Глава 42 · Бал

Пока мы ехали, я немного остыла, успокоилась. Нет, сердце ныло, разум помутился и требовал сейчас же наказать всех виновных в моих слезах и душевных терзаниях.

Из экипажа я вышла молчаливая и собранная.

Нужно найти Ника и поговорить. Он развеет эти слухи. Никакой повторной помолвки не было. Он любит меня и только меня. Я ему верю.

Мимо проходящие студенты, приветствовали нас с Цветиком, мило улыбались и спрашивали, когда я вернусь к работе. Я сухо здоровалась, обещала, что на днях начнутся занятия и быстро шла к зданию Академии.

— Доброе утро, госпожа Лоренсия, — дежурно улыбнулась секретарь и, видя, что я взялась за ручку двери, произнесла:

— А господин ректор на полигоне, тренируется вместе со своими фамильярами.

— Спасибо, — мои губы вновь дрогнули, и я быстро вышла за дверь.

— Выше! Ещё выше! — мы с Цветиком издалека услышали властный голос Николаса, а затем увидели, как семейная пара лягушек тренируется, перепрыгивая через магическую скакалку.

— Цветик, милый, отвлеки Марию и всю её родню, я хочу поговорить с Николасом лично, без свидетелей.

— Не переживай, дорогая. Говорите, сколько потребуется, никто вас не потревожит, но если он скажет что-то обидное, тут же зови меня.

— Спасибо, Цветочек, — прошептала я и посмотрела на широкую мужскую спину.

Громкий свист зелёного хлыста привлёк внимание всех воинов, что занимались на полигоне.

— Лоренсия? — ко мне, улыбаясь, повернулся счастливый, разгорячённый Николас. — А как ты тут? Какими судьбами? Тебе же завтра выходить на работу?! Я хотела вечером заехать…

Он быстро подходил ко мне и по мере приближения, улыбка сходила с его уст.

— Николас… — у меня не получилось удержаться, губы дрогнули.

— Лора, ты плакала? Что произошло, милая? — он притронулся тёплой ладонью к моей щеке.

— Мы можем поговорить наедине? Это очень важно. Личное, — слова мне давались с трудом, но я сдерживалась.

— Да, конечно, пойдём в мой кабинет. У тебя ничего не болит?

Я отрицательно помотала головой.

— Лучше в мой кабинет, — вспомнила о секретаре.

— Хорошо, в твой. Как скажешь, но ты меня начинаешь пугать, — стоило нам подняться на безлюдную запасную лестницу, как Николас взял меня за руку и несильно сжал ладонь, будто опасался потерять.

— Ник, я сегодня ездила в город выбирать бальное платье, — произнесла я, стоило двери за нами закрыться. — И встретила твою бывшую невесту, которая мне сказала, что она уже не бывшая, а вновь настоящая. Требовала, чтобы я вернула тебе родовое кольцо. Новости о твоей скорой свадьбе во всех газетах.

— Лора, я не знал, вчера допоздна проверял накопившиеся документы, а сегодня с самого утра на полигоне, пытаемся с фамильярами проверить магический предел. Подожди меня тут, — он быстро вышел за дверь, а я, пройдя к своему столу, без сил опустилась на стул.

Осмотревшись, поняла, что скучала по этому кабинету, по занятиям, и мне, если сейчас разговор пойдёт не в то русло, будет очень жалко покидать уже ставшие родными стены Академии.

Через время двери вновь распахнулись, впуская, любимого мужчину.

— Николас? — я медленно поднялась из-за стола.

— Я всё выяснил, Лора, — он вплотную подошёл ко мне и обнял. — Извини. Я совершенно не знаю, как у тебя вымолить прощение за весь этот ужас и фарс, — моё сердце пропустило один удар, а тело замерло в ожидании ужасных новостей. У меня и в мыслях не было, что первая, такая нежная, неожиданно ворвавшаяся в мою жизнь, любовь, разобьётся о скалы под названием «политический брак». — Прости, малышка. Никто меня не предупредил.

Зачем он медлит? Пусть скажет эти горькие слова, и я, собирая осколки сердца, пойду домой.

— Николас, не тяни, — губы дрогнули, я с силой закусила нижнюю губу, приказывая себе не плакать.

Он чуть отдалился и посмотрел в мои глаза.

— А ты чего плачешь? Эта сколопендра напугала тебя? — он неожиданно наклонился и поцеловал мои слёзы. — Я сейчас же поеду во дворец и выскажу отцу, все, что думаю о решении. Никто не заставит меня отказаться от любимой.

— Николас, так ты не бросаешь меня? — мои глаза округлились, а слёзы высохли сами собой.

