Глава 15

Не ожидала, приземлившись, увидеть того, кого меньше всего хотела бы встретить после полета.

В ушах еще звучали слова Сибера, когда Тристан Де Уинн шагнул к нам на встречу, всем своим видом излучая злость и гнев.

Его синие глаза стали почти черными. В движениях угадывалась ярость. Шагал он резко, уверенно и смотрел точно так же. Не на Сибера. На меня, спустившуюся с крыла Черногрива и застывшую на месте, под пристальным взглядом хозяина.

Когда на плечо легла ладонь Де Уинна, я сбросила ее нервно передернув плечами. Синеволосый маг не обиделся. Вышел вперед, закрыв меня собой от гнева хозяина, а я только и успела подумать о том, откуда Тристан узнал, что я улетела вместе с Сибером!

— Какого дьявола, Клэр! — первые же слова Де Вирр выплеснул вместе с яростным взглядом. Из-за плеча синеволосого я успела увидеть, как Тристан поднимает руку, создавая яркую руну, наполненную его силой. И эта руна мне не понравилась. Хотя я не разбиралась в магии и подобных вещах, но чутье подсказало мне, что руна определенно боевая. И Сиберу придется нелегко, если Де Вирр швырнет в него этим сияющим узором.

За нашими спинами заволновался Черногрив, но Де Уинн вскинул руку, призывая своего ящера к спокойствию. И дракон подчинился, только фыркнув дымом недовольный тем, что ему запретили защитить хозяина.

— Милорд! — я резво выпрыгнула из-за сомнительной защиты Сибера. — Подождите!

— Успокойся, Клэр! — синеволосый поднял руку, преграждая мне путь к Тристану. Я успела заметить, как яростно взглянул на эту преграду в виде руки мага, Де Вирр. На миг показалось, что он сейчас нанесет удар. И тогда, боюсь, синеволосый останется без такой нужной ему во всех отношениях, конечности.

Взгляд Тристана скользнул на мое лицо. Руна в его руке налилась еще более ярким светом. Казалось, еще миг, и она просто взорвется, разметав все вокруг.

— В чем проблема, Де Вирр? — спокойно спросил Сибер. — Я просто покатал твою служанку на драконе. Не знал, что это запрещено.

— Запрещено! — уронил холодно Тристан, а я, оттолкнув руку, преграждавшую путь, подошла к хозяину, остановившись прямо напротив руны. Так близко, что мне показалось, сделай я еще движение, качнись в сторону лорда, и руна коснется меня.

Опасно. Слишком опасно.

— Не знал, что ты так трепетно относишься к своей прислуге! — бросил колко Сибер. Он явно нарывался на драку, провоцируя противника. — Прежде за тобой подобного не замечалось. Или что-то изменилось.

Взгляд Тристана, игнорируя синеволосого, устремился ко мне.

— Ты в порядке? — только и спросил он.

— Да, милорд, — ответила я почти с физическим облегчением заметив, как руна начинает угасать. Де Вирр сжал пальцы в кулак, и магия вернулась в его тело, полыхнула пламенем в синих глазах, которые на секунду налились нерастраченной, темной яростью, а затем приняли свой изначальный вид.

— Клэр, ты могла бы не переживать. Тристан у нас слишком правильный и не станет затеивать ссору в преддверии настоящей схватки. Тем более учитывая тот факт, что скоро прибудет его покровитель.

«Это он о короле!» — поняла я и сразу нахлынуло все. Правда, открытая Де Уинном в которую верить не хотелось, но почему-то верилось. Мое непонятное состояние и обещание Сибера вернуть мне тело, чтобы я стала живой, как прежде.

Даже было любопытно, какой образ он подобрал мне. Не сомневаюсь, что маги старались, исходя из вкуса синеволосого. И все же, что мне делать теперь? Открыть Тристану все, что узнала от Сибера, или пока не рассказывать? Он и прежде не очень поверил мне, а если сейчас начну утверждать, что я пропавшая принцесса, точно решит, что его голем сломался. Или еще того хуже, заподозрит, что Сибер приложил ко всему руку. Подговорил меня, или настроил…с них, магов, станется.

