Глава 20

— Быть такого не может, — Тристан с силой опустил кулак на стол. Он искал ее уже месяц. Дрейг, кажется, единственный, кто полностью поддерживал его, неустанно твердил, что Клэр все еще здесь. Что ее душа не вернулась назад в тот странный мир из которого, как некогда сама Клэр утверждала, она пришла. И Трис не оставлял надежду найти свою женщину. И плевать, в каком теле она окажется на этот раз.

Ему была нужна только она одна. Его Клэр.

Де Вирр был уверен, что узнает девушку в любом облике. Почувствует ее сердцем. Но пока все силы брошенные на поиск девушки, не оправдали себя.

— Ты забросил учебу, — попенял друга Арман. — Предполагаю, что подобное весьма негативно отразиться на твоем будущем. Когда Его Величество узнает…

— Мне все равно, — отрезал Де Вирр.

— А еще твоя расточительность, — продолжил Бэгли. — Стоит ли все это таких трат? Что, если Клэр вернулась в свой мир, или находится там, где, — тут маг сделал паузу, заметив, как сверкнули гневом глаза Тристана. Но все же, он нашел в себе силы продолжить, — там, где ты ей не нужен!

— Я скорее склоняюсь к тому, что она, переместившись в другое тело, просто забыла меня, — пальцы Тристана пробарабанили по столу.

— Но что, если Дрейг и ты ошибаетесь? Принимаете желаемое за действительное? — спросил Арман. — Не подумай, Трис, что я заставляю тебя жениться на Марго. Нет. Я, как твой друг, против подобного союза. Иметь жену, на которую нельзя ни в чем положиться, врагу не пожелаешь. А Марго, что греха таить, та еще змея. И все же, — Бэгли вздохнул, — не думаю, что стоит и дальше искать Клэр.

Тристан поднял взгляд и устремил его на лицо Армана. При этом синий взгляд стал по особенному пристальным.

— Послушай, — проговорил он, — а ты случаем не скрываешь от меня что-то о Клэр?

Бэгли передернул плечами, но не ответил.

— Знаешь, что мне передал Де Уинн перед тем, как покинуть академию? — вдруг сменил тему Де Вирр.

Брови Армана приподнялись.

— Ты мне ничего не говорил об этом? Что еще за тайны?

— Не счел нужным, до сегодняшнего дня, — Тристан откинулся на спинку дивана. Встретил вопросительный взгляд друга и продолжил: — Зато теперь я могу не опасаться гнева нашего монарха. Так как боюсь, что я потерял для него всякую ценность.

На несколько секунд в кабинете воцарилось молчание. Настолько оглушительное, что было слышно, как за окном завывает ветер. Вот уже с неделю, как погода испортилась. Маги-прислужники и големы устали разгребать снег. А тот все шел и шел, будто намереваясь покрыть весь мир белоснежным покрывалом. Вот и сейчас за стенами общежития мела пурга. Но адепты словно не слышали дыхания непогоды. Арман не мог понять, к чему клонит Де Вирр. Точнее, мог, но не желал поверить в свою догадку.

— Стоит заметить, что Сибер всегда был весьма странным и в своем поведении, и в суждении, — продолжил Трис. — Еще перед первым вылетом он предложил мне сделку. Пообещал дать мне то, что стоило кубка лучшего погонщика драконов. Я тогда отказался. Признаю, мне было плевать на его тайны. Но в тот день, когда разбилась Клэр, — мужчина выдержал паузу. Вздохнул и только после этого продолжил, — в тот день один из слуг Де Уинна принес мне от Сибера сверток. В котором хранился свиток.

— Что еще за свиток? — надтреснувшим голосом спросил Арман.

— Сначала я не хотел в это верить, — сказал Де Вирр, — пытался забыть то, что узнал из свитка, а потом понял, что все идет так, как надо.

— Почему ты не показал его мне? — возмутился Бэгли.