— Лора, как ты могла подумать. Я столько времени боролся за твоё внимание, не пил зелье, ходил к тебе почти каждый день, завоёвывал, ночей не спал, лишь о тебе думал. Иногда даже работать не мог. Я же готов был тебя взять в жёны ещё в первую нашу встречу, да только твоя голова была забита лишь зельями, склянками, артефактами и… Чем угодно, но не мной. И вот, наконец, ты моя! Мы любим друг друга. Я готов следовать за тобой на край света, за край света, за край разлома. Хочешь, мы поселимся в той ужасной, сырой хижине? Я буду ходить на охоту, а ты рожать детей и пеленать их в тёплые шкуры, — он, прижав меня к себе, всё говорил и говорил.

— Ты пытаешься меня рассмешить и успокоить? — я подняла голову вверх.

Николас посмотрел в мои глаза, и мир на мгновение замер.

Он осторожно, даже несмело дотронулся пальцами до моего лица, медленно отодвинул прядь волос. Его припухлые, манящие губы дотронулись до моего виска и, осыпая каскадом мелких поцелуев, спустились к щеке. Моё сердце забилось в бешеном ритме.

— У тебя очень красивые глаза, — прошептал Ник, чуть отстранившись. — Щёки, лоб, волосы, и каждая ресничка прекрасна.

Я тихо вздохнула, и сама потянулась навстречу поцелую. Николас сжал мои плечи, притягивая ближе к себе. От его тела исходил жар. А, может, мне просто казалось, и это я горела в огне любви?

Мои ладони легли на его спину. Как же я не хочу его отпускать. Нет, не отдам. Он мой! Руки скользнули выше, я надавила на его затылок, заставляя наклониться. Наши губы встретились, и нежность затопила наши сердца. Пальцы путались в волосах. Мысли давно покинули меня, осталось лишь желание вновь ощутить невероятный вкус его поцелуев на своих устах.

— Люблю тебя, Лора… Никому не отдам… Чтобы кто ни говорил… Зачем мне власть и одобрение родных, если не будет тебя… — шептал и шептал Ник на мгновение, отрываясь от моих опухших губ и тут же начиная ласки вновь.

— Николас, я люблю тебя, — шептала в ответ, пытаясь ещё сильнее его обнять. — Я не хочу без тебя.

— Завтра же на балу я объявлю отцу о нашей свадьбе, — он оторвал меня от пола и закружил. — Ты согласна? — его голубые глаза смотрели на меня, ожидая ответ.

— Всегда! Только с тобой. В и горе, и в радости, мой любимый Николас-Гаспар! — смеясь, осыпала его лицо поцелуями.

— Всё! Больше не могу, — застонал мужчина. — Жениться! Незамедлительно!

— Боишься, что уведут? — тревоги отступили, и в моём голосе появились игривые нотки.

— Только пусть попробуют. Ты даже не представляешь, насколько я страшен в гневе. Я один из самых сильных магов страны, но стоит мне увидеть тебя, как сила, мудрость и выдержка покидают моё тело, остаются предательские слабость и желание единичного владения тобой. В этот момент я понимаю драконов. Все сокровища нужно прятать в пещере.

— О, батенька, да вы сатрап, деспот и… — его палец лёг на мои губы.

— И очень влюблённый человек, — прошептав последнее слово, Ник притянул меня к себе, и мы вновь закружились в танце.

— Как же я счастлива, Николас.

— Так, не будем терять времени! Сейчас же едем в салон за самым красивым платьем и я… О, неужели я сейчас это произнесу? Я разрешаю тебе выбрать мне костюм на бал. Но только без долгих примерок.

— Ты сам разрешил, — я сжала его руку. — За язык никто не тянул.

— И фамильяров нужно принарядить. Представлю их родне. Пусть мило побеседуют.

— Николас, и тебе не жалко своих родителей? — звонко засмеялась я.

Мария всю дорогу в карете была задумчивой и я уже решила, что присутствие мужа на неё положительно влияет, как она в какой-то момент раскрыла рот:

— Вот думаю, может болотной жижей обстрелять её платье?

— Чьё? — Николас с подозрением посмотрел на фамильяра, а затем на меня.

— Так той вертихвостки, что сначала бросила тебя, а сейчас вновь претендует на твоё сердце, кошелёк и нервы. А что ты так удивлённо смотришь? На полигоне только ленивый не обсуждал твои любовные дела. Ты как ушёл, сразу газетка появилась у кого-то в руках. Цветик, что ты молчишь? Какие твои предложения? Насуй той дамочке на бале в волосы вместо цветов колючки, пусть визжит, плачет и убирается с наших глаз.

— Мария, отставить план мести. Мы мирно разговорами разрешим конфликт, — осадил лягушку Ник.

А мы с Цветиком дружно засмеялись. Да, ворчит, ворчит, а как только что-то начало угрожать хозяину, тут же бросилась защищать. Ещё немного времени пройдёт и из Марии получится примерная жена и королева нового болота.

