Глава 31

Анжела

Покой и тишина. Вот, что почувствовала, когда пришла в себя. И, судя по тому, что мне зверски хочется есть — я еще не умерла, а вполне себе жива и здорова. Хотя на счет здорова — это я погорячилась.

С трудом разлепляю веки. Над головой раскинулся балдахин. Такой здоровенный отрез бархатной ткани, отливающей золотыми искорками. Дорого-богато, как сказала бы Тоня.

Мысль о подругах вызывает легкую улыбку. Как они там? Надеюсь, что в порядке. А то я похожа на выжатый лимон. Или фрукт, что попал в мясорубку.

Предпринимаю попытку сесть, но все безуспешно. Я безвольной тряпочкой валяюсь на кровати, и даже нет сил, позвать кого-нибудь на помощь.

— Ангелика? — совсем близко раздается голос ректора. — Ты пришла в себя!

Впервые слышу, что бы Феликс так радовался мне. Обычно от него достаются утомленные вздохи и раздражение.

— Пить хочешь? Есть? — спрашивает участливо. Но я даже махнуть не могу. А кушать ужасно хочется.

— Эй, я здесь, — мою голову чуть поворачивают в сторону, и наконец-то я вижу лицо ректора. Очень симпатичная мордашка у него, между прочим.

— Нет сил? — с пониманием спрашивает и тут же кивает. — Так бывает, когда опустошаешь свой магический резерв в ноль. Хорошо, что удалось разорвать связь с источником. Ты меня вчера здорово напугала.

Вчера? Боже, выходит я провалялась больше суток, так как за окном уже темно.

Феликс отслеживает мой взгляд.

— Да, уже почти ночь. Но для тебя припас немного вкусностей. Сейчас помогу тебе сесть.

Он ворочает меня словно куклу. Чувствую себя совершенно по-идиотски. Красивый мужчина стоит надо мной и пытается усадить поудобнее. Я то и дело утыкаюсь в его грудь лицом, а в финале этого безобразия мы стукаемся лбами.

— Прости, прости, — пыхтит Феликс. — Вот так лучше!

Фиксирует меня подушками, чтобы не сползла обратно.

— Рот открыть сможешь? — спрашивает у меня.

Прикладываю определенные усилия, чтобы челюсть меня слушалась. Должно быть, со стороны я выгляжу ужасно! Неужели больше некому было меня покормить? Зачем ректор возится со мной?

— Ложечку — ам! — разговаривает со мной, словно с маленькой.

Поднимаю на него выразительный взгляд.

— Прости, Ангелика. Ты так слаба! Давай поедим.

Кормит с ложечки, но уже хотя бы не приговаривает. Потом дает попить. Вкуснейший ягодный морс! Просто экстаз для моих вкусовых рецепторов. Не могу напиться. И от жадности проливаю немного мимо.

— Сейчас исправим! — обещает Феликс и берет в руки салфетку. Вытирает мой подбородок, губы, потом соскальзывает рукой ниже. Убирает яркие капельки с зоны декольте.

Меня даже в жар бросает. Не думала, что одно простое прикосновение подействует на меня таким образом. Феликс вскидывает взгляд.

Его глаза стали совершенно звериными, похожими на волчьи. В моей крови бурлит смесь страха и возбуждения. Что со мной не так? И что происходит с ним?

Еда действует волшебным образом, и ко мне возвращаются силы. Я даже могу шевелить языком.

— Твои глаза… — хриплю непослушным голосом.

— Что с ними? — спрашивает Феликс, а сам как-то хищно облизывается, наклоняясь ко мне все ближе.

— Они стали дикими. И пугают, — признаюсь ему, умолчав о нехилой дозе возбуждения в крови.

— Да? — переспрашивает и зачем-то проводит носом по моей щеке. — Ты вкусно пахнешь, ведьма.

Голос ректора полон урчащих ноток.

