Глава 11

Ратмир вёл машину очень осторожно, он старался держаться как можно дальше от преследуемого автомобиля. Настя с волнением смотрела, как бы тот не исчез из виду. Сердце её замирало на каждом повороте, и лишь далёкие красные огоньки, которые вновь появлялись, приносили облегчение.

Карина потянулась к ним с заднего сидения:

– Так какой у нас план? – взволнованно спросила она.

– Вытащить Серёжку! – прошипела сквозь зубы Настя.

– Но почему ты уверена, это произойдёт именно сегодня? – отрывисто спросил Ратмир.

Настя резко повернулась к нему, и голос её задрожал:

– Да разве ты не понимаешь? Завтра будет наша помолвка! И Серёжа будет под защитой нашей семьи. Как объявили о церемонии, на Серёжку сразу напали…

Голос её прервался, и Настя всхлипнула. Карина облокотилась на спинку переднего сидения:

– Поверить не могу, что первый помощник главы попал под влияние этого чудовища! Обессилить собственного сына и отдать… для экспериментов! Жуть какая…

– Да что там! – невесело хохотнул Рамтир. – У него полиция в распоряжении! Как Клима увидел, так едва язык от изумления не откусил. Ещё удивился, когда ты позвала нас к Управлению. Кажется, ты была права.

Настя перевела на него изумлённый взгляд.

– И ты ещё сомневался?! – воскликнула она. – Только вспомни! Когда он себя вёл как нормальный человек? У меня такое ощущение, что он всегда ищет, как унизить человека, уязвить побольнее. Только Никонор с ним ладил, и что из этого вышло? Я не хочу, что бы и Серёжку сожгли и закопали где-нибудь за городом…

– Ты думаешь, что Никонор тоже обладал тремя дарами? – ахнула она.

Настя пожала плечами:

– Ну не зря же Даниил начал оставлять на допы Серёжу именно после того, как узнал о зоомагии? – холодно хмыкнула Настя и покосилась на Ратмира: – Эту тайну Сергей поведал только нам. Надеюсь, вы никому не проболтались?

Ратмир мрачно посмотрел на Карину.

– Я никому! – грозно сказал он. – А вот эта могла. Как выпьет своего любимого «Фортеля», так болтает что ни попадя. Попрошу Алю убрать этот коктейль из меню!

– Я ничего никому не говорила! – воспротивилась Карина. – И не смей лишать девушку последней радости в жизни! Скажи ему, Настя! Я же… – Она посмотрела на подругу в поисках поддержки, но Настя молчала. Спина её выпрямилась, а щёки её побелели. – Что?

– Это же, – прохрипела она, – дорога к загородному дому мастера Влада…

***

Тоня осторожно шла по тёмному коридору. Пол иногда поскрипывал, и сердце её замирало каждый раз, а по спине катились капли холодного пота. Противный Лёха! Лучше бы не лез вообще или бы был рядом. Что у него на уме? Может, он сейчас как раз сообщает тому самому человеку, что нашёл кольцо, и она идёт прямиком в ловушку? Впрочем, какая разница? Она и так добровольно в неё шла. Лишь бы Сергей не совершил глупость, пытаясь выгородить её.

Коридор расширился, и Тоня быстро осмотрелась. Может, она заблудилась? Но она никуда не сворачивала. Дверь справа от неё распахнулась, и Тоню обдало холодным воздухом. Запахло мокрой травой. В коридор зашёл человек, и с метлы, которую он держал в руках, на пол стекали струйки воды. Тоня испуганно прижалась спиной к стене, не отрывая взгляда от его бледного профиля. Отец Сергея! Чего же она так испугалась? Это же ему она хотела отдать кольцо!

Тоня сжала ладони в кулаки и сделала шаг вперёд.

– Я здесь, мастер Влад, – тихо произнесла она, и первый помощник резко развернулся в её сторону, а лицо его исказилось. – Я отдам вам кольцо. Но только после того, как вы отпустите своего сына и пообещаете, что не будете его наказывать за…

Она замолчала и, дрожа, опустила голову. И так всё понятно, чего слова тратить. Внезапно метла упала на пол, а она ощутила, как Влад схватил её за предплечье, зажал рот второй рукой, и оттащил в тёмный угол. Он прижал её к стене, а его взгляд быстро скользнул в ту сторону, куда она направлялась.

– Глупая девчонка! – прошипел он. – Где Сергей?

Тоня едва могла дышать, она смотрела на первого помощника широко распахнутыми глазами. Тот медленно убрал руку с её губ, готовый в любой момент снова зажать ей рот.

– Я не буду кричать, – растерянно прошептала Тоня. – Почему вы ведёте себя так, словно это не ваш дом?

– Где Сергей? – нетерпеливо повторил Влад, и Тоня подняла руку.

– Возможно, там, – проговорила она и покосилась на мужчину: – Я думала, что это вы заказчик Тени. Разве вы не охотились за Гранью Хаоса?

– Я? – зло засмеялся Влад. – Да я был счастлив, что кольцо навсегда пропало. Или хотя бы не появилось до понедельника! Ты знаешь, где Грань?

– Знаю, – кивнула Тоня и подняла руку: – Здесь.

Холодные мокрые пальцы обхватили её запястье, и Влад дёрнул её руку на себя. Тяжёлый взгляд его несколько секунд буравил кольцо. Потом он посмотрел на Тоню и по щекам его скользнули желваки.

– Никонор добровольно его передал тебе? – холодно уточнил он. – Или ты украла? Говори правду!

Тоня подняла подбородок и с вызовом произнесла:

– Он сам нацепил его на мой палец! И, поверьте, радости мне это не принесло.

Влад вдруг усмехнулся, и глаза его, болезненно напоминающие ей синие очи Сергея, насмешливо сверкнули.

– Грань не предназначена для счастья! Так ты хотела отдать его мне? – Влад отпустил её руку и протянул ладонь.

Тоня отшатнулась и завела руку за спину.

– До того, как я сниму его, мне нужно увидеть Сергея, – пылко произнесла она. – Это очень важно! Для меня…

– Что так? – нахмурился Влад, его руки сжали плечи Тони. – Не юли!

– Я умру, когда сниму его, – опустила голову Тоня.

Услышав смех Влада, она вскинула лицо и бросила на мужчину возмущённый взгляд. Она погибнет, а ему смешно! Тот пытался выглядеть серьёзным, но губы его непослушно расплывались в улыбке.

– И что же ты хотела сказать моему сыну перед смертью, девочка? – хитро спросил он.

Тоня насупилась, и на глаза её навернулись слёзы. Влад хмыкнул, и его ладонь легла Тоне на щеку.

– Ты не умрёшь, – проникновенно сказал он и, заметив её недоверчивый взгляд, добавил: – Уж поверь! Я Грань надевал и снимал раз тридцать, и до сих пор жив!

– Зачем вы её надевали? – не удержалась от вопроса Тоня, и улыбка сползла с лица Влада.

Видимо, для того, что было для первого помощника неприятно. Влад молчал, а лицо его мрачнело с каждой секундой.

– Всё это очень романтично, – пробормотал он и приподнял её за подбородок, и Тоня сжалась под его суровым взглядом: – Угораздило же тебя вляпаться в самую середину политического болотца! Ты ведь стихийница? Отдай мне Грань и лети к отцу, девочка! Возьми мою метлу… Ох!

Он вдруг замер, глаза Влада расширились, тело напряглось, а рот приоткрылся так, словно что-то доставляет ему сильную боль. Из-за его спины выступил человек с каменным лицом. Тоня невольно вскрикнула и отшатнулась. Она бросилась в сторону метлы, но была перехвачена.

– Прости, – холодно произнёс незнакомец в строгом костюме, который крепко держал её за руку, и Тоня содрогнулась от холода в его взгляде. – Но я не могу этого позволить.

– Роман! – с трудом произнёс Влад, и лицо его болезненно скривилось. – Что ты себе позволяешь? Отзови своего пса!

Но Роман не удостоил первого помощника и взглядом. Он потащил Тоню по коридору.

– Ведите его, – бросил он человеку с каменным лицом.

***

Клим пытался помочь Даниилу выбраться из машины, и его огромные лапищи уже оставили преподавателю на память немало синяков. В конце концов, терпение Даниила иссякло, и он рявкнул:

– Ты поможешь уже тем, что не будешь мне мешать!

