Глава 16

– Элорис драхт! – выругалась я, чувствуя, как от падения болит все тело.

Шана и Дин выразились еще более витиевато и емко, но в целом это соответствовало ситуации.

– Слушай, Пенелопа, – послышался рядом чей-то раскатистый голос, – привела ко мне очередное развлечение?

Послышался вздох, Дин тем временем помог мне подняться. Шана отряхивалась сама.

– Все живы? Не ранены? – раздался обеспокоенный голос Пенелопы.

– Все в порядке, – отозвался Дин, оборачиваясь.

Тут же охнул, рухнул на колено и склонил голову. Шана и я обернулись, и оборотница тут же последовала примеру брата. Выглядело это малость нелепо, учитывая, что на нас надеты только купальники, а с волос все еще стекает вода. Место же, где мы находились, явно было пещерой, в которой оказалось жутко холодно.

Я покосилась на друзей и перевела взгляд на Пенелопу, замершую возле огромного дракона. Невероятный, дивный зверь! Чешуя его сверкала, напоминая кристаллы горного хрусталя. Глаза огромные, смотрящие на нашу компанию с нескрываемым любопытством. Хвост располагался как раз возле наших ног, отчего очень хотелось к нему прикоснуться. А вдруг снится или кажется?

– Знакомьтесь, – улыбнулась Пенелопа. – Это Хрустальный Свет, Хранитель всех драконов этого мира.

Я покосилась на замерших оборотней, робко улыбнулась и сделала весьма неуклюжий поклон. Обо что-то зацепилась, упала и плюхнулась на пятую точку.

Послышался легкий перезвон, в котором я не сразу угадала смех дракона.

– Слушай, Пенелопа, а в вас много общего! Помнится, когда мы с тобой впервые встретились, ты тоже пыталась мне кланяться.

Я робко улыбнулась, поднялась. Заметила, что Дин и Шана тоже вытянулись и с восторгом смотрели на дракона, совсем его не боясь. Впрочем, если он друг Пенелопы, нас точно не обидит.

– А ты все такой же ворчун, – улыбнулась она и погладила чешуйку возле его носа.

– Но ты все равно меня любишь, верно?

– Конечно! – согласилась она и рассмеялась.

– Друзей-то представь.

– А с чего вы решили, что мы именно друзья? – отмерла я, наблюдая, как сверкает чешуя.

Интересно, даст потрогать или нет?

– А Пенелопа не приводит ко мне никого, кого нельзя считать друзьями, – ответил Хрустальный Свет.

Голос его напоминал раскат грома, а глаза по-прежнему сияли любопытством.

– Шана и Дин, оборотни. Рита, маг. Ребята – студенты первой ступени АМТа, проходят сейчас практику у эллинов.

– И что случилось? – заволновался дракон. – Ты ведь впервые используешь такой способ перемещения. Не зря Андриан беспокоился, попросил помочь усовершенствовать мой подарок.

Я уже поняла, что речь шла о кристалле, который открыл портал к Хрустальному Свету.

– Кстати, где твой дракон, Пенелопа?

Девушка вздохнула и спросила:

– Не возражаешь, если сначала мы оденемся, согреемся, поедим, а потом все расскажем?

Хрустальный Свет обреченно вздохнул, а девушка кивнула головой на нишу, где обнаружились запасы одежды, еды, дров и зелий.

Дин попробовал магией высушить волосы, но не преуспел.

– Мы находимся глубоко под землей, на территориях гномов, – пояснила Пенелопа. – Магия здесь откликается редко. В прошлый раз нам с Андрианом совсем не повезло, когда здесь оказались.

Брюнетка накинула сверху плащ, села на подставленную лапу Хрустального Света. Пока мы перекусывали, рассказала о произошедшем.

– Значит, на эльфийскую чету ты дуешься, поэтому и не отправилась к ним, – как-то хитро улыбнулся дракон, заметив, что Пенелопа забавно морщит нос.

Я вот так и не уловила связь между предсказанием Ларинель, богини судьбы, и эльфами, но, видимо, она была.

– Да они там со мной носятся, как с хрустальной вазой! – не выдержала и возмутилась она.

