Глава пятая. Три мушкетера

Ягиня развернула старинную бересту, где был изображен добрый молодец, сжимающий своего молодца двумя руками.

— Простите, а доброго молодца везде мыть надо? Или можно частично? — спросила я, округляя глаза.

— Петушка тоже мыть! И яйца! Короче, насест весь мыть! — заметила Ягиня так, словно делает это каждый день. По три раза! — И хорошенечко тереть!

— Разве что на мелкой терочке, — пробурчала я, собрав руки на груди в недовольный узел. — Какого Дюма тут происходит? Это что за операция: "Три мушкетера?".

Ягиня уперла руки в боки и скрипучим голосом выдала: «Ну, доставай свой огурец, не стесняйся, молодец! Что бабушки смущаешься, руками прикрываешься! Бабка немало на своем веку повидала молодцев в самом соку! Кого-то повидала, а кого-то едала! Ложись, милок, на лавку, да показывай свою вавку! А ежели отпадет, то до свадьбы заживет!».

Нужно записать. В качестве самого действенного метода контрацепции! И применять на мужчинах, которые мне не нравятся!

Пока я мысленно увеличивала количество импотентов и снижала будущую рождаемость, Ягиня повернулась, как циркуль на своей костяной ноге.

— Есть часто задаваемый вопрос, он как в дороге навоз! — продолжала она, скрипя половицами. Шутки-шутками, а здесь почему-то пахнет кладбищем.

От Ягини веяло холодом и пахло сырой землей. Скрипучие половицы, пыльные и покрытые паутиной травы и темнота, озаряемая темными свечами, заставляла мои волосы подниматься и шевелиться. Мне на секунду показалось, что она не моргает. И правда, не моргает! Она что? Ме-ме-ртвая?!

— Если что, отвечать: «Да большой, большой! Только висит лапшой! Да нет, не кривой! Жаль, что смурной!», а то не отстанет! Поверьте моему опыту! За вами еще долго будут бегать с вопросом, а что да как! Пресекайте! — поучала Ягиня, скрипя костяной ногой. — Помните вы храните границы Нави! Смотрите, чтобы железа в Навь не проносили! Я дам вам список, что проносить нельзя, а что можно!

Ничего себе обыск! Прямо таможня! Хотя, если так посудить, то решение верно!

— Опосля, одежу ему чистую выдайте! А ту сожгите в печке. После блинами накормите! Да напоите! И сразу предупредите, что есть в Нави ничего нельзя! — перечисляла Ягиня. — Чтобы по дороге в Навь ягоды да грибы не собирал!

Отлично! Я блины очень люблю готовить! Только у меня комом не только первый, но и все! То ли дело оладушки!

— После ентого выясните, что ему надобно в Нави. Цель, так сказать, визита! Или красавицу спасти, или братца найти! Или молодильных яблок принести! — продолжала Ягиня. — Чтобы просто так не шастал! Ежели спросит чего — яблочко по золотой тарелочке покатили, вопрос задали, ответ на блюдечке появится!

Пока она рассказывала, я сидела на пеньке, ощупывая его. Он был настоящим. У меня даже кора в руках отвалилась. Это — не сон. Я вам клянусь. Я вижу это наяву.

— Чтобы с пути не сбился, клубочек ему выдайте! Ежели красавицу отбить надобно, то меч — кладенец вручите! Нашим — то он вреда не причинит. Но коленки у молодца трястись перестанут! — усмехнулась Ягиня.

В избушке повисла тишина, прерываемая скрипами. Лохмотья стелились по полу, прикрывая ужасающего вида костяную ногу. Нога скрипела костями, вызывая у меня желание ее смазать!

— От того, как вы молодца парите, зависит судьба всей нави! Чтобы вреда никому не причинил, да последствий не натворил! — подняла почерневший палец вверх Ягиня. — Короче! Работа — не бей лежачую! Квартирная программа. Работа на дому. Без вложений! И опыта! Подходит для декрета! И в качестве работы на пенсии! Так же вам предоставляется личное транспортное средство! И путешествия раз в год! Для обмена опытом! Вопросы есть?