Завибрировал телефон, и Клим выпрямился, ладони его захлопали по телу в поисках сотового. Даниил облегчённо вздохнул и, помогая себе тростью, выбрался из казённого автомобиля Управления. На его голову и плечи начали падать крупные капли дождя, и преподаватель поёжился.

– Погода шепчет…

Следователь прижал сотовый к уху, и Даниил услышал его тихий голос:

– Что? Понял! – Он сунул телефон в карман брюк и поднял глаза: – Влад сначала поехал в свой дом, а потом Денис увидел его на метле. Увы, костромаг не смог угнаться за ним на машине.

Даниил усмехнулся:

– Когда машины начнут летать, мётлы не понадобятся.

Клим недовольно поморщился, и взгляд его скользнул в сторону тёмного дома, который едва можно было разглядеть за густыми деревьями. Зато и с той стороны трудно заметить их автомобиль.

– Ты уверен, что не стоит вызвать группу захвата? – ворчливо спросил он.

Даниил приподнял подбородок и медленно произнёс:

– У нас она есть. Только не такая шумная и заметная, как твои парни.

Клим нахмурился, и его грузное тело развернулось к машине. Даниил прислонился к машине, и его здоровая рука нырнула в карман. Вытащил и два раза стукнул в окошко.

– Выходи!

Щёлкнула дверца, из машины показался белоснежный ирокез, и альба сверкнула в темноте алыми глазами.

– Не нравится мне это, – пробурчал Клим.

Даниил положил руку на плечо Ане, и чуть склонился к ней.

– Ты же не подведёшь? – ровно спросил он, не отрывая пристального взгляда от её глаз. Тело его покачнулось, словно он не удержался на здоровой ноге, и альба подхватила его под руки. Ладонь Даниила соскользнула с её плеча ближе к груди, и его палец прижался к её ярёмной ямочке. Даже в темноте ночи чёрный камень был хорошо заметен на белой коже. Лицо Ани дрогнуло, и она помотала головой. Даниил вздохнул и проговорил: – Спасибо, что поддержала меня. Подай трость, пожалуйста!

– Если вы закончили объятия, то можно приступать к операции, – невинным тоном заметил Клим, и Даниил невольно усмехнулся. Увы, весь их спектакль был бесполезен. – Я сделаю вид, что ничего не видел.

Он пошагал к дому, придерживаясь тёмных кустов. Даниил пожал плечами:

– Иначе он не стал бы Старшим следователем…

Альба посмотрела на Даниила, и её красно-чёрные глаза излучали благодарность.

– Позвольте мне отнести вас!

Даниил скользнул унылым взглядом по кустам, мокрой траве и неровной почве, из его груди вырвался тяжёлый вздох.

– Так и знал, что вечер будет особо приятным!

***

Карина скользнула к кустам, и шея её вытянулась.

– Они ушли, – громким шёпотом сообщила она. – Полицейский впереди, а наше чудовище тащит на себе альба. Что будем делать?

– Надо их остановить! – проговорила Настя. Губы её дрожали, а светлые волосы повисли под дождём унылыми сосульками. – Но как нам это сделать?

– А вот как! – Ратмир прошёл к багажнику автомобиля, щёлкнул замок, и парень вытащил пару мётел. Одну он бросил Карине: – Ты собьёшь толстяка с ног! А я стащу со спины альбы злодея и подниму его как можно выше… чтобы сбросить. И вряд ли ему поможет вся его древнейшая магия! Мы спасём Серёгу!

– А я? – пискнула Настя.

– Ты будешь прикрывать тыл, – усмехнулся Ратмир. – Если у нас ничего не получится, используй свою сферу! Может, тебе удастся обездвижить их. И беги к Сергею!

Он вскочил на метлу, сила ветра заструилась вокруг парня, и Ратмир взмыл в небо. Следом за ним, заметно медленнее, поднялась и Карина. А Настя растерянно смотрела им вслед, а по лицу её текли капли дождя.

– Если бы она была моя, эта брыдкая сфера! – пробурчала она.

***

Когда Тоню втащили в комнату, в глаза ей бросился большой и сложный рисунок на полу. Роман отшвырнул её в сторону. Тоня больно ударилась о стену и услышала крик.

– Тоня!

Она забыла про боль и вскочила, не сводя глаз с Сергея, тело которого было так же неестественно напряжено, как и у его отца после нападения «пса» Романа. Она молча бросилась к Сергею, но была отброшена к стене мощным рывком. Рядом с ней возник второй человек с каменным лицом, как две капли воды похожий на того, что удерживал Влада.

– Ты предал меня, – прорычал первый помощник, не сводя яростного взгляда с лица Романа. – Ты воткнул кинжал мне в спину!

Роман бесстрастно посмотрел на него.

– Ты сам виноват, – холодно ответил он. – Никто не просил тебя приезжать именно сейчас. Завтра, во время церемонии, мы бы провели запланированный ритуал и…

– А какой от него смысл? – яростно рванулся Влад, но магические путы держали крепко. – Ты же хочешь сломать Грань! Ты хоть представляешь последствия?!

Роман медленно подошёл к нему, и уголки его губ слегка дрогнули.

– Не ты ли всегда мечтал избавиться от кольца? – спросил он.

Влад вспыхнул:

– Не таким же образом! Ты же знаешь, почему большинство заклинаний древнейшей магии запрещены. Они могут нарушить магический баланс!

– Ещё вчера тебя это не волновало, – пожал плечами Роман. – Ритуал тоже нарушит фон, когда Фёдор лишится своих талантов. Как ты не понимаешь, что я это делаю как твой лучший друг. Или ты расхотел становиться главой Магсквера?

Влад замолчал, и взгляд его метнулся к сыну. Сергей старался не пропустить ни слова. Щёки его запылали, синие глаза потемнели, а рот скривился. Влад глубоко вздохнул, и глаза его закрылись.

Тоня, воспользовавшись тем, что эти двое переругивались и на неё никто не обращал внимания, потихоньку продвигалась к Сергею. Ей оставалось дойти до него лишь пару шагов, как худой мужчина в середине комнаты произнёс:

– Всё это сейчас не важно.

Влад распахнул глаза, и рот его скривился:

– О! Твой хамелеон. Скажи мне, дружище, это он попытался убить моего сына? Или ты это сделал сам?

Ледяное выражение на лице Романа дрогнуло, и он моргнул.

– Зачем мне нападать на Сергея? – Казалось, он удивился. – Его любит моя дочь. И, уверяю тебя, я никому не приказывал его убивать.

Тоня подкралась к Сергею вплотную. Взгляд её испуганно метнулся на человека с каменным лицом, который стоял за его спиной. Но тот смотрел прямо и, казалось, не замечал Тоню. Она прошептала:

– Серёжа…

Он вздрогнул и с трудом оторвал взгляд от отца. Тоня протянула руки, но Сергей качнул головой.

– Нельзя, – шепнул он, и синие глаза его сощурились. – Ты привела моего отца? Зря. Надо было увезти кольцо и спрятаться.

– Прости, – сердце Тони дрогнуло, а по щеке прокатилась слеза. – Я не знаю, что происходит, но я не смогла оставить тебя. Потому что я… – Она опустила глаза, и пальцы рук её нервно сцепились. Не поднимая на Сергея взгляда, она судорожно сглотнула и едва слышно продолжила: – Я… не хочу быть причиной твоих бед.

Она выдохнула и неподвижно застыла рядом с ним. Спина её выпрямилась, а плечи развернулись. Она почти призналась Сергею, и пусть главных слов выдавить из себя не смогла. А может, и не нужно. Ведь завтра его помолвка… Если, конечно, она состоится, после таких-то событий! И если оно будет, это завтра…

Она посмотрела на Влада, а тот не отрывал испытующего взгляда от Романа.

