Глава 38

С каждым мигом сон Руану нравился все больше.

Встреча.

Недолгое ухаживание.

Жаркая ночь.

Яркая последовательность прошлых событий вставала перед глазами, как будто происходила вчера.

Тело, истосковавшееся по женской ласке, недвусмысленно отзывалось.

Горячие объятья, сладкие моменты, милые нежности калейдоскопом сменялись одно за другим.

На самом интересном месте, когда до кульминации оставался всего один шаг, воспоминания пошли рябью. Перемешались, словно кто-то огромным шестом провел, сделав несколько кругов по часовой стрелке.

И когда гладь сновидения вновь стала четкой, Руан стал свидетелем разговора двух женщин, одной из которой была Кларисса.

Суть разговора, вначале ускользавшая от мужского понимания, к середине кристально ясно открыла главное.

Терзания и переживания Клариссы, виновником которых был Руан собственной персоной.

Видеть со стороны с каким рвением и упорством девушка отбивала все доводы знакомой, уверяющей, что случайная беременность обуза на всю жизнь, для Руана оказалось полнейшей неожиданностью.

Он зачарованно следил за диалогом, ощущая витавшее в воздухе напряжение.

— Хорошо, если беременность будет без осложнений, — повысив голос увещевала Клариссу подруга. — Раз или два в месяц посетишь гинеколога, сдашь анализы и все остальное время будешь усердно трудиться, зарабатывая деньги на роды. А если нет? Если осложнения? Загремишь в больницу. Останешься без заказов. Мать тебе не поможет. Сама знаешь. Ты об этом подумала? — девушка безотчетно стучала вилкой по столу.

— Теперь уже подумала, — ровно произнесла Кларисса, мотнув головой.

— А потом роды. И хорошо если без осложнений. Несколько дней в больнице и домой. А там соски, купания, пеленки. И все это в одни руки. Даже если нянечку наймешь, за ней следить надо. Они сейчас все совершенно безответственные. А иной раз психически больные. Тебе не жалко будет оставлять своего ребенка на неуравновешенного человека? А если сделает что-то плохое? — продолжала стращать Клариссу подруга.

— Ты закончила? — она сцепила пальцы с такой силой, что побелели костяшки.

— Нет еще. Ты не представляешь, какое ярмо на себя вешаешь. Это же на всю жизнь. Не делай глупости. Не ломай себе жизнь. Лучше один раз перереветь, зато потом свободной птицей летать.

— Не суди по себе, Тина. И если ты допустила ошибку, в которой каждый день раскаиваешься, то не подталкивай меня на нее, — Кларисса отвечала громко и четко.

— Да что ты такое говоришь! — подруга вскочила с места.

— Что слышала. Думаешь, если я ничего не говорю, то не знаю. Не стоило напиваться до беспамятства, чтобы не суметь сдержать свою тайну.

Руан присвистнул, а девочка у него не промах. Боевая. Вон как подругу отчитала, как отбрила.

— Да ты. Да ты. Лучше бы я не приезжала, — Тина выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью.

За окном кухни заверещала полицейская сирена.

— Лучше, — Кларисса уронила голову на сложенные руки. Посидела в таком положении некоторое время.

Руан подумал что она задремала.

Но нет. Спустя время голова поднялась. Глаза подозрительно блестели.

Неужели плакала?

На столе перед Клариссой лежала маленькая полоска, которую она взяла двумя пальцами. Покрутила.

— Ну, здравствуй, новая жизнь. Будем знакомы, — произнесла она. — Все у нас будет хорошо.

Видение Руана прервалось, словно кто-то нажал кнопку выключения.

Резкая боль в ступне заставила принца проснуться. Слепо таращась в пространство.

Огонь в камине погас.

Руан привычно щелкнул пальцами, чтобы зажечь огонек. Сухой щелчок эхом отлетел к окну и запутался в мягких шторах, затихнув.

Никакой магии, поздно вспомнил он наставление архимага. Для полнейшего выздоровления требуется закрепить эффект, стабилизировать потоки.

Тяжело вздохнув Руан поднялся с кресла, собираясь перейти в спальню. Нога зацепилась за упавшую книгу. Это она, соскользнув с колен, шлепнулась на ногу и разбудила.

Руана до боли в мышцах хотелось увидеть Клариссу, поговорить с ней. Объясниться. Воспоминания взбудораженные сновидением по-новому всколыхнули в нем чувства, которые постоянно приходилось держать в себе. Не позволять вырываться наружу. Ему все сложнее и сложнее удавалось сдерживать себя на расстоянии.

Принц с усилием сжал кулаки, приказывая себе успокоиться. Не спешить. Столько времени ждал. И еще подождет.