Глава 12 “… чего боялся, то и пришло ко мне”

Спустя несколько дней, как Дактар велел мне отдыхать, возвращаюсь к привычному распорядку дня: пока только лекции, но тренировка уже через пару дней. Сегодня нам наконец озвучивают результаты контрольных работ. Признаться, я очень волнуюсь. Преподаватель по истории вызывает нас по фамилиям и отдает наши работы, чтобы мы ознакомились с ошибками. Когда прозвучало мое имя, я поднялась на трясущихся ногах и пошла к столу преподавателя, пока тот не сводил с меня глаз. Шумно сглатываю, когда пожилой седовласый профессор вручает мне мой тест. Сердце бьется где-то в висках. Кажется, что от этого результата зависит моя жизнь. Заставляю себя не смотреть на тест и возвращаюсь на место рядом с Аюной. Ловлю на себе взгляды однокурсников. Кажется, будто все ждали итоги моей контрольной по истории. Наверняка им хотелось знать, на что способна будущая королева Арагона. Аюна молча наблюдает за мной. Когда сажусь рядом, она вытягивает листы из моей руки и разглядывает их. – Драконья чешуя! – вскрикивает она, прижимая руку ко рту и неотрывно глядя на мою работу. Вопль подруги пугает меня, а остальных заставляет затаить дыхание. Неужели мои результаты настолько ужасны? Прикусываю губу, представляя, какое разочарование увижу на лице Валдуина. – Высший балл! – хватает меня за плечи подруга. – У тебя высший балл! Не верю ей, пока сама не вижу высокую оценку в верхнем правом углу первого листа. Преподаватель откашливается, привлекая внимание. – Вам есть чем гордиться, ваше высочество! Аюна сидит рядом и радуется так, словно она получила самый высокий балл. Ее искренние эмоции восхищают и воодушевляют меня. Улыбаюсь ей, но мысленно осекаюсь, к горлу подступает ком. “Хоть в чем-то я хороша, кроме ближнего боя”, – с горечью думаю про себя. Боль поражения все никак не проходит, но в кругу друзей постепенно забывается, чувствую себя безумно счастливой рядом с ними. Мы собираемся вчетвером в столовой. Аюна с восторгом делится с остальными моими отличными результатами по другим контрольным несмотря на то, что тоже получила высокие баллы. Дан проводит время со старшими курсами, периодически поглядывая на нас из другого конца обеденной комнаты. Мы шутим, когда Аюна замечает очередной пристальный взгляд Дана в мою сторону. Смеясь, вдруг теряю его из вида. Украдкой ищу Дана глазами, как тут он появляется, словно из ниоткуда, ставит передо мной стакан апельсинового сока и уходит. – Дан точно влюблен в тебя, по уши, – хихикает Аюна. От неожиданности сильно закашливаюсь, подавившись соком, даже горло режет от боли. В памяти всплывает наш поцелуй, о котором никто из нас двоих с тех пор не упоминал. Виверн, сидящий сбоку, хлопает меня по спине. – Он же таскается за тобой как привязанный, – объясняет она, протягивая мне салфетку. – Заботится. – Он ведь мой дракон, – сиплю я, превозмогая боль. – Защищает меня. – Ага-ага, продолжай обманываться, – со знанием дела говорит она. – После бала в твоей комнате он явно не историю внешней политики собирался обсуждать. Тут уже давятся Айдо и Виверн, привлекая внимание остальных. Хлопаю друга по спине, укоризненно глядя на подругу. – А что? Смотрит он на тебя точь-в-точь как влюбленный. С обожанием, – не унимается подруга и мечтательно вздыхает. Виверн вдруг задумчиво кивает. – Брат изменился, с тех пор как ты вернулась в Арагон. Он очень ждал твоего возвращения… – В смысле ждал меня как обладателя пламени? – уточняю у друга, он качает головой и запивает чаем булочку, посыпанную сахарной пудрой. Очевидно, Виверн что-то не договаривает, но не настаиваю. Его нежный взгляд устремляется к Аюне. Подруга кокетливо убирает фиолетовую прядь