— Я покажу сейчас, — ответил Трис и поднялся с дивана. Прошел к широкому письменному столу, сел в кресло и открыл средний выдвижной ящичек, из которого достал скрученный пергаментный лист, почти фонивший от количества защитной магии, наложенный на него.

«Такой почти невозможно уничтожить!» — подумал Арман и поднялся на встречу другу, когда тот вышел из-за стола и протянул свиток с непонятной усмешкой на губах.

— Прочти, — предложил Трис. — Тебе, конечно, не понравится то, что там написано, зато я, подумав, понял, что это судьба. И мне теперь осталось лишь найти Клэр…

Не слушая слова друга, Арман развернул пергамент и начал читать, жадно глотая ужасные строки, написанные ровным почерком, увы, молодому мужчине незнакомым. Но печать внизу и подпись кровью не оставляли сомнений в подлинности этого свитка.

— Не может быть! — только и произнес Арман, закончив читать. Он не удержался и еще раз пробежался взглядом по строкам, пытаясь отыскать хоть что-то, что говорило бы о том, что документ просто подделка. Но понимал, что это не так.

— Надеюсь, ты еще не рассказал Его Величеству и не показал этот документ? — только и спросил Арман.

Тристан усмехнулся.

— Радует, что, узнав правду, ты не отвернулся от меня, — произнес он и присел на диван, вытянув длинные ноги и обманчиво-расслабленно глядя на собеседника.

— Этот документ надо спрятать, надо его уничтожить… — начал было Бэгли, но завидев улыбку, тронувшую губы Де Вирра, замолк, оборвав фразу на полуслове.

— Есть шанс, что этот свиток подделка? — спросил он. — Сильный маг вполне может…

— Не может. Я проверил, — улыбнулся Трис. — А еще теперь я знаю, что престол мне не видать. Но оно и к лучшему. Я никогда не желал получить трон. А теперь, тем более. Это развязывает мне руки. Я больше не должен быть таким идеальным во всем и соответствовать образу наследника престола. В своем роде Сибер сделал мне дорогой подарок. Узнай я раньше, что он хочет отдать взамен этого треклятого кубка, обменялся бы без раздумий. И, возможно, тогда и Клэр была бы жива, — добавил он несколько печально.

— Проклятье, Трис! — вырвалось у Армана.

— Я не получу подтверждение прав на престол, — продолжил Де Вирр. — Теперь я это знаю точно… И тут дело даже не в крови рода. Кровь можно подделать.

— Ты идеальный король, — проговорил Бэгли.

— Но Его Величеству нужен настоящий наследник. Тот, кто идет от ветви Де Вирр. А я… — усмешка тронула красивые губы молодого мужчины. Он сел ровно и махнул рукой. — Впрочем, к черту все это. Я хочу отправиться на поиски Клэр.

— А как же учеба? — спросил Арман. — Неужели ты все бросишь ради какой-то девчонки? К тому же, нет никаких гарантий, что она жива. А за престол мы еще можем побороться. Я помогу тебе. Да и Его Величество поймет, если ему рассказать. Ведь он столько лет считал тебя своим преемником. Надеялся, что ты примешь королевство и будешь править в нем, после того, как он уйдет на покой.

— Значит, придется королю поискать себе другого наследника, — заметил Тристан.

«А что, если такой наследник есть?» — подумал про себя Арман. А еще он понял, почему Сибер отдал свиток Трису. Так он обезопасил себе путь к трону. Во всех отношениях.

Клэр — вот истинная наследница королевства. А Сибер ее жених. И, как подозревал Бэгли, сейчас синеволосый маг делает все от него зависящее, чтобы девушка забыла Тристана. И, судя по тому, что от нее нет вестей, ему это удалось.

Отец сообщил Арману, всего две недели назад, что тело приняло принцессу. И что скоро она предстанет перед королем. Сибер расчищает себе дорогу к трону. С одной стороны — он обручен с принцессой. Единственной наследницей Его Величества. Власть у него в руках. С другой стороны, он предоставил Тристану документ о том, что тот не является наследником рода Де Вирр. И это автоматически убирает Триса, как претендента на трон.