– А Андриан что?

– Еще хуже! Вчера он пытался накормить меня с ложечки, а сегодня к эллинам предложил захватить шерстяные носки! Это несмотря на то, что на острове мамы лето!

Хрустальный Свет рассмеялся.

– Теперь нажаловалась, легче стало?

– Еще как! Вот пусть только Андриан вернется, я ему много интересного расскажу!

Дракон фыркнул, явно зная, чем обычно заканчиваются ссоры Пенелопы и Снежного принца. И пока девушка перекусывала, переключил внимание на нас. Мы и не пытались скрыть своего восхищения, расспрашивали дракона о том, как он здесь живет. Выяснилось, что питается магией, на поверхность не поднимается. Некий подземный страж, который гордится своей миссией. Разве что одиноко бывает. Но, судя по его словам, Пенелопа и ее друзья часто навещают мудрого дракона и не дают ему сильно заскучать.

Я все косилась на его крылья и хвост, пока Хрустальный Свет не сдался под нашими дружными взглядами.

– Ладно, любопытные. Лезьте все рассматривать.

– Ты такой хороший! – улыбнулась Шана.

– И невероятно сказочный! – поддержала я.

Крылья, сложенные под самым потолком пещеры, казались серебряными. Чешуя была черной, усыпанной кристаллами, которые причудливо преломлялись от света костра и искрились.

Наконец, вдоволь изучив дракона, спустились обратно. Хрустальный Свет только посмеивался над нами, заявив, что временами ему было безумно щекотно.

– Значит, никто не знает, где вы? – вдруг уточнил он у Пенелопы.

– Нет.

– Мой артефакт зарядится через сутки, не раньше. Если бы среди вас были влюбленные пары, тогда бы сотворил новый.

– На рассвете мама, конечно, пошепчется с морем, оно расскажет, где нас искать. Не беспокойся.

Я удивленно покосилась на Пенелопу.

– Дар у мамы такой, – пояснила она.

– Ох, и влетит тебе!

– Да мне-то за что? Я даже этот ключ в руки не брала!

– Еще скажи, что к морю не подходила и силу не отпускала, – фыркнул Хрустальный Свет. – Дар поиска-то сработал. А если у Риты, как ты сказала, дар пробуждения, то все очевидно. Схлестнулись две силы, нашли для вас новую неприятность. Ключ-то хоть покажите!

Я вспомнила, что так и держала его в руках, а потом положила в карман штанов. Вытащила, раскрыла ладонь.

– О! Да вы Ир-хаарта, похоже, ограбили.

– Это кто? – хором воскликнули мы.

– Мой братишка. Спит на дне моря, видит самые разные сны. И если добрые, то и стихия ласковой становится, словно маленький зверек. А кошмар приснится, так случается буря.

– Еще один дракон? – не утерпела я.

– Морской змей, – отозвался Хрустальный Свет.

Ой, мама!

– И это я его что же, пробудила?

Интересно, можно я тут останусь? Конечно, скучно будет, но хотя бы живая и невредимая.

Хрустальный Свет рассмеялся, и своды потолка задрожали.

– Скажешь тоже, разбудила! Это невозможно! Если он поднимется с морского дна, считай, конец Эфре! Скорее потревожила. Сдается, старый ворчун потерял ключ сам и уже забыл про него. А ты нашла, магию шевельнула, она и отозвалась в нем. Вернешься – брось ключ в море, волны унесут, куда нужно.

– И как не догадались! – удивилась Пенелопа.

– А от чего он? – не утерпела Шана, которая страдала не меньшим любопытством, чем я.

– От сокровищницы, конечно, – хитро сощурившись, ответил Хрустальный Свет. – Она у каждого дракона имеется.

– И у тебя? – не удержалась Пенелопа.

– И у меня. Только знания – моя самая большая ценность, – заметил дракон.

Некоторое время мы еще разговаривали о сокровищах. Все же не каждый день находишь подобный ключ и пробуждаешь в нем магию. На месте морского змея я бы нас поблагодарила каким-нибудь сундуком с жемчугом, а не пыталась убить.

