна подобная выходка – и стены Академии покинет любой из вас, невзирая на лица и титулы родителей, надеюсь, это понятно?

По аудитории прокатился виноватый гул голосов, но декан подняла руку, и шум мгновенно стих.

– Сегодня будем готовить зелье для концентрации внимания, листок с составом перед вами. Предупреждаю последний раз – одно неверное действие, и вы будете исключены. Приступайте.

Ну вот, мало мне Змея, еще и леди Горрейн напугала. Я первый кандидат на выход, после полигона… Вздохнув, пробежалась глазами по составу, быстро нарезала нужные травы и взяла палочку для размешивания. Я так волновалась, что рука неожиданно дрогнула, и палочка полетела на пол. Тихо выругавшись, подобрала ее, выпрямилась – и тут же заметила какое-то движение прямо перед собой. Хоггарт?

Котелок неожиданно забурлил, и из него вырвался столб пламени, а затем прогремел взрыв.

– Рэйн! – голос Олберта потонул в грохоте, и тяжелое тело больно придавило сверху. Лучше бы я в комнате осталась, право слово, сегодня ну совсем не мой день!

Я пришла в себя через пару мгновений, но показывать это окружающим не торопилась. Регенерация сработала, хотя и не в полную силу – утренние события давали о себе знать. Олберт, с закрытыми глазами, явно без сознания, расположился на мне, перекрывая доступ кислорода к легким, а вокруг суетливо носились адепты и что-то кричали. Мы с Эрианом вывалились в проход, попутно уронив еще и стол на соседнем ряду. Очень болела щека, видимо, здорово ей досталось. Рядом на ступени лежал клок собственных разноцветных волос, а чуть поодаль целая копна более светлых. Вряд ли я стала совсем лысой, а вот прическа Олберта, похоже, сильно пострадала. Кто бы мог подумать, что Эриан закроет меня от взрыва…

Удивительно, но изрядно надоевшие очки уцелели, а я уже мечтала оправу сменить. Из-под полуопущенных век наблюдала, как в аудиторию вбегают несколько целителей с носилками. Конечно, в моем случае они были лишними, но нельзя обнаруживать то, что я наяна и, в общем-то, чувствую себя вполне сносно. Закрыла глаза и покорно позволила уложить себя на носилки. Ладно, отдохну немного в палате, глядишь, больше ничего сегодня не случится.

В крыле целителей мы оказались за считаные минуты. Нас с Олбертом, как ни странно, определили в одну палату, и я услышала обрывки разговоров: «После бала еще не привели в порядок остальные помещения, кто же знал». Да, недоработка… Гильдии на вас нет!

Нас уложили на кроватях рядом, перевязали головы – лбы оказались разбиты у обоих, мою щеку намазали каким-то снадобьем, а Эриану еще и забинтовали левое запястье, которое он, похоже, сломал. Я смотрела на все это из-под полуопущенных ресниц.

– Пусть восстанавливаются, – знакомый голос, принадлежавший самому главному из целителей, прозвучал решительно, – а мы подготовим другую палату, пока лорд Итон не узнал.

– Не опасно ли оставлять их вдвоем? – отозвался другой. – Олберт чуть не убил бедную девочку, как ей не везет, не в первый раз уже.

– Если не подсовывать зелье для обретения сознания, не очнутся. Поторопитесь!

Едва хлопнула дверь, как я тут же открыла глаза и уставилась на соседнюю кровать. Выглядел Эриан неважно, но ладно, хоть живой. С трудом села, синяки и ушибы еще давали о себе знать, но регенерация оказалась как нельзя кстати. Переломов нет, значит, быстро все затянется. И как я буду объяснять это целителям?

Олберт застонал, а я бросила невольный взгляд на невысокий стол у двери. Зелье для обретения сознания, говорите? Извини, Эриан, но безумно интересно, с чего это ты спасать меня надумал. Хотелось бы успеть, пока целители не вернулись.

Сползла с постели и, прихрамывая, подошла к столу. Выбрала нужный пузырек, благо, все они были подписаны, и, недолго думая, сунула его под нос Олберту. Тот снова застонал и распахнул глаза, уставившись на меня диким взглядом.

– Ты выглядишь не лучше, Олберт, – усмехнулась, правильно расшифровав его изумление.

– Рэйн?

– А кого ты мечтал увидеть? – фыркнула я. – Ты мне чуть все кости не переломал.

Эриан неловко повернул левую руку, охнул, оперся правой о кровать и с трудом сел.

– Если бы не я…

– Да-да, оценила. Но почему, Эриан? Вы же с Хоггартом заодно.

Он взглянул на меня исподлобья.

– Не вздумай сказать, что я ни при чем.

У меня глаза на лоб полезли:

– Почему?!

– Потому что тогда отец точно заберет меня отсюда, – мечтательно произнес Олберт. Я не смогла сдержать удивления, и Эриан перевел на меня мутный взгляд. – Только попробуй сказать, что это не я, – повторил он. – Вернусь на корабль, последние два месяца были самыми лучшими в моей жизни. Странно, что мага огня тянет к воде, правда?

