Глава 13 “Когда все изменилось”

– Разрешите дать совет, ваше величество, – королевский лекарь Эйгл Дактар опускает свой аппарат, чтобы прослушать сердце и легкие. Темноволосый мужчина, сидящий перед лекарем, поправляет белую рубашку и громко, надрывно кашляет. На ладони у него остаются сгустки крови. Тридцатилетний мужчина на вид кажется старше лет на двадцать. Его кожа давно приобрела серый оттенок, а оранжево-красные глаза поблекли и стали почти прозрачными, словно у слепца. – Что ж, говори, – не унывая, сипло произносит король Теодор. Седой лекарь опускает очки на кончик широкого носа, глядя в глаза своему королю без страха и трепета. Его черные глаза сверлят Теодора. – Состояние вашего здоровья ухудшается. Пора задуматься о том, чтобы передать свои дела надежному человеку, – призывает Дактар. Теодор поднимается с кресла и проходит к окну. На заднем дворе в королевском саду бегает его драгоценная дочь. Подол ее нежно-кремового платья испачкан в грязи. Непослушные длинные волосы торчат в разные стороны, несмотря на усердные попытки Марты плотнее заплести их в косы. Амира искренне смеется, не зная о недуге отца. Передать Арагон и любимую дочь в руки надежного человека? Как можно? – Приготовь свое снадобье, Дактар, – серьезно произносит Теодор, чувствуя, как очередной приступ кашля подступает к горлу. – Оно больше не действует, – с раздражением объясняет лекарь. Теодор снова отворачивается к окну. Маленькая принцесса убегает от стройной рыжеволосой женщины – дракона его близкого друга Валдуина. В глазах женщины он отчетливо видел материнскую любовь, таким нежным и ласковым был ее взгляд. Знание того, что есть Марта, готовая дарить материнскую любовь его дочери, рано потерявшей мать, согревало его сердце. Единственным напоминанием о его жене и матери Амиры был кулон – семейная ценность, которую он подарил любимой женщине. Амира носила его на своей груди. Перед сном она сжимала его в своем кулачке и просила Теодора рассказать ей о маме. Валдуин не раз рассказывал ему, как они с Мартой мечтали о семье и детях, однако законы Арагона запрещали подобные браки. – Подумай о дочери, Теодор, – наступает Эйгл. Лекарь позволял себе разговаривать с королем подобным образом, ведь знал его с рождения. – Кто позаботиться о ней лучше, чем отец? Теодор долго думал, кому он мог доверить жизнь самого драгоценного сокровища – его дочери. Ее судьба предрешена с первого вздоха. Однако, что станется с ней, когда он умрет. Кто защитит ее от тех, кто хочет заполучить место, принадлежащее ей? – Ты прав, старик, – отводит взгляд король, признавая с болью свою слабость. Лекарь опускает плечи, когда Теодор наконец принимает его правоту. Король угасает уже больше полугода. Эйгл никак не мог понять, как он еще стоит на ногах и работает. Сила воли? Желание жить? Что держит его среди живых так долго? Старик проследил за взглядом короля и понял наконец, что так крепко держит его на земле. Амирия. После ухода лекаря в кабинет короля вошел секретарь в парадной одежде. Теодор натягивает кафтан, вышитый золотыми нитями, и откашливается, промакивая с губ выступившую кровь белым шелковым платком. – Пригласи Валдуина ко мне, – просит король, хрипя. Проходит не более пяти минут, когда близкий друг Теодора оказывается с ним наедине. Король отходит от окна, заставляя себя потерять из виду дочь. Он замечает угрюмый взгляд Валдуина. Его друг напряжен и обеспокоен. Теодор хлопает его по плечу, вымученно улыбаясь. – Будь спокоен, мой друг, – сипит Теодор. – Не будьте