Дело остается за малым. Жениться на Клэр и ждать своего часа, когда король решит уступить трон своему зятю.

В том, что Де Уинну удастся доказать родственную связь между монархом и бывшей девчонкой-големом, Сибер не сомневался. И тут, как правильно заметил Трис, дело было не в крови.

— Черт, — проговорил Бэгли и стиснул зубы.

Кажется, его самого обвели вокруг пальца. И он все это время, связанный словом, данным отцу, прикрывал истинного обманщика. Предавал друга. Если бы у Тристана не появились чувства по отношению к Клэр, Арман бы и бровью не повел. Но сейчас, глядя на то, как мучается от неведения его друг, Бэгли чувствовал себя отвратительно. Гадко и на грани срыва.

То и дело порывался рассказать Тристану про принцессу. Открыть все правду. И о камне, который забрал Сибер, и о том, кем на самом деле являлась девушка-голем. И только расплата за нарушение клятвы удерживала его в последний миг, когда он почти был готов наплевать на себя и на данное слово.

Но семейство Де Уиннов знало, о чем просило род Бэгли, когда открыло тайну принцессы. И Арману не оставалось ничего другого, как смотреть на страдания Тристана и отчаянно пытаться придумать способ обойти магическую преграду.

— Бломфильд обещал помочь, — наконец, продолжил Де Вирр. — Но у нас нет ничего, что могло бы помочь отыскать душу Клэр.

— Что ты будешь делать с той правдой, которую тебе открыл Сибер? — меняя тему разговора, спросил Арман. Голос его дрогнул. Зазвучал с легкой хрипотцой, а в горле словно пересохло.

— Расскажу все королю, — честно ответил Де Вирр. — Я и прежде не хотел власти. А король, он поймет…

— Он будет в ярости, — вздохнул Бэгли. — Я боюсь, что тебе достанется.

— С какой стати? — ответил усмешкой на слова друга, молодой маг. — В том, что я не являюсь ребенком рода Де Вирр, нет моей вины. Я не выбирал, когда рождаться и то, какая мать даст мне жизнь. Но всегда чувствовал, что этот мир и трон, который мне пророчили с детских лет, не мое. И, — усмешка приобрела горький окрас, — как видишь, мой друг, я оказался прав.

— Все равно, прежде чем что-то предпринимать, подумай хорошо, — посоветовал Арман.

— А что тут думать? — удивился Трис. — Я не пройду испытание силы. Я не докажу свою принадлежность к роду короля. Так лучше раньше закончить этот фарс. Тогда мои руки будут развязаны. Я больше не буду обязан соответствовать тому образу, который мне навязали обстоятельства.

— И отправишься искать Клэр? — догадался Арман.

Тристан кивнул.

— Теперь Марго не станет досаждать мне.

— И все же, — вздохнул Бэгли. — Я не стал бы спешить. Пока ты наследник, у тебя больше привилегий и возможностей отыскать девушку. Точнее, ее душу, в какое бы тело она не переместилась.

Маг перевел взгляд на собеседника и неожиданно согласился.

— Ты прав. Только ради этого стоит немного подождать с открытием правды. Тут есть резон.

— Рад, что ты согласился с моими доводами, — Арман поднялся и добавил: — Завтра будет новый день. Я тоже постараюсь что-то придумать, чтобы помочь тебе. И, надеюсь, что найду верное решение.

— Ты уже поддерживаешь меня. И поверь, я ценю нашу дружбу, — согласился Де Вирр. И, прежде чем Арман успел что-то произнести, друг оказался рядом. Положил руки ему на плечи и обнял так, как они прежде обнимались, когда были детьми.

И Бэгли в тот миг стало так стыдно, как еще не было никогда в жизни.