Я хихикнула.

– Тебе надо было жениться на Глории Ламмер, жаль, что ее в тюрьму посадили.

– Да, я слышал об этом…

Меня разобрал смех, и сдержаться я просто не смогла:

– Эриан, вообще-то ты принимал в этом активное участие!

И тут до него, кажется, дошло. Он испуганно уставился в мои глаза:

– Точно, слушай, Рэйн, сам не знаю, что несу, видимо, хорошо головой приложился…

Я вздохнула, чувствуя себя при этом на редкость глупо. Но сказать ничего не успела – дверь в палату распахнулась и тут же с грохотом захлопнулась, а ключ в замке повернулся. Таким взбешенным Змея я еще никогда не видела.

Эриан побледнел и прошептал:

– Лорд Итон, это случайно получилось…

– Я тебя убью, Эриан! – И руки мужа сомкнулись на шее Олберта.

– Лорд Итон, вы что… – прохрипел тот, закатывая глаза, а я подскочила и бросилась на спину Змея.

– Не надо! Он не виноват, он меня спас, это Хоггарт!

Пальцы Даррена разжались, и Эриан закашлялся, с ужасом переводя взгляд с меня на принца. Змей повернулся ко мне и схватил за плечи.

– Осторожнее, у меня все тело в синяках, – скривилась я. Даррен крепко прижал меня к себе, и мне ничего не оставалось, как сделать то же самое. Ладно, демон с ними, с синяками. Но до мужа, видимо, дошло, он осторожно отстранился и заставил сесть на кровать. Осмотрел с ног до головы, задержав взгляд на щеке. Ожога наверняка там уже не было или почти не было. Эриан непонимающе хлопал светлыми ресницами.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Даррен.

– Все хорошо, регенерация на высоте, – успокоила я его.

– К-к-какая регенерация? – удивленно протянул Олберт. Мы оба повернулись к нему.

– Он не знает? – уточнила с интересом, выглядывая из-за плеча мужа. Змей покачал головой.

– Я же не предполагал, что ты сюда вернешься, – вздохнул он. – Ты мне очередную миссию завалишь, Колючка!

– Змей, в этот раз я совершенно ни при чем!

У Олберта глаза едва не вылезли из орбит:

– Даррен?!

Принц застонал, и я на всякий случай отползла подальше. А на Олберта неожиданно напал дикий хохот, он никак не мог успокоиться.

– Кажется, за последние месяцы вы переплюнули два моих предыдущих года в Академии!

– Эриан!

Олберт тут же замолчал, правда, с трудом сдерживая рвущийся наружу смех.

– Простите, ваши высочества, – ехидно произнес он. – Зато теперь понимаю, почему «адептку Рэйн» так хвалят на зельеварении – в жизни бы не догадался, что ты наяна! Ну и вид у тебя, принцесса, врагу не пожелаешь.

Даррен злобно прервал его:

– Еще слово, Эриан, и я сломаю тебе и вторую руку. Начинай вспоминать ритуал Вечной клятвы.

– Я уже понял, – вздохнул тот. – Даррен, отпусти меня, а? И повод есть…

Ничего себе, принц его насильно тут держит, что ли?

– Только вместе с Хоггартом, – напомнила я.

Змей кивнул и обратился к Олберту:

– Ты знал о том, что он задумал? И лучше тебе не врать, Эриан!

Было заметно, что последнему очень не хочется отвечать, однако Даррен не оставил ему выбора. Неловко шевельнув сломанной рукой, Эриан охнул и признался:

– Я видел, что Хоггарт покупает взрывной порошок у третьекурсника. Ладно-ладно! – Он поднял ладони в защитном жесте под тяжелым взглядом принца, скривился от боли в запястье и быстро продолжил: – Имя скажу. Правда, я не знал, для кого он это припас. В последнее время Хоггарт всех задирал и совсем озлобился, дар у него не развивается, экзамены все равно бы не сдал. Псих, даже количество порошка рассчитать не смог. Не думаю, что он собирался причинить кому-то вред, а вот сделать так, чтобы исключили Рэйн, – вполне. Он мне еще и подмигнул, мол, пригнись. Но такого вредительства даже я себе никогда не позволял.

Даррен сжал кулаки:

– Можешь не рассказывать, у кого он брал порошок, я и так знаю, еще по прошлому разу. – Он обратился ко мне: – Хоггарт получит за все, и за твое первое испорченное зелье в том числе.

Я вытаращила на него глаза:

– Так это был Хоггарт?!

– Ну не я же! – возмутился Змей.

Теперь дикий хохот напал на меня:

– То есть я зря тебя в зеленый цвет покрасила?!

Даррен метнул на меня злобный взгляд:

– Тебе еще придется за это извиниться, милая.

– Обойдешься, дорогой!

Олберт, пряча улыбку, осторожно кашлянул:

– Не хотелось бы прерывать вашу захватывающую семейную сцену, но что со мной будет? Поговоришь с отцом, Даррен? Наверняка он знает, что ты здесь.

Змей нехотя кивнул.