волос за ухо. Между ними летают искры, и этого нельзя не заметить. Они мило общаются друг с другом. Оба выглядят более счастливыми, чем раньше. Тренировки по ближнему бою отменили, поэтому я быстро скрываюсь в комнате в надежде не встретиться с Даном. Следующие пару дней тоже избегаю его, стараюсь не появляться там, где он может оказаться. Мне страшно честно признаться себе в чувствах к нему. В субботу вечером все-таки решаю спуститься в оранжерею. Скрываюсь от чужих глаз в закутке на скамейке. В прошлый раз Виверн нашел нас в самый неловкий момент. Мысли о чувствах Дана не дают мне покоя. Сердце тревожно бьется в груди. Не могу смириться, что у него есть чувства ко мне. И самой сложно признать, как дорог и близок он стал мне за те месяцы, что мы знакомы. Если вдруг он исчезнет из моей жизни, станет ли это для меня трагедией? Ответ всплывает неожиданно для меня самой. Дан внезапно заглядывает внутрь, отчего сердце делает кувырок. – Что-то случилось? – беспокоится он. – Да, то есть нет, – подскакиваю и начинаю метаться, как загнанный зверь. – Конечно, нет. Дан берет меня за плечи, вынуждая остановиться и посмотреть на него. Люблю его карие с алыми крапинками и золотыми переливами глаза. Люблю его сильные руки. Люблю сведенные вместе брови и морщину на переносице. – Скажи мне, – тихо просит он. Сглатываю, придумывая повод уйти. – Завтра встреча с Тельнаном, – нервно хихикаю. Дан опускает руки. В его глазах читается разочарование. – Не знаю, что надеть. Лицо мрачнеет, на скулах ходят желваки. – Пойду с тобой, – безапелляционно заявляет он. В оранжерею входит Виверн, как раз вовремя. – Виверн пойдет со мной, – многозначительно смотрю на растерянного друга. Тот ошарашенно переводит взгляд то на меня, то на брата. – Что? У меня завтра сви… Молниеносно беру друга под руку, заставляя его замолчать. – Да, завтра ты идешь со мной на встречу с Тельнаном, – натягиваю улыбку, сжимая запястье Виверна. Друг жалобно произносит “ой” и кивает, как китайский болванчик. – Да, точно. Совсем вылетело из головы, – уверенно твердит он Дану, пока мы одновременно движемся к выходу из оранжереи с неестественными улыбками на губах. Дан недоуменно смотрит нам вслед. Мы останавливаемся у главной лестницы в центральном холле. – Ты чего такая напуганная, Мира? – шутит Виверн. Поправляю подол прямого платья, словно на нем есть какие-то складки. – Ничего, – бурчу в ответ. Друг опирается локтем на перила и с видом знатока объясняет: – Да ты же тоже влюбилась в него еще тогда в баре. Уж я-то знаю! – Ничего ты не знаешь, – закрываю ему рот ладонью с грозным видом. Виверн только громче смеется, убирая мою руку от лица. – Я знаю много страшных тайн своего старшего брата, Мира, – заговорщицки произносит он, подмигивая. – Хочешь узнать, чего он больше всего боится? Прищуриваюсь, в попытке разобраться, не врет ли Виверн. Он все так же беспечно улыбается мне. – Ну, давай, – выпрямляюсь я, навострив уши. Виверн оглядывается по сторонам, вероятно, опасаясь встретить Дана, и наклоняется ко мне, прикрывая рот ладонью от посторонних ушей. – Больше всего на свете Дан боится… – делает он паузу, продлевая интригу. От волнения начинаю теребить край своего белоснежного платья. – Остаться без тебя. Цокаю языком, пихая друга в ребро. Он жалобно вскрикивает, потирая место удара и продолжая веселиться. – Сказочник, – бурчу в ответ. Сердце же волнительно бьется в груди. Хочется летать от мысли, что я дорога Дану не просто как обладатель пламени. Сначала его чувства пугали меня. Не успела я свыкнуться со своей новой жизнью и миром вокруг, как мне признались в чувствах. Понадобилось время, чтобы понять, как мне дорог человек, с которым я