— Феликс, ты уверен, что контролируешь своего зверя?

— У меня нет никакого зверя, ты же знаешь, — отмахивается от моих слов и продолжает вести себя странно. Обнюхивает мои руки, лижет запястья. Трется носом о предплечье.

В моем слабом теле разливается свинцовая тяжесть. Особенно заметна она в одном месте. Скрещиваю ноги.

Господи, да что же это творится? Я готова напрыгнуть на этого мужчину и взять его силой, если потребуется. Вот только сил на такие подвиги нет. Да и понимаю умом, что тут что-то неладно!

— Феликс, остановись! — прошу его, когда он прикусывает чувствительную мочку уха.

— Не могу, — рычит в ответ. — Сладкая ведьмочка. Моя ведьмочка! Не отдам!

* * *

Анна

Силы меня покидают, и уютная темнота принимает в свои объятия. Становится фиолетово — как там проходит ритуал укрепления источника и что будет со всеми нами.

И я бы еще долго валялась в забытье, если бы не настойчивый голос, что продолжал меня звать по имени. Умом понимаю, что зовут меня, но имя странно коверкают.

— Марианна! Марианна! Открой глаза!

— Я Аня! — возмущенно отбрыкиваюсь, и где-то сбоку раздается шипение.

— Прямо в глаз!

Распахиваю глаза. Рядом со мной — маг Наривьен, а по совместительству — мой возлюбленный. И как я могла забыть, что нахожусь не дома, а в другом мире? И, кажется, отсюда больше нет выхода. Ведь мы сами, собственными руками запечатали этот мир.

Становится грустно.

— Пришла в себя? — спрашивает маг и протягивает руку.

Встаю, оглядываясь вокруг. Источник больше не выглядит как горящий ком лавы, что вот-вот рванет. А напоминает теплое солнышко, что мерно освещает свод пещеры.

— Где все?

— Ушли, — отмахивается Наривьен. — Феликс унес Ангелику, Габбо — утащил Тоню в свое логово. А советники разошлись по делам. Вы спасли мир, и все тут же вспомнили о срочных делах.

— И даже спасибо никто не сказал, — подытоживаю. — А ведь мы рисковали собой. Особенно Энжик!

— Спасибо, ты очень помогла, — произносит с серьезным видом маг. Но все равно его слова звучат как издевательство. Опять подначивает меня? И что ему неймется?

Решаю ему отомстить и перевожу разговор в ту плоскость, что сильно смущает самого Наривьена.

— И как это понимать? — демонстрирую кольцо на пальце.

— Это… подарок, — озадачено тянет маг.

— Ага. Сначала ты сказал, что я — не твоя любовь, а потом, когда я уже вдоволь наплакалась — преподнес фамильный перстень.

— Ты плакала? — делает шаг навстречу и приподнимает мое лицо за подбородок.

— Это все, что ты расслышал из моей пламенной речи? — переспрашиваю, утопая в зелени его глаз.

— А разве остальное важно?

Целует уголок моего рта, лишая возможности разговаривать и злиться.

Пожалуй…. Не так уж и важно! Когда тебя ТАК целуют, и нежно обнимают. Прощаю Наривьену все прошлые обиды за тепло и любовь, в которую погружают его объятия.

— Марианна, полетаем вместе? — спрашивает маг, когда нам удается оторваться друг от друга.

— Опять на метлах?! — в ужасе переспрашиваю. Так-то мне одного раза хватило за глаза.

— На моей, вдвоем, — кивает Наривьен. — Наконец-то покажу тебе самые интересные уголки города. И тебя ждет сюрприз: зима отступила!

— Серьезно? — иду на выход, чтобы убедиться в словах мага. У входа в пещеру образовалась лужица — это снег тает от теплого, вполне весеннего солнышка.

— Как давно я не видел весны! — восклицает Наривьен и раскидывает руки широко. А я любуюсь не капелью и сочной зеленью травы, что проглядывает сквозь подтаявший снег, а магом. До чего же он хорош!