– Если это действительно так, то отпусти нас, – медленно проговорил он. Лицо второго помощника главы напоминало ледяную маску: ни один мускул ни дрогнул. Влад усмехнулся и покачал головой: – Даниил утверждает, что ловушку, которая едва не убила моего сына, поставил сильный маг, знакомый с древними заклинаниями. Если хотел обставить меня и сам стать главой, так сказал бы сразу! А не ворошить опасное прошлое…

Он выразительно посмотрел на сложный рисунок, расстилающийся под ногами. Роман спокойно ответил:

– Не веришь мне? Сам подумай: Даниил тот, кто давно и одержимо занимается изучением истории древнейшей магии. Он тот, кто сумел раскрыть это опаснейшее заклинание! – Он кивнул на схему. – Как я мог позволить ему пройти до конца? Получи он Грань, и никто не смог бы сказать, чем бы это закончилось для Магсквера. Потому и приказал Никонору увезти Грань как можно дальше отсюда. Я взял всё это на себя потому, что действительно считаю, что достойный глава столицы ты, а не старый маразматик Фёдор!

Тоня вздрогнула и оглянулась на Сергея. Глаза его метали молнии, а губы сжались в тонкую линию. Влад молчал, а Роман быстро прошёлся вдоль рисунка и подошёл к хамелеону.

– Можешь приступить? Девчонка же здесь…

– Ещё не все гости прибыли, – бесцветным голосом проговорил неподвижный хамелеон. – Я говорил, что активировать заклинание пока может лишь один человек.

Роман холодно посмотрела на Тоню, и та сжалась под его взглядом, но с места не сдвинулась. Пусть даже это последняя её ночь, она проведёт её рядом с Сергеем. Второй помощник ничего не сказал. Он прошёл к окну, и рука его немного отодвинула тяжёлую плотную занавесь, а взгляд устремился наружу.

***

Даниил уныло висел на альбе, ощущая под собой её сильное мускулистое тело. Слишком мускулистое и сухое, чтобы он мог испытывать хоть тень комфорта от способа передвижения. Ноги его беспомощно болтались, а когда альбы прыгала через канавы, стучали зубы. Преподаватель молился древним стихиям, чтобы эта пытка скорее закончилась, и они подобрались к дому.

Он поднял взгляд на тёмное здание, и вдруг в одном из окон увидел огонёк. Свет тут же пропал, словно его и не существовало, но Даниил теперь знал, где именно будет проводиться ритуал. И, скорее всего, именно там держат Тоню. Руки его невольно сжались на шее альбы, и та затормозила.

– Что случилось, Даниил? – переводя тяжёлое дыхание, спросила она. – Вам нехорошо?

– Нехорошо, – ответил тот. – Но это не имеет значения.

Вдруг раздался свист, и их едва не сбило порывом ураганного ветра. Даниил прижался лицом к спине альбы и ощутил, как его кто-то поднимает за шиворот, словно шкодливого котёнка. Сияющие алым глаза остались под ним и всё удалялись. Даниил заметил, как Аня подняла руки, собираясь применить морок к его похитителю, и крикнул:

– Нет! Я же разобьюсь!

– Конечно, разобьёшься, – прошипел его похититель. – Но сначала немного полетаем!

Даниил попытался посмотреть, кто его тащит, но ничего не смог разглядеть выше своей головы. Каждый раз, когда он запрокидывал лицо, его слепил сильный поток воздуха. Они поднимались всё выше и выше, и Даниил ощутил, как ужас хватает его шею холодными пальцами, а дыхание замирает. Он пробормотал:

– Ничего другого не остаётся!

Веки его смежились, и он подумал о Тоне. В этот миг он позволил своим эмоциям полностью освободиться, окружить его. Когда он впервые увидел её там, на зелёной полянке у домика магдока. Незнакомка выпустила сферу, и сердце его ёкнуло. Фиолетовый шар, который давным-давно был изобретён им и смешной девочкой Ириной… Девочка, которая отдала ему всю себя, но он не смог ответить на её чувства, потому что в то время был отравлен сильнейшей жаждой мести.

Сожаление причинило Даниилу физическую боль, и на глаза его навернулись слёзы. Он ощутил рывок за шиворот, и едва не задохнулся. Но эмоции давили сильнее, и лицо Даниила скорчилось от боли. Похититель втащил его на метлу, и преподаватель уселся на древко.

Даниил глубоко дышал, усмиряя боль и вину, которые скрутили его душу. Он поступил с Ириной очень некрасиво. И теперь он постарается сделать всё, что только от него зависит, но не допустит, чтобы пострадала её… его дочь! Это ничего не исправит в прошлом, но даст ему надежду на будущее прощение, хотя бы от Тони.

Пока Даниил усмирял эмоции, он почти не слышал, что говорил ему похититель. Когда к преподавателю вернулась способность хорошо видеть и слышать, он сразу обернулся, и едва сдержал смех. Высокий тощий Ратмир нежно прижимался к нему сзади, а свободная рука его поглаживала плечо Даниила. Тот саркастично покачал головой, не повезло парню словить его необратимую магию! Теперь о девочках стихийник может забыть! И поделом! Нечего было нападать на своего преподавателя!

Ратмир порывисто прижался к спине Даниила, и тот услышал его возбуждённый шёпот:

– Я так люблю вас! Можно я буду звать вас Даником?

– Нельзя, – фыркнул Даниил и строго приказал: – Быстро лети к дому!

– Как скажешь, милый, – промурлыкал Ратмир, и ветер засвистел в ушах Даниила, а на глазах его выступили слёзы, и преподаватель невольно сощурился. Он расслышал: – Могу я надеяться на поцелуй?..

– Только через мой труп, – пробормотал он, и плечи его передёрнулись. И крикнул: – Держи меня крепко! – Рука Ратмира скользнула по талии Даниила и опустилась на его бедро, и преподаватель зарычал: – За талию!

– Как скажешь, любовь моя! – прошептал Ратмир ему на ухо.

Даниил с трудом подавил желание резко откинуть голову и затылком разбить парню нос. В конце концов, тот не виноват во внезапной смене сексуальной ориентации, а виновен лишь в покушении на его жизнь. Рука стихийника крепко обхватила преподавателя, и тот отпустил метлу и указал на окно, в котором недавно заметил свет.

– Лети туда! Прямо в окно! Быстро!

– Ах, противный, – хихикнул Ратмир, и потёрся щекой о шею Даниила: – Мне тоже не терпится уединиться…

Даниил молча скрипнул зубами, пытаясь стерпеть вторую пытку за ночь. Дом стремительно приближался, и Даниил сжался и закрыл здоровой рукой лицо. Звон стекла, грохот и тонкий вскрик. Тоня? Из-за брыдкой занавески он ничего не видел.

***

Клим бежал, и его тяжёлое дыхание заглушало и шум дождя, и редкие крики птиц. Пот градом катился по его лицу и смешивался с дождём. Дом приближался, но слишком уж медленно, и следователь проклинал лишние килограммы, тяготившие его сейчас, обессиливающие и тянущие к земле. Не выдержав, он остановился, и руки его уперлись в ноющие бока, а дыхание стало рваным.

Клим покосился на широкий пенёк и, не удержавшись от соблазна, шагнул к нему. Мимо просвистело нечто огромное, и следователь быстро пригнулся, накрывая голову руками. Взгляд его опасливо скользнул по тёмному небу, но он ничего не увидел. Клим выпрямился и почесал в затылке: капли, скользящие в волосах, вызывали неприятный зуд.

И тут увидел, как на него со стороны дома летит нечто, и кожу на голове стянуло от ужаса. Это нападение? Взгляд его выхватил из темноты бледное лицо девушки, руки которой впились в древко метлы. Она стремительно приближалась. Уклониться он не успевал, и лишь обречённо прикрыл веки. Раздался визг и шум падения.

Клим вздрогнул, глаза его распахнулись, и он увидел на земле ту самую девчонку. Руки её вцепились в траву, а тело в мокрой одежде извивалось от боли. В стороне сиротливо валялась её метла. Девица совсем молоденькая, наверняка ещё студентка. Но почему она хотела напасть на него?

Рядом со следователем замерла альба, и Клим невольно отшатнулся, а от алого блеска её глаз по коже следователя пробежался морозец. Взгляд Клима царапнул камушек на её груди.

– Вы в порядке? – холодно спросила альба и, не дожидаясь ответа, присела на корточки рядом пострадавшей. – Стихийница! – сквозь зубы прошипела она и сплюнула: – Я её едва не убила с перепугу. – Она насмешливо покосилась на вытянувшееся лицо Клима и криво усмехнулась: – Ничего! К утру очухается.