впервые встретилась несколько месяцев назад. Он всякий раз оказывался рядом, ничего не требуя взамен. С утра расчесываю волосы, позволяя им лежать на плечах и спине волнами. Надеваю простое свободное платье чуть ниже колена, легкий свитер, кроссовки. Для прогулок по скверу то, что надо. Подкрашиваю ресницы и закрываю за собой дверь. Сердце подпрыгивает при виде Дана, ожидающего меня у дверей в свою комнату. – Виверн попросил его заменить. Перечисляю в голове кучу нелестных слов, которые выскажу другу в следующую встречу. Тельнан ждет меня у входа в сквер с букетом алых роз. – Как твое самочувствие? – интересуется он. – Вести о твоем недуге вызвали тревогу. Мысль о потере сводила меня с ума все эти дни. Улыбаюсь как можно более беззаботно и уверяю, что мое состояние пришло в норму. Вилен и Дан идут позади нас, пока мы прогуливаемся по аккуратным тропинкам. Листья опадают с деревьев, образуя под ногами шуршащий ковер. Без сомнений могу определить по равномерным твердым шагам, кому они принадлежат. Тельнан останавливается внутри желтеющего лабиринта. – Позволь спросить, понравилась ли тебе книга? Смею предположить, ты уже прочла ее. – Если честно, она такая драгоценная, что мне даже страшно к ней прикасаться, – со смешком признаюсь принцу. Мы минуем лабиринт, углубляясь в сад. На душе тоскливо от вида увядающей природы. Осень наступила раньше, чем в том мире. Солнце уже не такое теплое, а грозные тучи затягивают небо. На мои слова Тельнан улыбается, не размыкая губ, и берет мои руки в свои. – Ты прелестна, моя дорогая Амирия! – с восхищением проговаривает он и целует мои ладони. Мне приятно внимание и ухаживания Тельнана, однако сердце не откликается на его прикосновения и взгляды. Искоса наблюдаю за Даном. Он не смотрит в нашу сторону, наверняка ему неприятно. Могу лишь догадываться о его чувствах, ведь он закрылся от меня. Но Дан словно слышит мои мысли, и наши взгляды встречаются. Поспешно отворачиваюсь от него, краснея, и снова улыбаюсь принцу. – Что ж, – произносит Тельнан. – В таком случае надеюсь, нам еще предстоит обсудить ее. Собираюсь с мыслями, пока мы продолжаем прогулку. Все хочу задать вопрос, но никак не могу сформулировать – он возникает в голове лишь через несколько минут. Мой спутник терпеливо ждет. По ходу предлагает мне свою руку для опоры, я ее принимаю. – Ты знаешь, как появились драконы? Почему-то ни в одной летописи не упоминалась история их появления. Тельнан отвечает не сразу, задумчиво вышагивая по аккуратным тропинкам вдоль сада. – В юности, помнится, один из друзей отца привез в подарок древний экземпляр труда серакского летописца. К несчастью, его имя не сохранилось в памяти, – начинает принц. – В своей летописи он описал двух богов – Небо и Землю. Небу пришлось укрыть Землю собой, чтобы на ней родились мы – люди. Много веков люди жили в согласии и мире до тех пор, пока вражда не разделила их навеки. Два княжества – две династии – вступили в конфликт. Десятки лет миновали, прежде чем один юноша обратился к великим богам. Тельнан замолчал, остановившись напротив меня. – О чем он их попросил? – не терпится узнать продолжение. Тельнан касается моей щеки костяшкой указательного пальца. От этого жеста мне почему-то стало неприятно, захотелось отстраниться, но я не двигаюсь. – О чем способен просить человек, видевший ужасы войны? – уголки губ Тельнана тянутся вверх. Он не отрывает свой взгляд от меня. – О том, чтобы она закончилась, – предполагаю я невесело. Тельнан кивает, и мы продолжаем свою прогулку вдоль сада. Зеленые листья пожухли и склонились к земле. Природа готовится к зиме. От одного вида на душе становится грустно, не меньше, чем от истории