— Ты прав, — тем не менее, произнес Де Вирр, глядя на синеволосого. — Я не стану ничего делать, хотя, видят боги, хотел бы размазать тебя по земле. Но ты гость в академии…

Взгляд Сибера засветился торжеством.

— Только если еще хоть раз увижу, что ты хотя бы на шаг ближе положенного подошел к моему голему, я забуду о том, что сказал сейчас, — добавил резко мой хозяин и улыбка Сибера плавно перетекла в оскал.

— Посмотрим, — ответил он. — Я никогда не отступаю от того, что мне надо, или от того, чего я хочу! — выплюнул мужчина и его взгляд остановился на мне, вызывая желание поежиться. Настолько откровенным был этот взор.

Тристан не выдержал. Схватил меня за локоть, почти силой толкнул вперед, перед собой.

— Мы уходим, Клэр!

«Полетала!» — подумалось мне, когда я шагнула вперед, чувствуя на спине два тяжелых взгляда. Тристана и Сибера. От такого внимания хотелось поежиться. Но я понимала злость хозяина. Сама ведь твердила ему, что боюсь Де Уинна, а тут он обнаружил меня катающейся верхом на Черногриве, да еще со своим первым соперником в предстоявшем испытании. Немудрено, что Тристан разозлился.

— Еще увидимся, Трис, — бросил нам в спину Сибер. — Советую немного остыть и подумать о том, стоит ли какой-то голем подобных нервов!

Едва удержавшись, чтобы не обернуться, закусила губу, понимая, что синеволосый неспроста крикнул эту фразу. Не иначе, как готовит себе условия для выгодной покупки сломанного голема. Сбивает цену. Но он уже допустил ошибку, показав Тристану, что я ему интересна. Так что, придется постараться, если хочет выкупить меня у хозяина.

Вопрос только в том, хочу ли я сама этого?

Да, выбраться из тела голема было пределом мечтаний. Но что дальше?

— Какого демона ты общаешься с Де Уинном! — поравнявшись со мной, Тристан схватил меня за руку, словно опасаясь, что убегу, не дослушав его возмущения до конца.

— Я виновата, — проговорила тихо.

— С ума сойти! — прорычал он. — Чтобы впредь и на удар руны не подходила к этому мерзавцу. Неужели не понимаешь, что он хочет использовать тебя против меня накануне соревнований?

Запнувшись, остановилась, чтобы заглянуть в лицо мужчины. Он склонился надо мной. Синие глаза потемнели от гнева. Губы поджаты, лицо, словно вылеплено из камня. Да и сам он казался каменным, напряженным до предела.

Неужели, это из-за меня?

В подобное не верилось, но отчего-то чертовски хотелось поверить!

— Еще раз увижу рядом с ним, продам Арману! — рявкнул Тристан и ощущение чего-то нового, светлого, едва зародившегося в душе, погасло под темнотой его злости. Я поникла, опустила голову.

— Будешь сидеть безвылазно в общежитии, — Тристан вышел вперед, направился к зданию, шагая резко, рвано. — И чтобы ни шагу не посмела ступить за пределы.

— Да, милорд! — процедила я сквозь сжатые зубы и поспешила за ним.

Я, конечно, виновата. Сама говорила, что буду обходить Сибера третьей дорогой. Но реакция Тристана меня удивляла. Казалось, что он разъярен сверх меры, но пока сдерживается, чтобы должным образом не отчитать меня. И все же, я не жалела о том, что поговорила с Де Уинном. Теперь некоторые подробности моей жизни прояснились. Хотя все еще казалось запутанным и в голове, словно кирпичики, выстраивались вопросы.

В общагу мы ворвались, словно ветер. Тристан вперед, я за ним, быстрым, семенящим шагом. Попавшиеся на пути хозяина слуги, среди которых была и девушка — голем, поспешили ретироваться, уступая дорогу недовольному магу. А мне пришлось бежать, придерживая платье, запыхавшись уже на самой вершине лестницы.

— Какого дьявола ты делала с Сибером Де Уинном! — стоило мне войти следом за Тристаном в гостиную, его гнев обрушился на меня, заставляя мечтать о побеге. Да куда подальше от этого взгляда, пылающего яростью. — Что происходит, Клэр?