таким невозмутимым, ваше величество. Что сказал Дактар? Теодор смеется, откашливаясь. – С годами все сложнее провести тебя, Валдуин. Слова короля не действуют на него. Валдуин напряженно оглядывается по сторонам. В скромном кабинете короля лишь стол для работы, стеллажи для документов и книг и диваны с креслами для приема посетителей. Обилие цветов разных видов и сортов украшает его. – Дорогой брат Эскоф присылает цветы, выращенные в его саду, – объясняет король. Под глазами Теодора пролегли темные тени. Он становится серьезнее, обращаясь к своему другу с важной просьбой. – Дактар говорит, болезнь прогрессирует, – король устало трет глаза указательным и большим пальцами. – Моя жизнь угасает, Валдуин. Теодор возвращается к окну, однако Амирии в саду уже нет. Он поднимает взгляд к безоблачному небу. Драконы скользят по нежно-голубой лазури. – Позаботься о ней, Валдуин, – вполголоса умоляет Теодор. Сердце его обрывается от признания собственного бессилия. Сколько бы он ни старался, сколько ни лечился, ничего не помогает. И боль от осознания факта, что ему придется оставить свою дочь, невыносимо тяжела. – Обещай не как своему королю, как другу. – Клянусь тебе, Теодор. Король смахивает одинокую слезу, катившуюся по щеке, и грустно улыбается другу. Он вынимает из ящика стола свиток, перевязанный бордовой лентой, и вкладывает в руку надежного друга. – Сохрани этот свиток. Пока Амирия не вырастет, никто не должен узнать о нем, даже она. – Он повлияет на ее жизнь? – тревожится Валдуин. – Это спасет нас от войны, – тихо говорит он. Появление секретаря прерывает их разговор. – Ваше величество, к вам принц Эскоф с сыном. – Приглашай, – бодро говорит король. Уверенным шагом в кабинет входит мужчина немного старше короля и юный принц Тельнан. Оба одеты в парадные одежды. Принц Эскоф спешит обнять коронованного брата. Тельнан кланяется королю, согласно этикету, и протягивает букет прекрасных белоснежных роз. – Позволь подарить тебе эти розы, Теодор. Тельнан выращивал их сам. Едва рассвело, он срезал их для тебя и юной принцессы, – протягивает Эскоф цветы дальнему родственнику. – Благодарю, Эскоф. Признаться, ты наполнил мой кабинет цветами так, что мне самому не хватает места, – смеется король. Валдуин откланивается. – Дорогой брат, прошу разрешения обсудить с тобой недавнее нападение Серакса, – возвращается к прошлому разговору Эскоф. Теодор напрягается, оставляя цветы на столе. – Что еще ты хочешь обсудить, брат? – твердо спрашивает он. – Какие меры ты намерен предпринять? Теодор шумно вдыхает. – Никаких, Эскоф. Более обсуждать с тобой этот вопрос не намерен. – Войска Серакса вновь придут на наши земли и сожгут их. Пришло время ответить им, брат. Прикажи собрать войска… Стук кулаком по столу разнесся по комнате. Юный Тельнан подскакивает от неожиданности. Теодор меняется в лице. – Не забывай своего места, Эскоф! Ты обращаешься к королю, – повышает голос он. – Войны не будет. На этом все. Теодор снова надрывно кашляет, выплевывая кровь. – Прошу прощения, ваше величество, – склоняет голову Эскоф и отступает. Они покидают кабинет короля. Эскоф зло сжимает челюсти, когда они минуют главный коридор дворца с галереей портретов королей и королев Арагона. Тельнан останавливается напротив портрета крупного и грозного короля Ибрада. – Однажды ты станешь королем, мой сын, – хлопает по плечу Эскоф Тельнана. – Таким же великим, как король Ибрад? – воодушевляется юный принц. – Намного выдающееся, мой мальчик. Они двигаются к выходу из