Он изменился. С того самого неприятного для нас двоих разговора, который произошел в загоне для драконов. Нет, Сибер по-прежнему держался со мной учтиво и был мил, предугадывая все мои желания. Но я заметила, что меня больше контролируют.

В покоях, помимо голема, появился слуга — мужчина. Его появление описывали, как страх за мою жизнь.

— Это стражник, принцесса, — сказал мне Де Уинн. — Пусть он будет рядом с вами, пока я отсутствую. Так мне будет спокойнее.

Надо же! Приставил соглядатая, назвав его охранником!

Мне хотелось истерично рассмеяться, глядя в глаза жениха, но я не смеялась. Слишком уж пугающим он выглядел порой. Хотя, теперь если у меня и были сомнения в его материальном отношении к моей персоне, то теперь они лишь подтвердились.

Впрочем, я нравилась ему и как женщина. Это я тоже заметила, так как Сибер стал позволять себе намного больше, чем прежде. Случайные, якобы, прикосновения, выразительные взгляды, голос, которым маг будто пытался очаровать меня, все это говорило о том, что он пытается завоевать любовь той, которую уже считает своей. Мне же оставалось лишь надеяться, что Сибер не опуститься до насилия.

Днем, когда Де Уинн отсутствовал на занятиях в академии магии, я тоже училась. Когда тело, благодаря вливаниям силы господина лекаря, стало здоровым, я начала уроки верховой езды и теперь проводила много времени на свежем воздухе, что не могло не радовать. А еще были и уроки по истории, закону, этикету. А также, танцы и то, что мне понравилось больше всего. Уроки магии.

Сила постепенно просыпалась во мне. А я ведь прежде и не знала, что в какой-то степени являюсь магом. Тело голема, в котором я пребывала некоторое время, было не способно излучать магию. Оно служило лишь ее проводником. А новое, живое, с каждым днем набирало силу, насыщалось ею, словно некогда пересохший источник, по которому снова пустили воду. Эта сила концентрировалась где-то в груди, опускаясь к кончикам пальцев. В первый раз, когда она сорвалась тонкими желтыми нитями, я даже испугалась. Но учитель по магии, нанятый Сибером, обрадованно меня успокоил, пояснив, что все идет так, как должно.

— Тело приняло тебя, Клэр! — этим же вечером сказал мне Де Уинн, когда по возвращении из академии узнал о моих подвигах.

— Я и не знала, что смогу быть магом, как ты! — ответила я.

Сибер посмотрел на меня пристально и внимательно. А затем сделал то, чего я от него никак не могла ожидать. Поднял руку и указательным пальцем ткнул мне прямиком в лоб, сказав:

— Потому что магия не здесь, и не в теле. Мы сами и есть магия, Клэр! В живом теле магия просыпается. — Он опустил руку и добавил: — Скоро ты будешь готова.

Я не стала спрашивать, о чем он говорит. И так прекрасно знала, что Сиберу не терпится представить меня так называемому отцу. А еще, и это я знала еще лучше, показать ему брачный договор, некогда подписанный между семьей Де Уиннов и родом, к которому принадлежал монарх этой страны. Родом, к которому, если верить синеволосому магу, принадлежала и я. Вот только по какой-то причине, Сибер не называл мне фамилию королевской семьи. Утверждая, что всему свое время.

Но время шло. Почти летело в занятиях и ожидании. В тщетных попытках вспомнить темные провалы в памяти. Найти недостающие фрагменты истории моей жизни, когда в один день прибыл человек, которого я знала.

Ректор Бэгли появился в замке Сибера к ужину перед выходными.

Я узнала его сразу. Память четко напомнила о нашей первой встрече, и я ясно увидела и лестницу, и его лицо. И вспомнила кто он и кем является.

Мужчина же меня не узнал. Да и это было немудрено. И только присутствие рядом Сибера Де Уинна, кажется, навело господина ректора на правильную мысль.

— Леди Клэр? — он вопросительно приподнял бровь.