юноши. – Боги откликнулись на мольбу, даровав ему невероятную силу – превращаться в дракона. Война прекратилась, и мир снова поселился на земле, – принц делает паузу. – Народ гордился своим героем, остановившим кровопролитие. Однако, к сожалению, наш мир так устроен: великие герои древности, как правило, либо погибают во имя высокой цели, либо становятся изгоями в глазах тех, кто прежде ими восхищался. – Что же стало с ним? – заглядываю в выразительные голубые глаза принца. – Люди, для которых он выступил защитником, изгнали его из племени. Они боялись его, моя дорогая. Страх в нашем мире имеет огромную силу, когда овладевает человеческими сердцами. – Разве любовь не сильнее всего на этом свете? – Слезы выступают на глазах. Мне страшно обидно за того юношу из древней легенды. Тельнан поворачивается ко мне, когда мы останавливаемся возле клумбы с высокими розами, цветущими в холода. – Несомненно, моя дорогая! – соглашается принц со мной. Его взгляд полон нежности, когда он замечает печаль в моих глазах. – Ты так прекрасна, Амирия! С каждым разом мне все сложнее расстаться с тобой. В моих мыслях только ты, дорогая, – произносит он от всей души. Чувствую, как напрягается Дан, когда Тельнан одной рукой привлекает меня за талию, другой берет за руку. – Мне тоже нравится проводить время с тобой, Тельнан, – искренне отвечаю ему. Принц стоит непривычно близко. Он выше Дана, но ниже Альтаира. Его руки холодные, как и у меня. Хочется прижаться к Дану, который согреет меня силой своего пламени. На протяжении почти всей прогулки чувствую, как он напряжен. – Позволь поведать тебе о своих чувствах, – принц прикладывает мою ладонь к своему сердцу. Оно бьется ровно. – С первой нашей встречи твой образ запечатлелся в моей душе, – он делает паузу. – Мы из одной семьи, но наши родословные так далеки друг от друга. Прошу, не пугайся… Он делает полшага вперед, оказываясь впритык со мной. – Прошу, позволь быть подле тебя изо дня в день, поскольку мое сердце принадлежит тебе. Растерянно смотрю на Тельнана, а после на Дана. Он не слышит нас, но нервничает, когда Тельнан касается моего лица. – Ты дорог мне как брат, не более. Прости… – срывается с губ. Это признание дается мне легко без угрызений совести, в отличие от разговора с Даном, от чувств которого я убежала. Мне не хотелось обидеть Тельнана, ведь он так добр ко мне, но обманывать его я тоже не хотела. Теперь отчетливо понимаю, что причинять боль любящему человеку, даже если не испытываешь ответных чувств, нельзя. – В твоем сердце другой человек? – перебивает он с горечью. Киваю с сожалением, отступая. – Мне жаль, Тельнан. – Пустое, Амирия. В том нет твоей вины. Сердце само себе владыка. Соглашаюсь с ним, обращая свои мысли к Дану. Он моментально ловит мой взгляд, и его губы трогает грустная улыбка. Сердце подпрыгивает. Давно пора признать – я влюблена в Дана с той встречи в клубе, и с каждым днем мои чувства лишь крепчают. Мы молча вернулись к Академии. Тельнан попрощался со мной и улетел на своем драконе. Наблюдаю, как они исчезают высоко в облаках. С плеч упал груз безответных чувств к принцу. Не хотелось причинять боль человеку, который стал мне близок, однако в таких случаях лучше сказать горькую правду, чем обоим страдать от сладкой лжи. Теперь, признавшись себе в чувствах к Дану, я стала свободней, хоть и ощущала себя подавленной, потому что пришлось причинить боль Тельнану. – Давай прогуляемся, – поворачиваюсь к Дану, оставляя букет на парапете у входа в здание. – Хочется еще насладиться последними теплыми деньками перед холодами. Дан удивляется, но соглашается. Мы медленно шагаем по тем же тропинкам, минуем лабиринт и подходим к старому дереву