Клим наклонился к ней, и глаза его сузились:

– Где Даниил?

Лицо альбы помрачнело, и она указала пальцем в небо:

– Где-то там! Стихийник содрал его прямо с моей спины. Я подумала, что эта, – она брезгливо покосилась на девицу, – захотела проделать то же самое с вами…

– Со мной?! – хохотнул Клим, потряхивая объёмным животом. – Мне даже жаль, что ты её остановила! Хотелось бы посмотреть на это представление!

Альба посмотрела на него так, что смех Клима оборвался. Он хмыкнул:

– Ладно, доползёт, если что. Как-никак там его дочь. Ну идём, моя черноокая группа захвата…

Раздался отчаянный визг, и из кустов вылетела тощая девица, и Клим вздрогнул. Сосульки волос её взлетели, а рука выбросила фиолетовую сферку величиной с мячик. Альба усмехнулась и подняла руки, намереваясь сбить шарик мороком, как тот вдруг начал увеличиваться, по поверхности пошли вибрации, а цвет сменился на алый. В мгновение ока он поглотил альбу и стянулся, словно полиэтилен, на который направили включённый фен. Тело Ани вытянулось, и она рухнула в траву. У Клима отвисла челюсть. А девушка плюхнулась рядом со своей жертвой, недоверчиво разглядывая свои руки.

– Что ты с ней сделала? – очнулся Клим.

– Не знаю! – всхлипнула блондинка, не отрывая растерянного взгляда от своих дрожащих пальцев.

– Убери это! – прорычал он.

Девушка вскинула на него заплаканное лицо и крикнула:

– Ни за что! Ты злодей и можешь делать, что хочешь, но я спасу Серёжу! Даже ценой собственной жизни!

Клим замер на мгновение, а потом недоверчиво переспросил:

– Прости, не расслышал. Кто я?! Злодей? Я же полицейский!

– Продажный полицейский злодей! – выпалила блондинка и уткнулась в ладони. – Завтра же наша помолвка, а тут вы на мою голову!

Клим растерянно посмотрел на её трясущиеся плечики и неловко похлопал по мокрой спине.

– Так ты невеста Сергея! Даниил говорил… Настя, да?

Настя нервно дёрнулась, сбрасывая его руку. Следователь вздохнул:

– Ох, девочка! Да не злодей я. Кстати, до того, как ты выскочила из кустов, словно чёртик из табакерки, мы с альбой как раз спешили спасти твоего драгоценного жениха! – Настя недоверчиво посмотрела на него, и Клим кивнул: – Правда-правда! Вот только незадача – ты обездвижила силовую часть нашей группы. Может, вернёшь мне альбу? А то я не очень силён в магии…

Настя смотрела на него, и в её голубых глазах он видел отчаяние. Губы её задрожали.

– Я не знаю, как я это сделала! – воскликнула она, поднимая руки, и Клим невольно отшатнулся. – От страха я всё перепутала и совместила Тонькино заклинание с тем, что раньше сама придумала! – Она развела руками: – Я сама испугалась того, что получилось! Она же не задохнётся?

Клим вздрогнул и опустился на колени около альбы. Толстые пальцы его провели по гладкой поверхности странной сферы, под которой угадывались черты Ани. Рука его легла ей на грудь, и следователь попытался ощутить биение сердца, надеясь, что оно у альб имеется. Жаль, что в своё время, ещё студентом, он загнул все лекции на эту тему…

***

Тоня смотрела на Романа, пытаясь понять, грозит ли Сергею и его отцу реальная опасность. Второй помощник главы твердит о том, что делает это для Влада, но, кажется, тот ему не верит. Она покосилась на людей с каменными лицами. Интересно, кто это? Она и не слышала о такой магии. В одном она могла быть уверена: эти странные мастера могли удерживать лишь одного человека, и, возможно, для этого им приходилось сильно концентрироваться. Потому и рожи такие…

А человек в середине комнаты стоял молча, не отрывая взгляда от схемы. Что он там высматривает? Словно ждёт чего-то и боится пропустить начало. Тоня скривилась: хамелеон? Это же он приходил в её комнату, опоил и зачаровал кольцо… А ещё сказал, что она умрёт, если его снимет. Правда ли это? Тоня покосилась на Влада, который утверждал, что нет. В любом случае, она должна была попытаться.

Тоня выступила вперёд и обратилась к Роману:

– Что вы с ними сделаете?

Мужчина медленно повернулся к ней, глядя при этом так брезгливо, словно она таракан, который свалился ему в тарелку.

– Почему молчите? – воскликнула она. – Не просто же так вы их связали… уж не знаю, чем!

Роман шагнул к ней, и Тоня невольно отступила, не сводя взгляда с его лица.

– Не твоё дело, жалкий недомаг! – прошипел он. – Готовься, завтра же ноги твоей не будет в Академии!

Тоня едва не задохнулась от облегчения: её не собираются убивать? Она быстро оглянулась на мрачного Сергея.

– Я и сама уйду, – решительно сказала она. – Только отпустите Серёжу, и больше вы никогда меня не увидите!

– Тоня! – воскликнул Сергей, и Влад бросил на него упреждающий взгляд.

Тоня вскинула подбородок и резко вытянула руку, едва не касаясь тыльной стороной ладони лица Романа. Тот отпрянул, и губы его гадливо скривились.

– Неотёсанная грубиянка! – гневно воскликнул он. – Как и рассказывала дочь.

– Грань! – Тоня взглядом показала на колечко. – Нужна она вам? Так берите скорее!

Роман застыл, и на его холодном лице мелькнуло удивление, а пальцы потянулись к руке Тони. Неподвижный хамелеон вдруг метнулся к ним, словно стрела:

– Нет!

И тут раздался звон стекла, и огромная занавесь заклубилась по комнате, словно туча. Влад и его надсмотрщик оказались подмяты этим вихрем. Тоня вскрикнула, а хамелеон оттолкнул её в угол как раз, когда туча прокатилась по тому месту, где она стояла.

Всё замерло, и шум стих. Из-под занавески показалась рука, и Тоня услышала ругательства. Затем она увидела голову и длинные чёрные волосы, и рука её невольно прижалась к губам. Даниил попытался подняться, но без трости сделать это было очень трудно. Пальцы его вцепились в какую-то палку, и с помощью метлы он, наконец, поднялся на ноги. Тело преподавателя покачивалось, под глазом расплывался фиолетовый синяк, а нетерпеливый взгляд скользил по комнате. Остановившись на ней, просветлел, и Даниил облегчённо вздохнул.

На полу барахтался парень, и он показался Тоне знакомым, но она не помнила, где его видела. Роман бросился к преподавателю древнейшей магии, и его пальцы обхватили горло Даниила.

– А вот и последний ингредиент успеха! – произнёс он и торжествующе оглянулся в поисках друга: – Влад?

Взгляд его скользнул по неподвижным телам на полу, и пальцы разжались, а на лице мелькнуло беспокойство. Тоня удивлённо смотрела, как второй помощник отбросил Даниила, словно ненужную игрушку, и бросился к Владу.

– Отец! – взволнованно крикнул Сергей, и Тоня видела, как напряглось его тело, а жилы на руках вздулись от яростных усилий. Он оглянулся на «пса» и прошипел: – Пусти, тварь!

Роман упал на колени перед телом Влада, и его пальцы быстро коснулись его запястья, проверяя пульс. Тоня взволнованно вскочила: так он действительно не собирался причинять им зло? Вдруг рядом со вторым помощником возникла фигура хамелеона, и Тоня увидела, как в руках его что-то блеснуло. Шея её заледенела.

– Осторожно! – вскричала она, Роман оглянулся, и в его горло воткнулся кинжал.

Рот второго помощника раскрылся в немом крике, а глаза расширились. Тоня задрожала: ей показалось, что он смотрит именно на неё. По рукоятке заструилась тёмная кровь, и тело Романа повалилось на неподвижного Влада.

– Зачем? – невольно воскликнула Тоня, и хамелеон обернулся, вперив в неё тяжёлый взгляд. Она произнесла немеющими губами: – Зачем вы это сделали?!

– Больше он не нужен, – равнодушно пожал плечами тот.