дворца, встречая Марту и принцессу Амирию. Принцесса приветствует дядю и принца, они склоняют головы. Подол ее легкого кремового платья в темных пятнах, на лице беззаботная улыбка. В волосах запутались несколько листьев с деревьев королевского сада. – Прекрасно выглядите, ваше высочество! – льстит Эскоф. Амирия останавливается, чтобы поблагодарить родственника, как учил ее отец. – Благодарю, дядюшка, – тут же подпрыгивает она и спешит к отцу. Марта торопится за ней, сперва поприветствовав принца Эскофа. Тельнан провожает взглядом юную принцессу. – Чтобы стать королем, мне нужно жениться на принцессе? – уточняет он у отца. Эскоф приглаживает волосы сына, вглядываясь в выразительные голубые глаза, как у его матери. – Если пожелаешь, сынок, – объясняет он. – Тебе не обязательно жениться на ней. – Потому что она маленькая? Мне придется долго ждать, пока она вырастет, – задумывается Тельнан. Эскоф грубо поворачивает лицо сына за подбородок к себе, вынуждая смотреть в его глаза. – Ты будешь королем, Тельнан, потому что рожден им быть. Неважно как, но ты будешь следующим правителем Арагона. Амирия весело бежит по коридору дворца. Марта останавливает ее, замечая впереди Валдуина с группой растерянных и плачущих детей. Рыдания разносятся по всему дворцу. Он усаживает их в комнате для приема гостей. Они настолько подавлены, что не обращают внимание на роскошную лепнину на стенах и потолке, золотые украшения на столах и диванах. На них рваные одежды, перепачканные сажей. В помещении стоит запах гари и дыма. Марта торопится к Валдуину. Они едва касаются друг друга, сдерживая свои глубокие чувства. – Эти дети – единственные выжившие из деревни, сожженной Сераксом, – тихо поясняет Валдуин Марте. Рыжеволосая женщина прижимает руку к губам. На глазах у нее блестят слезы. – Где их родители? – по-взрослому спрашивает Амирия. Она выпрямляется, и детская беззаботность исчезает. Марта опускается перед принцессой на колени. Амирия наблюдает за тем, как слезы стекают по ее щекам. Девочка гладит женщину по голове, утешая. – Милая, их родители погибли, – тихо произносит Марта, чтобы никто, кроме Амиры не услышал. – Как моя мама? – уточняет девочка. Марта кивает, обнимая ее. Валдуин отводит Марту в сторону, когда Амирия решает подойти к детям. Она останавливается у самого взрослого темноволосого мальчика. На вид ему лет двенадцать. Его лицо измазано сажей, а на щеках отчетливо видны две мокрые дорожки от слез. Ужас смерти и жестокости запечатлелся в его памяти. Одежда разорвана и покрыта уже высохшей грязью. Он крепко сжимает лохмотья брюк в своих кулаках. Рядом с ним расположился мальчик помладше, склонив голову на его колени. Заметив девочку в красивых одеждах, темноволосый мальчик поднимает лицо. Глаза выглядят, как стекляшки зеленого цвета, пустыми и безжизненными. Амирия оглядывается на девочку, сидящую в метре от мальчика, утопая в большом кресле. Она громко всхлипывает, без устали взывая к погибшей матери. Сердце Марты не выдерживает, и она спешит к ней, обнимает и успокаивает. Амирия подходит к мальчику со светлыми зелеными глазами. – Меня зовут Амирия, – неуверенно произносит она, пока он наблюдает за ней. – Я – принцесса. Мальчик долго молчит, а потом отвечает хриплым голосом. – Мое имя Альтаир. – Твои родители погибли? – тихо спрашивает она. Мальчик кивает. Амирия виновато опускает глаза, оглядываясь на детей. Ее рука невольно тянется к кулону на груди. Она вспоминает маму и тоску по ней. Ей жалко этих детей. Она понимает их боль. Амирия