с раскидистыми ветками. Осень коснулась и его. Вокруг лежат сухие листья. Поднимаю пожелтевший листочек и верчу его в руках. Дан смотрит на небо. – Расскажи о себе, – прошу его. – Я о тебе совсем ничего не знаю. Дан делает шаг ко мне. – Что ты хочешь знать? Задумываюсь, прежде чем ответить. – Кто твои родители? Дан хмыкает, рассматривая ковер из шелестящих листьев под ногами. – Мои родители – драконы, – начинает он. – Нас четверо в семье: старшие брат и сестра и младший брат… – Виверн, – поддакиваю я. – Будешь перебивать, не стану рассказывать, – с усмешкой предупреждает он, глядя на меня исподлобья. Провожу пальцами по губам и выкидываю несуществующий ключик за спину. Дан усмехается. – Пока мы были детьми, отец часто проводил с нами время. Когда мы подросли, он изменился, – Дан глядит вдаль, хмурясь. – Его требования становились жестче. Больше всех досталось старшему брату – потенциальному наследнику отца. Мы давно не виделись. С восьми лет обучаюсь в школах и академиях. Этот год последний. – Что будешь делать после окончания? – спрашиваю с беспокойством, мне не хочется расставаться с ним. Он делает еще шаг навстречу. – Буду приглядывать за одной надоедливой особой во дворце. Не сразу понимаю, что он говорит обо мне. Смущенно улыбаюсь. – Только приглядывать? – с наигранной обидой спрашиваю его. Он делает еще один шаг ко мне и касается пальцев моей руки, держащих кленовый лист. Тепло приятно растекается по телу, заставляя меня шумно выдохнуть. – Не только, – обещает он. – Какой твой любимый цвет? – вырывается у меня. Дан хмыкает, не сводя с меня глаз. – Ответ прост. – Дай угадаю, – улыбаюсь ему, окидывая его взглядом. Дан часто одевается в темные цвета. Светлую рубашку на нем я видела только на балу. – Черный? – Цвет твоих глаз, Амира. – Сердце делает кувырок, когда наши взгляды вновь пересекаются. Дан отступает, вероятно, вспомнив о своем обещании. С досадой опускаю руки вдоль тела, носком ботинка раскидываю листья в стороны. – Расскажи о своей жизни в другом мире. Замолкаю на некоторое время, собираясь с мыслями. – Валдуин и Марта были замечательными родителями, – начинаю рассказ с теплотой и благодарностью на душе, вспоминая нашу жизнь в том мире. – Они уделяли мне много времени и любили по-настоящему. Я всегда считала себя совершенно обычной. У меня был план на жизнь… – Какой? – перебивает он, но под моим взглядом усмехается, поднимая руки вверх. – Молчу. – Окончить школу, – перечисляю я, – потом университет, найти хорошую работу, встретить любимого человека и выйти за него замуж. – Звучит скучно, – признается он. – Такой план у каждого второго в том мире, – объясняю ему. – А какой план у тебя? – Быть с тобой, Амира. Всегда. Мне хочется прыгать от радости, но вместо этого, краснея, прячусь за широкий ствол дерева. Дан торопится за мной. Мы ребячимся, пока он пытается меня поймать, а я ловко увиливаю от его рук. Он почти догоняет меня на повороте, но я снова уклоняюсь и отступаю назад. В глазах темнеет. Голова идет кругом. Прислоняюсь спиной к стволу, прикрывая ладонями лицо. Лист выпадает из рук. Дан подхватывает меня за плечи. В его голосе тревога. Зрение восстанавливается, и я вижу глаза Дана. Они полны страха. – Тебе плохо? – спрашивает он. Не ожидая от самой себя, поддаюсь вперед, зажмурив глаза и выпятив губы уточкой, и прижимаюсь своими губами к его. Отскакиваю так же неожиданно с широко раскрытыми глазами. Дан смотрит на меня несколько секунд и начинает смеяться. Наигранно надуваю губы, но он кладет горячую ладонь на щеку. Его губы накрывают мои. Жар волной поднимается изнутри. Сердце замирает и снова бьется в такт сердцу Дана. Притягиваю дракона к себе за шею, отвечая