Выбор платья и костюма прошёл в дружном перекрикивании. Цветик требовал, чтобы я купила наряд зелёного цвета, Мария высказывалась сразу за свадебное белоснежное платье, Николас одобрял каждый наряд, что я примеряла. Я их всех выслушала и купила длинное платье в пол, цвета слоновой кости.

Что бы тоже самое не повторилось с костюмом. Мы распределили обязанности, фамильяры выбирали запонки, а я весь остальной ансамбль.

Мой выбор пал на тёмно-синий смокинг, белую рубашку с воротником-стойкой и бабочкой.

На следующее утро я проснулась раньше Цветика. Скорее всего, от переживаний. Внутренне меня и потрясывало, и знобило. Было страшно знакомиться с родителями моего любимого принца. Да ещё он идёт не просто моей руки просить, а отказывать прилюдно другой.

Бр-р…

Промелькнула трусливая мысль: «А, может, я не поеду?», но выпив горячего чая, сделав несколько десятков зелий, успокоилась.

— Лора! Сколько тебя ждать? — под дверью мялся Цветик.

Да, я вновь опаздываю, уже на королевский бал, на пороге с большим букетом цветов стоит Николас, а я вот у зеркала пытаюсь застегнуть последнюю пуговицу.

— Всё, я готова, и можно ехать, — нервы на пределе, надо было выпить успокоительное зелье.

— Ты даже в этом платье выглядишь, словно невеста, — сделал комплимент Николас и галантно поцеловал мою ручку.

Королевский дворец поражал своей красотой и убранством, показывая, насколько богата правящая семья.

— Ник, может, просто сбежим из страны и будем жить счастливо на берегу моря? Ты станешь рыбаком, а я женой рыбака. Буду тебя ждать, детей рожать и пироги печь?

— Лоренсия, не нервничай, мои родители не съедят тебя, — улыбнулся Ник и подставил свой локоть.

— Может, и не съедят, но они же король и королева, — прошептала я, и мы вошли в главный зал. Цветик шёл рядом и на аккуратной, небольшой подушке нёс лягушек. Брат и кузнечик остались дома, дожидаться хозяев.

Музыка стихла, все гости обратили на нас внимание.

А ещё церемониймейстер громко объявил наши имена.

— Сынок, ты непозволительно редко навещаешь своих родителей, — королева Мария протянула руки к сыну. Перед нами сидела милая пожилая женщина, в по-королевски шикарном платье и маленькой диадемой в изумительно уложенной причёске. — Мы не ожидали, что ты придёшь со спутницей. А как же твоя невеста…

— Матушка, отец, — Ник склонил голову в поклоне, я отмерла и повторила поклон за женихом. — Познакомьтесь, это и есть моя невеста, Лоренсия Госсамер.

Темноволосый, красивый мужчина внимательно смотрел то на меня, то на Николаса.

— Сын мой, я всеми силами пытался вернуть твою невесту, пошёл на заведомо невыгодные для себя условия, только бы вернуть тебе твою Севилью. Думал, что мой сын страдает без неё. Ты же сутками стал пропадать в своей Академии, а тут в день праздника такой сюрприз, — и король неожиданно рассмеялся.

— Папа, что происходит? — где-то сбоку раздался голос Севильи. — Ты мне обещал…

Девушка быстрым шагом шла к нам, а за ней, чуть отстав, спешил высокий бородатый мужчина.

— Извини, Братислав, но не породниться нам, — король протянул руку недовольному мужчине. — Не обессудь, ты первый разорвал помолвку, значит, очередь за мной. Но обещаю, что на свадьбу твоей дочери подарю самого дорого королевского скакуна. Без обид?

— Согласен, — произошло мужское рукопожатие.

— Папа! — Севилья прожгла меня взглядом, подхватила свои юбки и бросилась вон из зала.

— Спасибо, что не оттолкнули меня и мой выбор, — Николас благодарно смотрел на родителей.

— Сынок, пусть ты и третий отпрыск, но не менее любим, чем твои братья. Да и твой брак создал бы больше трудностей, чем счастья, — королева поднялась и поцеловала сына в щёку.

— Тогда, по старинному обычаю, — Ник взял меня за руку. — Ваше величество, не откажите в своей милости, дайте разрешение на мой с Лоренсией брак. Сделайте нас счастливыми.

Королевская чета переглянулась.

— Разрешаю, сын мой. Женись, будь счастлив и не забудь порадовать нас внуками, — его величество положил свою руку на наши.

— Слава его величеству! — чей-то крик подхватила толпа, а мы с Николасом поцеловались.

И я знала, что больше никто не посмеет нас разлучить.

Конец