— А если навьи захотят в мир людей? — спросил голос с заднего пня. Я обернулась, но так и не поняла, кто спросил. Просто вид у всех был очень озадаченный.

— Тоже самое! Никакой разницы! Только смотрите, чтобы ничего не проносили в мир людей колдовского! — кивнула Ягиня. — Ни скатерть самобранку, ни сапоги — скороходы, ни молодильные яблочки.

— Мы же русалки, зачем нам все это? — послышался сомневающийся голос с задних парт.

— Чистых водоемов все меньше и меньше! Так что учитесь, все в жизни пригодится! — ответила Ягиня. — А теперь тренируемся на добрых молодцах! Ежели какие вопросы — потом зададите! Все понятно? Я не сторонник долго яблочко по тарелке катать! Поэтому сразу учиться будете! А сейчас спускаетесь к колодцу с мертвой водой.

Избушка захрустела и стала поворачиваться. «Не сходить до полной остановки избушки!», — пронеслось у меня в чумной голове. Я украдкой щипала себя, поглядывая на все вокруг. Чувствую я, неприятности у меня не простые, а сказочные!

— И когда же мы будем тереть молодцев? — хихикнула галерка, вырывая друг у друга зеркальце. В конце-концов, они уронили его на траву. — Уж как потру, как потру, так проснемся поутру!

— Это кто из доброго молодца красну девицу собрался делатить? — прищурилась старуха, вскинув седую косматую бровь. Чудовищная пушистая бородавка на носу недовольно дернулась.

— А что? А мы ничего! — ответила галерка, переглядываясь.

- Нечего яблочки по тарелочке катать! Сразу учиться на практике! А то пока мы молодца изучим, пока то, пока сё! — ворчала Ягиня, выводя нас на поляну.

Я шла, хрустя черепами и костями к старому колодцу. «Простите! Извините! Мне очень жаль!», — хрустела я чужими костями, спрятавшимися в тумане и травах.

— Пейте! — услышала я скрипучее. Рассохшаяся крышка колодца сползла вниз. В воду с плеском упало ведро. Старая веревка крутилась, а вода расплескивалась во все стороны.

— Держи, — ткнула ведром Ягиня в мою соседку. — Три глотка!

— Ой! — послышался голосок. Ведро упало на траву, а на нас смотрела еще одна уродливая старуха. — А как обратно? Я же не всегда буду старухой? Точно?

— Молодильное яблочко куснешь и все! Я его в конце урока выдам! — проскрипела Баба Яга, поднимая ведро и снова бросая его в колодец. Старая веревка натужно тащила переливающееся через край ведро.

— Кто следующий? — ткнули в нас ведром. Оно почему-то попало мне в руки. Я посмотрела на студеную, не самую чистую воду, пахнущую затхлостью, и брезгливо выпила. — И так перед каждым моим уроком! Это понятно?!

— А можно я не буду, — закусила губу я, чувствую затхлый запах идущий от ледяной воды. Вода была действительно студеной, словно там внизу плавали айсберги и Ди Каприо.

— Пей, горе — луковое! — скрипнула мне на ухо Ягиня. — Тоже мне, как же ты работати будешь без униформы?

— Может, может, я радость — чесночная, — вздохнула я, делая неуверенный глоток. Вода трижды обожгла мое горло, свела зубы и заставила собой подавиться!

— Это средство предохранения! — проскрипела Ягиня. — Чтоб вам спокойней было! Чтобы удобней молодца тереть! Да ничего не мешало!

Я попросила зеркальце, видя огромную пушистую, как кот тети Жени, бородавку на горбатом носу. Один глаз у меня был распахнут, а второй подозрительно прищурен. На коже были рытвины морщин и немного плесени. Но больше всего меня пугала костяная нога. Я смотрела на нее с ужасом.

— Ну, все готовы? По избушкам! Учтите, спасать никого не буду! Молодцы — настоящие! В избушках все написано! Подсказки видите только вы! Там все просто! Избушки находятся друг от друга далеко, чтобы вместо урока друг к другу в гости не бегали! Как только урок окончится, вы окажетесь здесь! — скомандовала Ягиня. Я завертелась волчком, чтобы очнуться в точно такой же старой сырой избе. Везде были развешены инструкции.