на поцелуй. Дан касается губ нежно и сдержанно, несмотря на пожары, которые пылают у него внутри. Он отодвигается, превозмогая желание целовать меня снова и снова, и опирается рукой о дерево возле моей головы. Вдыхает аромат моего пламени, уткнувшись носом в шею. Кровь приливает к лицу. – Хочу держать тебя за руку, когда ты станешь королевой, – переплетает он наши пальцы и чмокает в губы. Мы расстаемся у наших комнат, желая друг другу хороших снов. Однако сон так и не приходит. Кручусь в кровати. В голове мелькают воспоминания о поцелуе с Даном, и сердце начинает отбивать чечетку. Сон приходит только под утро. Дан встречает меня перед парами у дверей комнаты. Щеки покрываются румянцем, когда он бережно целует запястье моей руки. Сердце выпрыгивает из груди. Дан отпускает мою руку, когда мы приближаемся к толпе студентов, разбившихся по группам в ожидании занятий. По законам Арагона, браки между драконами и обладателями запрещены. Даже отношения с ним могут навредить моей репутации как наследницы Арагона. Но я воспитана в другом мире, и ничего не мешает мне любить его. Переплетаю наши с Даном пальцы, в ответ получая взгляд удивления и одобрения. Он знает меня. Если я решила что-то, то не отступлюсь. Если любить, то в полную силу. Если быть вместе, то здесь, сейчас и всегда. Не важно, кто он и кто я. Дан застенчиво сжимает мою ладонь и провожает до аудитории. Студенты замечают наши руки, и по коридорам разносятся шепотки. Хочется съежиться, но Дан целует меня на прощание, вызывая бурную реакцию моих однокурсников. Аюна хлопает в ладоши. Кажется, будто она радуется нашим отношениям с Даном больше, чем мы сами. – Ну наконец-то! – говорит она. – Вы очешуенная пара! Между вами искры так и летают. В столовой на обеде Дан подсаживается к нам, еще больше удивляя всех вокруг. – Принести тебе что-нибудь? – спрашивает он, замечая, что у меня закончился чай, а после уходит к столу за апельсиновым соком. – Не замечал, что брат бывает таким заботливым, – задумчиво говорит Виверн. – Хотя я его никогда с девушкой не видел. – Разве он раньше не встречался? – Нет, – говорит Виверн. – Дан учился и тренировался, как одержимый. О девушках вообще не думал. Айдо подключается к разговору: – Точняк. Вокруг него всегда было много девушек, но он всем отказывал. – А как же та девушка-дракон? – не унимаюсь я. – Да они просто давно дружат. Может, у Сары и есть к Дану чувства, но точно не взаимные, – уверяет меня Виверн. – Мне он сказал другое… – мямлю я, вспоминая тот разговор в зале о девушке, но тут же понимаю, что все надумала, ведь Дан ни разу не говорил, что встречается с драконихой. – Серьезно? – фыркает Виверн. – Рядом с тобой брат часто несет чууу… Взгляд Виверна спотыкается о Дана за моей спиной со стаканом апельсинового сока. Он зыркает на младшего брата так, что не остается сомнений, в следующую секунду вместо друга я увижу горстку пепла. В попытке смягчить неловкий момент беру у Дана стакан и чмокаю его в щеку, чувствуя, как пылает лицо. Дан сразу отвлекается на меня. Его взгляд смягчается, а губы растягиваются в улыбке. – Спасибо, – произношу едва слышно, пока он наблюдает за мной. В остаток перерыва мы забегаем в оранжерею и прячемся в закутке за стеной из вьющихся растений. Сладкий аромат цветов наполняет все вокруг. Слабые солнечные лучи едва пробиваются сквозь плотную стену из листьев. Дан берет мое лицо в свои горячие ладони, позволяя своему пламени коснуться моего. Голова кружится от нежности его поцелуя. Запускаю руку в его мягкие волосы, когда он притягивает меня за талию. Смущенно хихикаю, пока Дан снова и снова покрывает лицо и шею поцелуями, а после возвращается к губам. Его пламя