Глава 17

Я буквально вывалилась из портала, пролетела пару метров, упала и больно ударилась коленкой. Чертыхнулась. Провожать меня дознаватель не стал – хоть бы перенёс не к подножию лестницы, а куда-нибудь повыше.

После всего пережитого сегодня карабкаться по крутым ступенькам совсем не хотелось. Казалось, из меня выжали все силы. Вот только разлёживаться времени не было. Представляю, что сейчас творится в академии: снова похищена студентка. Да тут уже наверняка на ушах все стоят, и магистр Рониур в том числе.

Эта мысль заставила мгновенно вскочить на ноги. Несмотря на ноющую коленку и усталость, я буквально взлетела по лестнице, распахнула дверь и застыла на пороге.

Магистр Рониур вовсе не стоял на ушах. Он спокойно сидел за столом и листал толстенную книгу. И продолжил листать, даже не взглянув на меня. Словно я никуда не пропадала.

Я шагнула внутрь и закрыла за собой дверь.

– Ты знаешь, который час? – глухо спросил он, переворачивая страницу.

Я покосилась на часы. Начало второго ночи? Надо же, думала больше. Оказывается, не так уж и долго я отсутствовала. Это для меня время в камере тянулось бесконечно долго. А на самом деле прошло каки-то несколько часов.

Магистр Рониур поднял голову и, наконец, посмотрел на меня. Его глаза холодно блестели, но было в их глубине что-то непонятное, странное, что-то более сильное, чем гнев.

– Я…

– Разумеется, ты можешь ходить на вечеринки, – перебил он. – Но так задерживаться для замужней дамы – это просто неприлично.

Вечеринки?

– Какие вечеринки? – ошарашенно моргнула я.

– Насколько я знаю, сегодня веселится факультет заботы, ну и все, кто к ним присоединился.

Боже, он это серьёзно? То есть его совсем не смутило то, что я в форменном платье и в мантии? Кто же ходит на вечеринки в таком виде?

– Я не была на вечеринке.

Серые глаза опасно сузились.

– И где же тогда… – спросил магистр Рониур после короткой паузы.

Сердце пропустило удар. Он что, меня… ревнует? Я почти успела обрадоваться, но Рониур добавил:

– …Впрочем, можешь не отвечать. Это твое дело. Но в дальнейшем изволь возвращаться раньше. Не стоит подбрасывать окружающим поводы для сплетен, – бесстрастно добавил он и снова уткнулся в книгу, давая понять, что разговор окончен.

Да уж, ревностью тут и не пахнет. Он просто беспокоится о своих чертовых приличиях!

Ну что ж, раз он считает, что я могу не отвечать, то и не буду.

Странная штука жизнь. Дознаватель отпаивает меня чаем, а Рониур подозревает в чём-то ужасном. А ведь должно бы быть наоборот.

Совсем не так я себе представляла нашу встречу. Пока томилась в мрачной камере и сидела в кабинете дознавателя, я мечтала только о том, как вернусь домой и буду рассказывать магистру Рониуру обо всем, что со мной приключилось. Но теперь мечта осталась только одна: добраться до душа, смыть с себя тюремные казённые запахи и рухнуть в постель.

Я шагнула в сторону своей комнаты и покачнулась. В глазах потемнело, накатила дикая слабость. Черт! Дознаватель предупреждал: после такого всплеска магии я запросто могу отключиться. Значит, чашка отвара только отсрочила этот момент… Я успела ухватиться за косяк и только потому не грохнулась, а медленно съехала на пол.

Пришла в себя я в кресле-качалке. Пахло травами, магистр Рониур протягивал мне чашку с отваром.

– Пей, – приказал он. – У тебя сильное магическое истощение.

Я послушно сделала глоток и поморщилась: гадость какая! А вот чай, который мне предлагал дознаватель, был вкусным… Салахандер меня ещё и пледом укутал, а магистру Рониуру это даже в голову не пришло. Боже, о чём я вообще сейчас думаю? Сравниваю магистра и дознавателя? Вот молодец…

– А теперь коротко и внятно: что случилось и где ты была?

Я всё ещё чувствовала слабость, но обида была сильнее.

