Глава 18

Выходим мы в уютной комнате, залитой светом множества свечей и горящего камина.

— Предпочитаю натуральный огонь, а не магию, — поясняет зачем-то, наверное, отследив мой взгляд. — Присаживайся.

Я устраиваюсь на небольшом диванчике с золочеными ножками. Атмосфера комнаты говорит сама за себя: дорого, красиво и со вкусом. Впрочем, отмечаю все это погодя, все еще пребывая в полном раздрае. Как я могла так поступить??

— Не знаю, как так вышло, но твоя пра-пра и еще несколько раз прабабка Элеонор Боуман запечатала всю магическую силу и исчезла из нашего мира. Магия осталась лишь в тех носителях, кто находился максимально далеко в момент выброса злости Элеонор. А дожили до наших дней всего несколько человек: с десяток носителей, их дети и внуки, дальние родственники и помески, вроде меня, — Накл кривится на последних словах.

— Помески? — все же рискнула уточнить, раз у нас тут разговор «по душам».

— Внебрачные дети, рожденные из союза ведьмы и оборотня, — нехотя поясняет. — В таких случаях магия и способность обращаться передаются ребенку в равных частях. Но так как подобные союзы раньше не поощрялись, то и носители встречаются нечасто. Я из тех немногих, чье рождение признали по итогу и даже позволили заниматься образовательной деятельностью, — грустная и какая-то кривоватая улыбка касается его губ.

— Постойте… если последние ведьмы жили триста лет назад, то, сколько же вам лет? — доходит до меня запоздало.

— Триста тридцать, — спокойно произносит. — Но я не самый старый. Вон, драконы живут по пятьсот лет, и есть у нас тут столичная выскочка — Наривьен. Вы еще о нем узнаете. Так ему триста сорок пять лет. Или чуть больше, — хмурится, что-то подсчитывая в уме.

А я пытаюсь уложить в голове тот факт, что молодому мужчине передо мной — триста с хвостиком.

— А почему тогда мистер Руфиус так плохо выглядит?

— Ангелика, слишком много вопросов, — снова включает режим «зануды».

— Но если вы не будете мне всего объяснять, то, как я чему-то научусь? — парирую. Ректор тяжело вздыхает.

— Мистер Руфиус осознанно выбрал такой облик. Его жена была обычным человеком и довольно рано ушла из жизни. Он долго горевал по ней и принял решение состариться, как и все смертные. Маги могут и это. Поэтому наш уважаемый преподаватель доживает свой век и не пытается продлить жизнь искусственно, за счет магии.

Мне хочется еще столько всего спросить, но ректор упрямо продолжает гнуть свою линию.

— Итак, вернемся к тому, о чем я хотел с вами поговорить. Во-первых, — начинает менторским тоном, — вы должны извиниться перед однокурсниками и мистером Руфиусом за то, что чуть не убили их.

Опускаю голову ниже: тут не поспоришь.

— Во-вторых, с этого дня у вас, и остальных ведьм будут индивидуальные занятия по управлению магией. Два часа в неделю с магом Наривьеном, если он, конечно, не заупрямится и согласится преподавать, и каждый день ближе к вечеру — со мной. В некоторые дни будем устраивать дополнительные коллективные тренировки с вашими подругами.

Молчу, ожидая продолжения.

— Ну а в-третьих, — ректор Накл останавливается напротив меня и как-то нехорошо прищуривается, — с этого дня вы будете носить этот браслет.

Быстрым движением Накл защелкивает на моем запястье увесистое украшение. Приподнимаю руку и спрашиваю:

— Что это?

— Подстраховка на случай, если вы снова надумаете кого-нибудь прибить, — язвительно цедит сквозь зубы.

Кровь приливает к лицу, но я сдерживаюсь изо всех сил и спрашиваю ровным голосом:

— И как же это работает?

— О, очень просто! — ректор веселиться, судя по всему. — Как только магия выйдет из-под контроля, эта милая вещица выбросить вас в безопасном месте. Например, на пустыре или высоко в горах, где вы не сможете кому-либо навредить. Вы там остынете, побушуете, а потом я вас верну в стены академии.

— Что?! — крик возмущения все-таки срывается с моих губ. — А если вы не заметите мое отсутствие? Мне что ж там — умирать в одиночестве? А если меня дикие звери разорвут?

— Не разорвут. У вас для этого есть фамильяр, насколько я знаю. Есть же? — ректор складывает руки на груди. Так бы и прибила этого всезнайку!

— Есть, но я его не слышала с момента привязки. Может, он ушел? — предполагаю.

— А-ха-ха! Ничего глупее в жизни не слышал! — внезапно разражается смехом, причем таким заразительным, что мне стоит больших усилий не рассмеяться вместе с ним.

Как следует повеселившись, ректор придает лицу привычный строгий вид и спрашивает:

— А вы позвать его пробовали?

— Нет. Как-то не до этого было, — пожимаю плечами.

— Что ж мне так не везет-то…. — тихо бормочет под нос, но я все равно слышу. — Ладно, я уже понял, что вы ничего не умеете, даже то, как взаимодействовать с собственным фамильяром. А если бы умели — может, и не было бы необходимости в этом браслете.

— Знаете, я и не скрывала, что для меня все это — в новинку. Так что нечего делать из меня крайнюю! Господин ректор! — шиплю обиженно, так как с этим мужчиной невозможно общаться нормально.

Ректор Накл игнорирует мои слова, что-то прикидывая в уме, и через пару минут произносит:

— Возвращаться в аудиторию нет смысла, все равно урок сорван. Поэтому давайте-ка начнем занятие, у меня как раз сейчас свободное окно.

— Сейчас? Заниматься? Здесь?? — переспрашиваю.

— Да, а чему вы так удивляетесь? Быстрее начнем, быстрее кончим! Давайте, приглашайте своего фамильяра. Начнем с азов.

— Вель, покажись! — робко зову, чувствуя себя дурочкой, что разговаривает с пустотой.

И тут начинаются странности. Воздух у моих ног уплотняется, медленно приобретая очертания какого-то животного. Очень крупного, между прочим.

— Велик??

— Вы своего фамильяра назвали Великом? — хмыкает между делом ректор. И он не выглядит удивленным при виде зверюги, что свернулась клубочком на ковре, скорее — впечатленным.

— Об его полное имя можно язык сломать. Поэтому немного укоротила, — признаюсь.

— Впервые вижу, чтобы демон позволил провернуть такой фокус с именем. Наверное, сказывается нехватка магов в мире. И бедные фамильяры готовы стерпеть любую глупость, лишь бы их не прогнали, — хмыкает Накл.

— Демоны? — подвисаю на этом слове, пропуская мимо ушей очередную колкость. У меня теперь есть ручной демон?