наполняет меня долгожданным счастьем и умиротворением. Связь делает нас единым целым. Наши сердца бьются так быстро, в унисон. Меня переполняет уверенность, что мы всегда были вместе. Даже до моего дня рождения я знала его, а он меня. – Наконец-то ты здесь. Передо мной, – шепчет он с придыханием мне в губы. – О чем ты? – не могу сосредоточиться я. Дан прижимается к моим губам и долго целует, заставляя забыть обо всем на свете. Когда он отстраняется в очередной раз, мы оба тяжело дышим, но улыбаемся друг другу. Наши лбы соприкасаются. – Нам пора на занятия, – вдруг вспоминаю я. Дан не торопится отпускать меня и снова притягивает к себе. Он обнимает меня, уткнувшись носом в плечо, и долго не отпускает. Его объятия становятся только крепче, и сделать вдох сложно. Понимаю, что его что-то тревожит: меня наполняет его чувство тоски и гнетущего страха. Осторожно отстраняюсь, чтобы заглянуть в его глаза. В темноте они переливаются золотом. Касаюсь ладонью его щеки, стараясь успокоить. Тихо спрашиваю: – Что беспокоит тебя? Дан неотрывно смотрит на меня, прежде чем произнести: – Однажды ты спросила, чего я боюсь, – он делает паузу, и я киваю в ответ, подтверждая, что помню об этом. – Единственное, что внушает мне страх, это потерять тебя, Амира. Он прижимает мою ладонь к своей щеке и целует запястье, отчего по телу пробегает дрожь. – Почему ты думаешь, что потеряешь меня? – мягко говорю ему. – Из-за закона? Дан качает головой, не отпуская мою руку на своей щеке. Больше он ничего не говорит. После обеда Дан провожает на пары. Он держит меня за руку и чмокает в щеку на прощание. Пристальное внимание окружающих к нам меня особо не беспокоит. В груди все еще чувствую тяжесть тревоги Дана. – Привыкай, – шепчет он мне на ухо, отвлекая. – Ты их будущая королева. Их взгляды всегда будут устремлены на тебя. Верно. Моей спокойной жизни скоро придет конец. На теории никак не удается сконцентрироваться на теме. В голове одни мечты о Дане. Как же хочется вновь нырнуть в его объятия, чувствовать поцелуи его горячих губ на своем лице. Щеки покрываются румянцем. Аюна замечает это и легонько толкает меня в бок локтем. Мы обе заговорщицки хихикаем, закрываясь книгами от преподавателя. Перед тренировкой по полетам забегаю в комнату. Переодеваюсь в удобную обтягивающую одежду, чувствую себя безумно счастливой. Хочется танцевать. Плавно вальсирую перед зеркалом, когда замечаю алую струю, тянущуюся из носа. Успеваю забежать в ванную, когда в комнату входит Дан. Усмиряю тяжелое дыхание, чтобы он не заметил ничего подозрительного. Не хочется волновать его снова. Умываюсь холодной водой и натягиваю улыбку на лицо. – Пойдем, – говорю ему. Он притягивает меня к себе за талию и прижимается губами к моим. После он покрывает поцелуями мое лицо и шею. По коже пробегают мурашки. Счастье наполняет нас обоих. – Соскучился, – шепчет он мне в губы. Его карие глаза блестят. Смеюсь над ним, взъерошивая светлые волосы. – Мы не виделись всего пару часов. Он обнимает меня, прижимая нежно и в то же время крепко. – Слишком долго. Выскальзываю из его объятий и отступаю к двери. – У нас тренировка, – напоминаю ему. Дан переплетает наши пальцы, когда мы идем по коридору, не замечая ничего вокруг. – Не терпится оседлать меня? Стучу кулаком ему по плечу, и он театрально хватается за него. – Неплохой удар, – хвалит он. – У меня хороший учитель, – подмигиваю ему. Мы выходим из здания Академии и направляемся в сторону поля. Дан входит со мной на склад за экипировкой. Аюна забирается на спину Айдо-дракону с седлом. Дан проверяет, надежно ли сидит на мне теплая экипировка с мехом на воротнике, и чмокает в губы, а после выходит с моим седлом. Виверн