– Я же не обязана отчитываться, сами сказали, – напомнила я и снова глотнула из чашки.

– Обязана, – отрезал магистр Рониур таким тоном, что мне сразу расхотелось дерзить и выпендриваться.

– Я была в королевских казематах.

– Что?! – кажется, он не поверил своим ушам.

Я повторила:

– Я была в королевских казематах.

– И как ты там оказалась?

– Доставили порталом.

– Кто доставил, чёрт побери? Рассказывай, не заставляй тянуть из тебя каждое слово клещами!

Я решила не искушать судьбу и подробно пересказала все, начиная с портала у изножья лестницы, заканчивая им же, только в обратном направлении. И чем дольше я говорила, тем больше мрачнел магистр Рониур. Хотя, казалось бы, куда уже больше.

– У Салахандера будут неприятности, – с тихой яростью пообещал он, когда я закончила.

– Нет! – воскликнула я.

– Нет? – магистр Рониур удивлённо приподнял бровь.

– Так было нужно для дела. Все очень серьёзно, могли погибнуть люди, и…

– Это не повод похищать студенток.

– Повод! Если бы меня туда просто пригласили, я бы не испугалась, и не было бы всплеска, и никто бы так ничего и не узнал. А времени оставалось мало.

Подумать только, я защищаю дознавателя! Если бы мне кто-то сказал об этом пару дней назад, я бы рассмеялась ему в лицо.

– Ладно, допивай отвар и спать. Завтра на занятия ты не идёшь.

– Почему? – возмутилась я.

Впрочем, вяло и по инерции. Не то чтобы я рвалась на эти занятия. Тем более, что завтра у нас очередная зубодробильная лекция декана Хорвирета.

– Потому что с магическим истощением не шутят. По-хорошему тебе надо в лазарет.

– Но вы меня туда не отправите? – спросила я с надеждой.

В лазарет не хотелось.

– Не отправлю. Если ты сейчас же пойдёшь спать. И, конечно, допьёшь отвар.

Я зажмурилась и в несколько глотков осушила чашку. Подышала немного открытым ртом, пока язык не перестало щипать, и не удержалась:

– Так вы не тронете Салахандера?

Пару секунд магистр насмешливо смотрел на меня, потом молча кивнул на дверь моей комнаты. Ясно. Посвящать меня в свои суровые мужские планы никто не собирается.

Я пошла к себе. Но спать улеглась не сразу. Мечта о горячем душе всё ещё не покидала меня.

* * *

Это был странный сон. С первой же минуты я точно знала, что это сон. Я шла по лесной тропинке, вокруг щебетали птицы, шумела листва, лёгкий ветер обдувал лицо. Казалось бы, безмятежная картина. Но на душе было тяжело, и я предчувствовала, почти что знала, что ничего хорошего в этом лесу меня не ждёт. Даже хотелось свернуть с тропинки, но не смогла.

Наконец я вышла на небольшую поляну, самую обычную, с зарослями малины по опушке. Запах солнца и клевера, густая трава с желтоглазыми ромашками, синими брызгами колокольчиков. Посреди нее явно было кое-что лишнее: два плетёных кресла и столик, на котором стояла тарелка с лесными ягодами. В одном из кресел сидел мужчина.

Я узнала его сразу, хотя никогда не видела его лица. Тот, кого старуха называла хозяином.

Только не это!

Я попятилась, хотела убежать, но какое там! Так бывает во сне: ноги стали ватными, непослушными, а потом и вовсе меня предали. Мелкими неуверенными шажками двинулись в сторону накрытого столика. А донеся меня до кресла, подкосились, так что я плюхнулась на сиденье.

– Рад, что ты пришла, Юлия, – сказал мужчина.

Он знает моё имя? Это, наверное, плохо.

– Я вовсе не хотела сюда приходить. Оно само.

– Разумеется! – он улыбнулся, и меня окатило ледяной волной страха.

Он был настолько жутким, что даже улыбка не делала его симпатичнее. Так, надо немедленно проснуться! Это ведь сон? Значит, я могу…

– Не можешь, – сказал он. – Пока я тебя не отпущу.

– Так отпустите!