Черные волосы чуть блестят на солнце, зеленые глаза с прищуром западают в самую душу. Неужели мне наконец-то повезло, и я встретила своего мужчину?

— А давай! — задорно соглашаюсь.

Наривьен оглушающее свистит.

— И что? Прилетит? — спрашиваю с сомнением.

— Сейчас увидишь, — кивает маг. Откуда-то сверху, с громким звуком приземляется модная метелка.

— Дамы вперед, — указывает приглашающим жестом Наривьен, и садиться сзади, сразу за моей спиной.

— Если ты меня уронишь…, - говорю с угрозой в голосе.

— Знаю-знаю, пошлешь к какой-то там бабушке, — заканчивает за меня фразу.

— Именно! — поднимаю палец вверх.

— Лучше держись покрепче, моя хвастунишка! — хмыкает в самое ухо, и мы резко стартуем с места. Метла закладывает крутой вираж. Громко верещу.

— Эй, открывай глаза, трусиха. Все проспишь! — командует Наривьен.

— Ого!

Мы оказываемся довольно высоко над городом. Мимо пролетают очумевшие от внезапного тепла птицы. На глазах тают снега, распускаются цветы. Словно в ускоренной перемотке.

— Вы все эти годы провели во льдах? — переспрашиваю, любуясь необычным зрелищем.

— Да. Ты принесла весну в наш мир и…. мое сердце.

От внезапного признания сердце делает кульбит, нервно трепыхаясь в груди.

Но Наривьен не был бы собой, если бы тут же не «уронил» нас до самой земли. И вот, я снова кричу, но уже от восторга. Полет напоминает американские горки: дух захватывает, немного страшно, но хочется еще.

— У меня есть идея! — выкрикивает маг и закладывает новый крутой вираж. Веточки метелки задевают верхушки деревьев. — Держись!

Прижимаюсь крепче к мужскому плечу, чтобы не слететь. Мы летим словно ветер, или стрела, пущенная умелой рукой.

Наривьен направляет метлу за город, и тем любопытнее становится — что же он задумал?

За городскими стенами начинается густой лес. Я бы даже сказала непроходимый. Не представляю, как жители добираются от одного городка до другого. Или так и живут всю жизнь в одном месте? Я так мало знаю об этом мире, и для меня все интересно, любопытно.

— Что там? — перекрикиваю ветер и указываю рукой на линию горизонта. Там что-то поблескивает.

— Озеро, — отвечает маг. — Тебе понравится!

Счастливо зажмуриваюсь. Красивый мужчина ведет меня на свидание у озера. Что может быть романтичнее??

Впрочем, все оказывается немного иным, когда мы сходим на землю в конечной точке нашего маршрута. Пока я охаю и восхищаюсь красотами оттаивающего на глазах водоема, Наривьен закатывает рукава рубашки, сбросив куртку на поваленное бревно.

— Ты готова немного позаниматься? — внезапно спрашивает.

— Сейчас?! — наверное, в моем голосе отчетливо слышно нежелание, потому как Наривьен заходится в смехе.

— Не ленись, Аня, — подмигивает мне. — Чуть-чуть разомнемся, а потом — с меня пикник на свежем воздухе. Что скажешь?

Звучит недурственно, хотя я предпочла бы валяться на пледе, смотреть на воду, и болтать о чувствах. Но это я, а у мага свои планы.

— Ладно. Но ты ведь помнишь, что я только что помогала спасать мир, отдавал магию, и устала? — упираю руки в бок.

— Конечно, помню, и именно поэтому мы здесь. Это особенное место. Существует легенда, что когда наш мир только зародился, Боги, создавшие его — умились при виде красоты, что получилась. И божественные слезы пролились на землю. Так образовалось это озеро. Его называют в народе Священным.