— Милорд Бэгли! — я кивнула ему в ответ на поклон. Сейчас я была принцессой. А он просто придворным, пусть и родовитым. Никаких книксенов, как учили меня педагоги по этикету. Я стою выше по положению и простого кивка хватит для такого приветствия.

— Вы меня помните? — удивился ректор.

Еще бы. Я его помнила просто отлично. И теперь, когда смотрела в ясные глаза мужчины, вспомнила еще одного человека. Молодого адепта по имени Арман.

Как наяву перед глазами предстал высокий блондин, интересной наружности…и тень рядом с ним. Тень, которая имела очертания мужчины. Того, кого я никак не могла вспомнить, но и полностью забыть оказалась не в силах. А ведь я почти перестала принимать все те зелья, которыми меня пичкал господин лекарь. Зато начала подозревать, что дело в той магии, которую он беспрестанно вливает в меня под предлогом пополнения силы. Теперь я как никогда прежде, была уверена, что Сибер скрывает от меня что-то важное. И от этого становилось еще противнее и общаться с ним, и видеть его рядом. Хотя, я не могла не признать, что Де Уинн много делает для меня.

Но порой задавалась вопросом, для меня ли? Или он делал бы все то же самое для любой, оказавшейся на моем месте?

Подозреваю, что да.

Дело было не в Клэр. Не во мне. А в том, кем я была на самом деле. Принцессой, его невестой и прямым путем к трону.

— Рад видеть вас в здравии, Ваше Высочество! — ректор Бэгли смерил меня пристальным изучающим взглядом. А я не удержалась и спросила:

— А как поживает лорд Арман?

Тишину, повисшую в воздухе, можно было резать ножом. Лицо Бэгли вытянулось, отчего он утратил некоторую привлекательность. А Сибер так и вовсе напрягся так, что на его красивом лице заходили желваки.

Но стоило отдать должное гостю. Он быстро взял себя в руки и ответил:

— Благодарю. Арман в полном порядке. Учится.

Я улыбнулась, сложив руки на животе.

— Клэр, — Сибер подошел сзади и положил свою ладонь на мою талию, заставив вздрогнуть. — Прошу, нам с лордом Бэгли надо поговорить. Ты не могла бы оставить нас и отдать распоряжения на счет ужина?

Он вел себя со мной так, словно мы были давно и безнадежно женаты. В первую минуту я решила запротестовать, но потом поняла, что это не имеет смысла. Все равно при мне мужчины не станут обсуждать важные темы, даже если удастся остаться. Я сделала самое милое лицо и произнесла:

— Конечно. Разговаривайте, — а сама двинулась прочь, оглянувшись лишь в последний момент, когда мужчины направились к лестнице, что вела наверх.

Дождавшись, когда они исчезнут из виду, я и правда пошла на кухню. Но не с целью заняться ужином и распоряжениями. Нет. Мне была нужна моя Мария. Девушка — голем. Потому что я намеревалась узнать, о чем говорят эти двое, пока я якобы занимаюсь хозяйством.

Я нашла служанку за простым занятием. Она чистила фраже, но завидев меня, застыла, как и прочая прислуга.

— Миледи! — закудахтала кухарка.

— Ваша Милость! — заголосили поварята.

Я же бросила взгляд на стол, заметив стоявшую там тарелку, полную странной голубоватой массы. Рядом лежала ложка и стоял стакан с чистой водой.

«Голубая глина!» — поняла я и вздрогнула, вспомнив, как ела нечто подобное в те времена, когда не была живой.

- Госпожа, неужели в ваших покоях сломался колокольчик вызова? — спросила Мария.

— Нет, — я покачала головой. — Просто я была неподалеку и решила зайти, посмотреть свои владения, — и даже улыбнулась, отмечая, как напряжены все, кто находится в помещении.

Опомнившись, прислуга принялась кланяться, но я лишь махнула рукой и подозвала горничную.

— Оставь фраже. Ты нужна мне, Мария.