Я понимала, что говорю глупости. Он ведь не для того меня сюда вытащил, чтобы поздороваться. А значит, не отпустит просто так.

– Что вам от меня надо?

– Ты меня боишься? – в его голосе слышалось искреннее удивление.

– Конечно, боюсь.

Скрывать это не имело смысла.

– Почему?

Он издевался надо мной. Явно. Глупый же вопрос. Но я решила ответить:

– Вы убили старуху. И вообще, вы страшный. Ужасный.

– Так будет лучше? – спросил он.

И я вскрикнула. На месте мужчины теперь сидел магистр Рониур. Те же черты, та же одежда – всё то же. Только улыбка, больше напоминающая хищный оскал, никуда не исчезла, да в глазах пустота, от которой волосы становятся дыбом.

Я замахала руками:

– Нет, нет, верните как было!

Видеть магистра Рониура таким я уж точно не хотела!

Я думала, что незнакомец не послушает, мой страх явно его забавлял. Но мужчина принял свой прежний вид.

– Что вам от меня нужно? – повторила я.

– Я думаю, мы могли бы подружиться, – сказал он.

– Что? Нет!

Он рассмеялся:

– Поверь, иметь меня в друзьях очень выгодно. Я ведь могу многому тебя научить.

– Похищать людей и устраивать тёмные ритуалы?

– Забудь, это развлечение для идиотов. Ты слишком хороша для таких глупостей. Но я могу научить тебя пользоваться твоей ментальной магией. По-настоящему. Твои нынешние учителя только загубят дар, а я помогу его развить.

– С помощью тёмных ритуалов? Нет уж, увольте.

– Да ты расистка!

– Что?! – я захлебнулась от возмущения, а он снова рассмеялся своим кошмарным смехом.

– Тёмное, светлое – всё это предрассудки. Есть вещи, которые работают, и те, что не работают. Я научу тебя тому, что работает. Например, если ты хочешь прочесть чьи-то мысли, не нужно прожигать его глазами, воровать его вещи…

– Воровать вещи?

– Да, некоторые ментальные маги считают, что им это помогает. Идиоты. На самом деле достаточно сложить пальцы вот так, – он дотронулся большим пальцем левой руки до безымянного, – и произнести имя того, чьи мысли тебе нужно выведать.

– Это неэтично! – повторила я слова ректора.

– А мне кажется, неэтично забирать людей из другого мира для каких-то своих целей. А вот узнать, зачем тебя убили раньше времени, очень даже этично.

Он же сейчас говорит о магистре Хорвирете? Похоже, что так. Не слишком ли много он обо мне знает?

– Запомни: сложить пальцы и назвать имя.

– И так можно влезть в чьи угодно мысли? Вообще в чьи угодно?

– Разумеется.

Я помолчала, обдумывая сказанное.

– А как вас зовут?

Он усмехнулся.

– Приятно было встретиться с тобой, Юлия. Еще увидимся.

– Лучше бы нет, – буркнула я.

А он снова рассмеялся, словно я весело пошутила.

– И вот еще что… – сказал он посерьезнев. – Об этом разговоре никто не должен знать. Ни одна живая душа!

И… подмигнул.

* * *

Я открыла глаза. Было жутко. Как ни старался неизвестный обставить всё мило и весело – солнечный лес, полянка, ягоды – он пугал меня ничуть не меньше, а может, даже и больше, чем тогда, в камере.

«Ни одна живая душа» – он в точности повторил то, что в своё время сказал мне магистр Рониур. Впрочем, чему я удивляюсь? Если этот гад умеет вламываться в чужие мысли, я для него – просто открытая книга.

Я вскочила с кровати, набросила халат и помчалась в комнату к магистру Рониуру. Он спал. Я выглянула в окно – только начинало светать. Может, не стоит его будить? В конце концов мы оба легли поздно. Но я смогу дрыхнуть целый день, а у магистра – занятия. С другой стороны, то, что я сейчас узнала, может быть очень важно и об этом следует немедленно доложить дознавателю…

Пока я стояла в нерешительности, магистр открыл ясные, совершенно не сонные глаза и увидел меня.

– Что случилось?