Потом разговор плавно перетек на последние новости и учебу в Академии. Хрустальный Свет оказался прекрасным собеседником, много расспрашивал, интересовался заклинаниями, которые мы изучаем, смеялся над нашими рассказами о происходивших с нами казусах.

Спать мы отправились весьма поздно. Я волновалась за Таару, которая осталась во дворце, хотя понимала, что вряд ли с ней что-то случится. Саламандра часто пропадала, а потом возвращалась. Я заботилась о ней, но Таару баловали все мои друзья, таская вкусности и тиская, как котенка.

Я прикрыла глаза, зевнула.

Сон был тягучим и странным, я никак не могла понять, что он означает. Раньше хотя бы снились древние драконы, битва и туман, а теперь пещера, наполненная драгоценными камнями. Каждый величиной с меня и опутаны мягким золотистым светом. Я бродила среди этих камней, всматривалась в огоньки, которые вспыхивали внутри, и почему-то испытывала страх. Он лишал возможности двигаться и дышать, ледяной волной накрывал плечи и полз по спине. Сказочный сон превратился в кошмар, я проснулась, дрожа и испытывая горечь. Ребята спали на крыле дракона, укрытые пледами. Пенелопа ворочалась, словно даже в таком состоянии переживала за кого-то, а с меня сон слетел, будто и не бывало.

– Кошмар приснился? – раздался тихий голос Хрустального Света.

Он явно применил какую-то магию, потому что никто из моих друзей его не услышал и даже не пошевелился.

– Да, – не стала скрывать я, а потом, озаренная догадкой, решилась: – Хрустальный Свет, ты ведь многое знаешь, верно?

– Конечно, маленький маг, – улыбнулся он, сверкая глазами. – Спрашивай, постараюсь ответить.

– Мне бы информацию о древних драконах, – смутилась я. – Легенду уже знаю, нашла и прочла, но сколько в ней правды, непонятно. И никто не делится информацией!

– Ты должна понимать, что древние драконы – это те, в ком осталась частичка божественной сущности, Рита, – неожиданно отозвался Хрустальный Свет.

– И что это значит? Особый дар? Талант?

– Сила, равной которой нет на этом свете.

Я замерла, размышляя и пытаясь сопоставить известные мне детали.

– Раньше, когда Великая Праматерь жила в этом мире, драконы получали эту силу, если были ее достойны. Но те времена давно канули в небытие. Последний дракон, получивший дар создательницы Эфры, – янтарный. Он должен был защищать свой народ от любых бед.

– Должен? – уловила я горечь в словах Хрустального Света.

– Да. Может, так бы он и поступил, если бы его брата-близнеца не одарил каплей своей силы Дерас. И янтарный оступился. Зависть, алчность, жажда власти обуяли его.

– Янтарного дракона? – не поверила я услышанному.

Представила Елизара, которого считала именно янтарным драконом, никак не могла совместить того, о ком рассказывал Хрустальный Свет, и моего мужчину.

– И сила богини-создательницы покинула дракона. Тьма же стала настолько могущественной, проросла в его сердце, не оставив места для света, что он стал помощником Дераса, его правой рукой.

Какой ужас!

– А его брат? Тот, кого Дерас изначально наделил каплей своей силы?

Хрустальный Свет молчал долго, то ли не желал отвечать, то ли подбирал слова, то ли просто не хотел, но потом я услышала его тихий голос:

– Усмирить тьму может лишь тот, в ком есть свет, Рита. Запомни это, когда тебе придется делать выбор.

Сказать, что я запуталась еще больше? Кому верить? И чему? Почему Хрустальный Свет не желает рассказывать о втором брате?

– А потом случилась битва двух братьев?

– Да. Один из них открыл грани, выпустил чудовищ в этот мир. Второй поставил защиту на королевство драконов, не давая уничтожить Эфру. Они бились долго, но силы были равны. От смертей Дерас становился сильнее, а боги не могли ничего поделать. У нашего вмешательства в жизнь людей, Рита, всегда есть цена.

В голосе дракона слышалась едва заметная горечь.

– И Ларинель принесла танрир?

– Да. Первый камень, который был создан для него, сделала она. И заперла на время грани.