— Милорд, мне надо было поговорить с господином Де Уинном! — выпалила я.

— Да? Сделать это на земле не так интересно? — он развернулся ко мне. Встал рядом. Между нами было пространство всего в один короткий шаг. Но я не спешила сократить его. Напротив, хотелось попятиться, чтобы не видеть горящих глаз мужчины.

И чего он взъелся то так? Сам разрешил мне игнорировать Сибера. Так почему я не могу не игнорировать его? Какая ему разница?

Но разница была. Об этом свидетельствовали горящие глаза и твердые губы, поджатые в тонкую линию.

А если, ревнует?

Вот, подумала и сама едва не рассмеялась от нелепости подобной мысли. Вот только Тристан и дальше продолжил удивлять меня. Шагнув вперед, разорвал расстояние между нами. Его ладони обожгли мои щеки, обхватив лицо, запрокинув его навстречу жадному взгляду. И все во мне запылало. Ожило. Будто не была я глиняной.

— Это просто наваждение какое-то, — сорвалось с губ мужчины хриплое признание, после чего земля поплыла под ногами.

Тристан склонился ниже. Наши носы столкнулись, и мужчина повернул голову, накрывая мой рот с отчаянной яростью. Желая не одарить лаской, а наказать.

Поцелуй вышел злым. От него губам было больно. Но я и сама поддалась порыву Де Вирра. Привстала на носочках, обхватила его шею руками прижавшись к крепкому мужскому телу так, чтобы заставить сойти с ума. Немного пошло, немного страстно. И так точно не мог повести себя бездушный голем.

Стон, сорвавшийся с губ мага, заставил камень, заменявший этому телу сердце, сжаться, удариться внутри, ожить. И я позволила себе забыть о том, что являюсь големом. Сейчас я была живой. Я была не Клэр. Тристана Де Вирра целовала настоящая я. Алина.

Безумие потекло по венам. Не сразу, но я поняла, что это магия. Каким-то образом, она выплеснулась из мага и теперь окружала нас обоих, будто ореол. Светящийся и мягкий, соединивший нас в единое.

— Клэр! — хрипло проговорил Тристан и открыв глаза, отстранился, глядя на меня помутневшим взором. Думаю, я и сама выглядела не лучше. Но мне нравилось видеть мага таким. Одновременно могущественным и беспомощным, осознавшим, что его влечет к какому-то голему. Его! Наследника престола!

«И, кстати, твоего родственника, если верить Сиберу!» — промелькнула страшная мысль в голове, после чего я отпрянула прочь, глядя на мага другими глазами.

— Мне тоже не нравится это, — неправильно расценил мою реакцию Тристан. — Мне стоит избавиться от тебя прежде, чем ты сведешь меня с ума!

— Вы так и не поверили мне? — горько проговорила я.

Взгляд мужчины стал более ясным. Он скользнул взором по моим губам, почти ласково заглянул в глаза и качнулся назад, отходя.

— Я хочу поверить. Мне было бы спокойнее, знай я, что меня тянет не к бездушной кукле, а к живой девушке.

— Тогда продайте меня, если не верите мне. Думаю, желающих приобрести голема по имени Клэр, будет предостаточно! — выпалила я.

Ответом мне было мрачное выражение его лица, и я поняла, что нет смысла сейчас подливать в огонь масла. И не стоит упоминать о Сибере и его рассказе, прежде чем Де Вирр не успокоится.

— И чтобы больше я не видел тебя даже близко от Сибера! — разрушил хозяин мои надежды на то, что полет с синеволосым забыт.

— Да, господин! — книксен на этот раз вышел таким насмешливо кривым, что на лице мага пробежала тень недовольства.

— Что он хотел от тебя? — спросил мужчина.

— Ничего особенного, — решила пока не открывать тайну. — Мы просто полетали. Он предложил, а я согласилась.

— Вот так просто? — усмехнулся Тристан. — Сначала бежала от него, как от смерти, а теперь вы почти друзья и он катает тебя на своем бешеном Черногриве?

— Я бы объяснила, милорд, причину, но боюсь, вы сейчас не в том состоянии, чтобы услышать меня и поверить.

— А ты попробуй! — предложил он.