– Фёдор? – деревянным голосом спросил Даниил, и Тоня удивлённо посмотрела на его бледное лицо. – Так вот где ты был всё это время! Маскировался под личного хамелеона своего второго помощника…

– Глава? – прорычал Сергей, и вены на его шее вспухли, а глаза налились кровью. – Тварь!

Хамелеон не удостоил мальчишку и взглядом. Он спокойно подошёл к Даниилу, а голос прозвучал повелительно:

– Активируй заклинание!

Лицо Даниила скривилось, а взгляд стал колючим. Фёдор приблизился к преподавателю почти вплотную, и руки его сжались в кулаки, но тут между ними втиснулся тот самый парень, который влетел в окно вместе с Даниилом.

– Не тронь его! – высоким голосом крикнул он. – Он мой, и я никому не позволю обидеть мою любовь!

Хамелеон невольно отступил, и лицо его исказила гадливая гримаса. Он иронично покосился на Даниила:

– На мальчиков перешёл, ненасытный? – фыркнул он и отвернулся, а плечи главы подрагивали от смеха.

Тоня вдруг узнала парня, – это же тот самый гонщик, который придавил ей ногу в лифте! А на вечеринке они даже общались. Ратмир? Они с Даниилом прилетели им на помощь?

Тоня радостно бросилась к ним, и тут увидела, как хамелеон склонился над трупом Романа, и пальцы его обхватили окровавленную рукоять. Она застыла и с ужасом посмотрела на Ратмира, который маячил перед преподавателем, не давая тому выйти из-за его спины. Они не видели, как Фёдор рванул кинжал, и тело Романа скатилось по груди неподвижного друга, и голова с невидящими глазами глухо стукнулась о пол.

– Ратмир! – крикнула Тоня. – Берегись!

Фёдор бросился вперёд, и кинжал почти коснулся шеи словно окаменевшего от ужаса Ратмира, как того в последний момент отдёрнул в сторону Даниил, и острие легко вошло в грудь преподавателя древнейшей магии. Тоня вскрикнула и прижала руки ко рту, а Сергей беспомощно застонал.

Ратмир стоял перед Даниилом на коленях, и из глаз его покатились слёзы.

– Любовь моя, – возопил он. – Ты пожертвовал своей жизнью ради меня! – Взгляд его наполнился ужасом, когда Даниил закатил глаза, и его тело мешком свалилось в руки Ратмира. Он потрясённо посмотрел на неподвижное лицо Даниила, и губы Ратмира задрожали: – Я не смогу жить без тебя!

Он внезапно рванул рукоять, вытаскивая кинжал из груди Даниила, и, вскочив, воткнул его себе в живот. Тоню затошнило, и она невольно отвернулась, а перед глазами всё поплыло. В тишине раздался голос Фёдора:

– Цирк какой-то!

Тоня резко повернулась, в душе её рождалась злость, и она окинула фигуру хамелеона яростным взглядом, и ладони её сжались в кулаки. Глава ногой отпихнул Ратмира и присел рядом с Даниилом. Руки его легли тому на грудь, а лицо повернулось к ней, Тоня с ненавистью уставилась на его надменный профиль.

– Не бойся, детка, – хмыкнул Фёдор. – В числе моих даров и целительный. Сейчас приведу в чувство твоего папочку!

Тоня оцепенела, и взгляд её остановился на бледном лице Даниила. Мир вокруг словно завертелся, и, словно сквозь вату, она услышала голос Фёдора:

– Очнулся? Хорошо. А теперь поговорим серьёзно…

***

Настя ещё раз оглянулась на неподвижную альбу, и Клим похлопал её лапищей по плечу:

– Жива она! Жива… Замечательно заклинание, между прочим! Если научишься его снимать, смело просись на время практики в Управление. У нас весело и интересно! Мне не помешают молодые и талантливые кадры…

Настя перевела на него растерянный взгляд, и лицо её осветила робкая улыбка:

– Правда? Вы действительно считаете меня талантливой?

– Детка, я всегда говорю только правду, – сурово произнёс Клим, и маленькие глазки его хитро сверкнули: – За исключением тех случаев, когда приходится врать. Но вряд ли ты к нам пойдёшь, твой папочка наверняка приготовил тебе тёплое местечко в Администрации.

Настя кивнула и опустила лицо, взгляд её скользил по земле, а сердце сладко замирало. Впервые в жизни её похвалили не потому, что она дочь второго помощника главы Магсквера, а потому что она действительно что-то собой представляет. И в этот миг расписанная карьера в Администрации столицы перестала быть такой заманчивой, как раньше. Может, у неё получится воплотить в жизни нечто большее, чем украшать собой офис Администрации?

– Настя, ты уверена, что не передумаешь? – осторожно спросил Клим, и его пухлая рука схватила её мокрую холодную ладошку. – Это может быть очень опасно. Я пока точно не знаю, кто стоит за всем этим. Возможно, в доме нас встретит десяток вильных мастеров, а ты не уверена, удастся ли тебе повторить свой трюк. – Он скривился: – Не хочется потом оправдываться перед твоим папочкой…

Настя вздрогнула, вырвала ладошку, и глаза её сверкнули.

– Если я хочу после окончания Академии работать вашей помощницей, мне уже сейчас нужно учиться справляться со страхом перед опасностью!

– О! – опешил Клим. – Ты уже и должность себе забила? Прыткая какая! До помощника ещё пахать и пахать. И не думай, что положение отца поможет тебе быстрее продвигаться по служебной лестнице. Но если окажешься способной и придумаешь ещё парочку интересных заклинаний…

– Торгуетесь? – невольно улыбнулась Настя, но улыбка ею тут же растаяла, и холодные руки девушки вцепились в плечо Клима: – Смотрите, там окно светится! Оно… разбито?!

– Спокойно, – крякнул Клим, отцепляя её цепкие пальчики. – Кто-то хотел учиться справляться с собственным страхом.

Настя виновато улыбнулась:

– Так обучение – процесс небыстрый…

Клим молча потянул её за руку в сторону небольшой двери, скорее всего, подсобки.

***

Альба пошевелилась, и сердце её ёкнуло. Всё тело было словно туго спелёнато, и невозможно ни приподняться, ни перевернуться. Она распахнула глаза и уставилась на пелену, сквозь которую угадывались тёмные очертания деревьев. Последнее, что она помнила, так это девица, которая выскочила из куста, и её мелкая сфера…

Неужели альбу скрутила какая-то студентка?! И даже не стихийница! Аня застонала от бессилия и заворочалась. Вдруг раздался оглушительный взрыв. Она закричала от боли и прижала ладони к ушам. Через мгновение до неё дошло, заклинание рассеялось. Точнее, взорвалось.

Аня мгновенно вскочила на ноги, но тут же оказалась снова на земле. В грудь её упиралось древко метлы, которую держала та самая девица, напавшая на Клима. Лицо её было бледно, а глаза болезненно блестели. Альба удивилась, что девчонка так быстро пришла в себя.

– Лежи, тварь, – прошипела стихийница. – Не то прикончу.

Аня хищно усмехнулась и легонько прикоснулась к амулету, и девица тут же рухнула на колени. Пальцы её разжались, и метла, шурша, упала в мокрую траву. Альба услышала стон.

– Кто ты, грозная моя? – иронично спросила она.

– Карина, – прохрипела она и вскинула на альбу злой взгляд. – И я уничтожу тебя!

Альба покачала головой, и глаза её ало сверкнули:

– Откуда в нежном существе столько ненависти? Альбы прошлись по твоему роду? Даже если так, я-то тут ни при чём! За всю жизнь я не убила ни одного мага… Хотя многих стоило бы. Знала бы ты, как непросто выживать альбе в этом чудесном мире!

– Так умри! – прошептала та и опустила лицо.

Аня присела на корточки и пытливо заглянула в глаза Карине.

– Тебя послали те, что в доме? – спросила она.

Карина вздрогнула, и взгляд её стал растерянным, а рот приоткрылся.

– Нет, – прошептала она. И добавила громче: – Конечно, нет!

Глаза альбы сузились:

– Тогда зачем вы напали на нас? Я даже на сделку с полицией пошла, – она болезненно скривилась, – чтобы помочь Тоне и этому незадачливому юнцу, в которого её угораздило влюбиться! А тут вы на голову! Причём, в прямом смысле…

Карина смотрела на неё во все глаза, губы её задрожали, а дыхание стало рваным.