– На время?

– У темного дракона, истинного темного, нет более сильного желания, чтобы открыть их снова, заполучить власть над этим миром, погрузить его в хаос, – отозвался Хрустальный Свет. – Будь осторожна, Рита. Твоя ошибка может дорого стоить нам всем.

Кто бы знал, как мне не хочется стать вершительницей мира! Но разве можно повернуть время вспять и все изменить?

Больше мы с Хрустальным Светом не разговаривали. Он дремал, а я пыталась успокоиться и разобраться в том, что услышала, но запутывалась еще больше.

А ощущение опасности, такое близкое и знакомое, не покидало уже ни на миг.

Портал открылся на рассвете, и из него вынырнули Элеонора и профессор Рин. Встревоженные, растерянные, уставшие…

– Ну у тебя тут и фон, Хрустальный Свет, даже браслеты АМТа, что дает студентам Ранас, не срабатывают! – выдохнул наш наставник.

Ругать нас никто не стал, как и назначать наказание. Мы попрощались с Хрустальным Светом, пообещав по возможности к нему заглядывать, а потом вернулись на остров эллинов.

Я подошла к воде, бросила ключ. Волна плеснула и окатила меня с ног до головы.

– Невоспитанный хам, а не дракон! – возмутилась я.

Море зашумело, вспенилось. Кажется, пора бежать! Мы переглянулись и бросились к утесу. Уже мчались по поляне с маками, когда волна достигла нас, обрушилась, и рядом со мной, сбитой с ног, раздался звук, будто падало что-то тяжелое.

– Даже щиты не выдержали! – поразилась Элеонора.

Я заметила, как профессор Рин крепко обнимает Пенелопу и направляет на нее чары, чтобы высушить одежду и волосы.

– Да ладно, Лира. Остров не потонул, а значит, ничего страшного не произошло.

Это да, мы способные да талантливые, могли и такое умудриться сделать.

– Ой, сундук, Ритка! Да в половину твоего роста! – послышался веселый и неунывающий голос Дина.

– Не открывать! – рявкнул профессор Рин.

Я с ним полностью была согласна. С этого вредного морского дракона станется и змей с какими-нибудь чудовищами прислать!

Дин обернулся в волка, обнюхал сундук.

– Магии не чувствуется совсем.

– Отойдите, – велел профессор Рин, и мы послушались.

Он наложил на нас всех новые щиты, а потом сделал пасс рукой. Сундук засветился, покрылся какими-то знаками, похожими на руны, а потом послышались щелчки замков, и распахнулась крышка.

С минуту мы стояли, не решаясь заглянуть внутрь, ожидая от морского дракона пакости, но ничего не происходило, поэтому мы осторожно подобрались поближе и разом сунули в сундук свои любопытные носы.

– Великий Волк!

– Невероятная красота! – застонала Шана.

Я же смотрела на невиданные драгоценности, что прятались внутри. Самоцветы на изящных украшениях, выложенные в виде цветов, длинные нити жемчуга. Да чего там только не было!

– Предлагаю переместить сундук во дворец и разобрать его. И взять, конечно, кому что понравится.

– Рита, ты уверена? – не удержался профессор Рин. – Сундук предназначался для тебя.

– Да куда мне столько?

– Сокровищницу создашь, – предложила Элеонора.

– Не соглашайся, – усмехнулась Пенелопа. – Я вот поддалась на провокацию Андриана, до сих пор сундуки считаю. Не умеет он дарить драгоценности по одной.

Я не удержалась и хихикнула. Рин и Элеонора переглянулись и рассмеялись. Оборотни фыркали.

Когда мы переместили сокровища во дворец, посмотреть на них сбежался едва ли не весь остров. Мы примеряли, откладывали, кому что приглянется. Я припрятала две шкатулки, выделенные профессором Рином для Иветты и Ренара. У них скоро свадьба, подарок сделаю! Тогда точно не откажутся! На дне обнаружилось много самого разного оружия. Я покрутила в руках кинжалы, заметила, как Шана и Дин смотрят на них, и протянула им. Профессор Рин выбрал меч, восхищенно поглаживая рукоятку. Несколько похожих мы с ним отобрали для преподавателей Академии Магических Талантов. Делать подарки – это так приятно и правильно! Душа радуется. Для Елизара я отложила один из мечей и пояс с драгоценными камнями. Для появившейся Таары выбрала драгоценные камни, которые перенесла в свою комнату.