«А вот и попробую!» — решила почти отчаянно и открыла было рот, чтобы сказать то, что уже почти сорвалось с языка, когда жуткий колокольный перезвон заставил нас обоих, и меня, и Де Вирра, вздрогнуть.

Тристан уже через секунду рванул к окну. Я, замешкавшись от сильного, тревожного звона, за ним. Мы встали почти рядом, выглянув наружу. Из окна покоев Де Вирра была видна дорога и сейчас по ней ехала карета, окруженная вооруженными всадниками в ярких пятнах камзолов. Я даже вытянула шею, рассматривая флаг, трепетавший на ветру. Его вез всадник, ехавший перед экипажем.

— Его Величество, — проговорил Де Вирр и уже более твердо, добавил: — Все разговоры после, Клэр. Я должен выйти поприветствовать государя.

— Конечно, милорд, — только и проговорила я. Видимо, сама судьба решила сегодня за меня. Возможно, так было и правильно. Тристан казался немного не в том состоянии, чтобы спокойно выслушать меня. Сибер его бесил. Но еще больше, видимо, разозлило то, что я общалась с соперником по соревнованиям.

Я проводила взглядом хозяина, а затем снова приникла к окну, прижавшись носом к холодной поверхности стекла. Меня саму одолевало острое желание увидеть короля. Рассказ Де Уинна не оставил меня равнодушной. И я все же думала, что, если это все правда?

Что, если властелин королевства, в которое я попала, действительно близкий мне человек?

Экипаж проехал и скрылся из обзора. Но я увидела еще несколько карет, следовавших за королевской. Не иначе, свита. А багаж, насколько помнилось мне, привезет дядюшка Сом и ему подобные возницы.

Все экипажи были украшены лентами и катили в сопровождении охраны, разодетой в яркие мундиры.

Хорошо хоть колокольный звон стих. Уши, кажется, до сих пор болели от этого звука. К такому привыкнуть, наверное, почти невозможно.

Я промаялась у окна, не решаясь выйти и спуститься вниз. Но любопытство оказалось сильнее. Да и Тристан ни словом не обмолвился о том, что мне запрещено покидать его покои во время приезда монарха. Так что, развернувшись, я решительно направилась к двери, и уже спустя несколько минут выглядывала из-за угла коридора верхнего этажа вниз. Стараясь украдкой рассмотреть все, что происходит там, внизу. Вот только успела увидеть заполненный холл. Внизу, среди преподавателей и благородных адептов, царила суета. Господин ректор, вскинув руки, призывал всех к спокойствию.

— Господа! — усиленный магией голос Бэгли поднялся до самого свода, отразившись от каменных стен. — Будьте благоразумны. Спускаемся вниз, организованно. Выстраиваем коридор для Его Королевского Величества, и…

— Клэр! — раздалось за спиной, и я едва не подпрыгнула на месте. Обернувшись, увидела недовольное лицо миссис Хопкинс. — Что это ты тут делаешь? А ну ступай в свои покои. Слугам здесь не место. Только господа имеют право приветствовать короля.

— Но можно мне взглянуть на него хотя бы одним глазком? — взмолилась я.

Вместо ответа, миссис Хопкинс только нахмурила брови и взмахом руки указала мне в сторону коридора.

Бросив последний взгляд вниз, успела увидеть, как в распахнутые двери волной потекли адепты и преподаватели. Короля ждали позже. Потому все приготовления едва не пошли насмарку. Видимо, монарх любил устраивать сюрпризы своим подданным, явившись тогда, когда его еще не ждали.

Вздохнув, уныло поплелась прочь, а миссис Хопкинс, подобрав юбки, поспешила вниз.

Его Величество любил удивлять. Вот и на этот раз прибыл не в условленный срок, а тогда, когда посчитал это нужным. Тристан был среди первых, кто встретил монарха. И признаться, не удивился, заметив, что король приехал не в экипаже, а верхом, следую за каретой, словно гвардеец из охраны.

Высыпав во двор, учащиеся и преподаватели выстроились по обе стороны вдоль лестницы, образовав приветственный живой коридор для монарха.

Король осадил скакуна перед лордом Бэгли и с ловкостью, сделавшей честь даже молодому наезднику, спешился, ловко перекинув ногу через голову жеребца.