— Конечно, госпожа, — отозвалась она и послушно вытерла руки о фартук.

— Мне нужно, чтобы ты отнесла чай лорду Де Уинну, — приказным тоном сообщила я.

Кухарка тут же начала суетиться. О том, что в доме гость, все уже конечно, знали. Информация среди слуг распространялась мгновенно. Так как кучер имел привычку заходить на кухню, пока господин занимался своими делами. И чужие возницы не были исключением. Я видела по глазам слуг — все в курсе происходящего, а потому чай был приготовлен в рекордные сроки.

— И положите варенье, — добавила я, глядя, как на серебряный поднос водружают чашки из фарфора и серебряный чайник.

— Конечно, госпожа! — кухарка засуетилась снова. Так что на подносе, помимо плюшек и печенья, возникли вазочки с вареньем и медом.

Мария подняла поднос и в ожидании посмотрела на меня. Я улыбнулась ей в ответ, поблагодарила кухарку за расторопность и произнесла:

— Пойдем. Хочу лично убедиться в том, что гостю оказаны все знаки внимания в этом доме.

Мы выходили их кухни под опустившееся молчание. Служанки вытянулись по струнке не хуже отменных военных. А я судорожно думала, как теперь объяснить Марии то, что мне требуется от нее. Впрочем, слова пришли сами, когда мы, отдалившись на безопасное расстояние от крыла прислуги, начали подъем по лестнице, направляясь к кабинету Сибера. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, и я еще сама не понимала, что толкает меня на подобное действие. А ведь я была намерена сделать в какой-то степени, подлость. А что, если я ошибаюсь? Что, если хороший человек пострадает из-за моих странностей?

Я помнила ректора Бэгли и в моих воспоминаниях он представал как человек приятный во всех отношениях. Но тот факт, что ректор приехал к Сиберу, настораживал меня. Де Уинн учился в другой академии. Совсем не так, как преподавал и властвовал мой старый знакомый. И я никак не могла понять, какие могут быть общие дела у двух совершенно разных по возрасту людей. Но больше всего волновало то, что со мной происходило нечто странное. Едва увидев Бэгли, я разволновалась. И тщетно пыталась вспомнить недостающую часть картины, которая без этой самой части, казалась неполной до горького разочарования. Словно вокруг была написаны наводящие слова и фразы, а сама отгадка, то, к чему я стремилась, таилось внутри.

— Мария, — я взяла девушка за руку, едва мы поднялись на нужный этаж.

Она остановилась и оглянулась на меня, вопросительно глядя и явно не понимая, что происходит.

— Прошу, мне нужна твоя помощь, — сказала я очень тихо, а затем бегло огляделась по сторонам.

Никого поблизости не было. Я вдохнула полные легкие воздуха и продолжила:

— Сделаешь так, как я попрошу? Понимаешь, мне очень, — взмолилась я, — очень нужно, чтобы ты сделала кое-что важное, но и для тебя, наверное, неприемлемое.

— Все, что прикажете, госпожа, — ответила она, почти не раздумывая. Все же, големы были хорошо обучены для того, чтобы подчиняться своим господам. Мария принадлежала мне. Сибер сам подарил мне эту девушку и теперь я намеревалась использовать свой подарок по полной. Хотя и сожалела, что придется поступить именно так.

— Говорите, госпожа. Я вся во внимании, — добавила девушка и я слабо улыбнулась, благодаря ее взглядом.

Разговор занял всего несколько минут. Мария оказалась на удивление сообразительным големом. Впрочем, это я заметила уже давно. Мне оставалось лишь надеяться, что все пройдет так, как я запланировала и что девушка, пусть и глиняная, не пострадает из-за моих козней.

Затаившись за углом, осторожно выглянула, держась ладонями за стену. Успела увидеть, как Марию, постучавшую в кабинет Сибера, впустили внутрь, и замерла, ожидая дальнейшего действия.