– Так вы, – всхлипнула она, – хотели спасти Серёжку?

Альба зло нахмурилась.

– Только не говори, что вы сражались за право спасти его первыми! – язвительно воскликнула она. И покосилась на тёмный дом: – Проехали! Можешь доставить меня на своей метле вон к тому окну?

Она указала на светлый проём, где не было стекла. Карина вздохнула и помотала головой:

– Даже если бы у меня хватило сил… метла сломана!

– Жаль, – фыркнула альба и хлопнула её по плечу: – Тогда я бегом!

– Не бросай меня! – взвыла Карина, и её пальцы вцепились альбе в брючину. Она с трудом произнесла: – Я боюсь…

– Боишься, сиди дома и не лезь в спасатели! – жёстко обрубила Аня и вырвалась из её цепких пальчиков. Но тут же вздохнула: – Нехорошо тебя оставлять на открытом месте без сил. Мало ли, что тут происходит. – Она упала перед девушкой на колени и схватила её холодную руку, Карина вскинула лицо, а альба прижала её ладонь к своему амулету. – Бери свою силу!

***

Тоня не могла отвести взгляда от лица Даниила, она страстно желала, чтобы он посмотрел на неё, и отчаянно боялась его взгляда. Она нервно потопталась на месте и беспомощно оглянулась на Сергея. Его синие глаза были наполнены болью и яростью, а лицо обращено в сторону, где без движения лежал его отец. Что творилось в его сердце, Тоня боялась и представить. Ей так захотелось обнять его, но останавливало каменное лицо стража.

Даниил тихо спросил:

– Чего ты добиваешься? В твоих руках весь Магсквер!

– А ещё десятки подчинённых, которые спят и видят, как оттеснить меня в сторону, – ухмыльнулся Фёдор. И кивнул в направлении неподвижных тел: – Ты думаешь, эти деятели впервые проводят свои ритуалы? Как же! И каждый последующий отбивать всё сложнее. Сила их растёт, а моя, увы, не прибывает… Выше головы не прыгнешь!

Даниил вздохнул, и веки его опустились.

– Но ты решил попробовать, – сквозь зубы проговорил он. – Это ты подослал ко мне Никонора с заклинанием! И как же я сразу не догадался?

– Мне повезло, что ты любопытен больше, чем осторожен, – хмыкнул Фёдор. – А мальчик был настолько подозрителен, что не составило труда настроить его против тебя. Жаль, что при подобной подозрительности и одарённости он оказался слабоват умишком… Зато случайно прислал мне в подарок единственный рычаг, с помощью которого можно управлять тобой!

Он бросил в сторону Тони такой взгляд, что у неё волосы зашевелились на голове. Она упрямо сжала челюсти и не отвела глаз. Рот Фёдора скривился, и он снова повернулся к Даниилу.

– Активируй заклятие, – жёстко приказал он. – Иначе твоя дочь умрёт!

Тоня услышала рык Сергея, и руки её задрожали. Губы Даниила насмешливо изогнулись, а тёмные глаза сузились.

– Моя дочь не так беспомощна, как ты предполагаешь, – спокойно ответил он, и у Тони расширились глаза от изумления, но в груди стало очень тепло.

– Правда, что ли? – фыркнул Фёдор и поднялся, и Тоня невольно отступила, когда увидела, как он движется ей навстречу: – Ты помнишь забавные тесты, которые я помог ей запомнить?

Тоня напряжённо вытянулась: она не покажет страха! Фёдор схватил её руку и потащил к Даниилу.

– Тогда-то я и догадался, что она твоя плоть и кровь! – торжествующе заявил он и добавил тише: – Честно говоря, я собирался убить воровку, что привезла Грань обратно в столицу. Но передумал, и зачаровал колечко. – Он покрутил кистью Тони перед носом его отца: – Стоит его снять…

Лицо Даниила побелело, а сердце Тони ёкнуло. Так это правда? Она бросила испуганный взгляд на Сергея. Лицо парня было мрачнее тучи. Если бы он умел испепелять взглядом, от Фёдора давно не осталось бы и следа. Она ощутила, как кольцо скользнуло по её пальцу, и закричала от ужаса.

– Стой! – воскликнул Даниил, и движение кольца прекратилось. Отец тихо добавил: – Я сделаю то, что ты хочешь.

Тоня, ощутив свободу, бросилась к Сергею, но замерла, наткнувшись на холодный взгляд «пса». Она беспомощно застонала и обернулась к Даниилу!

– Не надо! – с болью в голосе крикнула она. – Я не вынесу, если из-за меня погибнет ещё кто-нибудь! Лучше это буду я. – Она повернулась к Сергею и быстро проговорила, глядя в его синие глаза: – Прости меня за всё. Я люблю тебя!

И зажмурилась, схватив проклятое кольцо.

– Стой! – одновременно воскликнули мужчины, но Тоня потянула за Грань.

Даниил резко подался вперёд, и его здоровая рука провела над полом, словно смахивая пыль, и схема полыхнула, а по комнате словно прошлась вибрация. Грань на пальце Тони вспыхнула алым, и обожгла ей пальцы.

– Ай! – вскрикнула Тоня, отдёргивая руку от кольца. – Больно!

Пламя утихло, оставляя на полу выжженный рисунок. В воздух летали хлопья пепла. Фёдор громогласно захохотал.

– Ты стряхнул моё заклинание! – с яростным весельем воскликнул он. – Прекрасно! Девочка жива, и заклинание активировано. Ты оправдал все мои надежды, Даниил. – Он повернулся к Тоне: – Отдай мне Грань!

По коже Тони пробежались мурашки, и она опустила взгляд на алый камень. Тот засиял огнём, и сила его заставляла замирать её сердце. Фёдор быстро подошёл и схватил её за руку, но она порывисто вырвалась и отскочила. Пальцы её сложились привычным образом, и фиолетовая сфера поглотила фигуру главы. Тоня выпустила луч, и шар приподнялся над полом и медленно поплыл к окну. Сердце Тони загрохотало, а губы скривились: она намеревалась выкинуть злодея из окна.

Фёдор не барахтался в сфере, как некогда рыжий студент. Он не отрывал от Тони злого взгляда.

– Сломать! – рявкнул он.

Тоня не поняла, к чему он это произнёс, и продолжала вести сферу, как вдруг услышала крик боли, и рука её дрогнула. Луч оборвался, и шар покатился по полу, а внутри переваливалось худое тело Фёдора. Тоня стремительно обернулась и с ужасом увидела, как покраснело лицо Сергея, а по щекам его покатились слёзы. Его сжимало заклинание «пса»! И дошёл смысл приказа Фёдора: сломать значит раздавить. Она закричала от ужаса и метнулась к человеку с каменным лицом. Руки её подхватили стул, который она со всей силы обрушила на голову «пса», но тот даже не пошелохнулся. Крик Сергея смолк, а красное лицо обмякло. Потерял сознание?

– Прекратите! – взмолилась Тоня, тряся «пса» за плечи. – Оставьте его!

По щекам её покатились слёзы, а сердце, казалось, сейчас взорвётся.

– Стоп, – произнёс Фёдор. И, глядя из сферы Тоне прямо в глаза, добавил: – Отпустить!

И тело Сергей рухнуло на пол. Тоня бросилась к нему, обхватывая ладонями его лицо:

– Серёженька! Милый, очнись!

Фёдор кашлянул, привлекая её внимание, и Тоня бросила на него уничтожающий взгляд. Тот развёл руками:

– Пока я его пощадил, повреждения минимальны. Твой парень только в обмороке. Но! Ты помнишь, что я магдок? Отдай Грань, а я его исцелю! И, конечно, выпусти меня отсюда…

Тоня вскочила, протягивая руку, но услышала спокойный голос Даниила:

– Интересно, почему же ты сам его не возьмёшь? – Он бросил на Тоню многозначительный взгляд. – Что бы это значило?

– Взять! – рявкнул Фёдор.

Тоня с криком бросилась к Сергею, прикрывая его своим телом. Но человек с каменным лицом шагнул к Даниилу, и тело того вытянулось, а лицо исказилось от боли. Фёдор, не отрывая взгляда от Тони, медленно произнёс:

– Сломать!