– Джарел отбыл с визитом в Лионию. Когда приедет, пусть забирает тебя, но договариваться будете сами. Однако могу пообещать, что в Академию ты больше не вернешься.

– Слава богине!

Я удивленно взглянула на него:

– Если не хочешь учиться здесь, зачем тогда два факультета окончил?

Эриан смутился.

– Я не оканчивал. Это была инициатива моего отца – распространить такую информацию, он надеялся, что хотя бы один курс я осилю, любого факультета… Но последнее, о чем я мечтаю, – это работать в Гильдии. Впрочем, наверное, первый курс артефактики я бы закончил для разнообразия, – ухмыльнулся он, глядя на меня, открывшую рот от удивления, – если бы кое-кто за меня реферат не написал.

А вот смущенного Змея я еще ни разу не видела! Так это все-таки он автор реферата по принцессе Каролине?!

– И кто тебя заставлял его в «Магический вестник» отправлять? – фыркнул Змей. – Это просто шутка была, даже Бруни его подсовывать – это слишком!

Олберт не удержался от смеха:

– Ну, это показалось мне забавным.

– Значит, сам и виноват, – припечатал Даррен.

Тут и я не выдержала и расхохоталась:

– Зато бумеранг сработал!

Муж метнул на меня предупреждающий взгляд, а Олберта, судя по всему, озарило, и он развеселился еще больше:

– Кстати, а что ты написала о Даррене в своем реферате?

– Не твое дело, Эриан, – хмыкнул принц. – Побудешь в крыле целителей, пока твой отец не вернется. Потом можешь отправляться на все четыре стороны, под Вечной клятвой, разумеется.

– Как скажешь, ваше высочество, – ухмыльнулся Олберт.

В дверь неожиданно постучали, и Змей, приложив палец к губам, повернул ключ в замке.

– Лорд Итон, – со страхом произнес один из целителей, – простите, остальные помещения были не готовы, и…

– Вы еще за это ответите, – пригрозил Даррен. – Эриана Олберта поместите в отдельную палату, адептке Рэйн уже намного лучше.

Вошедшие целители изумленно уставились на меня, но я успела повернуться, чтобы они не заметили мою зажившую щеку, и успокоила их:

– И правда намного лучше, переломов, как у Олберта, у меня нет.

Целители покачали головами, но спорить с ректором никто не рискнул. Двое из них помогли Эриану спуститься с кровати и проводили до двери.

– Я зайду к вам позже, Олберт, – предупредил Даррен.

– Как скажете, лорд Итон, – кивнул тот.

Едва мы остались в палате одни, Змей быстро шагнул ко мне, заключил в объятья и впился в губы жадным поцелуем. Не могу сказать, что я этого не ожидала, скорее, наоборот, это было необходимо не только Даррену. Мурашки быстро проскакали по телу, и, кажется, даже регенерация пошла быстрее. Я обняла мужа за шею, но неожиданно глаза защипало, я всхлипнула, а затем от души разрыдалась, выплескивая накопившиеся эмоции. Слишком тяжелый день… Даррен прерывисто вздохнул, уселся на кровать и посадил меня к себе на колени. Я вцепилась в его плечи и затихла. Он гладил меня по волосам и молчал, я тоже не знала, что сказать.

– Я испугался, когда узнал о том, что произошло на зельеварении, – наконец нарушил молчание Змей.

– Почему, чтобы ты перестал на меня огрызаться, я должна едва ли не умереть? – не удержалась я.

– Потому что только у Колючки получается выводить меня из себя! Но в отличие от некоторых, я хотя бы не разношу полигон. И не вешаюсь на других адептов! – неожиданно зло сказал он.

– Ревнуешь? – радостно спросила я.

– Лекса!!!

– То есть тебе можно танцевать с моей сестрой, а мне ни с кем нельзя?!

– Ты сама не поехала на бал!

– Зато ты радостно отправился вместе с ней! Она же правильная наяна, в отличие от меня. А я тебя только предаю и доставляю разнообразные неприятности!

– Да уж, по неприятностям ты мастер на все руки! Можно сказать, профессионал!

– На себя посмотри! С твоим появлением в моей жизни у меня одни сплошные проблемы, Змей!

– Взаимно, Колючка!

Он сильно сжал меня, и я ойкнула.

– Ты делаешь мне больно, у меня все тело в синяках!

– Прости, – вздохнул он, снимая меня с колен и вставая с постели. – Предупреждаю: увижу рядом с Тонхеном – ему не жить.

Я нахмурилась:

– А если я увижу тебя рядом со своей сестрой – не жить тебе.

– Да, приоритеты налицо, – хмыкнул Змей, направляясь к двери.

– В свое время ты тоже предпочел брата!

Даррен медленно обернулся:

– Даже если я раскаялся, ты все равно этого не услышишь, потому что слушаешь только себя. – И вышел, громко хлопнув дверью.

Я вздохнула. Даже не представляю, что должно случиться, чтобы мы перестали, наконец, ругаться. Но, кажется, именно в этот момент я поняла, что о разводе больше не мечтаю.