решительно снимает золотую цепочку с шеи с кулоном в виде спирали и алым камнем в форме капли и одевает на шею Альтаиру. Мальчик поднимает на нее удивленные глаза. – Это кулон моей мамы. Она погибла, когда я была маленькая, – признается она. – У тебя никого больше нет, а у меня есть папа. – Ты даришь его мне, принцесса? – не верит он. В его глазах заблестели слезы. Амирия улыбается, кивая. Валдуин возвращается к ним со слугами, несущими одежду и подносы с разными блюдами и напитками. – Пойдемте, дети. Вам надо поесть и отдохнуть, – мягко говорит он, помогая им подниматься. – Куда вы нас отвезете? – спрашивает Альтаир испуганно. – Мы отправим вас в школу-интернат, маленьких – в приют для сирот. О вас там позаботятся, обещаю. Дети поднимаются с места и бездумно следуют за Валдуином. Альтаир подходит к Амире и берет ее за руку. Девочка удивленно смотрит на него, когда он склоняется к ее в шее и вдыхает аромат ее неокрепшего пламени. Амира молча наблюдает за ним, пока он не выпрямляется. – Я выбрал тебя, принцесса. – Пойдем, Альтаир, – уводит его подоспевший Валдуин. – Когда я вырасту, обязательно тебя найду, принцесса. Обещаю! Марта берет Амирию за руку и провожает в кабинет короля. Теодор расположился в кресле, когда Амирия запрыгнула на колени к отцу. – Папочка, я подарила одному мальчику кулон мамы. Ты будешь на меня злиться? Просто у него нет ни мамы, ни папы. А у меня есть ты. – Нет, милая, – гладит по голове дочь Теодор. – Твой поступок достоин принцессы. – Пап, а ты меня покатаешь на драконе? Теодор протирает рот платком и убирает его в карман брюк. Впереди важная встреча с гостями. Он решает выкроить немного времени, чтобы провести его с дочерью. Они выходят на задний двор. К ним подходит высокий и крепкий мужчина – Аирн. Он приветствует короля и его дочь. В его глазах читается тоска каждый раз, когда он видит принцессу. Он отводит в сторону Теодора и просит разрешения отлучиться на пару дней, чтобы навестить свою дочь – Аюну. Он не навещал ее уже несколько лет и жалел о том, что не наблюдал за тем, как она растет. Теодор кивает, похлопав его по плечу. Аирн уходит подальше и превращается на заднем дворе замка в изумрудного дракона с фиолетовыми шипами вдоль позвоночника. Помощник короля взбирается на него и устанавливает седло. – Ваше величество, вы уверены, что стоит… – начинает осторожно помощник. – Уверен, – отрезает король. Помощник с виноватым видом отступает. Теодор забирается на дракона и подхватывает Амирию, усаживая ее перед собой. Принцесса предвкушает полет. Когда Аирн стремительно набирает высоту, у нее захватывает дух и внутренности подпрыгивают. Шум рубленных взмахов крыльями. Свист воздуха в ушах. Дракон парит среди облаков. – Пап, па-а-ап. А когда у меня будет свой дракон? – Скоро, милая. Ты еще мала, – слабым голосом отвечает он. – Ну, па-а-а-а-ап, – ноет девочка. Рука Теодора слабеет. Он легко соскальзывает со спины дракона и падает. Амирия теряет опору со спины и оборачивается. С ее губ срывается крик ужаса. Аирн начинает метаться, мотать головой, а после его глаза закрываются, и он летит вниз. Амирия выпадает из седла. С земли раздаются вопли. Перед тем как потерять сознание, девочка замечает черную тень, не такую большую, как взрослый дракон. Тень ныряет под нее, давая опору. Из последних сил Амирия прикладывает ладонь к чешуе своего спасителя. Ее неокрепшее пламя находит пламя юного дракона и объединяется с ним. Дракон издает отчаянный вопль и падает на землю, укрывая крыльями юную принцессу.