– Стойте! – вскрикнула она. – Забирайте своё проклятое кольцо!

Она попыталась снять Грань, но снова обожглась.

– Нет, Тоня, – прохрипел отец, а лицо его посинело от нестерпимой боли. Но он продолжал говорить: – Фёдор сломает Грань, и заклинание даст ему неограниченное число талантов. Этого нельзя допустить. Магсквер просто разнесёт на куски!

– Нет! – зарыдала Тоня, снова пытаясь снять Грань. Она вскрикнула от боли и умоляюще посмотрела на Фёдора: – Да я бы его отдала, но не могу снять! Не мучайте никого из-за меня!

– А ты думала, это будет просто? – ухмыльнулся тот. – Готова ли ты содрать с пальца кожу, чтобы спасти их?

Он кивнул на Даниила, глаза того смежились, а рот приоткрылся. Тоня закричала и, превозмогая чудовищную боль в пальцах, с силой потянула за кольцо, и кожа её начала отрываться. А на второй руке мгновенно надулись пузыри ожога. По щекам заструились слёзы, а в ушах зашумело. Она попрощалась с жизнью и лишь молилась о том, чтобы успеть снять это проклятое кольцо. Перед глазами потемнело, но она упорно продолжала стягивать кольцо вместе с кожей.

Вдруг она ощутила, как её руки с силой развели, и зарыдала от облегчения: чудовищная боль слегка уменьшилась.

– Спеленай этого! – услышала она мужской голос и распахнула глаза.

В пелене тумана, который от боли застилал ей глаза, она увидела тоненькую фигурку девушки. С её рук сорвалась уменьшенная копия её сферы и полетела в сторону «пса». Но по пути шар преобразился, обрёл прозрачность и, коснувшись тела человека с каменным лицом, тут же поглотил его, спеленав так, что тот даже пальцами не смог пошевелить. Тело Даниила мешком свалилось на пол. Тоня ощутила, как её руки стали свободными, а к её отцу бросился огромный толстый мужчина.

– Дружище, ты как? – взволнованно проговорил он, и сердце Тони дрогнуло от горячей благодарности этому человеку. – Жив! Живучая же ты сволочь, Даниил!

Отец отодвинул его в сторону, и его мутный взгляд нашёл Тоню. Она дрожала всем телом, из последних сил удерживаясь на ногах.

– Тоня, – прохрипел отец. – Не дай ему коснуться схемы! Это разорвёт твоё заклинание!

Тело Даниила расслабилось, а глаза закрылись, словно он истратил последние силы на эти слова. Она метнула взгляд на фиолетовый шар и увидела, что Фёдор пытается управлять им, передвигаясь внутри в сторону выжженного рисунка на полу. Пузырь почти прикоснулся к первой линии. Тоня закричала и выбросила руки вперёд, и луч приподнял сферу над полом. Но та с шумом треснула, осыпаясь фиолетовыми искрами.

– Папа! – услышала Тоня отчаянный крик, и в девушке узнала Настю.

Она упала на окровавленную грудь Романа, и тело её затряслось от рыданий. В горле у Тони образовался комок, и она поспешно отвела взгляд и остолбенела. Перед ней стояли два совершенно одинаковых толстяка. Те смотрели друг на друга с одинаковым изумлением. Что делал один, то же и другой. Они даже заговорили одновременно:

– Тоня, он хамелеон! Нельзя дать ему улизнуть, иначе мы ничего не докажем!

Они вдруг сцепились и покатились по полу огромной кучей, раздалось пыхтение, и Тоня ощутила жуткий запах пота. Она не знала, что предпринять. Как их различить? Или?..

Она вдруг вспомнила, как в трактире Даниил велел ей разделить сферу на две, и это было бы выходом. Но как ей удержать их одним лучом так, чтобы ни одна не коснулась схемы? Или попробовать разделить и лучи на два? Она поспешно подняла руку, и с пальцев её сорвалась сфера, которая поглотила дерущихся толстяков и разделилась на два шара. Одинаковые мужчины пыхтели каждый в своей темнице и буравили другу друга одинаково ненавидящими взглядами.

Тоня сосредоточилась и попыталась выпустить два луча, и из кольца вырвался целый веер стрел. Они беспрепятственно просачивались сквозь сферы и врезались в стены. Содранная занавеска запылала.

– Тоня! – воскликнули толстяки. – Не спали меня!

Тоня застонала и сжала зубы. Как так? Она же не костромаг. Или это заклинание рушит границы, и к ней приходят новые таланты? Сферы её покачивались, и она боялась, что рано или поздно одна из них коснётся выжженного рисунка, и не факт, что первым освободится хороший толстяк! Она снова сосредоточилась, и из кольца к сферам протянулись три луча. Два из них подхватили шары, а третий – спелёнатое тело «пса». Тоня задрожала от радости – три лучше, чем один! – и подняла всех к потолку.

– И что дальше? – превозмогая боль в пальцах, закричала она. – Сколько мне вас держать?

В комнату ворвалась альба, и Тоня едва не разрыдалась от радости.

– Аня! – взмолилась она. – Нашли на этих морок!

Лицо альбы удивлённо вытянулось:

– На следователя?

– Лишившись силы, хамелеон примет собственный облик, – пояснила Тоня, напряжённо стараясь удерживать сферы над полом.

Губы Ани растянулись в хищной улыбке:

– Давно мечтала это сделать!

Она подняла руки, и сферы Тони лопнули, а она сама упала на спину с такой силой, словно в неё врезалась метла. Она застонала и приподнялась, бросая взгляд на барахтающиеся тела. Толстяк, который остался в единственном числе, скрутил руки хамелеону.

Тоня посмотрела на Сергея, и на четвереньках поползла к нему.

– Серёжа! – прошептала она, и дыхание её замерло. Она приникла к его груди с отчаянной надеждой услышать звук его сердца. – Серёжа, очнись! Всё позади…

Он слабо застонал, и Тоня едва не захлебнулась от счастья. Жив!

– Тоня, – услышала она голос хамелеона и испуганно подскочила. Главу крепко держал за руки толстяк, но того это словно не волновало. Он не сводил пристального взгляда с Тони, и губы его саркастично искривились: – Сломать!

Тоня испуганно оглянулась на третью, Настину, сферу, и взгляд её натолкнулся на каменное выражение лица «пса». Тот стоял во весь рост, и не сводил с неё взгляда, морок альбы освободил и его, но почему-то не лишил силы. Тело Тони сжалось, словно её обмотали железными прутьями. Глаза полезли из орбит от боли, а из горла вырвался хрип.

Альба вскинула руки, и Фёдор зло рассмеялся:

– Морок не действует на «псов», глупая альба! Девка умрёт!

Толстяк затряс тело Фёдора, требуя прекратить это, но тот только хохотал в ответ. А Аня бросилась к «псу», но Тоня знала, что это бесполезно.

Ей казалось, что её тело попало под рухнувший дом. Каждую косточку её словно медленно дробили. Раздался страшный хруст, и она молила о скорой смерти молча, потому что не могла издать ни звука.

Под ногами её пронёсся чёрный вихрь, и появившийся невесть откуда Бумеранг встал между ней и «псом», и его боевой клич вдруг принёс ей облегчение. Тоня рухнула на колени, и в ушах её зашумело. Словно в тумане, она видела, как корчится тело «пса», и будто сквозь вату слышала вопли магокота. А потом всё погрузилось во тьму.

***

Тоня застонала, и веки её медленно открылись. Сквозь белый туман проявилось лицо со шрамом во всю щёку, и ярко-синие глаза Сергея весело смотрели на неё.

– Привет, – улыбнулся он. – Ты как?

Тоня прислушалась к своему телу и прохрипела:

– Странно, но я ещё жива!

– Действительно странно, – тихо рассмеялся он, но лицо его помрачнело. – Но главное, жива. После вчерашней ночи не все могут этим похвастаться…

Тоня сглотнула, но не отважилась спросить. Сердце её заныло, а глаза увлажнились. Сергей быстро добавил:

– Погиб Роман, отец Насти. Остальных удалось спасти. Но тебе досталось больше всех.

Тоня облегчённо вздохнула, и из глаз её всё-таки брызнули слёзы. Она хотела их утереть, но с ужасом уставилась на белый колышек вместо кисти. Спина её похолодела, а во рту пересохло.