уже в обличье дракона переминается с одной когтистой лапы на другую, расправляя крылья. Его серебристая чешуя переливается на солнце всеми цветами. Провожу рукой по бугристой коже между носом и лбом Виверна, склонившего голову ко мне. Не так давно в другом мире я мечтала, чтобы драконы существовали на самом деле. Теперь я обладатель пламени, связанный с двумя преданными мне драконами. Дан опускает у моих ног седло. Виверн резко вскидывает голову в небо, опираясь на землю единственными когтями на суставах крыльев. Дан прослеживает за его взглядом, когда в толпе раздается крик: – Дракон! – едва уловимый свист крыльев доносится до нас. Гигантская тень скользит по земле. Поднимаю глаза, когда солнце скрывается за алым драконом, демонстрирующим нам свое светлое чешуйчатое брюхо. Не узнаю его. Он крупнее Дана раза в два, не меньше. Взмах его крыльев поднимает ураган. Дан закрывает меня собой от ветра и пыли. Студенты разбегаются в стороны, драконы разлетаются, когда красный гигант бросается вниз. Земля дрожит от его приземления на задние лапы и суставы крыльев. Острый хвост с почти белыми концами на шипах с шумом падает возле лап с грозными когтями. Алый дракон поворачивает ко мне свою голову с шестью рогами разной величины. Знакомые зеленые глаза с вертикальными и тонкими, как лезвие меча, зрачками смотрят на меня. Осознание приходит внезапно. Это Альтаир. Дан плотно сжимает челюсти, когда он склоняется передо мной, признавая своей обладательницей пламени, как требует обычай Арагона. – Разве этот дракон не принадлежит принцу Тельнану? – выкрикивает кто-то в толпе. – Он предал своего обладателя? В памяти всплывают слова моего родственника о незавидной судьбе тегуна. Альтаир сделал свой выбор, и я принимаю его. Драконы не слуги, не рабы. Они имеют право выбирать самостоятельно свою судьбу. Кому, как не мне, показать это остальным. Наши с Даном взгляды встречаются. В его глазах читаю сомнения и страх. Сжимаю его руку, чтобы успокоить. Он должен верить мне, верить в меня. Дан, словно прочитав мои мысли, кивает и отступает, пропуская вперед. Уверенным шагом направляюсь к Альтаиру. Он покорно ожидает моего решения. Протягиваю к нему раскрытую ладонь и касаюсь чешуи между носом и глазами. Мое пламя проникает в его тело, распространяясь по его венам, достигая источника его невероятной энергии. Наши жизни и силы переплетаются, создавая прочную связь. Сердце тяжело бухает в груди. Дух захватывает от того, какими невероятными запасами пламени обладает Альтаир. Провожу рукой по его шероховатой коже, тем самым благодарю за доверие. Дан обращается в дракона и опускает плечо, чтобы я взобралась на него. Устанавливаю седло и хватаюсь за шипы. Взмах крыльями, мощный толчок, и вот мы набираем высоту. Оборачиваюсь назад, наблюдая, как Виверн и Альтаир следуют за нами. Чувствую каждого из них, как пульсирует объединенная сила нашего пламени. Мы поднимаемся к облакам. Альтаир дрейфует в небесной лазури, в то время как Виверн скрывается в облаках, отрабатывая сложные воздушные маневры. Он проворнее неповоротливого Альтаира. Невольно улыбаюсь, наблюдая за ними, настойчиво не замечая покалывания в груди. Дан парит, наслаждаясь холодными порывами ветра. Солнце над облаками яркое, но совсем не греет. Руками в теплых перчатках сжимаю шипы перед собой, когда Дан вновь набирает высоту. Перед глазами внезапно темнеет. На перчатки струятся крупные алые капли. Провожу рукавом по губам, окрашивая его в красный. Кровь моментально впитывается в ткань моей экипировки. В глазах двоится. Руки слабеют и отпускают шипы. Скатываюсь по спине Дана и лечу вниз. Черный дракон парит среди белых облаков, а после лишь тьма.