Глава 18

Рано утром меня разбудила противная трель. Вчера я долго не могла заснуть и, чтобы как-то спровоцировать свой мозг прекратить рисовать страшные картинки свадебных церемоний, решила занять себя изучением матчасти по магии. Вот после этого меня и сморило. Разом. В общем, изучала я историю магии путем вдавливания себя в прямом смысле в учебник. Отчего разве что буквы на опухшем лице не отпечатались.

Пока бежала умываться и переодеваться в чистую одежду, несколько раз поскользнулась на все тех же учебниках, что буквально заполонили комнату. Схватила лист с расписанием, несколько нужных блокнотов, кинула все это в небольшую сумку и, повесив ее на плечо, ринулась в новый день.

В этот раз утром ученики не спешили разбрестись по учебным классам, как это было несколько дней назад, наоборот, они завороженно рассматривали то, что зависло над центральной площадью академии, в месте, где собирались все запутанные коридоры магических помещений. Там красовалось лицо какого-то хмурого мужика. Всего в золоте, в парике и воротнике жабо, фигура причудливо изгибалась и заставляла коротенькую бороденку торчать вверх, как у деревенского козлика.

– Кто это? – спросила я у адепта, стоявшего рядом.

– Военный министр, Жакомо Клодэ! – ответил он мне, и я развернулась послушать, с чего это вдруг созвали учеников академии в такую рань такие важные гости.

– Дорогие наши маги, – начал важно министр. – Сегодня произошло событие, повергшее в шок весь наш народ в целом и короля в частности. – Лицо подернулось дымкой, и вместо него появилось выжженное поле.

Адепты ахнули. А я в ужасе закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Моя деревня была разрушена до основания, от домов, расположение которых я знала с закрытыми глазами, остались только головешки.

– На деревню напали несколько гулий! Они пожрали нескольких жителей, и началось заражение. – Серьезное лицо снова предстало перед нами, но у меня в голове появились страшные картинки происходящего. – Люди умирали в страшных мучениях, восставали нежитью и пожирали или заражали уже своих родных и близких. В короткие сроки нам пришлось уничтожить все поселение. Благодаря драконам, яд гулий не распространился на соседние деревни, и дальнейшее заражение удалось предотвратить.

Адепты и профессора снова ахнули. Жителей деревни даже не пытались спасти! Я, конечно, не особо любила свою деревню, да и людей приятных там мало проживало, но все же это было родное болотце, и я бы хотела, чтобы оно продолжало жить и здравствовать.

– По тревоге были подняты военные гарнизоны и маги всех возрастов, поэтому академии придется выставить лучших учеников для защиты простого населения.

– Опять нас пошлют в самую гущу событий, а военные будут прикрывать задницу короля! – не выдержал и фыркнул кто-то из магов.

– Они за своих магов держатся, а нас, боевиков, используют как мясо!

– Тише вы! – выкрикнула женщина в годах, судя по всему, профессор. С зелеными волосами и длинными ушами. Лесная эльфийка. Она обеспокоенно посматривала по сторонам, призывая держать эмоции под контролем, особенно когда речь произносит сам министр.

– Академия и раньше помогала нам в нелегкие времена, поэтому не реже чем раз в неделю надлежит направлять свои отряды для помощи военным в патрулировании и защите простого населения. Да благословит нас истинная магия! – проговорил последние слова министр и растворился в воздухе.

Адепты разочарованно выдохнули как один и медленно стали расходиться по коридорам. Заметно было, что после этих новостей никто не торопился на урок, наоборот, хотелось обсудить новости и то, как они повлияют на жизнь каждого в целом.

Я заметила рядом с эльфийкой Аниту и махнула ей рукой, подруга извинилась перед профессором и подбежала ко мне. Анита и ее группа вернулись только сегодня, и мы даже не успели поговорить.

– Ты как? – спрашивала она. – Мне рассказали, что произошло.

– Выжила кое-как, – отмахнулась от недавнего происшествия. – Деревня, на которую кто-то пустил гулий, моя!

Анита закрыла рот рукой, как до этого делала я, и подавила возглас, превратив его в противный писк. Я скривилась.

– Боже! Тебе, наверное, надо будет взять выходной и навестить хотя бы тех, кто уцелел, – понимающе взяла она меня за руку, и я ощутила привычную вселенскую благодать. Не время. Я решительно убрала руку.

– У меня, если честно, никого не осталось, – пожала плечами, хотя все это навеяло воспоминания о матери, пустоту, что появилась с ее уходом. Теперь внутри стало еще больше пустоты.

– Эй, кто там опять балуется? – послышалось со стороны, и мы с Анитой выглянули на площадь, где до этого вещал Жакомо. Шел снег. В общем-то, неудивительно: мы находились в горах, здесь прохладно. Но все же еще не время.

– Боевикам срочно собраться в аудитории. – Не давая нам опомниться или удивиться снегу, прозвучал в воздухе голос ректора. – Лекари, проклятийники, травники должны собраться в своих главных аудиториях для получения нового расписания и дальнейших указаний.

– Я побежала, – махнула мне Анита и показала пальцем в небо. – И это убери, а то опять тебе попадет.

Я только руками развела. Ну не знаю ни как вызывать снег, ни как его остановить, если он уже пошел.

– Ну и чего ты стоишь? – прозвучало со спины, и я резко развернулась на голос. В проеме одного из коридоров стоял Айдан. – Пойдем в аудиторию.

Я, в общем-то, была и не против, улыбнулась ему и пошла следом.

– Это ты? – кивнул он на кружившие над нами крупные снежинки, когда мы шли к корпусу боевиков. Кое-кто из учеников поднял вороты мантии, некоторые накинули капюшоны плащей, и все бежали в место срочного сбора.

– Наверное, – согласилась я.

– Какое неразумное расходование силы. – Он задумчиво посмотрел в небо, поймал несколько снежинок губами, чем смутил меня невероятно. – Побежали, а то нам всыплет драконище.