Ждать пришлось недолго. Вопль Бэгли оказался намного сильнее и громче. И я подумала о том, что, по всей видимости, чай оказался более горячим. Ну да ничего с ним, магом, не станется. Главное теперь, чтобы служанке удалось выманить обоих мужчин из кабинета в соседнюю ванную комнату, что примыкала к покоям Сибера. Дальше, за смежной дверью, располагалась и спальня моего жениха, но думать об этой комнате мне хотелось менее всего.

Подождав с несколько секунд, показавшихся мне долгими, как сама вечность, я бросилась вперед, пытаясь бежать бесшумно. Затем прилипла к двери кабинета ухом и подняв руку, нарисовала руну, позволявшую усилить слышимость и улучшить слух.

В кабинете кто-то топал, затем я услышала голос Марии, в котором ярко звучали извиняющиеся нотки:

— Милорд, я нечаянно облила господина водой. Пожалуйста, зайдите…

— Безрукая идиотка! — прозвучало в ответ, и я невольно сдвинула брови, сожалея над тем, что горничной пришлось услышать такие слова в свой адрес. Она хоть и не живая, но точно не дура. А обида неприятна каждому.

Но, тем не менее, минуту спустя за дверью все стихло. Я слышала возню, льющуюся воду и отголоски голосов, но времени прислушиваться что там, да как, не было. А потому, недолго думая, распахнула дверь и проскользнула в знакомый мне кабинет Де Уинна.

Подозревая, что времени у меня в обрез, я сразу метнулась к складскому помещению, прилегавшему к кабинету. Это и помещением назвать было тяжело. Так, маленькая комнатушка, заставленная книгами и всякими вещами, ненужными владельцу, но от которых было жаль избавиться. Оказавшись внутри, закрыла за собой дверку, оставив мизерную щель, достаточную для того, чтобы слышать. Да, видимости я теперь была лишена, но мне хватит и слуха. Теперь главное, чтобы эти двое не передумали поговорить и не сменили локацию. А еще не менее важно стоять тихо, словно мышка и не дать себя обнаружить.

В присутствии двух сильных магов, это было весьма сложно.

Я осторожно создала руну недвижимости, радуясь тому, что Сибер нанял мне отличного учителя магии, и наложила ее на себя саму. Так что теперь я должна была целых десять минут стоять не шелохнувшись. Что в моем случае было мне только на руку.

— Пошла вон, безрукая, — услышала я мгновение спустя. Раздался звук открывающейся двери, затем мелкие торопливые шаги. Следом тяжелые, мужские. И голос, принадлежавший моей служанке:

— Я так виновата, милорд. Я просто не знаю, как так получилось, я…

— Вон пошла! — рявкнул Сибер. Он впервые на моей памяти был так зол и разговаривал с прислугой в подобном тоне. Обычно, он старался быть вежливым, хотя говорил сухо и холодно. Но сегодня, видимо, Мария перешла черту. Из-за меня.

Но стыдиться буду после.

— Милорд, я…

— Вон, сказал!

И снова хлопнула дверь, а затем наступила тишина. Она продлилась с несколько секунд, после чего голос ректора Бэгли проговорил:

— Ну, полно, Де Уинн. Одежду мы высушили, пятно свели. Ничего страшного не произошло.

— В моем доме не будет таких тупоголовых големов! — ответил сразу же мой жених. — Сегодня же поговорю с Клэр и попрошу ее дать мне возможность заменить эту дуру на хорошую служанку.

— Мне кажется, ваша невеста просто хотела сделать нам приятное, — раздался звук по которому я определила, что мужчины сели за стол. И волнение в груди немного поутихло.

— Она ведь будущая хозяйка в этом доме, — продолжил ректор.

— Знаю. И я зол не на Клэр. А на ее горничную. А так, мне конечно, приятна забота принцессы о моих гостях.

— Она помнит все? Не так ли?

Тут я напряглась, предвкушая, что услышу что-то важное. Надеясь на то, что моя хитрость принесет хорошие плоды.