Провозились мы со всем этим так долго, что не заметили, как наступил вечер. Прерывались на перекусы, конечно, но ни на что другое времени не нашли. Я заметила, как Пенелопа задумчиво крутит нитку черного жемчуга, как что-то ей шепнула мама, и она покраснела, а потом кивнула и направилась в свои покои.

А утром после всего этого бедлама у нас началась самая настоящая практика. Эллины оказались беспощадны в стремлении не помочь закрепить полученные нами знания, а добавить новых.

Учились мы, как ни странно, все на той же поляне с красными маками. Узнали несколько необычных заклинаний от профессора Рина, тренировались с оружием со всеми желающими эллинами, а по вечерам я взяла за привычку выходить на берег и брать с собой цинь.

Профессор Рин и Элеонора наставили множество защитных заклинаний на все случаи жизни, и я спокойно могла наслаждаться магией струн. Инструмент отзывался охотно, слушался, хотя я только постигала его возможности. Боевая стихийная магия выходила лучше всего. Откликалось море, пело по-особому, едва я касалась струн. Обрушивались на берег и на защитный купол волны. Надеюсь, когда-нибудь я научусь так улавливать и целительскую магию, использовать ее.

После ужина, когда все отправлялись гулять по саду или к морю, я забиралась в библиотеку. Не знаю, что я хотела там найти. О янтарном и темном драконах мне рассказал уже и Андриан, и Хрустальный Свет, да только что-то они все недоговаривали, оставалась некая недосказанность. Я упускала в этой истории нечто важное. Понять бы еще что! Друзья на пару часов тоже заглядывали ко мне, помогали в поисках, но и им не удавалось найти ничего интересного.

В последний наш вечер на острове эллинов я собирала вещи. Сумок стало в разы больше, так как там находились и подарки для друзей. Хорошо, что профессор Рин перенес оружие для преподавателей и отдал им. Я получила от них письма с благодарностями и восторгами.

Но мои мысли занимал Елизар. Где он? Что с ним? Неделя прошла, а от него никаких вестей! Я тосковала так, что не знала, куда деться.

Стук в дверь раздался неожиданно, и я удивленно разрешила войти. Кому это не спится, когда время близится к полуночи?

Опешила, увидев Елизара, появившегося на пороге.

– Мне не рады? – удивился он, сверкая улыбкой так, что мир перед глазами начинал плыть, сосредоточиваясь в нем одном.

– Зар! – Я бросилась к нему в объятья.

Маг подхватил меня на руки, закружил по комнате, а потом, так и не отпуская, придерживая за бедра, притиснул к стене возле раскрытого окна и жадно поцеловал.

– Девочка моя, как же я соскучился! – прохрипел он, покрывая поцелуями мое лицо, шею, ключицы.

– Еще предложи проверить, кто больше! – застонала я, откликаясь.

Зар засмеялся, нашел мои губы, приласкал, отпустил.

– Не откажешься от свидания прямо сейчас? – прошептал он.

– Нет, – отозвалась я и сама его поцеловала.

Разве можно удержаться, когда он такой нежный, сияющий уже просто от того, что я рядом.

– Пошли.

Он забрался на подоконник, спрыгнул, по-мальчишески задорно подмигнул. Я рассмеялась и последовала его примеру. Упасть Зар не дал, подхватил и поставил на ноги. Потом выдохнул, резко прижал меня к стене и снова накрыл мои губы своими, углубляя поцелуй, делая его страстным и многообещающим. Отпустил, лишь когда мои колени подкосились, а думать ни о чем не хотелось.

Через сад мы крались, как какие-то воришки. Умудрялись еще останавливаться под укромными деревьями, целоваться и говорить друг другу нежности.

А с утеса на берег Зар вообще нес меня на руках, целуя и не давая возможности даже отдышаться. Остановился, опустил на ноги, и я удивленно и радостно охнула.