Только сейчас я заметила, что меня бьёт мелкая дрожь. Да уж, видок, наверное, тот ещё: всклокоченная, с безумными глазами…

Магистр Рониур быстро поднялся, подошёл ко мне и обнял за плечи:

– Юлия, что с тобой?

– Мне приснился сон! – выпалила я на одном дыхании. – Там…

Я собиралась сказать «был тот человек, который убил старуху», но с ужасом обнаружила, что не могу выдавить из себя ни слова. Я прокашлялась и попыталась ещё раз – безрезультатно.

– Ужасный сон! – эти слова легко произнеслись.

Но как только я решила рассказать главное, снова будто онемела.

Магистр Рониур гладил меня по голове.

– Ну же, успокойся. Это просто кошмар.

– Нет, не просто! – выкрикнула я. – Это…

И снова не смогла выдавить и словечка. Да что ж такое? Тот гад меня закодировал, что ли?

– Я все же доберусь до Салахандера и собственноручно его придушу, – мрачно пообещал Рониур.

– Да нет же, не надо! Не в нём дело. Просто во сне…

И опять навалилась дурацкая немота.

– Погодите, – я вывернулась из объятий.

В любой другой момент ни за что бы этого не сделала, потому что стоять, прижавшись к магистру, чувствовать его горячие руки на плечах и дыхание на макушке было восхитительно.

Но сейчас меня заботило кое-что поважнее: предупредить, попросить о помощи, да хотя бы просто сообщить магистру Рониуру, ректору, что мне является во сне всякая нечисть, да ещё и с такой лёгкостью манипулирует.

Я влетела в свою комнату, подбежала к столу, схватила перо, вырвала из какой-то тетрадки лист и начала на нём писать: «Во сне мне…» Я собиралась добавить: «Явился незнакомец, который убил старуху», но рука застыла, не желая выводить нужные буквы.

Эй, алло! Это же моя рука!

«Эй, алло», – послушно вывело перо, словно издеваясь. На пороге комнаты появился магистр Рониур. Он держал чашку с отваром.

– Ты до смерти перепугалась вчера, – сказал он тихо. – Неудивительно, что тебе снятся кошмары. Выпей и ложись снова спать.

Спать? Да я теперь в жизни спать не буду!

Я хотела сказать это вслух – но меня снова сковало немотой. Надо же, а ведь я и не собиралась упоминать незнакомца… Или он позаботился о том, чтобы с моих губ не срывалось ничего, вызывающего даже малейшее подозрение? От отчаяния и страха из глаз брызнули слёзы.

– Ну же, выпей, – Рониур поднёс чашку к моим губам, но я её оттолкнула, едва не расплескав.

– Всё в порядке, – сказала я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее. Раз уж у меня не получается ничего рассказать, незачем устраивать истерику. – Только не нужно сонных отваров.

– Хорошо, – согласился магистр Рониур и вывел меня в комнату, которая служила ему кабинетом, а нам обоим – гостиной и столовой.

Только теперь я заметила, что он всё ещё не одет, и смущённо отвела взгляд.

Магистр скрылся в своей спальне, а вскоре вернулся уже в халате. Маленький журнальный столик привычно превратился в большой круглый стол. В центре появился чайник с самым обычным, нелекарским чаем, а потом вокруг него стали выстраиваться вазочки с пирожными, конфетами, тостами и бог знает чем ещё. В животе тоскливо заныло, я вспомнила, что вчера даже не поужинала и буквально набросилась на сладости.

Магистр Рониур сидел напротив, потягивал чай и задумчиво на меня смотрел. Он явно понимал, что со мной что-то не так, а я, увы, не могла объяснить, что именно.

– Простите, что разбудила, – сказала я тихо. – Вам нужно поспать.

– А ты?

– А я… почитаю что-нибудь. У меня же вроде как выходной.

Но он не ушёл до тех пор, пока я не закончила уничтожать сладости, и не скрылась в своей комнате.

Я действительно взяла книгу, ну тут же её отложила, схватившись за голову. Мне нужно было – просто необходимо! – рассказать о том, что происходит. Но я… Я, черт побери, не могла!

Я задремала, только когда уже совсем рассвело. Страшный незнакомец на этот раз мне не снился. Вообще ничего не снилось.