– Это повязка, – пояснил Сергей. – С руками твоими почти всё в порядке. – Он горько усмехнулся, и глаза его потемнели: – В порядке… Что я говорю? Кожа сильно обгорела, да местами содрана… Магдок сказала, будет заживать не меньше месяца.

– Надежда? – Тоня скользнула взглядом по незнакомой комнате. – Где она?

Сергей хмыкнул:

– Отца твоего развлекает! Или он её… Не знаю, они там шушукаются уже битых два часа!

Тоня вздрогнула: отец. Так странно даже думать об этом! Она помотала головой, избавляясь от непривычного ощущения. Всё потом…

– А ты почему здесь? – подозрительно спросила она, упираясь взглядом в стену. – У тебя же помолвка!

Ответа всё не было, и сердце Тони билось всё чаще. В конце концом, она не выдержала и посмотрела на Сергея: тот улыбался.

– Ты сказала, что любишь? – приподнял он белоснежные брови. – Это правда?

Тоня судорожно вдохнула и снова отвела взгляд.

– Как только поправлюсь, я уеду из Магсквера, – тихо проговорила она. – Я не буду больше досаждать тебе.

– И ты даже не собираешься закончить остаток третьего курса? – иронично уточнил Сергей, и Тоня вздохнула. – Жаль! В Академии впервые выдали бы диплом мастеру Катастрофа! Ради такого зрелища и я бы доучился… ну да ладно, это всё мечты. Так куда поедем?

Тоня резко повернулась к нему. Синие глаза Сергея хитро блестели, а на губах играла улыбка.

– Твоё Обливино разносить? – весело продолжил он. – Или у тебя есть зуб на какой-нибудь другой посёлок? Можно попробовать взорвать границу…

– О чём ты говоришь? – с замирающим сердцем спросила она.

Сергей склонился к самому лицу Тони, и дыхание её замерло.

– Никуда я тебя одну не отпущу, – тихо проговорил он, и глаза его бархатно потемнели: – Даже не надейся!

И он приник губами к её рту, а у Тони засверкали звёздочки в глазах. Она обхватила замотанными руками его шею и прижалась так сильно, как только могла. Сергей лёг на неё и прижал своим телом к кровати…

– Кхе…

Раздалось совсем рядом, и Тоня вздрогнула всем телом, а Сергей порывисто поднялся, и щёки его заалели. В животе Тони похолодело: рядом с кроватью Тони стоял бледный, но живой, Влад. Синие глаза его иронично блестели.

– Всё понимаю, – медленно проговорил он, рассматривая её с головы до ног. – Сам был молод. В любом случае, попрошу не торопиться… до свадьбы. Надеюсь, что ты успеешь поправиться до приёма в честь моего назначения на должность главы Магсквера, где мы и объявим вашу помолвку.

Он развернулся и стремительно покинул комнату. Сергей повернулся к Тоне.

– На языке моего отца, – тихо засмеялся он, – это означает «спасибо».

Но Тоня не отрывала взгляда от раскрытой двери: на косяк опирался Даниил. Сергей оглянулся и поспешно проговорил:

– Я зайду к тебе чуть позже… мне нужно срочно обсудить с отцом… поговорить… Пока!

Он чмокнул Тоню в нос и быстро вышел. Даниил медленно шагнул в комнату, и дверь за ним закрылась. Тоня усмехнулась: Сергей наверняка остался стоять за ней! И тут же улыбка её растаяла. Даниил доковылял до её кровати и тяжело застыл, опираясь на трость.

– Не хочешь присесть… – проговорила Тоня и с трудом закончила свой вопрос: – папа?

Губы Даниила нервно дрогнули, но он опустился на кровать. Пододвинул увечную ногу и отложил трость. Ладонь здоровой руки его легла на её замотанную кисть. Чёрные глаза его были наполнены болью, как вчера, когда на него напал «пёс».

– Ты такая же сильная духом, как и твоя мать, – отрывисто произнёс он, и сердце Тони заныло, а на глаза навернулись слёзы. Даниил медленно добавил: – Жаль, что я не могу сказать ей, как сильно виноват… Поэтому, я прошу прощения у тебя.

– Как?.. – едва смогла вымолвить Тоня. Сглотнув слёзы, она добавила тише: – Почему?..

Губы Даниила скривились, и по лицу его прошла судорога.

– В то время я был монстром, – ответил он. – Я так жаждал мести, что, не сомневаясь, шёл по головам. Ира увезла тебя, чтобы и ты не стала такой…

Тоня порывисто вдохнула и зажмурилась, а по щекам её заструились слёзы.

– Ты испытала на себе частичку необратимой магии, – продолжал Даниил. – Когда мы встретились на занятии, я не удержался. Ты так похожа на неё…

Тоня вспомнила то странное чувство, которое посетило её, когда преподаватель засмеялся. Он показался ей настолько потрясающим мужчиной, что она была готова закрыть глаза на его увечье. Она сглотнула. Так мать была… приворожена этой его способностью? Руки её задрожали, и Тоня не смогла себя заставить посмотреть в глаза Даниилу. Она услышала его вздох, скрипнула кровать, и место рядом с ней опустело. По полу застучала его трость, а сердце Тони забилось ещё громче.

– Папа! – вдруг воскликнула она, и Даниил резко обернулся. Тоня, кусая губы, спросила: – Ты поведёшь меня к алтарю?

Глаза его сверкнули, а тело покачнулось. Он глубоко вздохнул и мягко улыбнулся Тоне:

– Безусловно!

***

– Ну вот, – удовлетворённо проговорила Аля, любуясь лицом Тони. – Лишь самую малость, чтобы замаскировать подглазины, что ещё остались от той жути, да придать лицу свежесть! Теперь пару минут отдохни, за тобой придёт Даниил. Мяукнул вездесущий Бумеранг, хлопнула дверь, и Тоня осталась одна. В распахнутое окно влетали трели птиц, да доносился дразнящий аромат вкусных блюд.

Но Тоня словно ничего вокруг не замечала, она смотрела в зеркало и не верила собственным глазам. Переливающаяся юбка струилась до самого пола, а корсет делал её талию осиной. Букет белых роз дрожал в её холодных от волнения пальцах.

– Привет, детка! – Тоня вздрогнула и резко обернулась к окну, на подоконнике, болтая ногами, восседал Лёха. Взгляд его зелёных глаз восхищённо скользнул по её фигуре. – Отлично выглядишь!

Тоня быстро подошла к нему и наотмашь ударила его букетом, на пол посыпались розы. Лицо Тени вытянулось:

– За что?!

– Сам не знаешь?! – закричала Тоня. – Ты бросил меня!

Лёха невесело рассмеялся и отвёл взгляд. Улыбка его растаяла, и он порывисто поднял рубашку. Тоня ахнула, и её пальцы провели по толстому шраму, который рассекал бок Тени от подмышки и скрывался под брюками.

– Метка твоего сумасшедшего папаши, – буркнул он и поднял на неё свои зелёные глаза. – Я уже хотел влезть в окно, как ощутил жуткий удар, и очнулся только через сутки…

Тоня ахнула и прижала ладони ко рту:

– Мне никто не сказал…

Лёха пожал плечами:

– А никто и не видел! Я же Тень, помнишь? – Он подобрал розу и махнул цветком: – Похоже, букет невесты достался мне! Подарю Аньке…

Тоня виновато улыбнулась, а Лёха вдруг прижался ртом к её губам. Тут же отстранился и заглянул в глаза:

– Я говорил тебе, что у тебя дурной вкус? Прощай, задавака!

И исчез. Это у него всегда прекрасно получалось. Тоня вздохнула, пальцы её прикоснулись к губам, а сердце заколотилось.

– Готова?

Она обернулась к отцу и поспешила к выходу.

– Я сломала букет, – нервно хихикнула она.

– Я видел обо что, – тихо ответил Даниил, и Тоня вздрогнула. Отец предложил ей свой локоть и подмигнул: – Помнишь, ты обещала, что на свадьбе не будет Ратмира? Предупреждаю: если ты меня обманула, то я сбегу. В Обливино!

КОНЕЦ

– В оформлении обложки использована фотография с https://www.shutterstock.com по стандартной лицензии

– Дизайнер обложки Катя Каверелла