На песке оказались рассыпаны лепестки алых и белых цветов; с огнями свечей, расставленных вокруг, играл легкий ветерок. Уютный плед и корзина, из которой торчало горлышко бутылки, располагались чуть ближе к воде. Море шепталось, волны лениво наползали на берег.

– Нравится?

– Очень, – прошептала я.

Понимала, что Зар мог использовать магию, сделать все при помощи волшебства, но он, несмотря на то что недавно вернулся, делал все сам. Кажется, в моем мужчине обнаружился невероятный романтик.

Помог сесть на плед, достал глубокую вазу с ягодами и нарезанными на дольки фруктами, разлил по бокалам вино.

– Зар, ты нашел то, что искал? Все сложилось… удачно? – решилась я, делая первый глоток.

– Нашел, мое наваждение.

– И никто не пострадал?

– Никто. Все вернулись. – В голосе чувствовалась улыбка, и я поняла, что попозже Зар обязательно расскажет подробнее.

Сейчас нам обоим просто хотелось побыть вместе.

Он перекинул мои ноги на свои колени, погладил, допил вино и поймал мою ладонь.

– Расскажи, как прошла твоя практика, – попросил он, поочередно нежно целуя мои пальцы.

– Познакомилась с Хрустальным Светом, получила в подарок сундук с драгоценностями от морского змея, выучила с десяток новых заклинаний. Так, знаешь, по мелочи…

Он замер и рассмеялся. Неожиданно притянул меня к себе, опьянил поцелуем. Его губы пахли вином и немножко морским ветром.

Оторвался и сознался:

– Жажду подробностей!

– Я тоже… жажду! – шутливо толкнула его в плечо.

Сверкнул янтарным взглядом, впился поцелуем. М-да, похоже, мы оба сегодня невменяемы. И чем дальше, тем хуже. Даже не знаю, кому из нас первому пришла в голову идея кормить друг друга с рук и пить вино из одного бокала. Так просто было удобнее и романтичнее.

Мы сидели, обнимались, взахлеб целовали друг друга. И возвращались во дворец умиротворенные, переполненные странной нежностью. Решив, что воспользуемся окном, оказались в моей комнате.

– Позволишь остаться с тобой? – поинтересовался Зар, и я закатила глаза.

– Муж, а разрешения спрашивает.

Елизар рассмеялся, ушел умываться, а я переоделась в ночную рубашку и забралась под одеяло. Дождаться, правда, своего дракона не смогла, уснула.

И чудилось мне, что кто-то стянул с меня рубашку, покрывая нежными, осторожными поцелуями все тело, шептал что-то, вырисовывая языком и губами удивительные узоры, от которых я пылала огнем, рассыпаясь на искры.

Безумно сладкий сон, из которого не хотелось возвращаться. Выдохнула, осторожно открыла глаза. Зар ласкал умело, как-то по-особенному бережно, отчего к горлу подкатывал ком. А потом поймал мой взгляд, растерялся и заявил:

– Думал, ты спишь. Разбудил?

– Можешь каждое утро так будить, – улыбнулась я, потянулась к нему, прижалась.

Ничего, сейчас я положу конец всем нашим сомнениям. Возьму и соблазню своего дракона. Сколько можно ходить вокруг да около! И пусть только попробует начать сопротивляться и возражать!

Шаловливо пробежала пальцами по его плечам и спине, прикусила губу и запустила руку в его волосы, отвечая на сумасшедший поцелуй. Вокруг нас вспыхнули янтарные нити, растаяли в воздухе. Они же мне не кажутся? Или воображение разыгралось? И не понять даже… Зар опрокинул меня на постель, и я уже обрадовалась победе, когда раздался настойчивый стук в дверь.

Мгновение – и Зар накинул халат, отправился открывать, а я быстро натянула ночную рубашку. И что опять там стряслось?

– Зар, в Академии – прорыв. Печать почти не сдерживает грани, – раздался встревоженный голос Снежного принца.

– Иду! – отозвался Зар, на ходу надевая штаны и натягивая сапоги.

Призвал оружие и, не прощаясь, шагнул в воронку портала.