— Ваше Величество! — Де Вирр поклонился, встав рядом с ректором. На правах наследника престола он имел право находится в первых рядах знати. За его спиной встали профессора и самые именитые из адептов, среди которых был и Сибер Де Уинн.

Король, хмыкнув, обвел взглядом собравшихся и произнес:

— Каюсь, господа, прибыл немного раньше срока, но зато смог увидеть искренние эмоции на ваших лицах. А это дорогого стоит!

Голос Его Величества обладал приятными бархатными нотками, да и сам облик короля располагал. Высокий, статный, даже в свои преклонные года, он обладал шармом привлекательного мужчины, знавшего себе цену.

Седой, ростом чуть ниже самого Тристана, Освальд Максимильян Де Вирр обладал пронизывающим взглядом серых, цвета пепла, глаз и упрямым подбородком, украшенным короткой бородой и тонкими нитями усов. Одет монарх был в цвета своей гвардии, и его мундир отличался лишь большим количеством пуговиц и аксельбантов. На поясе короля красовалась длинная сабля в ножнах, украшенных дорогими каменьями, а длинный плащ был оторочен дорогим черным мехом. Прямой взгляд искрился весельем. И по всему было видно, что путешествие прошло отлично, так как Его Величество находился в добром расположении духа. Чего, впрочем, нельзя было сказать о придворных, выбиравшихся из экипажей, вставших прямо за королевской каретой.

Вид помятых господ в дорожных, при этом не лишенных вычурности, нарядах, позабавил Де Вирра, когда он краем глаза заметил, как придворные подбираются ближе, осматриваясь по сторонам.

— Рады видеть Ваше Величество в любое время дня и ночи, — ректор поклонился чуть ниже, чем Тристан. Но после официального приветствия, Освальд шагнул к Бэгли и обхватил лорда руками, заключив в поистине, медвежьи объятия.

— Несмотря на мое сопровождение и охрану, и весь этот пафос, прошу принимать меня просто как гостя в вашей обители знаний! — произнес король, глядя на ректора. — Я приехал лишь посмотреть на соревнования и более ничего. Но очень надеюсь, что мой преемник оправдает возложенные на него ожидания и надежды, — взгляд монарха переместился в сторону Де Вирра, стоявшего рядом с Бэгли.

Тристан кивнул, усмехнувшись.

— Приложу все усилия, чтобы не опозорить род Де Вирр! — произнес он бойко, как и ожидалось от наследника престола.

— Рад это слышать, — король отпустил ректора и вздохнул, — а теперь, покажите отведенные нам апартаменты. Думаю, мои люди устали с дороги. Видите ли, я в последнее время весьма капризен и боюсь, не все придворные оценили долгое путешествие в экипажах, вместо привычного и спокойного перехода через портал. Но я король. Иногда хочется развеяться. Пусть даже подобным образом!

Ректор снова поклонился, а затем сделал знак Тристану и тот вышел вперед, предложив дяде проводить его в его покои.

За спиной короля незримо возникла стража и несколько человек из числа личной прислуги. Еще два лакея сняли с королевского экипажа тяжелый сундук и понесли его следом за монархом, держась на отдалении. И только после этого, миновав коридор из преподавателей и адептов, выстроившихся поприветствовать короля, придворные направились в общежитие.

Я говорила себе, что нет нужды волноваться и испытывать нетерпение. Ну и что с того, что сегодня мне запретили подсмотреть за тем, как король заходит в здание. Что с того, что меня прогнали прочь. Все же, я была служанкой, да еще и бездушным големом. Кого интересует мнение такого слуги? А короля я все же увижу. Не на один же день он прибыл. И уж точно, пробудет здесь до окончания соревнований. Ведь, насколько я знала из разговоров прислуги, кубок победителю всегда вручает именно монарх.

Но как же хотелось взглянуть на короля. Хотя бы одним глазком!

Я в нетерпении ходила по комнатам Де Вирра. Из рук валилось все, за что не бралась. Несмотря на то, что я пыталась успокоиться и взять себя в руки, эти самые руки отчего-то подрагивали. И я подозревала, что виной тому был Сибер. А точнее, даже не он сам, а его глупые россказни, выбившие меня из почти установившегося равновесия.