— И водичка здесь особенная? Пить можно? — спрашиваю и подхожу ближе.

— Нужно, — кивает маг. — Я помню времена, когда глоток священной воды мог исцелить любые раны, даже самые страшные. Но потом магия нас покинула, а озеро покрылось толстой коркой льда. Но даже сквозь его толщу можно было ощутить идущую от воды мощь.

— А сейчас озеро оттаяло и снова стало волшебным?

— Я на это надеюсь. Оно поможет не только восстановить твои магические силы, но и откроет новые возможности. Зачерпни немного и отпей.

Вода в озере странная, такого мне еще не доводилось видеть. Будто передо мной огромная чаща с минералкой, так как со дна поднимаются пузырьки газа. Надеюсь, я не отравлюсь, и Наривьен знает, что делает.

Набираю полные пригоршни искрящейся пузырьками воды и пробую. Вкус… необычный. Словно вода одновременно и сладкая, и соленая, и даже чуточку горчит. Впрочем, послевкусия не остается.

— И что я должна почувствовать? — спрашиваю у мага.

— Сейчас увидишь, — хмыкает Наривьен и тоже отпивает из озера. А ему зачем? Он ведь волшебный до кончиков волос?

Маг становится напротив меня, и я копирую его позу: ноги на ширине плеч, руки расслаблены.

— Представь себе что-то, что ты очень хотела бы съесть прямо сейчас. Что-нибудь диковинное, что нельзя достать в моем мире, — предлагает мне.

Задача странная, но интересная. Вспоминаю, что давно не ела, но очень хотелось бы. В голову приходят воспоминания о лете и вкусных, сочных персиках. Они большие, чуть пушистые сверху, а внутри…. Сладкие, ароматные, с сочной мякотью.

— Представила? — спрашивает Наривьен.

— Да!

— А теперь заставь свою силу создать, что ты хочешь прямо в твоих руках.

— Заставь…, - бормочу под нос. Можно подумать, это так легко.

Прикрываю глаза и капризно заявляю про себя: «Хочу персик! Прям сейчас!»

В ладонь ложится круглый предмет, чуть шершавый на ощупь. Словно мячик для тенниса.

Открываю глаза. Вот так номер! У меня в руке — сказочно-прекрасный ароматный фрукт.

— Так просто?? — восклицаю и не удержавшись, вонзаю зубы в персик. Во все стороны брызгает сок. — Ум-м-м, вкуснотища!

— А меня угостить? — обиженно тянет маг.

— Сейчас!

Приказываю магии достать для меня еще один персик. Но почему-то ничего не выходит.

— Прости, Наривьен, но не получается! — развожу руками.

— Ты просто слишком сильно стараешься на этот раз. Нужно усвоить, что магия — часть тебя. И творить чудеса так же просто, как дышать. Ты ведь не думаешь, как сделать следующий вздох? Какие органы задействовать и какой импульс послать мозгу. Все происходит само, автоматически, плавно. Так и с силой. Отдай приказ — получи результат.

— Хочу персик, — уверенно произношу, и в моей руке тут же появляется фрукт. — Получилось! Возьми, — протягиваю его Наривьену.

— И что же это такое? — хмыкает. — У нас такого точно не растет.

— Персики. Тебе понравится, — передразниваю мага.

— Поверю на слово, Аня, — кивает, прожигая насквозь своими невозможными зелеными глазищами. А потом принимается есть персик. Меня даже в жар бросает.

Кусает фрукт, а глазами поедает меня. Медленно приближается, пока между нами не остается чуть меньше метра.

— Вкусно? — хрипло спрашиваю, не сводя глаз с мужских губ, перемазанных сладким соком.

— Угу, — кивает. — Но я знаю кое-что, что вкуснее в разы.

— И что же это? — переспрашиваю, напрашиваясь на откровенность.

— Ты, моя ведьмочка, — обнимает за талию, и нам становится не до уроков.