Добравшись до лежанки, я легла на нее, читая бересту.

— Итак, притвориться спящей! — прочитала я. — Один глаз закрыть, а второй прищурить! Как только избушка начнет поворачиваться, и дверь откроется, произнести: «Чую…. духом пахнет!».

Я улеглась на лежанку, прищурила один глаз, а второй закрыла, как было сказано. Не знаю, сколько я так пролежала, вдыхая пряный запах трав и сырости, но мне показалось, что я уснула. Очнулась я внезапно, когда избушка закряхтела и стала вращаться.

Дверь открылась. Но я все еще лежала в позе покойника, сложив тощие руки на груди. Раз, два, три!

— Чую-чую, — произнесла я, не узнавая своего голоса. Мой глаз открылся.

Неприятностями пахнет…

— Самым красивым мужчиной на свете. Я знаю, — послышался знакомый и слегка недобрый голос.

Мне очень захотелось вывалить язык и прикинуться дохлой. Собственно, так я и сделала! А потом спохватилась. Вряд ли это его остановит!

— Чего пожаловал? — спросила я, вставая с лежанки. Костяная нога хрустнула в суставе.

— Хотел бы на одну девицу взглянуть, — заметил Змий, глядя на меня своими змеючьими глазами. — Да присмотреться повнимательней!

Он узнал меня? Или нет?

— Ну что ж, добрый молодец! — проскрипела я, читая украдкой подсказку. — Проходи, раз пришел!

В подсказке было два варианта. Я выбрала первый, поскольку в мою диету Змии не входят.

— И какой же я тебе добрый молодец? — красивая бровь Змия взметнулась наверх.

— Хорошо, будешь красной девицей! — ответила я, не читая подсказок. — Не хочешь быть молодцем, будешь девицей! И откуда к нам красна девица пожаловала? И зачем, изволь спросить?

— А где же «съем я тебя, добрый молодец? Косточки обглодаю да по поляне раскидаю!»? — спросил Змий, проходя по избе. — Что-то ты бледная, Яга…

— Переела я добрых молодцев, — ляпнула я, вспоминая, что там дальше делают. Перед глазами появилось слово «Банька». — У меня несварение! Последний черствым попался. Я его с … майонезом, а он обратно!

— Веник!!! — мелькнуло слово прямо перед моим носом.

Ой, а можно мы обойдемся пачкой влажных салфеток? Вот только не… Ой! Он что? Уже раздевается?

Я удивленно смотрела на красавца, лихо отбросившего кудри за спину. Его рука расстегнула золотую застежку, обнажив шею и грудь. Хитрый змеиный взгляд скользнул по мне, когда рука расстегнула второй замок застежки, обнажив красивый торс. По плечам и торсу вниз стекло алое одеяние. Оно осталось на полу кровавой лужей.

— ВЕНИК!!! — снова промелькнуло перед глазами. Как вовремя, потому что Змий снял штаны.

Если где-то в мире в далеком-далеком племени и есть вождь по имени Большой Змей, то пусть бежит в ЗАГС и меняет имя на … ну, например, на … Средний Змей.

— Что ж ты смотришь так? — послышался голос, а в нем улыбка. Я отвела взгляд, делая вид, что ищу веник. — Ну как?

Видимо, он уже догадался, кто я. Так, погодите, либо у меня в глазах двоиться, либо… Ой!

— Ты, главное, не расстраивайся, — ответила я, делая вид, что вижу такое каждый день. Вдруг Змий еще не уверен и просто проверяет?

— И что дальше делать? — спросил Змий, пока я понимала, что находили в нем девушки. И почему они ни на жизнь, а на смерть в Змия влюблялись.

— Ну что с ним … ой… с ними делать? Донашивать! Что делать, — вздохнула я, скрипя половицами.

— Что значит донашивать? — глаза Змия округлились.

— Ну, до свадьбы третий отрастет! — заметила я, шурша какими-то сухими вениками трав.