Тристан вернулся уже через час. Не знаю, что задержало его так долго. Я предположила, что Де Вирр, как наследник монарха, провожал короля в отведенные для него комнаты. Возможно, задержался у своего дяди с разговором. Ведь, насколько я могла предположить, виделись они не часто. И все же, я была несказанно рада увидеть хозяина, входившего в гостиную.

— Милорд! — книксен с каждым разом получался у меня все лучше и лучше.

Де Вирр вскинул голову. За мгновение до того, как наши взгляды встретились, он был погружен в собственные мысли, далекие от меня и даже от этого места.

— Клэр, полагаю, ты можешь быть пока свободна. Ужинать я сегодня буду в большом зале вместе с Его Величеством и другими господами, — сказал он и почти сразу добавил: — но не рассчитывай, что сможешь покинуть здание. Мой приказ остается в силе. Никаких прогулок без моего позволения.

— Да, милорд, — я снова сделала книксен. На этот раз он вышел кривым. Наверное, из-за тона милорда.

— Я не хочу даже близко видеть рядом с тобой Де Уинна, Клэр. И на этот раз это приказ, а не просьба, — заявил мне маг. — Если захочешь снова полетать на драконе, скажи мне. Думаю, Дрейг не откажет принять тебя на свою спину.

Если первая часть фразы меня не удивила, и я даже ожидала чего-то подобного, то ее завершение заставило меня вскинуть брови. Определенно, Тристан был из тех, кто умеет удивлять.

— Что вы сказали, милорд? — не удержалась я.

— Думаю, ты все прекрасно услышала и поняла, — ответил мужчина.

Тишину, обрушившуюся на нас вместе с молчанием, нарушил громкий стук в двери. На короткий ответ мага, в комнату вошел его камердинер и мне не оставалось ничего другого, как покинуть хозяина с его позволения. Что я и поспешила сделать, жалея только о том, что Дженкинс пришел слишком быстро и не позволил мне продолжить разговор, начатый ранее, до прибытия Его Величества короля. Но я знала, что непременно вернусь к этому. Пусть и позже, но вернусь. И Тристану придется выслушать меня, понять и, как я надеялась, поверить.

Он ревновал. Да, определенно, это было именно оно. Чувство, которое не поддается контролю. Глупая, безудержная ревность, едва не разорвавшая его сердце.

Тристан и сейчас злился, сам не зная на кого именно. На Клэр, которая говорила одно, а поступила вразрез собственным словам, на Сибера, явно действовавшего ему во вред, или на самого себя, слишком остро отреагировавшего на подобную мелочь. Но, а как иначе? Тристан понимал, что синеволосый каким-то образом сумел заметить интерес хозяина к его голему, и использовал это в качестве давления на него. И ведь получилось. Мужчина только никак не мог понять, как Де Уинну удалось понять раньше его самого все то, что он испытывал к своей игрушке.

Или не игрушке?

Нет. Определенно, сегодня он целовал девушку, не голема. Об этом кричало его собственное тело. Его сердце билось так, как не билось никогда и ни из-за одной женщины. Так что Клэр не могла быть големом, и Тристан понимал, что склонен верить ей. Более того, он уже верит и после соревнований, когда все успокоиться, обязательно разберется во всей этой ситуации. А пока ему стоило отдать все силы победе. Сибер продемонстрировал возможности своего дракона, поразив Тристана. Этот противник представлял из себя опасность. И маг не без оснований полагал, что вполне может проиграть. Вот только никому и никогда он не признается в своих сомнениях. И пойдет к победе, чего бы ему это не стоило.

Значит, стоило сосредоточиться первостепенно на победе. А уже потом подумать о Клэр.

Соревнования закончатся и Сибер уедет. А его голем останется при нем.

Только что-то внутри не давало покоя сердцу. Что-то угнетало, говорило ему о том, что он упускает из виду нечто важное. Да и сама девушка, созданная из глины, казалась ему важной.

