Зейн

Утро началось гадко – моя почти супруга явилась в столовую румяная, с розой в руке и в компании блохастого. Кирейн выпячивал грудь, а Ринабелла краснела, как воспитанница какого-нибудь пансиона, и улыбалась, словно очарованная дурочка. Улыбалась! Оборотню! И так, как никогда не улыбалась мне! Не сдержавшись, я тихо зарычал, а сидевший рядом кузен издевательски фыркнул. Кстати, Оуэн тоже пришёл в столовую в подозрительно хорошем настроении – может оборотни подарили цветы и ему? Я перевёл взгляд на кузена и окатил его таким холодом, что оуэновская улыбка моментально завяла. Зато у этого идиота родился комментарий: – Ну а как ты хотел? Мы не во дворце, тут естественная конкурентная среда. Намёк как плевок. То есть во дворце я выигрываю только оттого, что принц? А мужские качества и личное обаяние ни при чём? Я мог поспорить, но ограничился коротким: – Заткнись. И поднялся, чтобы приветствовать невесту. Отошёл от стола, самолично взял поднос, приблизился, оттеснил волка… а вот выдернуть из пальцев Рины цветок не получилось. Но это ещё не всё! Взгляд леди, вот что выбешивало – глаза сияли звёздами, словно речь не о чахлой розочке, а о головокружительном романе. – Полагаю, я сейчас вправе открутить блохастому голову? – тихо, обращаясь исключительно к невесте, произнёс я. Вообще не планировал такое говорить! Я принц, я кремень, но леди Гоблейм меня доконает. Словно в подтверждение последней мысли, Рина улыбнулась шире прежнего и ласково провела ладонью по моей груди. До мурашек, бездна вас всех дери! В глазах опять потемнело, на сей раз не от ревности – от тягучего, сладкого удовольствия. «К алтарю и в койку!» – рявкнул я мысленно. Тут моя леди неожиданно изменилась в лице. Только что сияла, а теперь… посмотрела как на озабоченного придурка. Как на подростка, впервые увидавшего женские панталоны. – Что? – не понял я. Тяжело вздохнув, Рина отобрала у меня поднос и направилась к столу раздачи. Стоп. Неужели мои желания настолько очевидны? Да не может такого быть!