Тристан ловил себя на мысли, что хочет видеть ее рядом постоянно. Как никогда и никого не хотел. Даже невеста опостылела! А ведь он изначально был готов принять ее, несмотря на то, что Марго не интересовала его как женщина. Да, она была привлекательна, и он смирился с тем, что договорной брак рано или поздно, состоится. Вот только так было до появления в его жизни Клэр. Теперь одна мысль о том, чтобы даже прикоснуться к Маргарет, вызывала отторжение, сравнимое разве что с отвращением.

Свадьба претила ему. Но что делать с данным словом?

Де Вирр не знал. И пока не хотел знать, решив для себя, что после соревнования поговорит с Марго. Но, сначала он хорошо и цельно обдумает свои отношения с девушкой — големом, если только это можно было назвать отношениями.

— Милорд, еще вина?

От раздумий мага отвлек слуга. С полотенцем наперевес в одной руке и с бутылкой белого десертного вина в другой, он почтительно поклонился, встав по левую сторону от Тристана, так, чтобы не мешать Его Величеству, сидевшему справа от племянника.

Король был занят тем, что угощался сладостями и веселил себя разговором с ректором Академии. Его Величество занимал главу стола, окружив себя не приближенными, но близкими и нужными ему людьми. Так, рядом с Де Вирром соседствовали Арман и Сибер. И, если другу Тристан был рад, то довольная морда синеволосого мага, Де Вирра раздражала. Особенно тем, что напоминала о происшествии с Клэр.

— Поддержка Вашего Величества весьма приятна, — между тем говорил профессор Бэгли. — Я рад, что наша Академия выделяется на фоне остальных учебных учреждений. И что вы выпускаете самых квалифицированных и подготовленных магов.

— Большая часть наших боевиков занимают почетные места в вашей охране, мой король, — кивнул ректор.

— Освальд, — поправил его монарх. — Я же просил называть меня по имени, мой друг. Сегодня и в течении нескольких дней, пока будут длиться соревнования, я здесь как лицо неофициальное, прибывшее с целью поддержать своего единственного племянника.

Бэгли кивнул.

— Прошу великодушно простить, сэр Освальд.

Король кивнул и повернул лицо к Де Вирру, бросив многозначительный взгляд на Сибера и Армана, расположившихся подле наследника престола.

— Ну-с, мой друг, — начал он. — Надеюсь, Дрейг готов удивить всех нас и принести новую победу академии? — спросил он, промакнув губы белоснежной салфеткой.

Тристан отмахнулся от лакея и встретил взгляд дяди.

— Мы сделаем все, что в наших силах! — быстро ответил он.

— И даже больше! — улыбнулся король. — Я очень настаиваю на том, чтобы кубок оставался здесь и на следующий год, — произнес Освальд и покосившись на синеволосого мага, добавил: — Не в обиду вам, Сибер.

— Ну что вы, мой король, — тут же поклонился Де Уинн. — И в мыслях не было обидеться. Но боюсь, вынужден буду разочаровать вас и сказать, что кубок очень ждут в моем учебном заведении. И в этом году я планирую забрать лавры победителя у лорда Де Вирра. Полагаю, не очень вежливо с его стороны удерживать позиции победителя столько лет подряд. Кубок будет просто отлично смотреться в нише под стеклом в кабинете нашего директора.

— Ваши слова радуют мое сердце, Де Уинн! — рассмеялся король, а Тристан как-то сразу вспомнил скорость и манёвренность Черногрива. Определенно, у синеволосого мага были большие шансы, и он заставит своих соперников понервничать. А кого-то оставит в хвосте в первом же полете.

— Приятно видеть вас улыбающимся, мой король, — поддержал веселье монарха Сибер.

— Просто я уже предвкушаю начало соревнований. Мне кажется, борьба в этот раз будет весьма увлекательна! — король перестал смеяться и взял в руки кубок.

— Мы с лордом Де Вирром постараемся доставить вам удовольствие, — склонил голову противник Тристана.

Арман прокашлялся, словно прочищая горло. Явно намекая другу, что тому не стоит молчать, когда идет подобная словесная битва.

— Доставим, — вставил свое слово Трис и король одобрительно кивнув, поднял кубок над головой. Завидев этот жест монарха, придворные и все, кто сидел за столом, затихли, а затем вверх взметнулись десятки рук, сжимавших бокалы.

— И пусть победит сильнейший! — громогласно провозгласил Его Величество и залпом осушил кубок.